Глава 8. Три закона изобретательности

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 8. Три закона изобретательности

Благополучие легко и радостно живет в реальном мире, имеете ли вы деньги или нет.

Джерри Джиллиес

Изобретательность — черта, которую мы должны развить, если хотим контролировать свою рабочую жизнь. Хотим ли мы создать свое дело или просто рано уйти на пенсию, чтобы заниматься, исключительно, хобби, объединить "идеальный" образ жизни или место проживания с работой, которая нравится нам, — придуманные новшества будут всегда необходимыми союзниками. Если исследовать смысл слова "изобретательность", то окажется, что это немного более чем "творчество". Это способность создать то, чего не существует, талант разрешения любой ситуации.

Человек, занимающийся любимым делом, обычно в высшей степени изобретателен. Это тип новатора, который осмеливается пробовать новое, в то время как окружающие не поддерживают его, даже когда на нем лежит ответственность за других (например, обеспечение семьи).

В основе изобретательности лежат черты характера, связанные с высоким самоуважением: чувством, которое дает человеку уверенность и способность сообразить, как что-то сделать, не имея технической инструкции или специалиста-советчика.

Такой личностью является мой друг Пол, открывший собственную архитектурную фирму, после окончания колледжа. Он работал неполный рабочий день на различные архитектурные фирмы, пока учился, но посчитал, что должен начать собственный бизнес.

— Я полностью разочаровался из-за того, что признание за мои проекты получал не я, а другие. В то время как я чувствовал, что способен создавать нечто на более высоком уровне. Это заставило меня сказать себе: "Слушай, пора это сделать".

Где-то в глубине души я, должно быть, всегда знал, что буду иметь собственный бизнес: по-особому относился к изучению дисциплин, относящихся к малому бизнесу, собирал каталоги и, наверное, подсознательно обдумывал все детали и подробности ведения собственной фирмы.

Что-то управляет мною изнутри. Не знаю, называть это судьбой или чем-то еще. Но когда мне что-нибудь нужно, я просто иду и делаю. Или раздумываю об этом таким образом и так долго, что оно, в конце концов, приходит ко мне само.

Пол не рассчитывал, что появятся финансовые трудности и задержки. Хотя у него и были сбережения, скоро они закончились.

— Стараясь поставить свой бизнес на ноги, я полностью изменил стиль своей жизни. Я заново оценил все свои привычки тратить деньги. Во-первых, я больше не питаюсь в ресторанах. Не могу покупать дорогую одежду. Я переехал в маленькую квартиру, в которой редко бывает горячая вода.

Я обхожусь гораздо меньшим, чем мог когда-нибудь подумать, я даже нашел удовольствие в простой жизни. Она трудна, но в какой-то степени также и благословенна. Она позволила мне полностью сосредоточиться на главной цели: на разработке хороших проектов, которые могут поставить этот бизнес на ноги. Я бы добавил, что по-прежнему не мечтаю о "большом" финансовом успехе. Просто хочется дать дорогу своим проектам и делать прекрасную архитектуру.

Пол также признается, что любит работать один.

— Я научился не ждать, пока другие поймут, о чем я говорю. Я проворнее большинства своих друзей и сознательно сдерживаю себя в отношениях с людьми. С их стороны не появляется какого-то отклика или понимания предмета, о котором я хочу говорить. Чаще всего они не увлечены архитектурой настолько, насколько увлечен ею я. Самое чудесное, что я могу самостоятельно решать все проблемы.

Изобретательность означает способность иметь дело с любыми ситуациями, но основывается на вере человека в самостоятельное решение проблем. Как видим, люди, чувствующие себя компетентными и сильными, уверены, что их ум способен распутать сложные жизненные головоломки. Многие даже предпочитают трудности, так как это своего рода испытание самих себя.

Изобретательность берет начало в способности человека разрешать свои проблемы. Более того изобретательность требует опыта разрешения проблем для развития. Три "закона" или характеристики этого важного качества весьма существенны. Первый: человек должен верить в свои способности решать проблемы. Неважно как мы называем это качество: самоуверенность или высокая самооценка. Важно то, что человек учится полагаться сам на себя при решении проблем. Второй: требуется независимое мышление и принятие решений, что подвергает человека определенному риску, если вдруг он не решит своих собственных проблем. Третий "закон" — решимость: человек должен твердо решить про себя, что обязательно распутает любую головоломку.

Семидесятилетний генеральный подрядчик, фотограф, муж, отец, дедушка и человек, сделавший сам себя, может многое нам рассказать о двух из этих трех "законов": решимости и вере в свои способности. Этот человек (назову его Уэйн) родился в Америке в 1911 году. В шесть лет он научился охотиться с капканом, чтобы прокормить голодающую семью. Уэйн убежал из дома в девять лет после серьезного недоразумения с отцом. Несмотря на то, что Уэйн научился читать всего лишь несколько лет назад, он может многому научить. И особенно работников корпоративной среды, которые считают, что звание, пенсионный договор и респектабельный внешний вид необходимы для достижения какого-нибудь успеха.

В семнадцать лет, в начале Великой Депрессии он сидел и смотрел на горящие поленья в печи. Он обдумывал, что делать с собственной жизнью.

— Я разложил перед собой собственную жизнь. У меня нет ни образования, ни поддержки, ни связей. Молодые люди моего окружения пили, играли в азартные игры, слонялись вокруг, и я решил, что мне нужно что-то другое. И тогда я принял решение, что сделаю из себя что-то назло своему прошлому, нищете и одиночеству. И всего этого я добился.

Уэйн обладает чрезвычайной силой убеждения, которая вдохновляет других. Он прожил свою жизнь так, как хотел. Свою способность хорошо зарабатывать, не тревожась, откуда придет работа, Уэйн объясняет: "Я никогда не работал там, где не нравилось. Я внимательно выслушивал, чего хочет мой клиент, потому что он должен быть удовлетворен. Недавно мне предложили работу, где надо было действовать не по правилам и срезать пару острых углов. От такой работы я быстро отказываюсь…"

Во время Великой Депрессии, Уэйн работал. Он верит до сего дня, что человеку не нужно беспокоиться по поводу работы или отсутствия денег:

— Я всегда умел заработать. И не потому, что умею строить. Во время Депрессии, когда на одно рабочее место было по двадцать человек, я работал. Я просто приходил и убеждал, что могу оказать великолепные услуги. Мне платили, да еще при этом и кормили. Я видел умершего с горя человека, который не мог прокормить семью. Вот до чего это может дойти. Но не безработица виновата, а человек. Я зарабатывал сто долларов в день в разгар Депрессии, очищая крыши. Неважно, что я умел строить, важно, что я работал.

Решимость Уэйна возможно превосходит его уверенность и самооценку, но он развил свою чрезмерную находчивость и способности в первые десять лет своей жизни. Навыки решения приобретенных проблем, нужда самостоятельно пробиваться в жизни без образования, семьи и крыши над головой приучили его находить возможности выживания там, где другие теряются. Это и есть умение находить варианты, о котором я упоминала в первых главах.

Многие люди говорят, что они "слишком старые", чтобы заняться тем, о чем на самом деле мечтают, или не могут найти нужную работу и перейти на другую должность, потому что уже слишком поздно. На это Уэйн отвечает своей историей:

— Как-то жена купила мне на десять долларов тропической рыбы в качестве рождественского подарка. Через год, в дополнение к своей регулярной работе, я зарабатывал семьсот долларов в месяц на торговле тропической рыбой. Позже я продал этот бизнес одному своему знакомому. Он бывший летчик, имевший проблемы с сердцем. Поэтому он переживал, что не сможет больше работать. Я показал ему, что делать, и теперь он самый большой торговец тропической рыбой в округе. Недавно я повстречал человека, который был частично парализован и прогуливался по кварталу, просто потому что ему необходимо было что-то делать. Он считает, что не может работать, а я предлагаю ему попробовать что-нибудь. Собираюсь пристроить его и в бизнес, может быть, связанный с тропической рыбой. Или научу, как вырезать игрушки из дерева. Он может заниматься этим дома и зарабатывать столько, сколько хочет. Все, что требуется сделать — это увидеть нужду в обслуживании или производстве и потом приспособиться. Но сначала нужно прекратить жалеть себя и начать использовать свой мозг. Вот приблизительно и все.

Считаю для себя огромным везением, что нигде не учился. Что происходит с детьми, когда они посещают школу? Все эти годы, находясь под воздействием школьной системы, они теряют индивидуальность. Единственное, что меня поддерживает, это моя индивидуальность. Если и существует индивидуалист, так это я. Много таких, как я… но другого такого нет.

Похожий на Уэйна, только где-то на пятьдесят лет моложе, мой друг архитектор Пол не чувствует сопротивления в себе, которое может затормозить развитие его дела:

— Я не ощущаю внутреннего сопротивления ни в чувствах, ни в словах, ни в действиях по отношении к работе, которую стремлюсь завершить. Мне просто надоели те, кто ноет: "Я хочу то, я хочу это". А сами ничего не делают. Сделайте, ради Бога — или перестаньте хотеть!

Такой тип отношения делает изобретательность возможной. Находчивый, активный человек, как Пол, чувствует, что если не будет чем-то рисковать, то никогда ничего не получит. С другой стороны, блокированный человек с низкой самооценкой чувствует, что если не будет пробовать ничего нового, то и не потерпит неудачу. Следовательно, существует, по крайней мере, одно различие между людьми с сильными и слабыми внутренними ресурсами — это уровень уверенности в себе. Находчивый человек считает, что, рискнув на эксперимент с решением хотя бы части проблемы, он уже добьется чего-то хорошего. Он доверяет собственному разуму, основываясь на опыте прошлого. (В дальнейших параграфах мы увидим, как человек, не имевший опыта в решении проблем и совершении рискованных действий, сумел приобрести доверие к самому себе.)

Доктор Уильям Глэссер, психиатр из Лос-Анджелеса, чья работа важна для меня, провел изучение людей, долгое время занимавшихся медитацией, и бегунов на длинные дистанции — то есть людей, в той или иной мере себя дисциплинирующих. В книге "Положительная зависимость" Глэссер приходит к заключению: многие из тех, кто занимался личной, уединенной, регулярной работой над собой один час в день в течение нескольких месяцев, получили большую пользу в психологическом плане. В том числе увеличилась и находчивость. Глэссер говорит, что творческий потенциал "связан с силой, а не со слабостью". Сила, о которой упоминает Глэссер, — та самая сила, которую я называю высоким самоуважением. Его исследование показало, что люди, чувствующие внутреннюю силу для достижения своих целей, более устойчивы к трудностям и легче переносят тревожное состояние.

"В отличие от слабого, сильный не отступает, не бросается в панику и не совершает глупых поступков. Он не любит боли так же, как и любой другой, но не желает соглашаться на какое-либо кратковременное облегчение, если оно означает ограничение выбора… Хотя большую часть своей силы он приобрел, обучаясь справляться с трудной ситуацией, этому человеку присуща способностьзаботиться о себе и в тех ситуациях, где у него нет ни опыта, ни поддержки. У них есть силы понять, что делать в новой и абсолютно незнакомой ситуации. Уверен, что эта сила имеет своим источником безусловную веру в силу своего ума".

Глэссер подробно объясняет, почему только регулярная дисциплина помогает создать внутреннюю силу. В моей первой книге "Обыкновенные люди как монахи и мистики" я также прослеживаю факторы, которые свойственны росту индивидуальности и силы. При этом достаточно сказать, что можно, независимо от возраста, научиться стать находчивым. Но такое обучение, в отличие от советов, предлагаемых во многих руководствах по саморазвитию, не является "немедленным". Изобретательность постижима, так как человеческий разум способен научиться методам решения проблем, включая трудные. Но разум учится решать проблемы только во время решения проблем. Тем и непривлекательна такая учеба, что она не выдает немедленного результата. Другими словами, если мы желаем стать более находчивыми, нам требуются реальные проблемы, на которых мы тренируем свой мозг. На успехе взращивается другой успех, и чем чаще мы видим себя решающими самые важные вопросы и получающими то, что требуется, тем больше мы будем верить в себя и станем более находчивыми.

Наверное, каждый чувствовал способность экспериментировать, задействовав при этом свои природные способности. Такие вещи случаются обычно, когда мы чувствуем себя сильными, здоровыми и привлекательными. В эти действительно "добрые дни" мы даже пробуем что-нибудь новое: другую одежду, разговор с незнакомцем (просто потому, что нам он понравился), обед в незнакомом ресторане. Другими словами, наша возможность "играть" и с ситуациями и людьми, пробовать что-нибудь нестандартное в такие дни увеличивается, потому что мы переполнены внутренней энергией и чувством, что "У меня все в порядке, и все вокруг хорошо".

Люди с высоким самоуважением обладают такой способностью почти всегда, даже когда испуганы или встревожены. Несмотря на опасное положение, они ведут себя так, словно находятся в сильной позиции. Прежде чем учиться такому поведению, было бы полезно послушать другого человека преуспевающую деловую женщину, которая поделилась со мной своими способами решения проблем.

Эта женщина — сейчас ей сорок с небольшим — начала свою карьеру секретаршей. Она проложила себе путь к финансовой независимости серией напористых, изобретательных шагов. Каждый шаг планировался как движение к финансовой свободе и большим возможностям для организации нового бизнеса главной цели ее жизни. Сейчас она владеет секретарской исполнительской службой и сдает в аренду офисы и секретарское оборудование.

Женщина, которую буду называть Гейл, — это гений сводить вместе разный бизнес на основе одной идеи. Своему успеху она полностью обязана себе и является идеальным примером для подражания всем, кто питает надежду стать финансово независимыми, но не имеет собственного плана. Гейл выросла в многодетной обедневшей семье и не имела никакой поддержки для осуществления своих целей. Она стала преуспевающей самостоятельно. О себе она говорит:

— В основном мои навыки — в секретарской и административной области. Я — секретарша, которая "переросла" в администратора. Когда я приехала в Калифорнию, то поняла, что не хочу больше работать ни на кого. Поэтому стала спрашивать себя: "Что я умею делать? Что я люблю делать?" Сначала я думала открыть магазин одежды, потому что очень люблю одежду. Но мне хотелось иметь бизнес, который давал бы какое-то свободное время. Когда я подумала об обслуживании офисов, стала кое-что исследовать: ничего особенного, просто поговорила с друзьями-бизнесменами, людьми, связанными с маркетингом. Мне нужно было знать поле будущей деятельности.

Я также знала, что при таком виде обслуживания у меня уже есть поддержка, т. е. клиенты. Когда несколько знакомых консультантов по компьютерному маркетингу заинтересовались моим предложением, я решила, что время самое подходящее: я все сделала вовремя. Вот в этом здании моя фирма находится уже девять лет. Когда я только начинала, у меня было четыре офиса, подготовленных для аренды. Через год их было уже восемь офисов, а затем мы расширились до пятнадцати-двадцати за год. Через четыре года я удвоила этот размер. И одновременно, в течение этого времени, я начала еще один бизнес, построила его, сделала прибыльным, а потом продала.

Изобретательность Гейл продемонстрирована везде: и в начальном периоде, и во всей карьере. Она отказалась от поддержки мужа и кредитов, которые мог получить он, и решила с самого начала (хотя это было еще до движения за женское освобождение, вдохновившего банки давать большие кредиты женщинам) прийти в банк и рассказать, чем собирается заняться.

Нужно быть настойчивой, и я такой была. Ведь людям нужна уверенность в вас, чтобы ссудить вам деньги или предложить свои услуги, когда вы начинаете. Например, банк никогда бы не дал мне кредит, если бы я это сама не устроила: я хотела, чтобы там знали меня, а не моего мужа. Поэтому за два года до начала своего бизнеса, я пришла в банк и познакомилась с руководством. Я хранила в этом банке собственные сбережения и несколько раз встречалась с руководством. Через год я сама пришла туда и сказала, что мне нужен кредит, хотя у меня для этого не было никаких деловых преимуществ. Поэтому мне дали небольшой заем. А сейчас, если нужно, я могу сходить и получить большую сумму денег просто под свою подпись.

Еще я по-прежнему веду дела с мебельным бизнесом, в котором участвовала, когда начинала. Эти люди были великолепны, они дали мне шанс они рисковали.

Я заходила в каждый магазин и устанавливала связи с людьми. Ходила в IBM за печатными машинками — они были мне нужны. Люди там работали фантастические. Они говорили, что им нравится видеть женщину в бизнесе, и действительно помогали мне. Даже снабдили меня литературой по секретарскому делу. Я использовала ее при организации штата фирмы. Они, в конечном счете, получили мой бизнес, так что знали, что делают.

Основное препятствие — в то время бизнес был действительно миром мужчины. Когда мне требовалось представить наши секретарские компании другим фирмам, чтобы получить дополнительную работу, или распространить объявления среди жилых районов, чтобы найти место для офиса, мужчины обычно просили закончить наши дела "за обедом". Я не была наивной, но верила людям. Пару раз я сходила на такие обеды, и это оказалось большой ошибкой. Было неловко и неуютно. Сначала я сердилась на мужчин. Мне хотелось отчитать их, велеть им позабыть о нашем деле. Потом хотелось просто уйти. Но скоро я научилась действовать так, что заключала необходимую сделку еще до того, как предлагался обед. Сегодня я могу и выпить с кем-нибудь, но умею держать под контролем такую ситуацию.

Людям, не расположенным к риску, бывает сложно проявить изобретательность, потому что они избегают именно тех проблем, на которых могли бы тренировать свой мозг. Творческий ответ на проблему необходим, однако именно это некоторые люди и не могут продемонстрировать потому, что все проблемы их пугают. Женщина лет тридцати, — назову ее Бет — рассказала мне свою удивительную историю, как она научилась преодолевать доминировавшие над ней страхи — в данном случае — страх бедности, и добиться при этом высокого чувства собственного достоинства.

Бет поняла, что нуждается в помощи терапевта во время болезненного развода с мужем. У нее появились не только жестокие приступы депрессии и горя, но также и чувство ошеломляющей тревоги. Начав терапию, Бет "вспомнила", что ее решение выйти замуж было основано не на глубокой любви, а скорее на глубокой необходимости финансовой заботы.

В двенадцать лет у нее умер отец, а мать попала в больницу с психическим расстройством. Хоть это и стоило большого эмоционального напряжения, Бет сумела позаботиться о себе. Но была настолько травмирована внезапной и непосильной для такого возраста самостоятельностью, что все, о чем она беспокоилась, были деньги. Она не понимала, что приобретает неординарную находчивость, заботясь о самой себе. Она проявила героизм, зарабатывая временной работой, договариваясь с родственниками послать ее в интернат, готовилась к поступлению и поступила в прекрасный колледж в шестнадцать лет.

Главной мыслью Бет в то время было, однако, найти мужчину, который бы заменил отца, и она сделала это вскоре после окончания колледжа. В душе для нее имела значение только ее отчаянная нужда в сильном, покровительствующем, финансово стабильном товарище. Конечно, со временем отношения изменились в корне, потому что в основе их лежали логические мотивы. И Бет, и ее муж поняли, что их брак недолговечен.

Конечно, тревога, с которой Бет встретилась во время развода, была тем же самым горем и тревогой, которую она чувствовала, когда умер отец. Это были те чувства, которые она глубоко спрятала в себе, когда решила не полагаться на собственные силы и таланты, а выйти замуж ради защиты и финансовой поддержки.

Ее терапевт, настоящий диссидент и мятежник в своей области, считал, что "надо пинать лежащего". Он имел в виду, что лучшее время подтолкнуть людей, чтобы они встали и увидели сами себя, это использовать их привычный стереотип увиливания от трудностей. При помощи своего метода "жестокой любви" он дал Бет рекомендации, которые вывели ее из лабиринта беспомощности.

Он попросил ее уехать на выходные туда, где она никого не знает, куда-нибудь не менее чем за сто миль от дома, не взяв с собой ничего, кроме десяти центов, чтобы в случае чрезвычайных обстоятельств позвонить ему. Она должна была не использовать ничего, кроме собственной интуиции, природных навыков "изобретательности", чтобы выжить. Он сказал, что, по его мнению, она такой изобретательный человек, каких он еще никогда не встречал, и что единственная ее задача — раскрыть глаза шире и поверить в собственную ценность и способность позаботиться о самой себе.

— Мой доктор сказал, что я должна понять — у меня безбрежные запасы творческого ума. Даже мое решение выйти замуж было победным решением, данное мне моим прошлым. В то время я думала, что он сумасшедший. Но я согласилась делать то, что он попросил, потому что полностью ему доверяла.

Необычная воскресная поездка имела еще одно условие: Бет не разрешалось делать ничего незаконного, чтобы помочь себе "выжить", и она обязана была позвонить терапевту, если вдруг окажется в тюрьме или в каком-то еще худшем месте.

— Когда я вышла от доктора, я была потрясена согласием на подобное приключение. Это походило на сумасшествие. И хотя поднялись все мои скрытые страхи — ужас быть одной, без копейки, в мрачной убогой среде — я была еще и заинтригована. Я знала, что будет весело, потому что все это задумывалось как игра. А еще, в глубине души, была уверена, что смогу управлять собой. Это удивительное чувство стало самым большим сюрпризом: мне понравилась мысль самой решать, что делать!

Тем же вечером по пути домой я поняла, что основа моих чувств не страх, а волнение. Впервые за долгое время разум был сосредоточен не на моих катастрофических страхах, а на решении конкретной проблемы. Я испытывала непонятное оживление. Во-первых, вернувшись домой, я начала лихорадочно планировать поездку. Я решила уехать в Сан-Диего, где никого не знаю. Сделала несколько телефонных звонков и выяснила, где расположено молодежное общежитие. Я записала точные данные, чтобы не заблудиться и не тратить горючее. Согласно условиям, бензина должно хватать только на дорогу туда и обратно. И я предприняла меры, чтобы мой терапевт знал, куда я собираюсь, чтобы хоть кто-то знал, где я, на случай, если попаду в беду.

Я обратила внимание, что без всякой помощи веду себя ответственно и осторожно, и это наблюдение дало начало чему-то новому, что наполняло меня самоуважением.

Когда я добралась до молодежного общежития, к собственному ужасу узнала, что оно стоит пятьдесят центов за ночь. У меня было только десять. Я увидела саму себя просящей денег у соседа-туриста из Канады, и он одолжил мне пятьдесят центов. А другая соседка сжалилась и дала еще пятьдесят. Я стала богатой!

Я наблюдала себя, оценивая обитателей ночлежки. Одни были наркоманами, другие — студентами, путешествующими ради приключений. Я проявила такую тактичность, что подружилась с обеими группами, но решила спать рядом со студентами, которые расположились на кроватях и на полу в спальных мешках. Был один тревожный эпизод, когда посреди ночи явилась полиция, искавшая молодую женщину, подходившую к моему описанию. Ее подозревали в убийстве! Мое дыхание остановилось, и я постаралась соответствовать образу добропорядочной гражданки. Полиция купилась на мой рассказ и уехала без дальнейших расспросов.

На следующий день я стала понимать, насколько я предприимчива, стараясь сдать кровь (имея при этом вес на десять фунтов меньше нормы), и подвозя людей к пункту сдачи крови за пятьдесят центов (в моей машине было шесть человек, и поэтому я получила три доллара). Теперь у меня было около четырех долларов. Потом я поехала в "Сакс" на Пятой авеню, где, как я знала, есть чистые туалеты (в общежитии они были ужасными, и я не могла пользоваться ими), умылась и наложила свежий макияж, а затем отправилась в отдел кадров искать работу. Не спрашивайте, как, но я ухитрилась быстро оформить документы. Думаю, просто им срочно требовался помощник, а у меня был опыт торговли косметикой, и я сказала, что могу начать в понедельник утром. И хотя мои выходные не закончились, я поняла, что я все исполнила самостоятельно. У меня была работа, прибежище и способ "выжить". Я узнала, что для меня совсем не обязательно выходить замуж, чтобы кто-то обо мне заботился. У меня самой есть способности для этого. Если я снова выйду замуж, то по другим, более основательным мотивам.

После этого я вернулась в аспирантуру и начала встречаться с человеком, который мне действительно дорог, с тем, кто является моим лучшим другом, нежной и романтической любовью. Мои чувства к нему не имеют ничего общего с деньгами или с необходимостью заботы обо мне. Я просто люблю находиться с ним рядом.

Если мы помним, насколько важна безопасность для нас, мы также должны помнить, что, находясь под угрозой, абсолютно естественно чувствовать беспокойство, как будто мы теряем контроль над ситуацией, как будто нам нужен кто-то сильный, на кого мы хотим опереться. Конечно, бывают ситуации, когда поиск поддержки абсолютно естественен, например, потеря или смерть любимого человека, болезнь, времена, когда мы хотим поделиться своей радостью или своей болью. Но необходимо отметить, что, с точки зрения всей жизни, наилучший механизм для ликвидации беспомощности находится в нас самих. Мы по- настоящему растем и развиваемся, только если принимаем ответственность за последствия наших действий. В то время как многие люди чувствуют себя растерянными, когда они напуганы или взволнованы, по-настоящему изобретательный человек рассматривает это как дополнительную возможность для проявления ответственности.

Периоды тревоги — это время, когда необходимо взять в себя в руки. В это время нам необходимо понять, что мы формируем обстоятельства так, будто бы это скульптура: сначала видим идеальный результат, дальше представляем, что бы мы чувствовали, если бы хорошо справлялись с ситуацией, потом приходит черед предпринимать правильные действия. Действия, которые вытекают из таких субъективных представлений и эмоций, — обычно спонтанные действия, несущие желаемое решение. Побеждая страхи один за другим, и обучаясь, как постоять за себя, как принимать решения, мы учимся, как рассчитывать на себя. Мы узнаем, что находящееся в нас дает нам все, что требуется для настоящей безопасности в долговременном, реальном смысле. Мы узнаем, что этот вид безопасности имеет мало общего с деньгами. Мы уже обсуждали этот вопрос в первых главах: мы должны верить в себя, зная, что имеем все необходимые навыки, ум и смекалку, чтобы встретить любую нужду.

Для некоторых людей использование своих навыков означает встречу финансовых трудностей. Для других это наука обращения к другим людям за помощью и поиска друзей.

Многие, не способные справиться с неожиданными обстоятельствами, испытывают придуманное одиночество и стараются найти внешнюю систему поддержки (например, деньги в банке; необходимые связи; надежную работу; общественные контакты), вовсе не нужные, если бы они могли честно открыться людям, которых действительно любят и уважают.

Другие осознают, что их умственные способности функционируют и в стрессовой ситуации, что их ум — даже если они не слишком одарены предназначен для выживания и счастья. Все эти уроки можно усвоить, если человек принимает ответственность за эффективное функционирование каждый день, независимо от чувств, которые говорят: "Я не могу работать, я не знаю как, я слишком испуган, слишком стар, слишком болен…"

Это не значит, что мы не ошибаемся, что каждый должен убежать на выходные за приключениями только с десятью центами в кармане и посмотреть, каким изобретательным он может быть в незнакомом городе. Бет была исключением и находилась под наблюдением терапевта. Хоть она и чувствовала себя новичком в этих вопросах, на самом деле являлась профессионалом. И в этом — смысл ее приключения. Это, конечно же, не рецепт для каждого! Удачливое меньшинство обучается в юном возрасте функционировать эффективно и изобретательно, несмотря на препятствия или чувство, что они "не могут". Но каждый может научиться искусству "квалифицированных приемов" в любом возрасте.

Термин "квалифицированные приемы" — это слова Тартанга Тулку, ламы из Восточного Тибета, они используются для описания спонтанной текущей энергии, которая всегда помогает нам встретить любую проблему и любую цель. Он говорит: "Используя квалифицированные приемы, чтобы обогатить нашу жизнь и вложить творческий потенциал во все наши дела, мы можем проникнуть в сердце нашей истинной природы. Мы можем приобрести понимание основной цели в жизни и оценить радость правильного применения нашего драгоценного времени и энергии".

Изобретательность и квалифицированные приемы есть на самом деле одно и то же. Мы можем верить в силу своего собственного разума и таланты, которые проведут нас по жизни. Можем практиковать эту веру в себя и в независимое мышление/действие, встречаясь с требованиями и сложностями жизни, лишь иногда останавливаясь и спрашивая: "Что говорит мое мышление о предстоящем поступке?" или "Что на моем месте сделали бы люди, которыми я восхищаюсь?"

Когда мы полны решимости выполнить жизненные задачи, мы начинаем видеть все проблемы как возможности для творческого роста и новых ответов. И сами себе открываем источник знаний в нас, который помогает преодолеть и превзойти все трудности, и на практике ведет нас к людям, местам и вещам, в которых мы нуждаемся. Таким образом, мы станем, в конце концов, изобретательными и уйдем от ложной мысли, что не можем жить плодотворно.