266

266

Как ни странно, чем дальше отстоит мера успеха от непосредственной меры таланта, тем сильнее становится эффект ореола. Пока ваше утверждение о собственном таланте строится на том, что вы лично сделали нечто очень хорошо, всегда найдется кто-то готовый усомниться в том, насколько хорошо это было сделано в действительности и насколько это было целесообразно делать вообще. Но едва чьи-то достижения абстрагируются от их сущности — как случается, например, когда человек выигрывает ценные призы, получает признание или зарабатывает заоблачные суммы денег, — конкретные, индивидуальные мерки результатов замещаются ореолом. Успешный человек, бестселлер или популярная идея просто считаются обладающими соответствующим преимуществом, и их успех, по сути, становится «заместителем» этого преимущества. Более того, усомниться в нем не так-то просто. Если человек верит, что «Мона Лиза» — великое произведение искусства из-за факторов X, Y и Z, то компетентный диспутант мгновенно приведет собственные критерии или укажет на другие, более совершенные примеры. Но если человек верит, что «Мона Лиза» — великое произведение искусства просто потому, что она знаменита, то пусть наш докучливый диспутант выдвинет любые возражения, а мы все равно будем настаивать, что он не понимает сути. Какой бы информацией он ни располагал, утверждая, будто качества «Моны Лизы» не уникальны, мы сразу же заподозрим, что он нечто упустил из виду, ибо, конечно же, если бы картина не была такой особенной, она не была бы такой… ну, особенной.