«Все угасает: альтернативы исключают друг друга»

«Все угасает: альтернативы исключают друг друга»

В замечательном романе Джона Гарднера «Грендель»[22] измученное чудовище из легенды о Беовульфе ищет мудреца, чтобы тот подсказал ему разгадку тайны жизни. Мудрец отвечает ему: «Конечное зло состоит в том, что Время есть постоянное исчезновение, а действительное существование неотделимо от уничтожения». Он подводит итог своим размышлениям о жизни в нескольких сокровенных словах, в двух кратких, но глубоких фразах: «Все угасает. Альтернативы исключают друг друга». Я уже достаточно сказал по поводу «все увядает», теперь позвольте мне обратиться к тайному смыслу второй фразы. «Альтернативы исключают друг друга» — вот основная причина того, что многим людям так неприятна необходимость принять решение. На каждое «да» существует свое «нет», и выбор любого варианта означает, что вам придется отказаться от всех прочих. Многие люди ужасаются, в полной мере осознав ограниченность, лишение и угасание, что несет с собой бытие.

Например, необходимость от чего-то отказаться была грандиозной проблемой для Леса, 37-летнего врача, который на протяжении многих лет мучительно выбирал, на какой из нескольких женщин ему жениться. Когда он наконец женился, он переехал жить к супруге, за сто миль от своего дома, и открыл вторую приемную. Тем не менее еще несколько лет он раз в неделю принимал в старом кабинете и, кроме того, в эти дни встречался с прежними подругами.

В нашей терапии мы сосредоточились на том сопротивлении, которое вызывала у него необходимость сказать «нет» другим вариантам. Когда я разъяснил ему, что сказать «нет» — это значит закрыть старый кабинет и прекратить общение с другими женщинами, он осознал, что всегда был очень высокого мнения о себе. В своей семье он был «золотым мальчиком», талантливым любимчиком — занимался музыкой, спортом, получил награду за успехи в науке. Он знал, что преуспеет в любой профессии, что бы ни выбрал. Ему казалось, что он — особенный, и на него не распространяются никакие ограничения. Ему никогда и ни от чего не придется отказываться. Правило «альтернативы исключают друг друга» справедливо для кого угодно, но только не для него. Личный миф Леса гласил: жизнь — это вечно восходящая спираль, ведущая в лучшее будущее. Он сопротивлялся всему, что угрожало этому мифу.

Сначала казалось, что в случае Леса нужно обратить внимание на проблемы страсти, верности и нерешительности, но в конечном счете потребовалось исследование более глубоких, экзистенциальных вопросов: его вера в то, что ему суждено расти и расцветать, оставаясь свободным от ограничений, которые накладываются на простых смертных. В том числе и от смерти. Лес (как и Пэт, о которой я рассказывал в главе 3) очень боялся любого намека на необходимость отказа: он пытался уклониться от правила «альтернативы исключают друг друга». Прояснение его стремлений сузило проблему и ускорило нашу работу. Когда Лес смог принять необходимость отказа и уйти от неистовых попыток держаться за все, что у него когда-то было, мы получили возможность работать над его настоящим и, в частности, над отношениями с женой и детьми.

Убеждения Леса о том, что жизнь — вечно восходящая спираль, в психотерапии встречается нередко. Однажды я работал с 50-летней женщиной, чей 70-летний муж, известный ученый, в результате удара стал слабоумным. Ее очень тревожил нездоровый вид мужа. Целыми днями он только и делал, что сидел перед телевизором. Женщина не могла, как ни пыталась, оставаться спокойной. Она постоянно просила его заняться чем-то, что помогло бы ему вернуть умственные способности: почитать книгу, поиграть в шахматы, позаниматься испанским, поиграть на скрипке. Слабоумие мужа пошатнуло ее восприятие жизни как восходящего движения к большему знанию, новым открытиями и свершениям. Ей трудно было принять, что все мы конечны и обречены на путь от младенчества к зрелости и неизбежному закату.