ТЕЛЕСНЫЕ УКРАШЕНИЯ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ТЕЛЕСНЫЕ УКРАШЕНИЯ

Социальные увечья и косметические средства

Ношение одежды — лишь один из множества способов, которыми люди декорируют себя. Кроме того, мы можем украшать кожу шрамами, прокалывать различные части тела, подстригать волосы, наносить парфюм на шею, красить ногти, пудрить лица и подпиливать зубы. Одни виды Телесных Украшений остаются на всю жизнь, другие воздействуют на окружающих лишь несколько часов, но все они являются важными элементами человеческого поведения, указывающими на общественный статус, состояние сексуального возбуждения, склонность к агрессии, принадлежность к социальной группе, игривость и многие другие свойства и качества украшенного тела.

Многие временные украшения, такие, как косметика, ювелирные изделия, лак для ногтей, парики, причёски и парфюм, по сути своей всего лишь дополняют одежду. Их, как и детали туалета, можно по желанию «надеть» или «снять», и человек, декорирующий ими своё тело, не берет на себя никаких долгосрочных социальных обязательств. Эти украшения можно использовать снова и снова, они меняются в зависимости от обстоятельств. Если мода изменится, о них можно и вовсе забыть.

В XVII веке мушки превратились в отдельные изображения, иногда имевшие политический подтекст (Бульвер, 1654).

Постоянные украшения, связанные с тем или иным увечьем, наносимым человеку, больше свойственны обществам с жёсткой структурой, в которых огромное значение имеет принадлежность к «своей» социальной группе. Такие украшения служат опознавательными знаками, от которых невозможно избавиться; они, таким образом, обосабливают человека до самой его смерти. Часто декорированию такого рода посвящена особая церемония племенной инициации, весьма болезненная для инициируемого. Испытываемая им боль является неотъемлемой частью процесса единения с социальной группой, все члены которой прошли через тот же ужас. Приобретение статуса «своего» — это тяжелейшее испытание, которое очень трудно преодолеть, потому память о нем преследует человека всю оставшуюся жизнь. Тяжесть испытания словно отделяет его от тех людей, которым не довелось пережить ничего подобного. Зачастую индивид подвергается испытанию, когда достигает половой зрелости, и оно связано с гениталиями. Впервые в жизни подросток не может обратиться за помощью к своим родителям, отдаляется от них — и примыкает к «своей» социальной группе, к какому-либо племенному «клубу».

Бывает, что и сами родители подвергают ребёнка подобному испытанию задолго до того, как ребёнок начинает понимать, что с ним происходит. В этом случае растущий ребёнок воспринимает нанесённые ему «социальные увечья» почти как биологическую данность, благодаря которой он отличается от членов племени с нормальными телами.

Для того чтобы понять, как именно люди украшают свои тела (на время или на всю жизнь), рассмотрим каждую часть тела по отдельности и определим, какое внимание ей уделяется. Начнём с волос. Существует огромное количество способов изменить причёску, цвет волос и так далее, однако, поскольку волосы все время растут, все эти изменения носят временный характер.

Любопытно, что волосы, растущие у нас на голове, могут быть очень длинными. Если их не подрезать, они растут и достигают очень большой длины, как у мужчин, так и у женщин. Судя по имеющимся данным, за волосами ухаживали ещё наши далёкие предки. Очень длинными могут вырастать и бороды у мужчин. Известен случай, когда длина бороды превышала рост самого мужчины (из-за чего однажды он наступил на неё, споткнулся, упал и умер). Мы вряд ли когда-нибудь узнаем, зачем отращивали бороды первобытные охотники; возможно, для того, чтобы укреплять социальные связи посредством ухаживания за волосами? Обезьяны проводят много времени, ухаживая за шерстью друг друга, благодаря чему их дружеские узы становятся крепче. Первобытные люди нуждались в уходе за волосами, и не исключено, что ритуалы дружеского ухаживания такого рода помогали им устанавливать хорошие отношения.

Как бы там ни было, человечество уже много тысяч лет использует волосы на голове для собственного украшения. Часто различные причёски делят людей по половому признаку — у мужчин они одни, у женщин другие. Укладка волос может указывать на возраст человека или на его статус. В качестве дополнительных элементов украшения волос люди используют воск, масла и парики. Традиция накладных волос существует, по меньшей мере, пять тысячелетий. Жители Древнего Египта, как правило, брились наголо и надевали на те или иные церемонии специальные парики, которые изготавливались из человеческих волос или растительных волокон и крепились на голове с помощью пчелиного воска. Парики были популярны и у женщин Древнего Рима, где их изготавливали из волос людей, обращённых в рабство. Римских проституток узнавали по жёлтым парикам. Римляне, подобно современным мужчинам, носили парики, только если хотели скрыть седину или лысину.

Первые христиане не любили искусственные волосы и считали, что парики носят лишь тщеславные люди. Епископы отказывались благословлять людей в париках, мотивируя это тем, что они не могут касаться волос, которые могли принадлежать язычникам. Длинные локоны христианок также считались дьявольским искушением, поэтому в Средние века женщины должны были скрывать волосы под головными уборами (как и мусульманские женщины в странах, которыми управляют мужчины-богословы).

Парики и изысканные причёски вновь сделались частью моды лишь в Елизаветинскую эпоху. Как только великая королева решила скрыть собственные волосы под огромным париком, ей тут же начали подражать другие женщины, и вскоре парик сделался украшением, указывавшим на высокий социальный статус. Тогда же французский король Генрих III лишился шевелюры после попытки покрасить её опасными химикатами и вынужден был надевать бархатную шапочку с прикреплёнными к ней прядями волос. Придворные стали подражать монарху, и к XVII веку в Европе распространились большие, тяжёлые парики. Людовик XIV, облысевший в 32 года, поддержал традицию, надевая роскошный чёрный парик. Каждое утро этот парик передавали королю через занавеску в спальне; каждую ночь, скрывшись за балдахином, король отдавал парик слуге; таким образом, никому (кроме, надо думать, королевы и некоторых дам) так и не удалось взглянуть на королевскую лысину. Мнения христианских клириков о том, следует ли мириться с искусственными причёсками, разделились. На молитвенных собраниях разыгрывались безобразные сцены — священники без париков норовили содрать накладные волосы с голов своих щеголеватых коллег.

В течение XVIII века европейские парики становились всё более изысканными. Насчитывалось более 110 стилей одних только мужских париков. Самым высоким был фантастический парик «макарони», изготовлявшийся из конского волоса и достигавший 46 сантиметров в высоту. Накладные волосы стоили огромных денег, лишь очень богатые люди могли позволить себе носить большие парики, для изготовления которых шли волосы иногда десятков людей. Отсюда — английское слово «bigwig» («большой парик»), обозначающее очень важную персону.

Парики XVIII века не выглядели как настоящие волосы, их часто снимали в присутствии других людей, чтобы почесать голову, вытереть пот или попросту расслабиться в компании друзей. Как и в Древнем Египте, мужчины, носившие парики, брились наголо или коротко стриглись.

Ношение парика в те времена давало несколько преимуществ. Гигиена тогда была не на высоте, а те, кто носил парик, как правило, мыли голову чаще, чем другие люди. Кроме того, парик можно было поменять на более модный и отослать парикмахеру, не выходя из дому. Наконец, в парике можно было появиться на людях инкогнито. Но прежде всего парик сообщал окружающим о социальном статусе человека и о том, следит ли он за модой.

К концу XVIII века женские парики превзошли мужские по экстравагантности, достигая временами 75 сантиметров в высоту. Из-за париков дверные проёмы делали более высокими, а сиденья в каретах — более низкими. Законодательницей новой моды стала Франция, где светские дамы могли по много часов водружать парик на голову и спать в нем целую неделю. В их собственных волосах, погребённых под монструозными париками, заводились паразиты, а немытые головы постоянно чесались.

Во время Французской революции мода на огромные парики отошла в небытие вместе с теми, кто эти парики носил, — многие из этих людей окончили свои дни на гильотине. В Северной Америке, невзирая на яростные протесты пуританских священников и введение налога на накладные волосы, парики были популярны ещё долгое время, но и здесь мода на них сошла на нет после того, как Соединённые Штаты выиграли Войну за независимость. Изысканные причёски Старого Света повсюду уступали место причёскам более простым. В Викторианскую эпоху функция парика окончательно свелась к сокрытию лысины, отчего накладные волосы стали робко именовать «неброским волосяным покровом». До последнего времени, несмотря на небольшие перемены господствующего стиля, как мужские, так и женские причёски оставались почти неизменными.

В 30-е годы XX века в США были изобретены синтетические волосы, и стало возможно изготавливать дешёвые парики любых форм и цветов. В 60-е парики пережили новый расцвет: в Европе и США каждая третья следившая за модой женщина приобрела себе «подходящий парик». В это богатое и весёлое десятилетие вошли в моду парики разноцветные, потешные, пышные, а главное — женщины перестали выдавать накладные волосы за свои и носили парики, совершенно не таясь. Мужчины решили не возвращаться в галантный век, им, напротив, требовались парики, которые выглядели бы предельно натуралистично. Мода на искусственные причёски достигла кульминации, когда в США стали проводить трансплантацию волос: небольшой кусочек кожи с волосом срезался с покрытого волосами участка головы и пересаживался на лысину. Рассказывали, что в 1970 году некий американский эстрадный артист заплатил 12 тысяч долларов за подобную операцию. Возможно, его новая причёска стала самым дорогим украшением тела со времени изготовления самого изящного из париков Марии-Антуанетты.

К концу 60-х годов показные парики вновь вышли из моды, и до конца столетия женщины старались носить накладные волосы так, чтобы никто не заподозрил их в ношении парика. Это не означает, однако, что с фешенебельными париками покончено навсегда. Настанет день, когда они войдут в моду вновь — как дополнение к естественным причёскам. Парики имеют одно преимущество перед остальными Телесными Украшениями: они моментально бросаются в глаза. Современный человек драпирует тканями почти все своё тело, оставляя открытыми лишь руки и голову, и среди прочих средств украшения тела искусственные причёски вполне могут претендовать на первое место по заметности.

Одно из самых заметных Телесных Украшений, которые остаются на всю жизнь, татуировка на лице, известно уже несколько тысяч лет.

От причёсок перейдём к лицу. За последние тысячи лет человечество придумало огромное множество способов украшать лицо. Об украшении лица заботились ещё жители Древнего Египта, о чем свидетельствуют сохранившиеся ящички с разнообразной косметикой. Египтян с тщательно раскрашенными лицами можно видеть на настенных росписях.

Макияж выполняет несколько важных функций. Он может маскировать лицо или защищать его от солнца; с его помощью человек может выглядеть моложе и здоровее или демонстрировать свою принадлежность к той или иной социальной группе; иногда раскраска лица сигнализирует об агрессивности или сексуальности. Как и в случае с париками, в истории были эпохи, когда любая косметика отвергалась как нечто «неестественное» — и когда, наоборот, появление на людях без макияжа вычёркивало человека из списков достойных членов общества.

В племенных сообществах косметика играет важную роль — она устанавливает статус индивида в социальной иерархии племени и снабжает его «ярлыком». Члены племени могут думать, что раскраска лица защищает человека от воображаемых злых духов, но на деле речь идёт об одной и той же функции: по-настоящему индивид защищён тем, что принадлежит к некой группе.

В древности люди использовали косметику именно как защитное средство, только защищались они не от злых духов, а от солнца. Как современные любители позагорать мажутся средствами от загара, так и древние египтяне защищали лица от обжигающих солнечных лучей. Гидросиликат меди, входивший в число ингредиентов знаменитой египетской туши для век, действовал как лекарство при нагноении века, вызванном воздействием солнца. Однако косметика интересовала египтянок не только как защитное средство — они считали, что утончённый макияж делает их более красивыми. К примеру, Клеопатра чернила брови галенитом и красила верхние веки темно-синей, а нижние — ярко-зелёной тушью. Знатная египетская дама наносила макияж по много часов и подкладывала под локоть правой руки, которой она подводила глаза, особую подушечку. В её «косметичке» имелись карандаши для подводки век, коробочка с тенями, бутылочки с разноцветными притираниями, баночки с прочими косметическими средствами и бронзовое блюдце для их смешивания. Одни косметические средства служили антисептиками, другие давали сильный запах. Некоторые, вроде маски для лица из яичного белка, использовались для сокрытия морщин. При помощи красноватой охры египтянки румянили щеки, кармином они красили губы. Часто можно слышать о том, что помада — это современное изобретение, но на деле ей по меньшей мере 5000 лет.

С тех пор макияж почти не претерпел изменений. На протяжении веков различные культуры в той или иной степени поощряли или отвергали разные способы раскраски лица, порождённые древними или первобытными сообществами. В Древней Греции изысканное использование косметики было свойственно лишь одной социальной группе — куртизанкам (и их коллегам мужского пола), в других обществах правом на макияж в наибольшей мере обладали члены королевских семей. К сожалению, со временем химические косметические средства становились все более опасными, зачастую они калечили лица, которые должны были украшать. Пострадавшие, в свою очередь, шли на все, чтобы замаскировать повреждённые участки кожи. Кожа лица страдала в результате различных болезней, возникавшие на ней пятна покрывали толстыми слоями пудры и краски. В XVII веке появилась мода на мушки, крошечные кусочки пластыря, которыми закрывали небольшие шрамы и прыщи. Очень скоро мушки стали своего рода тайным языком, превратившись, таким образом, в разновидность «сигналов лица». В Лондоне мушки использовались даже для определения партийной принадлежности: виги, или «правые», носили их на правой щеке, тори, или «левые», — на левой щеке. Простые чёрные кружочки вскоре сменили мушки разнообразных форм, включая полумесяцы и звезды. При дворе Людовика XV точное расположение мушек могло многое поведать о человеке: мушка в углу глаза означала страсть, в центре щеки — весёлость, на носу — дерзость, на лбу — величавость, и так далее.

XX век принёс две большие перемены в области косметики. Во-первых, благодаря прогрессу в области медицины болезни уже не так сильно вредят коже лица, во-вторых, прогресс в области химии сделал современную косметику безопасной и даже полезной. В результате макияж XX века сразу перестал быть и маскировочным средством, и угрозой для лица. Густой слой грима сменили тени, раскраску кожи сменил уход за ней. Как и раньше, женщины красят брови и губы и подводят глаза, стремясь подчеркнуть их или чуть изменить их естественную форму, но к коже лица они относятся теперь совсем не так, как раньше. В прошлом кожу лица почти всегда сильно пудрили или раскрашивали белой краской, иногда добавляя румяна. Подобная раскраска демонстрировала высокий статус женщины: она, в отличие от её служанок, могла позволить себе не подвергать щёки разрушительному воздействию загара. Аристократки были защищены от солнца, и сверхбелое лицо подчёркивало их статус. Румяна, в свой черед, должны были сообщать о хорошем здоровье дворянки. Для женщины XX века всё переменилось. В мире, где большинство людей работает, важно показать окружающим, что во время отпуска ты отдыхаешь на пляже. Чем больше времени ты отдыхаешь под солнцем, тем выше твой статус, оттого загар, настоящий или искусственный, превратился в новый «статусный» ярлык, а макияж обрёл новую цель — сделать лицо не белее, а коричневее. Мода на загар распространилась повсеместно, однако ближе к концу столетия она столкнулась с непредвиденным препятствием. Многие женщины запретили себе солнечные ванны, поскольку испытывают сильный (и не всегда обоснованный) страх заболеть раком кожи. Вновь стали популярны пудра и белила. Не все представительницы слабого пола, однако, отказались от загара, и к концу века раскраска лица стала куда более разнообразной, нежели раньше.

В последние годы становятся все более популярными косметические операции, в ходе которых участки кожи лица удаляют, чтобы оставшаяся кожа натянулась и появившиеся с возрастом морщины исчезли. Большинству круговая подтяжка лица, коррекция формы губ и пластика носа по-прежнему кажутся чем-то неестественным, однако косметическое восстановление зубов, ещё одна новая технология, пользуется большим спросом, как и линзы для глаз вместо очков. «Искусственный человек» остаётся эскапистской фантазией, а вот искусственное лицо — это уже реальность.

Вынеся за скобки стремление современных людей выглядеть моложе и здоровее, а значит, привлекательнее, отметим, что для нанесения утончённого макияжа требуются время, хорошая косметика и услуги специалистов. Время — это деньги, хорошая косметика — тоже, и услуги хороших визажистов стоят недёшево, отсюда: макияж = потребление = статус. В этом смысле макияж всегда был и будет способом сказать окружающим: «У меня много денег, и я трачу их как хочу». Чем макияж утончённее, тем больше он говорит о благосостоянии человека. Иными словами, когда женщина без стеснения являет миру ярко раскрашенное лицо, она фактически подаёт угрожающий сигнал. Так, в неистовых шестидесятых женщины Запада красили лица так, как не снилось и воинам диких племён. В более умеренном и эгалитарном общественном климате последней четверти XX века подобная демонстрация себя перестала быть общим местом. Макияж не исчез совсем, но стал куда менее броским — в том числе как способ незаметно для других продемонстрировать собственный статус себе самому. Женщины по-прежнему стремятся выделиться, но так, чтобы не было видно, что они к этому стремятся. Опытный наблюдатель без труда различит изысканный макияж, однако теперь косметика не бросается в глаза. Как и дорогой хлопчатобумажный пиджак, который сшит по особым лекалам и лишь выглядит поношенным, подобный макияж противоречит сам себе и подаёт сразу два сигнала: «Нужно заботиться о макияже, чтобы все видели, что он меня не заботит».

Переходя от лица к телу в целом, нельзя не отметить, что в обществе, где принято одеваться с головы до пят и демонстрировать окружающим оголённые участки тела лишь по особым случаям, раскраска и татуирование потеряли актуальность. В племенах, где все ходили полуголыми, раскраска и татуировки были весьма популярны и зачастую являли собой произведения искусства (возможно, это был первый вид искусства, освоенный нашим видом). Третий способ украсить кожу, нанесение на неё шрамов, куда более специфичен: в незажившие разрезы втирался древесный уголь и другие вещества, возникавшие в результате барельефные узоры человек носил на себе всю жизнь. Несмотря на современную одежду, все три способа украшения тела в том или ином виде сохранились до наших дней.

Как правило, татуировки и шрамы, уродующие кожу навсегда, являются знаками принадлежности к какой-либо социальной группе. Характерно, что многие из них символизируют либо узы любви (сердца, пронзённые стрелами), либо связь с определённой культурой (патриотические флаги и национальные эмблемы). Время от времени находятся люди, предлагающие сделать татуировки обязательными и всеобщими именно потому, что от них невозможно избавиться; так, в XIX веке всерьёз рассматривалось предложение сделать татуировку обручального кольца на безымянном пальце левой руки неотъемлемой частью церемонии бракосочетания. Считалось, что двоеженцы и волокиты, которые соблазняют женщин, предварительно избавившись от обручального кольца, будут посрамлены. К татуировке вдовцов добавлялась бы звезда; к татуировке разведённых — чёрточка; к татуировке сочетавшихся браком вторично — второе кольцо. Семейное положение человека, таким образом, можно было бы определить моментально. В начале XX века американских мужчин схожим образом побуждали следовать практике аборигенов Новой Зеландии и татуировать своих жён, чтобы другие мужчины видели: эта женщина замужем, приставать к ней нельзя.

В некоторых культурах о принадлежности человека к тому или иному племени «говорит» все его тело. (Обитатель острова Нуку-Ша Маркизского архипелага, около 1813 г.)

Общество, однако, не одобрило эти предложения. В наши дни, кроме татуировок, широко распространены два способа калечения тела: прокалывание ушей для ношения серёг и удаление частей гениталий (как мужских, так и женских) в процессе обрезания. По сути, обрезание — это единственная форма нанесения увечий, сохранившаяся с древних времён, несмотря на отвращение людей нового времени к подобным практикам.

Один из самых необычных и распространённых в древности способов калечения тела — это сдавливание головы младенца. Когда человек появляется на свет, его черепная кость не слишком тверда. В племенах Африки, Северной и Южной Америки и Европы было принято сдавливать головы младенцев при помощи плотного пеленания или прессовых дощечек с целью добиться желаемой формы черепа. Наиболее популярной была конусообразная, словно увенчанная короной голова с плоским лбом. Подобную форму черепа связывали с высоким статусом, поскольку люди с такими головами не могли носить на них тяжести и демонстрировали своим видом неспособность выполнять работу слуги.

В Европе сдавливание головы, судя по всему, диктовалось другими мотивами. Как и древние египтяне, жители европейских племён предпочитали удлинённые черепа с выступающим затылком. Такую форму голове младенца придавала мать, плотно перевязывавшая её сразу после рождения. Этот обычай был распространён в некоторых регионах Франции вплоть до XIX века, когда благодаря френологам люди верили, что форма черепа влияет на интеллект.

Обширное татуирование тела служит не только его украшению, оно также говорит о том, что человек вынослив и способен долго терпеть боль. («Мужские» татуировки туземцев Марианских островов.)

В новое время головы уже никто не сдавливает — теперь этот конкретный способ издевательства над плотью применяют к ногам, а роль «сдавливателей» взяли на себя производители обуви. Женщины страдают от обуви больше, чем мужчины, хотя, к счастью для современных женщин, плотное пеленание ног, которое практиковалось до недавнего времени в Китае, ушло в прошлое. В результате пеленания ступни китаянок благородного происхождения становились очень маленькими, эти женщины с трудом могли ходить и совсем не были способны работать. Деформация ног служила всё той же цели: это была демонстрация неспособности к труду. «Элегантные» туфли с заостренными носами тоже не годятся для тяжёлой работы, однако ноги в них деформируются не столь ужасно, как при пеленании.

Разумеется, есть тысяча других способов изменить тело и продемонстрировать окружающим те или иные качества индивида. Одни виды украшений встречаются сравнительно редко, например, кольца в сосках, серьги в пупке и языке; другие распространены повсеместно — ожерелья, браслеты, кольца и лакировка ногтей. В совокупности они образуют набор разнообразных «сдержанных» знаков, которые запоминаются надолго и в этом смысле более эффективны, чем обычные знаки. Воздействие кулака, которым машут перед вашим носом, прекращается, как только рука перестаёт двигаться, в то время как воспоминание о каком-либо Телесном Украшении остаётся с вами надолго. По этой причине люди будут украшать свои тела до тех пор, пока человечество не сгинет в пучине времени.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.