ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ВЗГЛЯД НА ВЕЩИ

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ВЗГЛЯД НА ВЕЩИ

Верите ли вы, что важны государству?

Я, например, нисколько.

Государство не видит меня — точнее, того образа, который возникает во мне по отношению к себе самому! В духовном смысле государство слепо.

Помните фильм «Хищник» с Арнольдом Шварценеггером (или «Терминатор» с ним же)? Интерфейс зрительного восприятия реальности и у Хищника, и у Терминатора довольно избирательный — тепловой и цифровой. Вместо реальной фигуры противника (добычи) эти дьявольские создания наблюдают цветные или зеленоватые пятна.

Так и государство: ему видны не движения наших душ, но то, как мы действуем в правовом поле, а это поле чрезвычайно дискретно: справки, выписки, заявления. Пятна какие-то: вот кто-то родился, получил единовременное пособие, выписался из роддома номер такого-то, получил гражданство страны проживания, оформлен в детсад, прошел медосмотр. Где же сам человек?

В глазах государственных органов мы отражаемся чрезвычайно урезанными. Представление о нашей честности-нечестности, работоспособности-неработоспособности возникает на основании заявлений, прошений, ходатайств, резолюций и других бумажек с печатями. Но разве это мы?

Номинально эти самые «мы» рождаемся в лоне государства и в нем же отдаем концы в воду (точнее, в землю). Так же номинально государство только что нас не рожает: воспитывает, просвещает, нанимает на работу, заботится о нашем здоровье, разрешая нам иногда отдыхать… А по факту стоимость услуг государства, учитывая их качество, изрядно завышена, и завышена по понятным причинам: чиновничья орава формирует законы и хочет, простите за грубость, есть и пить слаще нашего, вот и набивает себе цену.

Применительно же к браку можно говорить о том, что государство доглядывает вовсе не за нами, а за тем, чтобы мы не хулиганили и вели себя в соответствии с частично придуманными им, а частично сложившимися веками «общественными нормами».

За нарушение их в зависимости от «серьезности деяния» предусмотрены санкции (наказания) от мелких штрафов вплоть до лишения жизни и свободы на долгие годы. Это и есть система права.

Если государству станет выгодно заключать любые браки — например, человека и животного или человека и неодушевленного предмета, оно откроет и такую лазейку.

«Человек, возьми все, что ты хочешь, но заплати за это настоящую цену» — сказано давным-давно. Настоящей ценой за предмет вожделения может быть и дорогая, и сверхдорогая цена.

Ничем другим, кроме благ и санкций, полуслепое государство наше оперировать не может. Мы сами его так настроили: не разбираться в нас, а усреднять каждого до абстрактного понятия.