Долой родительский перфекционизм

Долой родительский перфекционизм

Еще один плацдарм для проявления детских капризов – раннее обучение. Современное общество охвачено эпидемией родительской лихорадки. Повышенная тревожность населения в целом и гонка за успехом сильнее всего сказываются на самом восприимчивом слое – молодых матерях. Лозунг сегодняшнего дня, транслируемый отовсюду: если твой ребенок плачет, значит, ты плохая мать. Твой ребенок должен быть лучше всех, воспитаннее всех, лучше всех учиться и быть развитым во всех областях! В блогах страдающие нарциссизмом пользователи Интернета жалуются друг другу на недолюбленность, детские обиды и трагические последствия отсутствия детского велосипеда. И молодая мать понимает: если ребенок чего-то недополучил, это критически скажется на его умственном и нравственном развитии, он не закончит школу, не получит образования, сопьется (или навсегда зависнет в Интернете), и жизнь ее не будет иметь смысла. «Я должна удовлетворять все его капризы, чтобы он не огорчался, не плакал, не разочаровывался, иначе я нанесу ему психологическую травму».

В поисках ответа на вопрос «что делать?» родители оказываются перед огромным спектром противоречивых советов. Например, в модных книжках и на интернет-форумах много пишут о естественном родительстве: его последователи стараются обеспечить малейшие эмоциональные и физические потребности ребенка с самого рождения. Правда, иногда возникают «перегибы на местах» вроде кормления грудью до пяти и более лет, но зато такой ребенок, по мысли «естественнорожальщиков», не сможет упрекнуть мать в том, что она не удовлетворяла его потребность в грудном вскармливании.

Когда ребенок стал центром семьи? Совсем недавно. Эта трансформация ребенка из младшего члена семьи в его главу произошла буквально в последние лет 15–20. Любой человек старше 35 легко вспомнит, что в его детстве никто вокруг него в хороводе не кружился: у родителей была собственная жизнь, они уходили в гости, уезжали в отпуск, некоторых детей до школы отдавали на воспитание бабушкам, которые вообще не задумывались над вопросом – «как это, воспитывать детей?». Школьные годы сопровождались обязанностями по дому: помыть посуду, пропылесосить, купить хлеба… И была детская самостоятельная жизнь. Кто-то строил шалаши на деревьях заброшенного сада, кто-то сидел с друзьями на детской площадке соседнего двора и рассказывал страшилки, а кто-то пускал карбид в лужи, ставя свои первые химические опыты. Наши родители и понятия не имели о детских травмах, они просто жили и растили нас, как умели.

Как-то мама шестилетнего мальчика, спросила своего психотерапевта:

– Мне кажется, что я мало внимания уделяю своему ребенку. Что мне делать?

– Попробуйте прийти сегодня домой, посадить его рядом с собой и сказать: «Сейчас я буду уделять тебе внимание». Как думаете, сколько минут вашего пристального внимания он выдержит?

Сегодня есть самые широкие возможности занять ребенка чем-то полезным для будущего. Будущее – это, конечно, прекрасно… Но ведь человек не начинает жить в восемнадцать лет. Он живет уже с рождения. На подготовку времени нет! Все, что произойдет с рождения до … – произойдет, все что нет – останется несвершившимся. Поэтому я рекомендую родителям настраивать себя не на подготовку ребенка к жизни, а на вооружение его для той жизни, которой он живет. Ребенок ЖИВЕТ УЖЕ СЕЙЧАС – его время и есть его жизнь. Если с рождения до семи лет он усиленно готовится к школе и вся жизнь сосредоточена на этом, то логично потом его в школе и оставить навсегда или прямо с первого сентября начать готовить в институт. Таким образом ребенок никогда не окажется там, где он есть на самом деле. Для психики это очень плохо.

Так что давайте не готовить, а предоставлять возможности! Тогда мы избежим капризов, которые возникают как ответ на «подготовительное» насилие. Занятия, «развивалки», секции и т. д. – великолепно, как всякая обогащенная среда. Но давайте оставим человеку время для личной жизни. А личная жизнь ребенка, особенно дошкольника, – это игра, причем игра не по правилам, придуманным взрослыми, и не спортивная, а игра воображаемая, ролевая (только реальная, а не компьютерная).

Отсутствие игры означает отсутствие места, где можно рассказать и проиграть историю о себе, скинуть эмоции, придумать хороший конец, избавиться от страха, выработать модели, просто расслабиться, придумать себе хороший мир. Взрослые, между прочим, тоже делают все это, только играют в собственной голове. А малышу пока требуется помощь игрушек. Если же места для игры нет, все необработанное накапливается, и вот вам, пожалуйста: забастовки, срывы, протесты и плач.

Зачастую развивающие занятия превращаются в соревнование родителей: кто раньше и более разносторонне разовьет свое дитя. Ожидание детей под дверью «школы для малышей» (вдумайтесь, еще до школы дети ходят в школу!) превращается в конкурс материнского тщеславия «Мой ребенок занят больше всех». Детям некогда просто посидеть с игрушками в углу, поковырять в носу или натереть восковые мелки на терке, чтоб получился игрушечный борщ – они ведь заняты семь дней в неделю. Родительский график максимально подстроен под расписание занятий ребенка. Зачастую молодые мамы отказываются от выгодных карьерных предложений: до работы ли, когда ребенка надо по два раза в день возить на занятия по всему району? При этом мнением самого ребенка обычно не интересуются («что он понимает, мал еще!»), он становится объектом удовлетворения родительских ожиданий, мечтаний и амбиций («потом спасибо скажет!»). За живого человека со своими потребностями, желаниями и интересами его никто не держит.

Ольга, мать двух девочек-погодков, учащихся в первом и втором классах, отказалась от успешной преподавательской карьеры ради развивающих занятий. Одна девочка занималась народными танцами, фортепиано и пением, вторая посещала занятия по художественной гимнастике, балету и училась играть на укулеле (маленькой гитаре). Плюс английская школа с огромными домашними заданиями и бассейн по выходным. Необходимость в сложнейшей логистике передвижений между общеобразовательной, спортивной школами и школой искусств, точнейший учет времени, потраченного на стояние в пробках, постоянное подбадривание, подгоняние и волочение «притормаживающих» детей за собой и ежедневное состояние истерики у всех членов семьи в 11 вечера, когда домашнее задание ни по одному школьному предмету еще не готово – таковы семейные издержки «всестороннего развития».

И вот закипает домашняя битва: надо ехать на занятия, а ребенок капризничает! Он, видите ли, не хочет. И чего хочет, не знает. Полностью одетая мама с часами стоит у порога, ребенок в одном носке «валяет ваньку» и не собирается надевать второй, мама подгоняет, ребенок продолжает изучать строение носовых проходов, мама вскипает, со злостью напяливает на ребенка одежду и волочит его к лифту. Все это сопровождается воплями, слезами и взаимными обидами. В каком настроении придет ребенок на занятия? Понятно, что не в самом радужном. Какое постепенно сложится у него отношение к посещению развивающего центра? В лучшем случае, просто равнодушное (странно было бы ожидать любви «из-под палки»), в худшем – подорвет естественное стремление каждого ребенка к знаниям.

Помните, что именно родительский перфекционизм, безудержное желание дать ребенку самое лучшее, обеспечить самое быстрое его развитие, вырастить самого успешного и талантливого, подтвердив свое реноме безупречной матери, лишает ребенка детства и возможностей развиваться в собственном темпе, соответствующем его природному темпераменту, расти как самостоятельная личность, формировать собственные вкусы и предпочтения. И когда, скажем, мальчик, которого готовили в профессиональные футболисты или физики-теоретики, заявляет, что будет работать в зоопарке или пойдет в армию, в семье наступает ступор и траур, а ребенок получает ярлык неблагодарного.

Помимо этого, образовательный перфекционизм лишает родителей других интересов, забирая всю их энергию, силы и время. Когда же подросший сын или дочь начнет изнывать от маминой опеки – ведь в 14 лет за руку водить уже не надо, – возникает материнская обида: «Я для тебя всем пожертвовала, а ты…» Как только возникает желание чем-то пожертвовать, на минуту остановитесь и подумайте: для кого я это делаю и что хочу получить взамен?

Что можно сделать в случае, если ваш ребенок не хочет ходить или «из-под палки» ходит на занятия? (Мы сейчас говорим о детях 3–5 лет, как о наиболее часто подвергающихся принудительному раннему развитию.)

1. Поговорить с ребенком и обсудить, какие занятия он хотел бы посещать, а от каких хотел бы отказаться.

2. Предложить сделать паузу в менее привлекательных занятиях.

3. Прежде чем начать собираться, напомните ребенку, куда вы идете, что он будет делать, как ему в прошлый раз там понравилось (если это так).

4. Если ребенок соглашается ходить на занятия, но именно сегодня не выказывает такого желания (нет настроения, приехала в гости любимая бабушка, хочет поиграть с игрушками, на улице дождь и т. п.), не стоит с суровым видом жизненной неотвратимости тащить его «развиваться». Ребенку так же присущи смены настроения, как и нам с вами, просто пока он не может ни сказать об этом, ни даже осознать этого. Развитие не прекратится от того, что именно сегодня он не порисует палочки в тетради в компании таких же бедолаг, как он. А вы получаете чудесную возможность провести время по своему желанию рядом с ребенком.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.