4.2. Связь проявлений юмора с различными ситуациями, возникающими в процессе арт-терапии

4.2. Связь проявлений юмора с различными ситуациями, возникающими в процессе арт-терапии

Юмор может отражаться в высказываниях, действиях и творческой продукции пациентов – стихах, прозе, рисунках, а также в их одежде, оформлении окружающей среды. Иногда он обнаруживается в спонтанно создаваемых художественных работах, хотя может также проявляться при выполнении пациентами определенных арт-терапевтических техник и специальных видов деятельности, предлагаемых им для решения тех или иных терапевтических задач. На проявления юмора в арт-терапевтическом процессе влияют разные факторы, в том числе:

• форма психического расстройства и структура синдрома;

• индивидуально-личностные особенности пациентов, их пол, возраст, культурный и социальный опыт, характерные для них психологические защиты и копинг-стратегии;

• условия проведения арт-терапии, включая особенности институциональной культуры;

• отношения с проводящим арт-терапию специалистом и членами группы (при групповом варианте арт-терапии);

• межличностная и групповая динамика, проявления переносов и контрпереносов;

• используемые материалы и виды художественной практики.

По нашим наблюдениям, проявления юмора в арт-терапевтическом процессе коррелируют со следующими ситуациями.

1. Сопротивлением арт-психотерапии и контролирующими тенденциями, в том числе попытками пациентов уйти от выражения своих чувств либо смягчить их остроту и ограничить степень самораскрытия в контакте с психотерапевтом и членами группы. Это может быть характерно как для начала арт-терапии, так и для последующих ее этапов, когда затрагиваются более глубокие переживания и внутренние конфликты участников занятий.

2. Стремлением пациентов избежать психического регресса, защитить свои личные границы и сохранить свою психологическую автономность, что может быть связано с тесным взаимодействием в группе (например, при создании группового рисунка), а также с регрессивным характером некоторых изобразительных материалов и техник. Переживание психического регресса нередко проявляется, например, при работе с краской, в особенности если она используется экспрессивно и контроль над материалом снижен. Это, в частности, отличает работу с «пальчиковыми» красками, технику «акватипии», рисование каракулей.

3. Потребностью смягчить переживание фрустрации, связанной с обнаружением собственной несостоятельности или социально осуждаемых качеств своей личности, что может быть характерно для таких видов арт-терапевтической деятельности, которые затрагивают тему болезни или актуальные проблемы личности.

4. Потребностью в самопринятии, преодолении внутренне противоречивого отношения к себе и своим личностным качествам на основе постижения своего природного характера, здоровых основ «я» и нахождения внутреннего баланса (что часто бывает связано с обращением к духовным основам самосознания). Такие тенденции более характерны для зрелых этапов групповой работы и использования техник, затрагивающих сферу самоотношения/самовосприятия и идентичности (реалистический или метафорический автопортрет, иллюстрирование наиболее значимых, «судьбоносных» жизненных ситуаций, создание личного герба).

5. Потребностью в выражении и интеграции прошлого опыта, связанного с переживанием травматического стресса. Данная тенденция может проявляться как спонтанно, так и при использовании соответствующих тем, связанных со сложными, психотравмирующими ситуациями в жизни участников.

6. Обращением в процессе арт-терапевтической работы к образам современной культуры, а также актуальному искусству с характерными для него «языками» и формами экспрессии.

7. Использованием тем или каких-либо триггеров, связанных с сексуальностью и агрессией. Проявления юмора могут, например, фасилитироваться благодаря использованию деструктивных манипуляций, созданию хаоса и грязи в процессе изодеятельности, применению техник коллажа и ассамбляжа (аппликаций и скульптур из предметов и «мусора»), восприятию и изображению полностью или частично обнаженного тела.

Примеры связи юмора с некоторыми такими ситуациями в процессе арт-терапевтической работы с ветеранами боевого стресса приводятся ниже.

Юмор как отражение сопротивления психотерапии и попыток контролировать переживания

В работе с ветеранами боевых действий юмор нередко проявлялся уже в самом начале курса занятий, отражая закономерные реакции тревоги, недоверия и сопротивления арт-терапии. Особенностью контингента, традиционно считающегося «неудобным» для психотерапии, является низкая или противоречивая (непоследовательная) мотивация к психологической работе и очень высокий уровень сопротивления в силу целого ряда причин, связанных как со спецификой самого расстройства (поведение, избегающее травматических переживаний), так и с личностными характеристиками и с особенностями состояния. К ним можно отнести повышенную уязвимость и чувствительность к эмоциональным стрессам, к неискренности в отношениях, недоверчивость, высокий уровень агрессивных, тревожных и депрессивных переживаний и тенденций.

Подавляющая часть пациентов отделения – это мужчины молодого и среднего возраста с соответствующими особенностями менталитета и своеобразной субкультурой, проявляющимися в представлениях: «Настоящий мужчина должен сам решать свои проблемы», «Не верь, не бойся, не проси» и т. д. Необходимо также учесть специфику самой арт-терапевтической работы с ее необычностью, кажущейся «несерьезностью» («не мужское дело»), или, наоборот, творческой направленностью, воспринимаемой большинством пациентов как требующей изобразительных навыков и способностей. Все это может выступать дополнительным фактором недоверия или отторжения арт-терапии пациентами данной группы, создавать сложности при организации работы и, соответственно, требовать специальных усилий и подходов для преодоления подобного отношения.

В приводимых ниже фрагментах самоотчетов пациентов, сделанных ими уже после прохождения курса групповой арт-терапии, достаточно красноречиво отражены эти проблемы.

«На начальном этапе, участвуя в работе арт-терапевтической группы, я первые два занятия воспринимал как кружок художественной самодеятельности и не более того, как отвлекающий маневр на три часа, чтобы забыть немного о своей проблеме, болезни на небольшой период времени. К счастью, оказалось это не так…» (Д.).

«При поступлении в группу первое впечатление – взрослые люди занимаются тем, чем дети занимаются в яслях и садиках, так как объяснения, которые давал ведущий, ничего, кроме недоумения и просто смеха, не вызывали. Это состояние было в течение трех занятий. Лишь после этого до меня начинало доходить, что от меня требуется…» (А.).

В таких условиях уже первая попытка что-то нарисовать нередко выявляла ситуативно повышенную тревогу, а также защитные реакции и уход от самораскрытия. Для того чтобы облегчить выполнение задачи создания рисунка, мы использовали техники с четкой инструкцией и наличием стимульного материала. Чаще всего применялся тест Сильвер (имеющий также значительную диагностическую ценность).

Так, во время первого занятия, выполняя тест Сильвер, пациент В. создал следующий рисунок (рисунок 25) под названием «Чрезвычайная ситуация» и сопроводил его следующим кратким описанием: «Сильный ураган разрушил город, есть жертвы. Мародеры начали грабить дома. Вызвали МЧС, и все урегулировалось».

Рис. 25. Рисунок В., созданный при выполнении теста Сильвер

Рисунок и история отражают очень высокое напряжение пациента и в то же время попытку его снять на основе формирования юмористически окрашенного образа, связанного с темой катастрофы и спасения.

Юмор как отражение попыток избежать психического регресса и сохранить самоконтроль и психологическую автономность

Американский психоаналитик И. Джейкаб отмечает, что «проявление пациентом чувства юмора может являться признаком его повышенного контроля над в процессом психотерапии» (Jakab, 1998, p. 19). Кроме того, проявление юмора в психотерапии рассматривается как признак высокой когнитивной активности клиента и его сопротивления психическому регрессу.

Юмор как отражение попыток избежать психического регресса и сохранить самоконтроль и психологическую автономность часто сопровождал начальный и переходный этапы групповой арт-терапии. Одна из задач данного этапа (лучше – данных этапов) заключается в приобретении первого опыта работы с арт-терапевтическими техниками и группового взаимодействия с тем, чтобы пациенты были подготовлены к реализации основных задач арт-терапевтического вмешательства на более зрелых этапах развития группы, хотя часть перечисленных задач, например симптоматическая стабилизация, имеет и самостоятельное психотерапевтическое значение.

Используемые техники всегда комплексно затрагивают различные аспекты арт-терапевтического воздействия, в то же время можно выделить некоторые приоритетные задачи их применения. Например, техника «Поочередное рисование», в первую очередь, направлена на активацию невербального взаимодействия, «Акватипия» и «Каракули» – на спонтанное выражение чувств и стимуляцию образного мышления. Немаловажное значение на этом этапе имеет достижение первых позитивных результатов – как на уровне опыта, так и на уровне создания изобразительной продукции, которая, несмотря на отсутствие у большинства пациентов развитых художественных навыков, обладает яркостью и выразительностью.

В этой ситуации юмор часто проявлялся уже при первом использовании изобразительных материалов и техник с регрессивной направленностью, к которым можно отнести такие техники и темы, как «Воспоминания из детства», «Акватипия» и «Каракули», а также рисование в паре с партнером, дорисовывание изобразительных элементов.

При работе на тему «Воспоминания из детства» нередко обнаруживалось двойственное восприятие прошлого опыта: с одной стороны, оно воспринималось многими как источник положительных, преимущественно светлых переживаний; с другой стороны, часто проявлялось стремление дистанцироваться от прошлого с присущей ему детской позицией и зависимостью от окружающих. Так, М. при разработке данной темы создал рисунок с изображением себя в образе пионера, играющего на барабане (рисунок 26). При этом он изобразил ряд характерных для детских рисунков элементов, например, солнышко и травку.

Рис. 26. Рисунок М. на тему «Воспоминания из детства»

Во время работы в технике «Акватипия» пациент А. использовал сочетание красного и зеленого цветов (дополнительные цвета, которые могут отражать амбивалентную позицию – потребность в эмоциональном отреагировании, с одной стороны, и желание контролировать и сдерживать эмоции, с другой). Созданный им образ (рисунок 27) рассмешил и самого автора, и группу, вызвав бурную положительную эмоциональную реакцию, и явно (в совокупности с другими проявлениями на данном занятии) способствовал снятию напряжения всей группы.

Рис. 27. Рисунок А., созданный в технике «Акватипия»

При работе в технике «Акватипия» и другие участники группы создали выразительные художественные, часто гротескные образы. Уже в процессе оформления красочных отпечатков и обозначения образов участники проявили повышенный интерес к тому, что создается соседом, что способствовало взаимной индукции. Так, пациент М., как и А., создал образ животного, использовав зеленый и красный, а также и темно-фиолетовый цвета (также дополнительные друг другу). Животное с красными глазами выглядит трогательным, испуганным и в то же время любопытным (рисунок 28).

При использовании на одном из первых занятий техники «Поочередное рисование» (аналога известной интерактивной техники рисования каракулей Д. Винникотта) отношение к заданию может быть различным: от откровенного скепсиса, кривых усмешек и недоверия до более заинтересованного или игривого. Уже вскоре после начала работы в парах начинают появляться улыбки и другие живые человеческие реакции, возникает оживленная «рабочая суета», между отдельными участниками впервые устанавливается взаимодействие, как правило, шутливого характера. Общая атмосфера начинает меняться в сторону большей раскрепощенности.

Рис. 28. Рисунок М., созданный в технике «Акватипия»

В этот момент практически всегда в более или менее выраженной форме появляется интересный феномен. Сначала во всем невербальном поведении большинства участников начинает явно доминировать неподдельный интерес к незамысловатому заданию, затем на лицах появляются улыбки, сопровождаемые отдельными непроизвольными «смешками», дальше довольно часто перерастающими в уже откровенный, иногда просто неудержимый «гомерический» хохот. Такая бурная эмоциональная реакция возникает сначала эпизодически у отдельных участников или пар в тесной связи с непосредственно выполняемой работой, например при внесении своего «удачного штриха» или в момент передачи листка с изображением партнеру. Затем атмосфера свободной творческой игры и юмора начинает доминировать на уровне всей группы. Очевидно, техника «Поочередное рисование» предоставляет великолепную возможность отреагировать сдерживаемое психологическое напряжение и достичь катарсической разрядки.

Примером выполнения данной техники является следующий рисунок (рисунок 29), включающий несколько гротескных образов агрессивного и сексуального характера. В процессе совместной работы оба участника то и дело смеялись, передавая друг другу эстафету юмора и творческой игры.

Рис. 29. Пример рисования каракулей в паре

Юмор как отражение попыток смягчить переживание фрустрации, связанной с предъявлением проблем и жалоб, обнаружением собственной несостоятельности или социально осуждаемых качеств личности

Уже в рамках начального этапа арт-терапевтической программы участники группы предпринимают попытки знакомства и осторожного обозначения своих проблем. В силу вышеназванных особенностей контингента необходимость что-то говорить о себе в группе, предъявлять публично свои проблемы и жалобы часто вызывает большие трудности. Многие пациенты испытывают страх соприкосновения со своими проблемными переживаниями. Как пишет в анкете обратной связи один из участников, «с первых занятий меня охватывал страх… Я думал, что хотят влезть и разузнать мои личные проблемы (может быть, назову их секретами). С первых занятий я был напряжен, как струна, которая может порваться…» (М.).

Так, в рамках уже первого группового занятия после предоставления участникам основной информации об особенностях планируемой работы, их высказываний по поводу услышанного и вопросов, им предлагается совершить ритуал знакомства. Самопрезентация и знакомство участников может осуществляться разными способами. Если инициативу на себя никто взять не решается, то ведущий обычно предлагает поочередное представление каждого по кругу или в случайном порядке, «по мере готовности». Пациенты должны рассказать о себе то, что сами сочтут нужным, а также назвать, что бы они хотели получить для себя от участия в группе и вообще от лечения в госпитале. Может также иметь место упоминание о некоторых аспектах своей биографии и перечисление проблем со здоровьем соматического или эмоционального плана (например, частые головные боли, раздражительность, несдержанность, тревожность и т. д.).

Уже на этом занятии или на одном из последующих после ритуала знакомства может последовать выполнение изобразительной работы, отражающей восприятие участниками группы своих проблем и жалоб. Часто создаются рисунки, окрашенные различными оттенками юмора, иронии и сарказма. Участники группы как бы подшучивают таким образом над собой. Перенося на рисунок проблемные, болезненные аспекты своего опыта и при этом окружая образ «аурой» юмора, они нередко отделяют их от своей личности и начинают смотреть на них со стороны. Тревожно-дефензивная позиция пациентов благодаря этому смягчается, достигается состояние большего эмоционального комфорта. Так, пациент С. изобразил свою головную боль: молот ударяет по голове некий гротескный персонаж. При этом его сходство с автором рисунка состоит лишь в изображении военной формы (рисунок 30).

Рис. 30. Рисунок С. Головная боль

Пациент В. иронически представил свою проблему – переполняющие его время от времени тяжелые переживания и дисфорические реакции, которые он пытается обуздать, но это удается ему лишь отчасти. От подобных состояний страдает не только он сам, но и его близкие (рисунок 31).

Рис. 31. Рисунок В. Тяжелые переживания, несущие угрозу автору и окружающим

Пациент А. изобразил характерную для себя эмоциональную несдержанность, запечатлел вспышки гнева в виде гротескного портрета (рисунок 32). Он гиперболизировал некоторые выразительные детали. Автору удалось избежать буквального сходства с собой (диссоциация) и в то же время убедительно выразить и осмеять присущий ему способ отреагирования аффекта.

Рис. 32. Рисунок А. Характерное для автора состояние аффекта

Потребность в самопринятии, преодолении внутренне противоречивого отношения к себе и своим личностным качествам и мотивам на основе постижения своего природного характера, здоровых основ «я»

В последующем, когда доверие в отношениях между участниками и уровень сплоченности становятся достаточно высокими, достигается более значительное личностное самораскрытие. Затрагиваются разные аспекты системы значимых отношений – отношение к здоровью, болезни и путям ее преодоления, социальным проблемам и их решению, семье, работе, прошлому, настоящему и будущему, актуальным потребностям личности и, конечно, к самому себе. Исследуя и предъявляя свое отношение ко всему этому в образной форме, участники группы часто используют защитные возможности юмора. Причем юмор не столько искажает, сколько преображает иллюстрируемую ситуацию в глазах участников, обнаруживая при этом тесную связь с творческими ресурсами личности.

Здоровый, жизнеутверждающий юмор в процессе создания реалистических и метафорических автопортретов часто окрашивает «встречу с самим собой». При этом рисунки обретают выразительный, живой, творческий характер, а амбивалетно-противоречивое отношение к некоторым качествам собственной личности становится менее напряженным и более конструктивным, принимающим (хотя и с определенной долей самокритики).

Так, пациент Б. метафорически представил себя в образе бобра в процессе создания плотины и вложил в рисунок представление о таких качествах, как трудолюбие, высокое чувство ответственности и домовитость (рисунок 33). В то же время он отметил, что эти качества его личности вызывают у него неоднозначное отношение: иногда трудолюбие переходит в трудоголизм, а высокое чувство ответственности – в тревожную озабоченность вопросами бизнеса и семьи.

Рис. 33. Рисунок Б., созданный в технике метафорического автопортрета

М. представил себя в виде кота, сидящего в обнимку с двумя подругами-кошками (рисунок 34), признав в процессе обсуждения рисунка, что ему присуще жизнелюбие и умение получать от жизни удовольствие, хотя некоторые могут рассматривать это как подверженность «слабостям», «порокам».

Рис. 34. Рисунок М., созданный в технике метафорического автопортрета

При создании личного герба Н. изобразил молот, пилу, лопату и другие инструменты физического труда, а также удочку, и признал, что любовь к созидательному труду, земле, рыбалке является основой его жизненного кредо. Благодаря этим видам деятельности он находит в жизни смысл, снимает напряжение, помогает себе сохранить физическое и душевное здоровье, хотя, как он выразился, «некоторые могут над этим посмеиваться».

Рис. 35. Рисунок Н. с изображением личного герба

Аналогичным образом юмор нередко окрашивал рисунки, посредством которых участники занятий выражали свои значимые потребности и представления о будущем. Как и при предъявлении своих проблем, в данном случае юмор обеспечивал безопасную дистанцию при выражении глубинных, часто окруженных дефензивными наслоениями переживаний и мотивов. В то же время это чаще был жизнеутверждающий, здоровый юмор, придающий рисункам трогательную выразительность (рисунок 36).

Рис. 36. Рисунок Б., отражающий мечту об отдыхе на природе наедине с любимым человеком

На следующих рисунках три других участника группы представили свои планы на будущее (рисунки 37–39): первый пере-дал свои надежды на обретение взаимной любви, появление потомства и материальное благополучие; второй – на достижение гармонического баланса потребностей; третий – на возможность создания своего бизнеса, большую материальную и психологическую независимость.

Рис. 37–39. Рисунки, отражающие представления о будущем, значимые потребности личности

Юмор, связанный с выражением и интеграцией прошлого опыта переживания травматического стресса

В изобразительной продукции ветеранов войн спонтанно либо при использовании соответствующих тем закономерно проявлялся прошлый опыт, связанный с переживанием боевого стресса. В одних случаях авторы отражали ситуации прошлого буквально, создавая реалистические картины. В других прошлый опыт подвергался творческой переработке и отражался в рисунках, основанных на игре воображения, образах кино и ином культурном материале. Мы не могли не обратить внимания на то, что визуальная передача такого опыта очень часто оказывалась окрашенной разными оттенками юмора – от «черного» до здорового и жизнеутверждающего.

«Черный», самоуничижительный юмор проявляется в рисунке под названием «Воспоминание о былом» (рисунок 40) и в сопровождающем его коротком рассказе: «1999 год. Осень. Чечня в районе п. Валерик (Лермонтов писал в стихах об этих местах). Неуютное место для расположения воинской части, но с приказами не спорят. Одна из горных вершин была похожа на ягодицы. Первая мысль, которая приходила в голову: Да, в какую мы жопу попали!..»

Рис. 40. Воспоминание о былом

Жизнеутверждающий юмор и синтонность авторской позиции характеризуют рисунок под названием «Я на боевом посту с мышкой» (рисунок 41). Он отражает воспоминания о службе в Чечне. Сопровождающий его рассказ такой: «Когда я служил в Чечне, то у нас на посту была „ручная“ мышка. Мы ее все кормили и называли Квася. Без разрешения она ничего не брала, но лазила, где попало».

Рис. 41. Я на боевом посту с мышкой

Следующий рисунок может рассматриваться не столько как буквальное отражение прошлого, сколько как результат его творческой переработки и дополнения образами массовой культуры и геополитическими проекциями (рисунок 42). Рисунок называется «Нападение техасской конницы» и сопровождается таким текстом: «Шли учебно-тренировочные полеты. На горизонте появились ковбои. „Это мои старые знакомые, – сказал Петренко. – На прошлой неделе они украли у нас весь запас сигарет“. „Зададим им жару“, – предложил командир, и летчики заняли места в кабинах».

Рис. 42. Нападение техасской конницы

Данный текст является ознакомительным фрагментом.