Как детство можно испортить?

Как детство можно испортить?

Родителям, чей ребенок естественным способом и успешно овладевает всеми описанными выше главными жизненными умениями, наша книга в принципе не нужна. Ученого, как известно, учить – только портить. Они все знают прекрасно и без нас, и их ребенок имеет все шансы вырасти в счастливого взрослого. Но поверьте на слово двум давно и много практикующим психологам – так везет немногим детям. Очень немногим. То есть, честно говоря, почти никому так не везет.

Посмотрим правде в глаза: что бы большинство родителей ни говорили о том, что они хотят только счастья для собственного ребенка, на самом деле они делают все, чтобы его было как можно меньше. Причем все это делается, конечно же, из самых лучших побуждений!

Поймите нас правильно – мы никоим образом не предполагаем, что родители по злому умыслу мешают своим детям вырастать счастливыми! Напротив – прости им, Господи, ибо они не ведают, что творят. Точно так же, как не ведали, что творили, их собственные родители – и так до самых дальних их предков. Ведь сейчас, когда книги по психологии стали почти так же популярны, как и детективы, каждый знает: все наши проблемы родом из детства. Каждый готов подробно рассказать, что именно его родители делали, чего делать было нельзя. Но ситуацию это не меняет.

Каждый выросший ребенок знает, в чем были неправы его родители, но далеко не каждый взрослый знает, в чем он неправ по отношению к собственным детям.

Почему же все-таки в большинстве семей ребенку не удается воплотить в жизнь все замыслы природы относительно его развития? Каким именно образом родители умудряются нарушить ход естественного процесса развития собственных детей и соответственно существенно уменьшить их шансы на счастливую взрослую жизнь?

В предыдущих главах мы с вами выяснили, что при нормальном со всех точек зрения развитии жизненное пространство человека имеет одинаковые возможности для расширения во все стороны одновременно. В этом случае исключительно от личных предпочтений ребенка зависит, в какую сторону он захочет расширять свои возможности больше, а в какую – меньше. Если он хочет их расширять в том темпе, в каком нужно ему, а не в том, в каком хотели бы его родители, – так и происходит. Не хочет он расширять сейчас свои возможности в сторону освоения английского языка, а предпочитает сидеть с папой в гараже и разбираться с устройством автомобиля – на здоровье.

Иными словами, при естественном развитии направление реального «расширения» в каждый момент определяется исключительно собственным «я хочу» ребенка. Мы можем только поклониться низко в ноги Богу, природе или еще кому-то, кто наделил нас этой волшебной способностью – желать.

Здесь у вас вполне может возникнуть вопрос: а что, если ребенок вообще никогда не захочет учиться, например, читать? Что тогда? Отвечаем честно, хотя ответ, возможно, вам не понравится: это означает, что родители очень серьезно ошиблись намного раньше, чем столкнулись с отсутствием желаний у своего ребенка в принципе. Впрочем, об этом разговор пойдет ниже.

Итак, мы с вами договорились о том, что в норме жизненное пространство должно расширяться исключительно под влиянием собственных неудовлетворенностей, потребностей, намерений и целей ребенка. А как происходит на самом деле – в тех чрезвычайно частых случаях, когда естественное развитие ребенка нарушается его собственными любящими родителями?

Здравый смысл подсказывает: если нормальным может считаться развитие событий по типу «Я делаю то, чего хочу», то принципиально возможных отклонений от такой нормы существует только два. Одно из них можно условно сформулировать как «Я не могу делать то, чего хочу», а второе – «Я делаю то, чего не хочу». Как же можно добиться от ребенка, чтобы его естественное поведение принимало такие искаженные формы?

Вполне логично будет предположить, что невозможность для ребенка делать (или получать) то, чего он хочет, возникает в результате некоего запрета на соответствующее действие со стороны родителей. И не менее предсказуемым будет предположение, что делать то, чего он не хочет, ему придется потому, что родители полагают, будто он должен это делать.

Попробуем представить себе, как это происходит в реальности. У малыша возникает, допустим, потребность схватить какой-то предмет. В этот момент определенное количество его энергии устремляется в мышцы, отвечающие за движение глаз, изменение позы, движение руки в сторону заинтересовавшего его предмета и пр. И предположим, что родители почему-то считают: этот предмет маленьким детям брать нельзя! На пути этого потока энергии встает непреодолимое препятствие – родители отдергивают руку малыша или убирают такой привлекательный для него предмет, не заменяя его ничем другим. В некотором смысле состояние ребенка можно сравнить с состоянием реки, когда она доходит до плотины, в которой нет шлюзов. Как вы думаете, каково в этом случае малышу?

Вспомним о том, что жизненное пространство – это некий виртуальный шар, который непрерывно раздвигают изнутри потоки энергии, стремящиеся помочь ребенку удовлетворить его потребности. И на пути таких потоков постоянно возникают разнообразные «плотины» – родительские запреты. В результате на воображаемой поверхности постоянно увеличивающегося шара образуются своеобразные «вмятины». Понятно, что в районе этих вмятин неизбежно будут создаваться «излишки» энергии неисполненных желаний. Что будет происходить с этой энергией дальше?

А происходить будет то же самое, что и с рекой в районе безграмотно выстроенной плотины. Сначала она будет разливаться все шире и шире, а потом либо прорвет плотину, либо найдет для себя какое-то другое русло. Казалось бы – чем плохо? Не разрешили ребенку схватить ножницы – он помучается-помучается в поисках естественного русла для реализации своих исследовательских амбиций, да и найдет какие-нибудь разрешенные возможности их осуществления.

Но все не совсем так. Дело в том, что для маленького ребенка его интерес, направленный на сам предмет, и действия, которые он намерен совершить для овладения им, слиты воедино. И запрет, который родители накладывают на возможность прикоснуться к опасному или слишком ценному предмету, для него автоматически начинает распространяться на возможность что-либо трогать, исследовать – да и вообще на активное проявление своего интереса к чему-либо.

Вы возразите: так что же – разрешить ребенку брать все, даже то, что может на самом деле оказаться для него опасным?! Конечно же, нет. Мы отнюдь не являемся сторонницами японской системы воспитания – кстати говоря, построенной вовсе не на стремлении сделать жизнь ребенка максимально счастливой, а на желании родителей обеспечить себе спокойное существование. Конечно же, все разрешать детям нельзя. Да и вовсе не любое «нельзя» для ребенка является травмирующим «запретом».

Запретами, искажающими естественное развитие ребенка, являются вполне определенные «нельзя». Первым вариантом настоящего запрета – травмирующего – можно считать такое «нельзя», которое не имеет запасного «русла» для реализации энергии желания ребенка. Ведь вполне можно, не позволяя ребенку схватить, скажем, ножницы, предложить ему какой-то другой интересный, но безопасный предмет, правда?

Вторым вариантом недопустимого запрета можно считать запрет, совершенно непонятный для ребенка. Ведь если он пытается играть все с теми же ножницами, то совсем нетрудно спокойно сказать, что это опасно, и просто убрать их из зоны его досягаемости. Или можно разрешить ему их взять, но при этом находиться с ним все время, пока он их осваивает, и четко сказать: «Ножницы можно брать только тогда, когда мама рядом». А уж находясь рядом, мама как-нибудь сумеет уберечь ребенка от серьезных травм. Просто слегка уколоться для малыша очень даже полезно: он на собственном опыте убеждается, что ножницы – довольно опасная игрушка. И уж совсем просто не оставлять ножницы в доступном для ребенка месте, провоцируя малыша на игру с ними.

Третий способ помешать нормальным взаимоотношениям ребенка с собственными потребностями – запретить ему что-либо в такой форме, которую ребенок способен воспринять как проявление родительской нелюбви. Представьте себе: ребенок всего-навсего пытается поиграть с хрустальным бокалом из любимого маминого набора, а мама кидается отнимать его с видом разъяренной фурии, крича благим матом и награждая ребенка подзатыльником. Любой порядочный ребенок в этой ситуации сочтет, что если он берет что-то в руки, то мама перестает его любить. Причем в категорию «что-то», как мы уже помним, попадет не только этот конкретный бокал, а вообще все, что находится в шкафах или даже все, что не является лично его игрушками. И как тогда прикажете малышу осваивать новые возможности?

И наконец, последнее, что следует неукоснительно помнить родителям, чтобы запрет не оказался неограниченным, наложенным на целый класс сходных действий. Не позволяя что-либо ребенку, очень важно дать ему понять, что именно является запретным. Не просто истошное «Нельзя!!!», когда ребенок тянется к ножницам, а спокойное «Я понимаю, что ты хочешь поиграть с ножницами, но этого делать нельзя». Иными словами, родители должны всеми доступными средствами показать ребенку, что запретным является, например, не действие протягивания руки вообще, не попытка что-то потрогать, не возможность вообще когда-либо иметь дело с ножницами – а только желание поиграть с ними именно сейчас.

Совсем другая картина в жизни ребенка возникает, когда родители упорно заставляют его сделать нечто, чего он вовсе не хочет. Получается, что к какой-то точке или области нашего «жизненного шара» извне прилагается некая сила, заставляющая его в этом месте расширяться со скоростью, большей, нежели естественная. Ребенок, конечно, в такой ситуации скорее всего родителям подчинится. А куда ему деться? Вот только если вспомнить все, что мы говорили об энергетических потоках, обеспечивающих любое действие ребенка, то получится, что в этой области жизненного пространства энергия как бы разреживается. В итоге действие, которое ребенок сделает только потому, что «должен», достаточной энергией обеспечено не будет. Проще говоря, совершит он его плохо. Или вообще не совершит, дождавшись, пока родители отвернутся.

И снова давайте попробуем понять, чем же отличается нормальное, здоровое приучение ребенка к определенным обязанностям от травмирующего его «долга». Отличий – снова четыре.

Во-первых, сообщение ребенку, что он должен нечто сделать, должно быть ему понятно. Совсем несложно, например, объяснить ребенку, почему он должен убрать игрушки прямо сейчас – если, разумеется, этому действительно есть разумное объяснение. Принуждение ребенка к какому-то действию ради тренировки у него слепого и безоговорочного подчинения родителям – штука весьма опасная. Многие родители свято веруют в то, что таким образом они приучают ребенка к тому, что в жизни есть очень много необходимых вещей, которые делать страшно неприятно, но все равно приходится. А на самом деле такое принуждение чревато тем, что в более позднем возрасте ребенок точно так же слепо и безоговорочно будет подчиняться тому, кто будет сильнее. И неизвестно, кто будет этим более сильным…

Во-вторых, обязанность ребенка сделать что-либо не должна быть «завязана» на любовь родителей. «Если ты этого не сделаешь, я не буду тебя любить», «Ты должен убраться в своей комнате, ты же знаешь, как мама любит порядок» и прочее в том же роде – заявления такого рода вредны всегда. Или вы хотите, чтобы ваш ребенок вырос человеком, полностью зависящим от чувств окружающих его людей?

В-третьих, ребенку необходимо предоставлять выбор – если, конечно, вы не хотите заранее начать готовить его к военной службе, где приказы не обсуждаются. Даже если вы объясняете ребенку, какие последствия повлечет за собой невыполнение им своих обязанностей, у него появляется выбор: он может сделать то, что должен, или принять эти последствия. «Ты можешь не чистить зубы, но тогда ты не сможешь позавтракать, потому что завтракают только умытые люди». А еще лучше, если ребенку предоставляется возможность выбора между двумя возможностями, примерно равноценными для родителей: «Когда ты сможешь убрать в своей комнате – сейчас или через пятнадцать минут?» В этом случае приказ перестает быть таковым и превращается в свободный выбор ребенка – ведь при таком построении родительской фразы у него просто не остается возможности ответить «нет».

И наконец, в-четвертых: любая обязанность ребенка должна быть совершенно четко определена. Если ребенку говорят, что он должен навести порядок в своей комнате, то он должен точно понимать, что входит в понятие «порядок». Нужно же ему понимать, какие конкретно действия ему необходимо совершить?! Ребенок вполне может искренне полагать, что распихать по углам и под кровать все, что до сих пор лежало на виду, – это и есть навести порядок. Какие к нему могут быть претензии? Ему же никто не объяснил, что порядок – это когда все вещи лежат на своих местах. Правда, и в этом случае потребуется точно объяснить, какое место для каждой вещи предназначено.

И еще одно очень важно иметь в виду: нормальная, здоровая формулировка и долга, и запрета должна звучать так, чтобы ребенок был уверен: родители понимают и принимают его чувства по этому поводу. Не забывайте: ребенок имеет право испытывать абсолютно любые чувства! Как и его родители, впрочем…

Во всем этом есть еще одно чрезвычайно важное обстоятельство. Чтобы его объяснить, снова вернемся к нашему сравнению детства с Большим взрывом. Мы надеемся, вам наша метафора еще не надоела? Но уж очень она нам нравится! Ведь и в самом деле похоже, правда?

Вы помните, что в первые секунды после Большого взрыва наша Вселенная расширялась с немыслимой скоростью и силой. И понятно, что в самом начале диаметр шара, которому потом было суждено стать Вселенной, был совсем небольшим. И если допустить, что в эти первые мгновения существования нашего мира на поверхности этого шара вдруг начали бы возникать какие-то вмятины и выросты – представляете себе, какие размеры они приняли бы впоследствии?!

Так же, по сути дела, складывается ситуация с нарушениями естественного развития ребенка. И совершенно неважно, как именно осуществляется это нарушение – «запретным» способом или «долговым». Ведь вы уже увидели, что ни запрет, ни долг никогда не оказываются наложенными на некую изолированную возможность. Точнее, все возможности – и физические, и психические, которыми в норме должен овладеть ребенок в первые годы своей жизни, являются настолько глобальными, что их нарушения автоматически приводят к нарушениям в огромном количестве последующих действий, которые ребенок (и выросший из него взрослый) будет совершать в своей жизни.

Вообразите, что вы берете в руку карманный фонарик и начинаете размахивать им с амплитудой, допустим, в пять сантиметров. Представляете, какой амплитуды достигнет размах продолжения этого светового луча в районе, скажем, Луны?! То же самое происходит и в жизни человека. Какое-то крохотное действие в детстве для него оказывается запретным – на поверхности его жизненного пространства образуется маленькая вмятинка. Но чем больше времени проходит с момента образования этой вмятинки, тем больше увеличивается ее диаметр – и соответственно тем большее количество действий, которые оказываются для ребенка запрещенными, в нее попадает.

Более того, во многих случаях запрещенными оказываются не только действия, но и чувства, к ним побуждающие. Дело в том, что для маленького ребенка действие и чувство, его вызвавшее, связаны неразрывно. В результате сокрушительное действие запрета можно описать следующим образом: «Я не могу хотеть «этого»! Я не могу даже подумать о том, чтобы «этого» хотеть! У меня и чувств-то таких не возникает!» Мало того – эти действия «вырезаются» даже из процесса восприятия и оценки внешних условий: ребенок просто перестает замечать все, что могло бы вызвать желание совершить запрещенные действия.

Не менее страшны и последствия очень раннего «долгового» воздействия родителей. Для ребенка – даже когда он становится взрослым – они выглядят примерно так: «Я должен «этого» хотеть! Я не могу даже подумать о том, чтобы «этого» не хотеть или хотеть чего-то другого! Я должен чувствовать себя так, чтобы этого хотеть!» Нравится?

Проиллюстрируем все сказанное на одном простом, но выразительном примере. Молодой девушке была предложена очень простая задачка: как поместить ложку дегтя внутрь бочки меда так, чтобы вкус меда не испортился? Решить эту задачку – то есть догадаться, что деготь в мед надо поместить в какой-то оболочке (пакетике, коробочке, баночке и т. д.), – девушка смогла только через 40 (!) минут. Ей никак не удавалось решить задачу по одной-единственной причине: ее родители в детстве помогли ей «спутать» свои желания с родительскими. Ей внушали, что семья – это одно целое, и собственных, отдельных от семьи желаний у нее нет и быть не может. В итоге она самостоятельно ввела в условия задачи ограничение, которого там совсем не было! Для нее изначально было очевидно, что существовать отдельно, не растворяясь в семье, – это плохо, недопустимо. И в полном соответствии с этим представлением она предположила, что использовать что-либо для разделения меда и дегтя тоже запрещено. Фактически это обозначает, что до того момента решение любой жизненной задачи, которая требовала бы отделить одно от другого, для нее было недоступно.

Можно было бы привести множество примеров того, какими глобальными оказываются последствия травмирующих «запретных» и «долговых» нарушений естественного развития ребенка, но об этом речь пойдет в последующих главах.

Мы очень надеемся, что вдумчивые и заинтересованные родители одолели-таки вторую часть нашей книги. Нам казалось очень важным не просто дать конкретные «рекомендации по воспитанию счастливых детей, из которых впоследствии вырастут счастливые взрослые». Больше всего мы хотели, чтобы наши читатели научились понимать, что происходит с ребенком, почему это происходит и почему это происходит именно так, а не иначе. А еще… А еще мы хотели, чтобы наши читатели немножко задумались и о своей взрослой жизни и постарались бы стать хоть немного счастливее – поскольку (извините за банальность, но банальностями обычно становятся действительно бесспорные вещи) только счастливые родители могут воспитать счастливого ребенка. Нет ничего безнадежнее, чем извечная родительская мольба: «Пусть наши дети будут счастливее нас». Чаще всего дети становятся счастливыми ровно настолько, насколько они смогли этому научиться на примере собственных родителей.

Но раз уж вы все-таки дочитали до этого места, то спешим вас обрадовать: теперь мы собираемся рассказать вам очень подробно, а главное – конкретно – о многом:

• о том, какие события происходят с ребенком на каждом этапе его раннего существования;

• о том, чему и как ребенок учится в разные периоды своей жизни;

• о том, как родители могут помешать нормальному процессу развития ребенка;

• о том, чем ответит ребенок на различные попытки родителей вмешаться в ход его естественного развития;

• о том, как во взрослом возрасте могут «аукнуться» ребенку родительские педагогические огрехи;

• и, конечно же, о том, как родители могут помочь ребенку расти, учиться, осваивать, приобретать и становиться счастливым.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.