В кругу людей

В кругу людей

Всем знакомы «звезды поселкового масштаба». Таким людям, как правило, хорошо живется до поры до времени. Они веселы, обаятельны, эксцентричны, легко переходят от одной дружеской привязанности к другой, идут первыми в начале любого дела, готовы «на миру» помочь всем и каждому. Сплошной театр одного актера! Зрителей, правда, не всегда хватает. Не всем хочется сидеть на обочине и махать вслед «великому актеру». Куда же их обычно приводит такой путь?

Рассказывает женщина предпенсионного возраста: «Я очень хочу, чтобы меня любили! Даже котенка взяла для этого. Так этот кот теперь везде гадит! Такой вредный кот попался… Дети, конечно, у меня есть и внуки тоже. Приходят ко мне часто. Но я от них очень устаю – столько шума, беспорядка. Мужу тоже никак не угодишь! Все ему не так: не то сказала, не то сделала. Хочу уйти от него, да дети все отговаривают: «Мама, не уходи от папы!»

Раньше я в садике воспитателем работала. Так все удивлялись: «Как легко вы ко всему относитесь! Как будто у вас никаких проблем нет…» А отчего было переживать? Ничего в голову брать не надо было – и все! Веселая я тогда была, шебутная… А теперь ночами не сплю! Все о плохом думаю, о том, сколько мне люди зла сделали. Я же стараюсь им только хорошее делать! А они мне говорят: «Не вмешивайся! Отойди в сторону». Ходила как-то в собес, просила там, чтобы адрес какого-нибудь инвалида дали. Дали. Знала я раньше эту женщину. Даже дошла до ее квартиры. А потом подумала: «Ну чем я ей помогу? Что скажу?» Повернулась и ушла. А через полгода узнала, что она умерла. Похоже, я тоже никому не нужна».

В принципе, переживание собственного одиночества и своей ненужности миру знакомо в большей или меньшей степени каждому из нас. Это чувство приходит к нам независимо от нашего образа жизни, исповедуемой религии и социального статуса: можно жить с ощущением сопричастности всему человечеству в палате для смертников и, наоборот, быть по-настоящему одиноким на вершине собственного триумфа. Так что состояние одиночества – это прежде всего состояние души самого человека, субъективно воспринимаемое им в виде «выкристаллизованных» эмоций.