Глава седьмая ТЫ ЕГО ЛЮБИШЬ, А ОН ТЕБЯ НЕТ…

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава седьмая

ТЫ ЕГО ЛЮБИШЬ, А ОН ТЕБЯ НЕТ…

Мы с Леной встречаемся очень редко. Может быть, раз в полгода. У нас нет общих знакомых, мы не пересекаемся по работе. Поэтому можем спокойно рассказывать друг другу о своих самых больших неприятностях — такая у нас странная традиция. И еще одна традиция: мы никогда не отказываем друг другу в просьбе о встрече — знаем, что звоним друг другу только в том случае, если никому больше говорить о случившемся не хочется. И когда мой телефон высветил ее номер, я поняла: у Лены очередная проблема.

…Через полчаса она сидела у меня на кухне и плакала. От отчаяния, тоски, обиды и вселенской несправедливости. Она влюбилась в женатого мужчину.

— Лен, ну как ты могла? Ну ты же умная тетка! Зачем ты с ним вообще связалась? — Ленку было жаль ужасно.

Он, конечно, гад и вел себя абсолютно по-свински: моя приятельница даже не догадывалась, что он женат.

— Ведь есть же какие-то косвенные признаки — например, женатый мужчина не приедет к тебе в гости поздно вечером, не пригласит в воскресенье на выставку, не оставит домашний телефон, — оправдывалась Лена.

Он умный, веселый, симпатичный, и она «повелась».

И когда ей уже казалось, что у них все складывается, он, проводив ее домой после ужина в итальянском ресторане, как-то обронил: «Мне пора, а то не могу же я так долго в субботу быть на работе».

В общем, открытие Лену сначала поразило, потом разозлило. Но очень скоро она поняла, что все время думает только о нем, ищет повод, чтобы ему позвонить, старается почаще с ним видеться.

То, что для него стало легкой интрижкой, для Ленки оказалось серьезной проблемой. Ее отношение к нему было гораздо серьезнее, чем, возможно, он бы того хотел. Она все больше привязывалась к нему и, даже понимая, что это путь в никуда, была не в состоянии справиться со своими чувствами и своей болью.

За последние полгода она «отшила» всех своих поклонников, не завела ни одного романа.

— Мне кажется, из нас получилась бы замечательная пара, но никогда не получится… — всхлипывает она, теребя угол скатерти.

Я сижу напротив и не знаю, что ей посоветовать. Не говорить же пошлое: «Время лечит» или там «клин клином вышибают»! Трудно быть умными девушками — мы не позволяем себе говорить банальные вещи. И не верим в их чудодейственную силу.

На следующий день зарядил такой дождь, что от одной мысли о необходимости выбираться из дома во мне проснулось гостеприимство, и я решила пригласить Курпатова к себе. «Андрюш, чего мы все по кофейням и ресторациям ходим, давай дома поработаем. Я тебя обедом накормлю». Про обед — это особая фишка. У меня есть знакомая, которая кормит сотрудников одной фирмы. И я иногда прошу приготовить побольше и покупаю у нее котлеты, голубцы, салатики разные. Вкусно невероятно и в то же время очень по-домашнему. В общем, благодаря Ирочке мне периодически удается позиционировать себя как ловкую хозяйку.

Интересно, психотерапевт мне поверит?

— Знаешь, Курпатов, у меня сегодня такое дождливое настроение… Давай про несчастную любовь разговаривать? Условия задачи: она его любит, а он ее — нет.

Разогреваю котлеты, накрываю на стол и рассказываю про Ленку. Мы сходимся на том, что ее приятель — негодяй, но этого мне недостаточно. Очень хочется ей помочь, и я постараюсь узнать у доктора рецепт исцеления от затянувшейся болезни.

— Большая неудача — эта несчастная любовь. Во-первых, потому что мальчики привыкли добиваться девочек. Если он ее добивается, а она отказывается — значит, она «достойная». Иначе — стала бы отбиваться?

Нет, конечно! Мальчики любят завоевывать, и, как правило, их совсем не радует, когда происходит наоборот.

Во-вторых, как нетрудно догадаться, влюбленная женщина смотрит на мужчину тоскливым взором, после которого хочется предложить ей микстуру от простуды. Она с таким лицом абсолютно асексуальна.

Нормальному мужчине такое вряд ли понравится. По неписаному и непреложному биологическому закону мужчина ищет в женщине мать своего будущего потомства, так что, если у самки больной вид, ей рассчитывать не на что. Разве что на совсем чуть-чуть…

По этим двум позициям понятно, что несчастная любовь — явление, близкое к фатальному. Поэтому не смотри на меня как на человека, который оживляет мертвых движением одной брови. Взлететь нам сейчас не удастся. Мы сейчас будем долго и мучительно выкарабкиваться наверх из глубокой ямы.

— Ну хорошо, давай выкарабкиваться. На земле все-таки лучше, чем в яме. Но начнем не с Ленкиной истории — потом будем с этими женатыми уродами разбираться… Скажи сначала, что делать, если женщина в него влюбилась, а он к ней равнодушен? Можно его как-то в себя влюбить, что ли? И вообще как надо себя вести, чтобы дурой не выглядеть?

Вот сама учу студентов: во время интервью не задавайте собеседнику несколько вопросов сразу. Рискуете не получить ответ, потому что просто запутаете человека. Но, по-моему, Курпатова невозможно запутать, и я позволяю себе нарушать правила.

— Существует два варианта, как завоевать свою несчастную любовь. Стратегия № 1 — пошло-манипулятивная: демонстрировать, насколько он вам безразличен. Верка Сердючка пела такую песенку: «Он бы подошел, я бы отвернулась»… Полная, практически исчерпывающая инструкция. Кстати сказать, образ, созданный Андреем Данилко — изобличающий шарж на все женское народонаселение нашей необъятной родины. Он, судя по всему, большой женоненавистник. Но женщины его смотрят. Прав был классик: умом Россию не понять. Особенно наших женщин… Ну да ладно…

Возвращаемся к стратегии № 1. Желанный товарищ, не отвечающий взаимностью, подходит время от времени к тоскующей по нему даме — по делу или так… Почему бы, в таком случае, не отвернуться: «Фу, какой дурак пришел!» (разумеется, в зависимости от уровня IQ этого мужчины форма подобного «отворота» сильно варьирует).

Этот неожиданный отказ способен вызвать интерес («ориентировочный рефлекс», по И. П. Павлову): «Я ни о чем и не просил, а мне отказали. Интересненько…» И далее с большой вероятностью последует осада. Но осаждающий, учитывая слабость тылов «сопротивляющейся стороны», очень быстро возьмет эту крепость. Поскольку же интрига с самого начала строилась исключительно на изгибах и вывертах, то интерес объекта, скорее всего, угаснет столь же быстро, как и возник.

Стратегия № 2 — страдательно-сочувственная — тоже из песни: «Милый мой, хороший, догадайся сам». Тут нужно ходить с немного трагическим видом, угождать, заставить проникнуться доверием. И вполне есть шанс добиться этого мужчины, взять его, так сказать, измором — не мытьем, так катаньем, закрывая бреши эмоционального вакуума и затем отдаваясь страстно. Но и тут, конечно, есть проблема. Дело в том, что в подобной ситуации его мотивацией обратить внимание на нашу героиню станет жалость, или сочувствие, или пресловутое «вечер свободен, а коротать не с кем».

В этом случае женщина вступает в отношения в статусе заведомо ущербного персонажа. И в каком-то смысле должна быть даже благодарна за то, что ее вообще взяли пару раз прокатиться в лодке любви. Но тут подводный камень — стоит мужчине подобрать нашу героиню, как начнет происходить следующее: она захочет потянуть на себя одеялко (даром она, что ли, старалась?), сказать ему, что она тут тоже присутствует и не «тварь дрожащая», а потому — «право имеет». Тут человек и впрямь удивится, потому что взял несчастную (она же была с трагическим видом) в буквальном смысле этого слова — из сострадания, оказывая гуманитарную помощь. И при таком заходе уж точно на ее последующие притязания, какие бы то ни было, никак не рассчитывал.

— Что-то подозрительны мне твои варианты. А есть еще какой-нибудь способ кроме этих двух?

— Да. Но это будет неожиданно.

— Спасибо, что предупредил. Я готова.

— Итак, женщина поняла, что влюбилась. Она перед выбором: или стать шелком, который вьется вокруг этого божественного Аполлона, или вызвать его на дуэль, потому что сердце у нее заходится и жарко бьется, а он — подлец и сволочь — холоден и бесстрастен.

И еще дурак! Потому что только настоящий идиот не может понять, какое счастье на него свалилось.

Но я не перебиваю Курпатова — он, наверное, слышал эту реплику уже не один раз.

— Так вот, она перед выбором и… нельзя допустить ни того ни другого! Сказать себе: «Стоп, мамаша, смотрим правде в глаза! Во-первых, это ты влюбилась, а не он. Во-вторых, это тебе надо, а не ему. Более того, это ему совершенно ни к черту». Конечно, сложно признаться в этом себе самой, потому что все женщины живут с этой великой жертвенной мечтой — осчастливить мужчину своей любовью. Иногда это, правда, и у мужчин случается, но значительно реже.

Вот, откровенно говоря, мне именно так и кажется, что моя любовь — это Ему настоящее счастье. Потому что как можно меня не любить? Я даже переживаю, что где-то ходит Он и не знает, что упускает потрясающую возможность полюбить меня и стать моим любимым.

Если честно, то в моей жизни случился однажды такой печальный опыт: я любила больше, чем он. И два года надеялась, что все получится. Потому как «он что — слепой и не видит, какое ему тут счастье?!»

Мне кажется, я очень старалась, но он меня разочаровал — упустил праздник своей жизни.

— Существует в подсознании человека такая иллюзия, что его чувства — это кому-то огромный подарок, — в очередной раз доктор словно читает мои мысли. — К тому же, надо заметить, того «некто», которого мы хотим осчастливить своим подарком, в реальности не существует: мы же его придумали таким — от «А» до «Я». Это воображаемая конструкция — образ, который нам удобно любить.

«В-третьих, — я возвращаюсь к внутреннему монологу влюбленной женщины с самой собой, — моему объекту мои чувства «до лампочки» и «по барабану»». Ну и напоследок, вдогоночку, она честно и строго говорит себе: «В общем, мамаша, сейчас ты будешь вести себя как круглая дура!»

Следовательно, берем большой трактор, цепляем к нему нашу машину, затопшую в любовной гати. И пусть этот трактор волочет нас от нашего героя. Потому как движение к нему сейчас равносильно фатальному фиаско нашего стратегического плана. Надо отъехать! Любыми способами! Титаническими усилиями и каленым железом. Загрузить себя работой, улететь в командировку, поехать к бабушке на дачу копать картошку — и желательно, чтобы эта дача находилась на целине.

Там, в ссылке, снова возникнет альтернатива — провести ли это время в мечтах о нем или — в страданиях по себе. И снова не годится ни то ни другое. Время надо потратить в работе над собой.

Итак, предстоит признать несколько очевидных вещей. Пункт первый: «Я нахожусь в состоянии болезненного сумасшествия — естественного, приятного, замечательного, но безумия». Пункт второй: «Можно, конечно, исхитриться и уложить его в койку каким-нибудь немыслимым способом, но…» Пункт третий: «То, каким он мне кажется, и то, каков он на самом деле, — это две разные вещи». Почему? Смотри пункт один — про безумие. Значит, нужно сделать этот любимый образ максимально объективным, без ретуши и приписок, а главное — в фокусе. Наконец, пункт номер четыре: «У меня никогда не будет того будущего с ним, о котором я мечтаю. Будущее с ним, может, и состоится, но совершенно другое».

После этого задача состоит в том, чтобы справиться с собственным чувством, привести его в причесанное состояние, убрать всю экзальтацию и всю очарованность и зачарованность своей влюбленностью: «Если он поймет, как я его люблю, он растает тут же!» А-ха… Три раза.

— «Никто не любит вас, как я люблю, никто, как я, любить не сможет…» — напеваю я. — Очень люблю этот романс, красиво и так трогательно, и очень про нас, про теток.

Хорошо, что мы сидим дома: я могу в полный голос спеть отрывок из романса. В ресторане пришлось бы нашептывать, и не получилось бы так красиво. Кстати, это такая очень женская фантазия: спеть Ему и все в этой песне про свои чувства рассказать. Но, по-моему, мужчинам не сильно нравится, когда мы поем.

Вот я редко пою — друзья категорически запрещают мне это делать. Один из них все время повторяет сомнительную цитату: «Хорошая музыка, — сказал Незнайка, — громкая!»

Ну ничего, у меня в планах уроки вокала: я их всех еще удивлю.

— Да, да, — торопится согласиться со мной Курпатов — наверное, чтобы я поскорее перестала петь. — «Когда она на сцене пела, Париж в восторге был от ней…» В общем, вся эта очарованность и зачарованность — ужас! Поэтому убираем экзальтацию и начинаем восстанавливать образ человека, в которого влюбились. Первым делом принимаем за данность, что у него, как и у любого другого человека, есть недостатки, а есть и достоинства. Причем недостатки — это именно недостатки, а не «просто он немного любит выпить, но когда он влюбится в меня и поймет, как я его люблю, то бросит немедленно». Да, вот этого всего не надо. И вот так, шаг за шагом, возвращаемся к будничной реальности. Вернулись? И можно ехать домой из ссылки.

Оказавшись дома, начинаем строить с ним отношения, причем со всей той огромной внутренней силой, которая в нас наличествует, со всей той внутренней симпатией, которая и есть любовь, очищенная от истерии. Без всякой идеализации, розовых очков и шапкозакидательства — трезво, без щенячьего восторга. Акцентируясь в отношениях с ним на его достоинствах, поддерживая и одобряя их — восхищением, радостью, благодарностью. И тут же демонстрируя ему, что хотя его недостатки и преодолимы потенциально, но вовсе не что-то незаметное и незначительное, что пройдет само собой.

— Андрюша, я это не поняла. Объясни, пожалуйста, на примерах. Потому что если ему вообще моя любовь не особо нужна, то зачем ему эти мои указания на его недостатки?..

— Шекия, очень важное замечание: все мои рекомендации — только для того, чтобы не сделать ситуацию хуже, не испортить все окончательно. Гарантий, что после этого твоя любовь завершится счастливым, долгим и во всех смыслах замечательным браком, доктор не дает. Но он точно гарантирует, что если вы не сделаете так, как мы сейчас договорились, то несчастная любовь закончится или истерическими эмоциональными совокуплениями, или критически-занудным браком с полным взаимным неприятием друг друга. Впрочем, и на то и на другое только процентов двадцать, а остальные восемьдесят — это вообще в пропасть: ничего не будет, кроме мокрой от слез подушки.

Шекия, если мужчина не заинтересуется женщиной, с этим ничего нельзя поделать! При огромном желании и завидных усилиях его можно женить на себе, спать с ним. Но не влюбить в себя. И более того, саму себя свернуть в бараний рог — подстраиваясь, выстраиваясь, самоуничтожаясь.

Теперь на примерах, как ты просишь. Вот тебе пример… Живет мужчина. В его мире много женщин, они ходят вокруг: кто — игнорируя, кто — игриво кокетничая, кто — истерично умирая от любви, кто — предлагаясь в друзья, при этом другом быть не умеючи. В общем, так я тебе скажу, без обиняков: система российского воспитания женщин оставляет желать лучшего: «Он бы подошел, я бы отвернулась…» Катастрофа.

А ему, этому мужчине, хотелось бы «настоящих отношений». Ты спросишь меня, что такое «настоящие отношения» с точки зрения мужчины? «Настоящие отношения» — это когда женщина любит, как женщина (то есть и как мать, и как любовница) и дружит, как мужчина. Ну нехитрая задача-то, как ты понимаешь… Всего-то навсего. «И станцуем, и спляшем», что называется.

Впрочем, я не думаю, что для любящей женщины это невозможно. Возможно, но только при соблюдении тех наставлений, о которых я говорил выше. Именно поэтому «твои указания на его недостатки» ему нужны, потому что так друг поступит. Правда, «указания» — это как раз женская история — пальчик выгнуть и указывать.

И когда я говорил: «Тут же демонстрируя ему, что хотя его недостатки и преодолимы потенциально, но вовсе не что-то незаметное и незначительное, что пройдет само собой» — речь шла не о пальчике. Речь шла о дружеском участии. Видя недостатки друга, мужчина суровеет, но не раздражается. И его друг, на которого посуровели из-за его недостатков, прекрасно понимает: «Да, прав ты, Федя: пора мне завязывать. Я же вижу, что ты не на меня злишься. Просто веду я себя скверно, и результат будет плачевный. Спасибо тебе, Федя, что поддержал и не осудил. Ты — настоящий друг!»

Вот, а ты — «указывать»… Не надо указывать.

В общем, если вы справились со своим безумием, не обиделись и не затаили за то, что вашу любовь не приняли, увидели любимого человека без шор и розовой вуали, сохранили в себе при этом силу чувства и искренность симпатии, а потом смогли стать для него парой в «настоящих отношениях», то есть любовницей, матерью и другом… А теперь, Шекия, вспомни, что я тебе говорил о том мире, в котором живет мужчина, и о тех женщинах, которые в этом мире обитают. Вспомнила? А тут, с этой стороны, предлагаются «настоящие отношения»… Знаешь, я тебе скажу, есть шанс. Только билеты дорогие-дорогие! Но есть.

Андрей прав, когда подчеркивает разницу между браком или сексом и любовью. Если честно, то мы довольно часто подменяем эти понятия или делаем вид, что не замечаем разницы.

Вообще-то мне наша позиция понятна совершенно.

Во-первых, если чего-то очень хочется, то главное — это «чего-то» заполучить. Условия: брак, случайная связь или любовь — кажутся в таком состоянии всего лишь условностями, и любой вариант мы готовы трактовать как зарождение его большого человеческого чувства.

Во-вторых, действительно, есть какая-то маниакальная убежденность в том, что если судьба предоставит хотя бы один шанс, то уж настоящая женщина его не упустит. И он обязательно поймет, что вот оно — его счастье и никуда не надо больше ходить. Люби себе и радуйся жизни.

Но Курпатов повторяет в очередной раз: никаких неоправданных ожиданий.

— Сами по себе наши симпатии к другому человеку не дают нам никаких преференций: мало ли кто кому симпатизирует. Наличие этих ожиданий, требование реакции на вашу симпатию вызывает в мужчине отторжение. Но вот искренняя женская симпатия, лишенная ожиданий, в целом выглядит необыкновенно подкупающей. Поверь, женщина, искренне любящая и не считающая, что мужчина обязан ей чем-то за эту любовь, — очаровательна.

Моя будущая жена — Лиля — совершенно не рассчитывала на то, что я отвечу ей взаимностью. Ей не повезло познакомиться со мной в статусе пациентки, тогда как доктор был в роли доктора, а этим все сказано — никаких шансов. И она была рада простой возможности общаться со мной, видеться иногда. Она не напрягала меня, не предъявляла претензий, не требовала оценить ее чувства (пару раз, может быть, попыталась, но очень деликатно и, как только получила отповедь, сразу вернулась в нормальное состояние). Такое искреннее отношение не может не подкупать.

Мужчина — он мужчина, он должен чувствовать, что инициатива, хотя бы формально, исходит от него. И если женщина любит, но при этом вроде бы и не кидается ему на шею — «Ваня, я ваша навеки!» — то это позволяет ему произвести если не крестовый поход в Святой Град, то по крайней мере историческую реконструкцию. Оставляйте мужчине возможность проявить собственную инициативу! К тому же сама женщина, поступающая описанным образом, избавлена от иллюзий, что одной ее любви достаточно, чтобы построить эти отношения. Как там у Земфиры?.. «Моей огромной любви хватит нам двоим с головою» — кажется, так.

Она понимает, что придется еще поработать над собой, что-то в себе изменить — и не в угоду партнеру, а в угоду отношениям, чтобы вдвоем им было в них комфортно.

— Слушай, а может быть, мне как-то надо проявить себя с лучшей стороны? Продемонстрировать свою доброту и домовитость, показать, что я хозяйка хорошаяг, — я выразительно смотрю на Ирочкины куриные котлеты и тушеные баклажаны с грибами.

— Если ты выполнила главное правило доктора: «Оставь надежду, всяк сюда входящий», если ты не мечтаешь больше о райских кущах, то в целом тебе захочется сделать ему что-то приятное. Но вот ты спросила: «А надо ли мне показать ему мою домовитость и доброту?» Речь о ком шла?

— Обо мне.

— Вот именно. Ты прокололась. Надо о нем — если ему приятно, мы для него сделаем. Не надо пытаться показать ему лучшие свои грани. Твоя лучшая грань — это то, что ты его чувствуешь и понимаешь, а его радость — твоя радость. И ради всего святого, только не через силу: «Черт, я же иду на футбол! Уму непостижимо! Когда же он оценит мой подвиг?!» Милая моя, дорогая, да он же думает, что футбол — это праздник-праздник! И если вы идете на футбол (даже если тебе дурно от одного этого слова, как Герману Грефу), то ему кажется, что это он тебе сделал приятное! Может быть, ты просто счастья своего не понимаешь?.. Ну значит, дура-женщина. И наконец, ты же сама согласилась, а не хотела бы — не пошла. У вас ведь не такие отношении, что ты должна быть с ним рядом? Нет. Так что его рассуждения в этом случае выглядят вполне логично.

— Ну а если так и не срослось? И мои «симпатии без ожиданий» так и остались безответными?

— Любовь — это как простуда. Если ты все правильно делала, то эмоционально переживешь это достаточно быстро. Ну, переболела и выздоровела. В целом, после простуды страшных осложнений быть не должно — разве что чуть-чуть ослаблена иммунная система. Но это поправимо. Главное — не довести до воспаления легких или паралича, как у доктора был. А в остальном…

— А может, обратить внимание на кого-то другого? Отвлечься от постоянных мыслей про него, переключить внимание на более достойный объект? — Более достойный — потому что сможет оценить меня по-настоящему. — В общем, вышибить клин клином?

— Сомневаюсь, что эта попытка окажется эффективной. Если ты кого-нибудь любишь, то в этот момент двигаться в другом направлении — бессмысленно. Например, на тебя обратил внимание какой-то мужчина.

Ты от него не в восторге, но «так захочешь теплоты, не полюбившейся когда-то», что согласишься на это дело, долго не раздумывая. Но ты подумай, что это будет? Ты с этим в постели, а в голове песня: «Позвони мне, позвони! Позвони мне, ради бога! Через вечность протяни голос…» Не помню, как там это дальше.

В общем, есть, Шекия, в этом состоянии большое искушение сойтись с каким-нибудь мужчиной, чтобы доказать самой себе — меня принимают, даже если я не люблю, значит, я прекрасна, несмотря на то что кем-то отвергнута. Мило, конечно, но какой-то детский сад. А потом ты еще решишь — ну и ладно, в конце концов, он меня любит и этого достаточно. Свадьба. И наутро после первой брачной ночи он «вдруг» тебе скажет: «Жена, чего лежишь?! — и еще противным таким голосом командным: — Иди готовь завтрак!» В общем: «Упала, отжалась!»

И не удивляйся. Ведь для него все это чем было?.. Он воспринял твою, мягко говоря, сдержанную благосклонность к нему как пошло-манипулятивную стратегию «от Верки Сердючки». Как ты выглядишь в такой ситуации со стороны, бросаясь «в объятья к нелюбимому», — ты не задумывалась? А ты представь. Ну и вот, он это скушал, осаду произвел, крепость взял, а теперь все — он хан Батый: «Упала, отжалась!» «И началась в селе совсем другая жизнь…» История, в которой тебе без любви к нему будет очень и очень сложно.

Можно, конечно, сразу же развестись. Но тогда это вообще какое-то порно получится… И не споешь уже: «Все равно счастливой стану! Все равно счастливой стану! Даже если без тебя… Позвони мне, позвони!»

Рефрен, пАнимаешь…

Я тебе все это в довольно жесткой форме излагаю, но такова правда.

Да, пожалуй, я не готова связать свою жизнь с человеком, которого не буду любить. И я приму совет Андрея — не доказывать себе и другим собственную полноценность таким экстремальным способом.

Я сейчас вспомнила молодого человека, который, признав, что его чувства ко мне бесперспективны, через месяц женился. С тех пор вот уже пять лет регулярно отчитывается передо мной, как замечательно они живут. Я очень надеюсь, что он говорит правду. Потому что, в конце концов, он видит меня раз в полгода, а жить и быть счастливым ему приходится каждый день.

— Чай или кофе?

Глупый вопрос. Теперь я уже точно знаю, что обязательно кофе. Четыре ложки сахара и никаких сливок.

Где-то читала, что, согласно бизнес-этикету, во время обеда с партнером к деловым вопросам следует переходить не раньше десерта. Если считать, что мы встретились, чтобы помочь моей приятельнице. Лене, то я выдержала все требования правил хорошего тона. Я заговорила о ее проблеме, только когда открыла коробочку с восточными сладостями, привезенными из Туниса.

— Ситуация с женатым мужчиной многократно сложнее. Я конечно, не могу ничего и ни от кого требовать… И вообще, я доктор, а доктор — он доктор, он не священник, и его моральные принципы никакого отношения к делу не имеют. Поэтому это как бы и не мое дело вовсе. Но с другой стороны, мне-то что от этого… В общем, сложно меня рассматривать в данной ситуации как лицо заинтересованное. Не корысти ради, в общем… Как говорится… Я достаточно наделал оговорок?

— По-моему, достаточно.

— Ну, тогда переходим к главному. Убежден я, Шекия, что российским женщинам имеет смысл запретить себе спать с женатыми мужчинами. Ну, может быть, не сразу как-нибудь, но как-то постепенно в этом направлении двигаться. Это их — в смысле женатых мужчин, понимаете ли, расхолаживает. Я бы даже сказал — деморализует, развращает и толкает на мародерство.

Я все понимаю про большую любовь, и, может быть, она является оправданием сексуальной связи. Но, в целом, именно благодаря женской сговорчивости у нас в обществе настолько стали легализированы эти мужские измены, настолько это стало как-то прямо в порядке вещей, что и не изменять — это уже как-то даже и не по-мужски получается. А я так искренне думаю, что как раз наоборот. Впрочем, то, что я думаю, это опять-таки дело десятое. Но факт остается фактом: женщины встречаются с женатыми мужчинами, а те в результате уже не чувствуют никакой ответственности перед семьей.

Вот он живет с женой и детьми. Ему не слишком комфортно (а кому в семье комфортно?). Надо зарабатывать, он уже вгрохал в этот «проект» кучу денег, супруга изображает из себя его начальницу, упрекает его постоянно и по любому поводу. Да, ему там не очень хорошо, хотя уже и прикипел и даже, я бы сказал, приварился. Но он ведь и не пытается хоть чуточку напрячься, создать в доме комфортную атмосферу, дать почувствовать жене, что она ему не безразлична. Ну или к порядку ее призвать, на худой конец. Нет — он романтически влюбляется. На стороне, разумеется. Все складывается примерно по тому же сценарию, как и у нашей барышни, которая хотела любимого забыть и для этих целей бросилась в объятья к нелюбимому. Только здесь все наоборот — от нелюбимой к любимой, чтобы поднять уже наконец самооценку свою: «Вот эта меня любит! Значит, мы еще — эге-гей! Есть еще порох в пороховницах!»

В общем, начинаются слезы, весь этот драматизм… Развеем, понимаешь, семейную тоску и скуку! Ударим, понимаешь, чем-то там по бездорожью и разгильдяйству!

Может, конечно, он влюбляется и по-настоящему. Это я сейчас не комментирую. Но посуди сама: если он раньше семью — этот свой «проект» — не оставил, хотя уже и не любил жену-то, с какой стати ему сейчас уходить? У него все сложилось: эта женщина его любит и принимает всяким — женатый, не женатый — без разницы; жена же со своей стороны испугалась, что он уйдет, и поэтому стала шелковой. В общем, идиллия вдруг образовалась на ровном месте! И вот он объясняет супруге, что сердцу не прикажешь, а любовнице — что любит ее очень, но жена повесится, если он ее бросит, а с таким грехом как жить? И все! Гармонично обустроенное многоженство.

До чего же это все знакомо! Один мужчина, уверявший, что влюбился в меня безумно, сказал замечательную фразу: «У меня теперь с твоим появлением в моей жизни полностью сложилась мозаика». Креативный такой был мужчина. В его жизненной мозаике было все как положено: жена, сын, успешный бизнес и теперь еще я — огневушка-поскакушка.

Мне было официально заявлено, что семью он не бросит — не так его воспитывали, но без меня удачная картинка разрушится. У меня тогда, слава Богу, хватило ума не влюбляться сразу, а спросить осторожно: «Рома, а моя мозаика из чего будет состоять? Из наших встреч раз в неделю в обеденный перерыв?» Помню, он обиделся страшно, что я не оценила этих его искренних чувств.

— Но ведь есть женщины, которые действительно согласны на встречи раз в неделю вместо обеда. Наверное, их это устраивает или они думают: лучше уж так, чем вообще ничего. Правда, мне кажется, потом такая женщина все равно начнет злиться и вопить: «Ты украл мои лучшие годы!» Потому что в любом случае в глубине души будет надеяться, что своим терпением и ожиданием может заслужить счастье с ним.

— Более того, он ведь еще на голубом глазу будет жаловаться, как ему там, в семье, плохо, и таким образом подпитывать ее надежду… Конечно! Мужиков распустили женщины — это чистая правда, извините.

Если кружку опрокидывают, вода из нее выливается, с этим ничего не поделать. С воды, конечно, никто ответственности не снимает, но…

И я думаю, что в такой ситуации надо рассуждать честно. Если у нас тут большая любовь случилась, то мужчина должен совершать какие-то поступки, принимать решения. Ведь, в конце концов и прежде всего, его семья ни в чем не виновата. И для женщины, которая выступает здесь, образно выражаясь, в роли «разлучницы», должно быть очень важно, как он себя ведет. Ей самой это должно быть важно! По крайней мере это откроет ей глаза на «милого-любимого-дорогого».

Обычно же женщина склонна рассуждать так: «Я вообще ничего не жду, потому что у него жена, дети и др., и пр. У мамы его опять же сердце…» Но я думаю, что это какое-то ложное благородство и на деле — страусизм. Почему не занять достаточно жесткую позицию: «Товарищ, мы любим друг друга, но я не смогу жить на две семьи и чувствовать себя виноватой перед твоей женой. Мы, может, и не виноваты, что такая у нас любовь случилась, но она из нас троих — самая пострадавшая: потеряла, что имела (другое дело, что, может быть, и не сильно берегла, но это уже другая тема), — делает оговорку Курпатов. — Ты готов ей все это компенсировать?»

Если мужчина берет на себя ответственность, поступает деликатно и уважительно в отношении жены, с которой он расстается, то, скорее всего, у нашей «разлучницы» то счастливое чувство, о котором можно было только мечтать, и герой ее романа, видимо, действительно человек достойный. Так что вполне возможно, что и его новая семья будет вполне счастливой.

А если все, что сейчас мне сказал доктор, не поможет? Конечно, он с самого начала предупредил, что мы с этой проблемой не на взлетной полосе, а в глубокой яме. Но как же страшно, если безответная и безнадежная любовь отравит не месяц, а годы жизни! Годы страданий и тоски — это же кошмар какой-то…

— Конечно, если вся эта история длится так долго, если вы позволили простуде перерасти в воспаление легких, а потом еще и в паралич, то отъезд на три дня — «в глушь, в Саратов» — не поможет. Но выкарабкиваться все равно надо. А как иначе?

Значит, остается только одно: оплакать собственные надежды и пережить ритуал скорби. Я вообще считаю это очень важным и самым эффективным в такой ситуации — похоронить и оплакать собственные надежды. Больно — жутко! Но тут я анестезии предложить не могу. Именно эта боль — исходящая боль утраты — и есть главное лекарство.

Когда твой близкий человек умирает, очень важно пережить ритуал скорби и оплакивания. Мы вспоминаем все доброе, что было с ним связано (и плохое, конечно, тоже вспоминаем, но без обид), потом благодарим за хорошее и после этого прощаемся. То же самое необходимо сделать и со своими надеждами и с образом этого человека. Нужно похоронить и то и другое.

Это будет очень больно. Я предупреждаю. Но если хочешь избавиться, тогда это необходимо: «Ты прежний для меня умер. С тем, кто остался жить, у меня ничего не связано. Я любила тебя. Прощай. Прощай».

Только сама женщина способна закончить эту историю.

Вечером, уже после ухода доктора, я вспомнила одну нелепую историю из своей жизни. Мы познакомились с ним на открытии ночного клуба. Он проводил меня домой. На следующий день позвонил: «Я вдруг подумал, что мне очень хочется подарить тебе цветы». Потом были несколько романтичных недель — с прогулками по городу, поездками за город, разговорами за полночь — про китайскую философию и особенности ведения бизнеса в России. Мне казалось, что нам интересно и уютно друг с другом.

И вдруг он исчез. Не брал трубку, не отвечал на мои SMS-ки. А месяц спустя объявился: «Пришлось улететь в Прагу по делам, я там офис открываю. Ужасно соскучился. Буду очень рад снова тебя увидеть».

Вы скажете, что это история не про несчастную любовь. Согласна — это история про дурно воспитанного мужчину. Но знаете, какая была у меня первая мысль, когда он позвонил? «Какого черта я потратила целый месяц на переживания?» Как же я разозлилась! Не на него — на себя: за то, что позволила легкомысленному и плохо воспитанному человеку вычеркнуть из моей жизни столько дней, которые можно было прожить полноценно и радостно.

…Когда все-таки излечиваешься от безответной любви, становится безумно жаль времени, которое ты так настойчиво заполняла тоской и печалью. Мне кажется, что, пребывая в этом плачевном состоянии, нельзя забывать: дни, которые мы столь щедро тратим на бессмысленные страдания, потом не удастся вернуть. Получается, что мы за эти мучения еще и расплачиваемся собственной жизнью (ничего себе я сказала!). Не знаю, как вы, а я точно больше не позволю себе подобных жертв ради сомнительного героя, не способного меня оценить.

Соображения доктора Курпатова

Ну что я могу ко всему этому добавить?.. Только одно, наверное. Любовь, какой бы она ни была — взаимной или невзаимной, — большое счастье, огромный дар. Думаю, что так и нужно к ней относиться. Просто, если эта любовь невзаимная, безответная, нужно пережить ее правильно — пропустить через себя и не ожесточиться, не впасть в уныние, не давать волю отчаянию. Она — великое чувство, которое делает нас лучше. Это правда, хотя, наверное, и звучат мои слова как жуткая банальность.

В юности, конечно, много трагедии в такой любви и много всего лишнего. Но с возрастом начинаешь понимать, что, как бы оно там ни сложилось, счастье, что у нас это было. Самое настоящее счастье.

А самом страшное и самое неправильное в такой любви — это эгоистическое стремление управлять желанием любимого человека. Это невозможно и это неправильно. Нельзя, мне кажется, стремиться к тому, чтобы завладеть желанием другого человека, тогда как оно — его желание и его жизнь. Если женщина или мужчина, которых мы любим, сама или сам готовы вручить нам свое желание, свою жизнь — это одно дело. И тут грех отказываться. А если не готовы, то требовать… Это дискредитирует любовь.

В конечном счете ведь любовь — это аэгоистичное чувство. Если, конечно, это любовь настоящая. Ей (любимой), ему (любимому) должно быть хорошо — этого требует любовь. И в этом аэгоистичном чувстве мы переживаем собственное преображение, потому что нет ничего лучше и краше человека, свободного от эгоизма. А любовь — то единственное, что дает нам на это силы. Впрочем, именно здесь мы и получаем свою самую большую прибыль — или ответное чувство и собственное преображение, или просто собственное преображение, что тоже, скажу я вам, немало.

В общем, не бойтесь любить. А любите… сделайте это правильно.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.