Глава 36 Езда

Глава 36

Езда

У меня есть пикап 1965 года по имени Луиз. Когда я езжу на ней по изрезанным глубокими колеями дорогам, она встает на дыбы, как необъезженный крепконогий мустанг. У Луиз такое ветровое стекло, что вместит все Нью-Мексико. Оно захватит целое плоскогорье, поросшее полынью, от края до края. В метель Луиз – практически хижина на колесах. На ней получается «въехать» в пейзаж.

Писательство «рулит», и езда на машине в этом помогает. Я прекрасно знаю, что писательское искусство питается образами, и если хочу писать глубоко, часто и хорошо, то просто обязана пополнять их запасы. Когда приходит время подзарядиться образами, я сажусь за руль.

Помимо Луиз у меня есть еще Бон-Бон, ярко-красный полноприводной «олдсмобиль бравадо», на раме «блейзера». Бон-Бон может проехать куда угодно, и мы регулярно там бываем. Всю последнюю неделю у нас случались удивительно зрелищные закаты. Три недели назад небо было лиловым, розовым и темно-фиолетовым. Вчера – стеной из чистого золота. Только увидев эту стену, я схватила дочь Доменику, друга Джеймса Навэ, поэта, и воскликнула: «Поехали прокатимся!»

Таос – город, достаточно современный для видеопроката и нескольких местечек с отменным шоколадным муссом, но построен он был на месте сельскохозяйственных наделов, поэтому выбраться из него получается довольно быстро. Доменика, Навэ и я сели в Бон-Бон и взяли курс строго на запад, к закату, по узкой асфальтированной дороге. Нам тут же повстречался трактор, он тащил домой упаковщик стогов после целого дня в поле. Сразу за трактором мы вдруг полетели влобовую на пикап, несшийся очертя голову по нашей полосе. Резкий разворот руля, почти неизбежная угроза столкновения, и вот машины остались позади, и впереди теперь только закат. Полосы меди, бронзы и олова теперь обрамляли золотое солнце. Это расплавленный свет операторы называют «золотым часом».

В долине Таос больше овец, чем коров. В закатном полумраке они похожи на приземлившиеся светящиеся облака. На темно-зеленом квадратном пастбище белоснежный арабский скакун выглядит высеченным, как талисман из слоновой кости. Его спутник, буланый жеребец, ярко блестит начищенным золотом.

Свернув на север, на Кайе Медио, Бон-Бон зажглась огненно-красным, как вишневая пастила. Священная гора зловеще вздымается прямо перед нами, складки ее склонов позлащены, но темны. Пятнадцать минут на север, закат слева, еще пятнадцать минут на юг, закат справа, и затем я отогнала Бон-Бон домой. Я писатель, я ем глазами, и тот роскошный закат утолил мой голод. Сегодня я жажду писать.

Четыре года назад, еще до того, как стало известно, что мой отец скоро умрет, мы с ним отправились в путешествие через полстраны – из Сарасоты во Флориде, через Техас по длинной диагонали, и домой в Нью-Мексико. Для меня эта поездка знаменовала завершение долгого учебного года. Работая со своим классом над темой «творческих разворотов», я вспомнила и поделилась историей о том, как я только начинала писать рассказы и, как и моя знакомая Ив, бросила это занятие, когда лучшая подруга раскритиковала мои произведения. Из собственного опыта я знала, что докладывать о своих творческих травмах – значит способствовать их исцелению. Оттуда же я знала и о том, что езда на машине наполняет меня творческим топливом, но все же не была готова к тому, что про изошло.

Мы с отцом проехали полпути через Техас в его белоснежном «проубе», в компании его черного шотландского терьера по кличке Синь. Мы наслаждались придорожными кафе, где подавали булочки с жидкой мясной подливой под музыку Пэтси Клайн[54] из музыкальных автоматов. Мы как раз выезжали из одного, когда у меня в голове вдруг отчетливо заговорил голос: «Новая жизнь началась у Карен на десятой миле к западу от реки Пекос, именно там она сказала Джерри: “Съезжай с дороги. Немедленно”».

Я схватила записную книжку и погналась за голосом. Отец на нашей маленькой машинке держал курс в глубину северотехасской рукоятки[55], а я строчила рядом с ним. Зайцы, гремучие змеи, стервятники, койоты – мои герои были увлекательнее их всех. Мы делали восемьдесят миль в час, но рука моя летала со скоростью света. Дорога буквально вела меня по бумаге. Когда мы подъехали к гостинице в тот вечер, я уже успела закончить рассказ. А потом еще двадцать пронеслись сквозь мои пальцы быстрее, чем машина отца заглатывала белую разметку.

Дорога заводит мой творческий двигатель. Дорога позволяет мне писать на полном газу. Дорога ведет меня по странице.

«Почему это, – вопрошал режиссер Стивен Спилберг, – все лучшие идеи ко мне приходят за рулем?»

Художники всех мастей поглощают образы, чтобы творить. Дорога с ее непрерывным потоком образов катализирует творческое мышление.

Когда я жила на Манхэттене, у меня был старенький побитый золотой «блейзер», который я парковала на Девятой авеню. Иметь машину, живя в центре города, глупо – и дорого, – но для меня это было очень мудрое решение. Я сажала в нее Доменику, тогда еще совсем маленькую, и ее собаку Каллу Лили, белоснежного королевского пуделя, и отправлялась по Вестсайдскому шоссе вдоль Хадсона, пожирая глазами дары пространства и света. Мне как писателю и просто как человеку необходимо смотреть вдаль. (А еще я держала на Манхэттене лошадь породы аппалуза, на которой мы с Доменикой заезжали на верхушку самого высокого холма в Центральном Парке.) Держась севера вдоль сверкающей змеевидной реки, я набрасывала сценарии, «смотрела» пьесы, что разыгрывались у меня в голове. Проезжая сквозь зеленые туннели зеленой автострады Мерритт, мой огороженный, городом обмороженный мозг получал пьянящую дозу творческого кислорода, и я отправлялась домой, напитанная новыми идеями.

Для меня писать – это дзэн. Я сосредоточиваюсь на странице, сосредоточиваясь на жизни. Я сосредоточиваюсь на жизни, когда сосредоточенно слежу за лентой дороги, что по очереди разворачивает у меня на глазах один подарок за другим.

«Долгая, тихая дорога» – так буддистка Натали Голдберг назвала свой писательский мемуар. Джон Николз[56], подаривший нам книги «Бесплодная кукушка», «Гений одиночества», «Война на бобовом поле Милагро» и другие, утверждает, что лучшие его вещи были написаны на ходу, когда, проезжая по дорогам Нью-Мексико в своем пикапе, одним глазом поглядывая на шоссе, одной рукой придерживая руль, он записывал фразу за фразой на клочок бумаги на джинсовом колене. Поэт Джеймс Навэ, неисправимый автолюбитель, преподает и живет в разных уголках страны и наматывает по сто тысяч миль в год, переезжая с места на место; он даже назвал своего пса Странником. Его фирменное стихотворение – то, что печатают на афишах – называется «Дорога».

Когда мы путешествуем, перед глазами у нас проносятся далеко не только мили. Когда уделяем все внимание дороге, насущные вопросы вытесняются придорожными достопримечательностями, и сознание освобождается, когда мы замечаем ярко-красный форд модели «Т» и кривобокую закусочную, в которую стоит заглянуть.

Работая над «Золотой жилой», я переживала медленную смерть отца. Рак легких и эмфизема не позволяли ему наши любимые долгие поездки. Я приехала в гости и свозила его покататься всего на пятьдесят миль. После я потратилась на длинное путешествие домой на запад по живописному железнодорожному маршруту. Расстояния, проделанные на поезде, и виды, что разворачивались за окном, стали мыслями, озарениями и упражнениями «Золотой жилы».

Не все водят машину – но, пожалуй, все писатели должны это делать. И не забывать о том, что если смотреть вдаль, можно далеко пойти.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ЧАСТЬ I. ТАЙНОЕ ПРИНУЖДЕНИЕ ЛИЧНОСТИ КАК СПОСОБ СОЦИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ Глава 1 Глава 1 Эволюция технологий власти

Из книги Манипулирование личностью автора Грачев Георгий

ЧАСТЬ I. ТАЙНОЕ ПРИНУЖДЕНИЕ ЛИЧНОСТИ КАК СПОСОБ СОЦИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ Глава 1 Глава 1 Эволюция технологий власти На протяжении тысячелетий и особенно последних столетий происходила эволюция и совершенствование технологий власти и социального управления в обществе.


Глава 8

Из книги Услышать Голос Твой автора Морис Кэтрин


ГЛАВА 7 НЕМНОГО ТЕОРИИ. ГЛАВА, КОТОРАЯ МОГЛА БЫТЬ ВВЕДЕНИЕМ

Из книги Характеры и роли автора Левенталь Елена

ГЛАВА 7 НЕМНОГО ТЕОРИИ. ГЛАВА, КОТОРАЯ МОГЛА БЫТЬ ВВЕДЕНИЕМ КАК МЫ УСТРОЕНЫ ТРИ ЭТАЖА Каждый человек похож на трехэтажный дом, где на 1–м этаже обитает подсознание, на 2–м — сознание, и на 3–м — социальные и родительские


Глава 6

Из книги Как побороть застенчивость автора Зимбардо Филип Джордж

Глава 6 Н. Nawy, “In the Pursuit of Happiness: Consumers of Erotica in San Francisco,” Journal of Social Issues 29 (1973): 147–161.Time, 28 February 1969.S. Brownmiller, Against Our Will: Men, Women and Rape (New York: Simon and Schuster, 1975).М. J. Goldstein, “Exposure to Erotic Stimuli and Sexual Deviance,” Journal of Social issues 29 (1973): 197–219.Е. Magargee, “Undercontrolled and Overcontrolled Personality Types in Extreme Anti-social Aggression,” Psychological


Езда «с ветерком в голове» (Попробуйте выполнить вместе с другом)

Из книги 175 способов расширить границы сознания автора Нестор Джеймс

Езда «с ветерком в голове» (Попробуйте выполнить вместе с другом) Вы ведете машину. Окна слегка приоткрыты. Вы набираете скорость. Вдруг в ушах у вас раздается резкий характерный хлопок, от которого дергается голова. Вы начинаете ловить кайф ; начинается «ветерок в


Глава 5

Из книги Что такое психология [в двух томах] автора Годфруа Жо

Глава 5 Заполнить пробелы1. Наши органы чувств….. в своей способности воспринимать стимулы.2. Органы чувств ребенка способны функционировать с момента…..3. Когда сенсорные сигналы новы или неполны, мозг действует путем выдвижения…..4. Почти все наши восприятия —


Глава 7

Из книги Магия чисел [Моментальные вычисления в уме и другие математические фокусы] автора Бенджамин Артур

Глава 7 Заполнить пробелы1. Можно выделить три главные разновидности научения: выработку….. поведения, выработку….. поведения и….. научение.2. При выработке….. форм поведения организм реагирует на внешние стимулы.3. При выработке….. форм поведения выбор той реакции,


Глава шестьдесят вторая ПОСЛЕСЛОВИЕ (Хотя последняя глава еще впереди)

Из книги Правила жизни от Альберта Эйнштейна автора Перси Аллан

Глава шестьдесят вторая ПОСЛЕСЛОВИЕ (Хотя последняя глава еще впереди) Вот, собственно, почти все. Таков наш трехцентровый мир, в котором позднего Фрейда толпа окрестила выжившим из ума стариком, Льва Николаевича даже собственные дети называли сумасшедшим, зато его жену


30 Жизнь – как езда на велосипеде: если не хочешь упасть – не останавливайся

Из книги Мы не умираем, а рождаемся вновь! Доказательство реинкарнации, сделанное известным психиатром и подтвержденное документально автора Вайсс Брайан Л.

30 Жизнь – как езда на велосипеде: если не хочешь упасть – не останавливайся Стивен Р. Кови сделал популярным термин «проактивность» в своей работе «Семь навыков высокоэффективных людей».Как мы уже понимаем, проактивность – это деятельность человека, который