Часть II

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Часть II

СТЕЛЮЩИЕСЯ ОБЛАКА СЛАВЫ

Воспоминания о рождении и пренатальной жизни

Среди наиболее частых переживаний, связанных с холотропными состояниями различного происхождения, являются эпизоды психологической регрессии к рождению, во время которых люди с невероятной силой переживают эмоции, физические ощущения, положения тела и другие аспекты этого процесса. Глубоко отпечатавшиеся в нашем подсознании родовые события стали большим сюрпризом для психологов, психиатров и нейрофизиологов традиционного направления, поскольку они бросают вызов их глубоко укоренившимся посылкам об ограниченности человеческой памяти. Однако более пристальное изучение обнаруживает, что эти посылки являются необоснованными убеждениями, жестко контрастирующими с научными фактами.

Согласно традиционному взгляду психиатров, только рождение, которое является настолько трудным, что наносит необратимый ущерб клеткам головного мозга, может иметь и психологические, и психопатологические последствия. Хорошо известно, что длительное воздействие недостатка кислорода, связываемое с трудными и затяжными родами, может вызывать психиатрические проблемы, в первую очередь задержку умственного развития или гиперактивность. Существуют также исследования, напрямую связывающие рецидивизм преступников с затяжными, трудными или осложненными родами с высокими степенями асфиксии. Вирусные инфекции, перенесенные во время беременности, и осложнения при родовспоможении, в том числе длительные роды и кислородное голодание, значатся среди нескольких находящих постоянное подтверждение факторов риска проявления шизофрении. Однако удивляет то, что психиатры-традиционалисты интерпретируют эти находки только с точки зрения физического ущерба, нанесенного мозгу, и не рассматривают возможность того, что пре- и перинатальные кровоизлияния, вне зависимости от того, повреждают или не повреждают они клетки головного мозга, также оказывают на ребенка сильное психотравматическое воздействие.

У новорожденного ребенка кора головного мозга еще недостаточно миелинизирована, что означает, что ее нейроны еще не полностью покрыты защитной оболочкой жировой субстанции, называемой миелином. Это обычно считают очевидной причиной того, почему рождение не влияет на психику, и этот опыт не фиксируется в памяти. Уверенность психиатров-традиционалистов в том, что ребенок не осознает это экстремально болезненное и стрессовое испытание и что процесс рождения никак не оставляет никакого следа в мозгу ребенка, не только противоречит результатам клинических наблюдений, но также и здравому смыслу и элементарной логике.

Действительно, трудно примирить подобную посылку с тем фактом, что широко принятые психологические и физиологические теории придают огромное значение раннему взаимодействию между матерью и ребенком, которое включает зрительный контакт матери и ребенка, возникающий сразу после рождения («связывание»), нежный физический контакт и качество ухода. Хорошо известно, что «импринтинг» подобных ранних переживаний имеет критическое влияние на взаимоотношения матери и ребенка в будущем и на эмоциональное здоровье ребенка на всю его последующую жизнь. Образ новорожденного как ничего не осознающего и ни на что не реагирующего организма также находится в остром конфликте с постоянно растущим количеством книг, описывающих потрясающую чувствительность плода во время пренатального периода.

Отрицание возможности запоминания момента рождения, основанное на том факте, что кора головного мозга новорожденного еще полностью не миелинизирована, не имеет ни малейшего смысла, хотя бы исходя из того факта, что способность запоминания существует и у многих низших форм жизни, которые начисто лишены коры головного мозга. Утверждение, что для запоминания рождения требуется миелизированная кора головного мозга, становится абсурдным и смешным, если сравнить его с фактами, открытыми шведским физиологом Эриком Канделем, за которые он получил Нобелевскую премию 2000 года в области медицины. Эти факты касались механизма запоминания у аплизии (морского огурца), организма с очень небольшим количеством нервных клеток, который стоит на эволюционной лестнице намного ниже новорожденного ребенка. Более того, биологам хорошо известно, что конкретные примитивные формы протоплазменной памяти существуют даже в одноклеточных организмах.

Удивительно, что подобные явные логические противоречия встречаются в контексте научного мышления, которое столь сильно гордится собственной логичностью. Трудно найти другое объяснение этим несообразностям, кроме глубокого эмоционального подавления, которому подвергается память о рождении. Совокупность эмоционального и физического стресса и боли, имеющих место при рождении ребенка, явно превышают любые постнатальные травмы младенчества и детства, обсуждаемые в литературе по психодинамике, за исключением, возможно, физического насилия. Поэтому вполне понятно, что эта память подвергается сильному психологическому подавлению и отвержению.

Во второй половине XX века исследователи воздействия психоделиков и клиницисты исследовали различные формы эмпирической психотерапии, и им удалось накопить убедительные доказательства того, что биологическое рождение является наиболее глубокой травмой всей нашей жизни и событием первостепенной психодуховной важности. Оно записано в нашей памяти в мельчайших деталях, вплоть до клеточного уровня и оно оказывает далеко идущее воздействие на наше психологическое развитие. Как только мы преодолеем свое сопротивление столкновению с этим болезненным и ужасающим аспектом нашей личной истории, становится не только возможным, но и очень логичным, что событие подобной значимости записано в подсознании и что оно может быть перенесено в сознание и высвобождено.

Количество концептуальных проблем возрастает по экспоненте по мере того, как регрессия в холотропных состояниях продолжается и достигает ранних стадий жизни эмбриона или даже момента зачатия. По мере того как мы приближаемся к началу нашей жизни, нервная система становится все менее развитой и более примитивной, пока не исчезает полностью. И все же имеется достаточно много эмпирических доказательств существования воспоминаний уже на заре нашего независимого существования. Впоследствии у нас остается лишь клеточная память — единственный материальный носитель информации.

Приведенным ниже текстом я проиллюстрирую переживание рождения, внутриутробного развития и зачатия несколькими примерами, почерпнутыми из сессий с применением психоделиков и сессий холотропного дыхания.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.