Бытие определяет сознание, или Не можешь – научим

Бытие определяет сознание, или Не можешь – научим

Бихевиористы полагают, что личность человека складывается в процессе непрерывного обучения, причем преподавателя зовут Жизнь. Мы постоянно учимся друг у друга вести себя так, чтобы получать эмоциональное вознаграждение и избегать негативных последствий. При многократном повторении знание закрепляется на уровне рефлексов и человек получает возможность действовать, не обременяя себя размышлениями.

Как утверждают бихевиористы, поведение человека в обществе определяется наградой, на которую он рассчитывает, а решения принимаются на основе опыта тех, кто уже достиг на этом пути успеха.

Почему же вокруг так много стеснительных и нерешительных людей?

Дело в том, что застенчивость основана на устойчивых страхах (фобиях), возникших в результате неоднократных неудач и негативного отношения к себе со стороны окружающих. Эти фобии парализуют волю и разум и мешают действовать адекватно.

Когда маленький Витя рассказывал однокласснице очень интересную, с его точки зрения, историю, девочка неожиданно развернулась и ушла. Витя остался стоять с раскрытым ртом. Он получил первый, но, к сожалению, не последний негативный опыт. В дальнейшем мальчик нередко сталкивался с безразличием своих сверстников. В результате мальчик стал крайне застенчив.

Возможны варианты. Кто-то предпочитает учиться на ошибках других, но делает это только для того, чтобы обосновать собственную пассивность. («У них ничего не получилось, значит, и у меня не выйдет», «Победителями становятся единицы, не имеет смысла стараться»).

В любом случае, фобии разрушительны и порождают признание собственной неполноценности («Грош мне цена», «Я никогда не смогу этого сделать»).

Фобии – по сути, привычки. Человек боится чего-либо, поскольку он привык к этому состоянию. В большинстве случаев достаточно усилия воли и использования специальных приемов, чтобы победить свои страхи.

Другая важнейшая причина стеснительности, по мнению бихевиористов, – отсутствие навыков общения. Во второй части книги вы найдете методики, позволяющие выработать эти необходимые навыки.

Бихевиористы утверждают, что все социальные болезни (в том числе застенчивость) излечиваются положительной мотивацией, то есть наградой, обещанной человеку за правильное поведение. Этого вполне достаточно, по их мнению, чтобы превратить любого тихоню в храбреца, а Золушку в принцессу.

Оптимизм бихевиористов отраден, но, мне кажется, они не учли по крайней мере одного: чтобы стать принцессой, Золушке вовсе не нужно прилагать усилия. Нужно лишь представить себя дочкой короля – и Золушка станет ею, правда, только в собственных мечтах…

Иногда сторонники бихевиоризма настолько убеждены в безграничных возможностях своей теории, что напоминают марксистов («учение Маркса всесильно, потому что оно верно»). Джон Б. Уотсон, популяризатор бихевиоризма в Америке, провозгласил:

«Дайте мне дюжину здоровых младенцев… и условия для их воспитания, и я гарантирую, что любого из них я смогу сделать специалистом любого профиля по моему усмотрению».

Уверенность бихевиористов в том, что человека можно преобразить, показав ему наиболее разумные пути к достижению очевидных выгод, на мой взгляд, несколько наивна. «Подпольный человек» из повести Ф. Достоевского мог бы возразить бихевиористам:

«Человек, всегда и везде, кто бы он ни был, любил действовать так, как хотел, а вовсе не так, как повелевали ему разум и выгода…»

По-видимому, лишь жизнь по армейскому правилу в его полном виде («Не можешь – научим, не хочешь – заставим») приведет к созданию общества, которое будет построено на принципах бихевиоризма.