Муж-тиран

Муж-тиран

В последние годы общественное внимание и нетерпимость к проявлению насилия в семье заметно выросли, результатом чего стало ужесточение наказания для обидчиков. Хотя мотивы и движущие силы внутрисемейного насилия подчинены множеству экономических, социальных и психологических факторов, доказано, что психопаты составляют значительную часть мужей, которые постоянно избивают своих жен.

В одном из последних исследований мы применили Контрольный перечень признаков психопатии к группе мужчин, которые либо добровольно, либо принудительно участвовали в программе исправления мужей-тиранов.13 Мы обнаружили, что 25 % из них были психопатами — соотношение почти такое же, как и по всей тюрьме в целом. Мы не знаем, каков процент тиранов-психопатов, которые не принимают участия в подобных программах, но думаем, что никак не меньше.

Тот факт, что среди жестоких мужей очень много психопатов, привел к серьезному пересмотру реабилитационных программ. Причиной тому печально известное сопротивление психопатов переменам в образе жизни (эту тему я затрону в одной из следующих глав). Финансирование подобных программ обычно строго ограничено, поэтому во многие реабилитационные группы стоит длинная очередь. Психопаты участвуют в таких программах, скорее, чтобы смягчить суд, а не чтобы действительно измениться в лучшую сторону. На курсах же они не делают ничего и только занимают кресло, которое для кого-то могло бы стать спасительным.

Более того, наличие психопатов в группе отрицательно сказывается на эффективности ее работы. Но, наверное, самым тревожным следствием прохождения психопатом подобного лечения является реакция жены. Она начинает чувствовать себя безопаснее. «Он вылечился. Теперь он будет лучше» — мысли, которые ставят крест на возможности разорвать жестокие отношения.

Мистер Аебланк был обвинен в нанесении побоев женщине, с которой состоял в гражданском браке. Суд предписал ему посещение реабилитационного центра для жестоких мужей. Сам он отзывался об этом случае как об очень незначительной ссоре, во время которой он просто не сдержал своих чувств. В полицейском же отчете было указано, что он поставил ей синяки под оба глаза и сломал нос и что это избиение было лишь одним звеном в цепочке его насильственных действий против многих женщин. В собеседовании, проведенном перед началом занятий, он заявил, что осознает проблему и все, что ему нужно, так это несколько навыков по сдерживанию гнева. Затем он с умным видом начал объяснять психологические аспекты и первопричины появления насилия в семье и сделал вывод, что группа вряд ли сможет ему чем-то помочь. Тем не менее он не отказывался от посещения занятий, потому что, по его мнению, он мог помочь другим мужчинам.

На первом занятии он вскользь упомянул о том, что был парашютистом-десантником во время войны во Вьетнаме, получил диплом Университета Британской Колумбии и положил начало нескольким успешным бизнес-проектам. Деталей он не упоминал. Когда он сказал, что это было его первое преступление, ведущий заметил, что его уже осуждали за воровство, мошенничество и растрату. На это Лебланк просто улыбнулся и заявил, что все эти обвинения были результатом маленького недоразумения.

Он часто брал слово на групповых обсуждениях и большую часть своих усилий направлял на очень поверхностный, псевдопсихологический анализ поступков других мужчин. Он нравился ведущему, но большинству посетителей его интеллектуальная заносчивость и агрессивное поведение были не по душе. После нескольких занятий он бросил группу и, как сообщают, покинул город вопреки распоряжению суда. Его заявления об учебе в университете и службе во Вьетнаме оказались вымыслом.