ПЕРЕДАЧА СЦЕНАРИЯ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ПЕРЕДАЧА СЦЕНАРИЯ

Сценарная матрица

Сценарная матрица — это диаграмма, назначение которой мы видим в изображении и анализе директив, спускаемых от родителей и прародителей к новым поколениям. Гигантский объем информации может быть изящно передан в относительно простой схеме. Изображенные ниже сценарные матрицы воспроизводят случаи, описанные ранее (схемы 6, 8 и 9, с максимальной точностью. Практическую проблему мы видим в том, чтобы отделить решающие Родительские директивы и модели поведения, составляющие тему сценария, от забивающего его «шума». Эта задача весьма трудна, ибо не только сам герой сценария, но и его окружение делают все возможное для сокрытия истинной темы. Поэтому трудно различать «шаги», ведущие к завершению сценария, к его счастливой или трагической развязке. Другими словами, люди бывают готовы на любое страдание, лишь бы скрыть собственный сценарий от самих себя и своего окружения. Но ведь это так естественно! Например, человек, исполняющий на фортепиано прекрасную мелодию и уверенный, что доставляет людям удовольствие, безусловно, отвергнет совет заглянуть в этот час внутрь инструмента, а аудитория, наслаждающаяся музыкой, этого также не пожелает.

Согласно первоначальной схеме сценарной матрицы, родитель противоположного пола говорит ребенку, что нужно делать, а родитель того же пола показывает, как это делается. В эту базовую схему были внесены важные добавления, уточнены функции каждого из состояний Я обоих родителей, предполагая, что Ребенок в родителе ответственен за предписания, а Взрослый в родителе наделяет ребенка «программой» (тем, что мы назвали моделью). Добавился еще новый элемент — антисценарий, идущий от Родителя родителей. Источником такого варианта матрицы стал опыт работы с алкоголиками, наркоманами, другими социально опасными людьми. Все они — обладатели тяжелых, трагических сценариев. Такая матрица предназначена для грубых предписаний, идущих от «сумасшедшего» Ребенка, но в нее можно включить также искушения и провокации, да и предписания, идущие скорее от Родителя в родителе, чем от его же «сумасшедшего» Ребенка (схема 6).

Поскольку имеются еще вопросы, подлежащие решению в ходе дальнейших исследований, модель, изображенная на схеме 8, воспринималась очень часто как промежуточная. На наш взгляд, она показала свою ценность на практике, а также в работах по психологии развития, социологии и антропологии. Эта стандартная матрица демонстрирует предписания и провокации, идущие от Ребенка родителя, чаще всего родителя противоположного пола. Если бы удалось доказать ее универсальную значимость, то можно было бы определять наши представления о человеческой судьбе и процессах передачи судеб от поколения к поколению. Можно было бы сформулировать важнейшие принципы сценарной теории, сказав, например, что «Ребенок родителя формирует Родителя Ребенка» или «Родитель ребенка является Ребенком Родителя». Это легко видно на схеме 13, не забудем только, что Ребенок и Родитель с заглавной буквы означают соответствующие состояния Я, тогда как эти же слова со строчной буквы относятся к реальным людям.

Незаполненную сценарную матрицу, такую, как на схеме 13, полезно использовать в психотерапевтической группе в ходе изучения сценарной теории. Рассматривая каждый индивидуальный случай, советуем вначале написать все о родителях согласно полу пациента, а затем вписать мелом вдоль стрелок родительские «лозунги», модели, предписания и провокации. Можно получить четкое визуальное представление о решающих сценарных трансакциях. Все в целом будет напоминать схемы 6, 8, 9. Тогда сценарная матрица может открыть нечто такое, чего раньше не было видно.

Схема 13. Незаполненная сценарная матрица

Лучший способ получить соответствующую информацию для заполнения матрицы — задать пациенту следующие вопросы: 1) Каков был любимый «лозунг» ваших родителей? Какой был у них излюбленный «рецепт» на все случаи жизни? Ответы могут послужить ключом к антисценарию. 2) Каков был образ жизни ваших родителей? Надежный ответ можно получить, лишь тесно сотрудничая с пациентом. Чему бы ни учили его родители, он что-то будет повторять вновь и вновь, а повторение позволит определить его жизненную позицию, например: «Он — пьяница», «Она — любительница мужского пола». 3) Каков у вас Родительский запрет? Это мы считаем самым важным вопросом, так как ответ на него чаще всего дает возможность понять поведение пациента и спланировать способ, который вывел бы его к более полноценной и насыщенной жизни. Поскольку симптомы его состояния выражают протест против запрета (это показал еще Фрейд), то снятие запрета — это способ ликвидировать симптомы. Требуется, однако, опыт и мастерство, чтобы отделить главнейшие родительские предписания от «фонового шума». Самый надежный в этих случаях путь — это задать еще один вопрос: 4) Что вам нужно было сделать, чтобы вызвать улыбку или смех своих родителей?

Это уже в какой-то степени толчок, предложение альтернативы запретным действиям.

Следовательно, чтобы заполнить пустую матрицу на схеме 13 так, чтобы она выглядела наподобие схем 6, 8, 9, нужно выяснить предписания или побуждения (РР), модель или программу (ВВ) и родительский запрет или предписание (РеР), а также провокации (РеР), какие только удается обнаружить (РП — предписание или побуждения, ВП — модель или программа, РеР — провокации, РП — родительский запрет).

Самые мощные сценарные указания формируются в ходе семейной драмы, которая либо подкрепляет то, что говорилось родителями ранее, либо разоблачает их лживость. Именно эти сцены чаще всего мучительно запечатлевают в сознании ребенка все то, что он, по мнению родителей, должен знать о своем сценарии. И следует помнить, что громко произносимые слова воздействуют не менее глубоко и долго, чем так называемое невербальное общение.

Ситуация, изображенная на схеме 14, часто встречается в реальной жизни.

Схема 14. Семейный парад

Пациентка слышала или видела, что ее бабушка была неудачницей; ей хорошо известно, что неудачником был и ее отец. Она сама пришла за помощью в психиатрическую группу, так как считает себя неудачницей; ее сыну, неудачнику, тоже уже пора прибегнуть к помощи. Наконец, школьные успехи внучки показывают, что и ей судьба не сулит ничего хорошего. Пациентка и психотерапевт понимают, что эта цепь из пяти поколений должна быть где-то разорвана, иначе линия неудач может продолжиться в неопределенном числе поколений. Для пациентки это мощный стимул к выздоровлению [С помощью «семейного парада» удалось проследить сценарий одной из пациенток (прабабушка которой была еще жива и сохранила память) до эпохи наполеоновских войн и предсказать его преломление в ее внуках вплоть до двухтысячного года. — Прим. автора.], ибо она может освободить сына от навязанных ему предписаний, которые она, вопреки даже собственному желанию, всегда подкрепляла. Тогда и сыну будет легче, так как он в свою очередь окажет благотворное влияние на будущее внучки, а может быть, и ее будущих детей.

Одним из последствий брака оказывается снижение интенсивности действий предписаний и провокаций, поскольку муж и жена происходят из различной среды и дают своим детям различные указания. Этот эффект почти всегда похож на генетический. Если «победитель» женится на «победительнице» (как это обычно бывает), их отпрыск может стать еще большим «победителем». Если «неудачник» женится на «неудачнице» (как это чаще всего и случается), отпрыск может оказаться еще большим «неудачником». Если брак «смешанный», то можно ждать «смешанного» результата. Но в жизни всегда сохраняется возможность возвратного движения в том или ином направлении.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.