Осознание собственных эмоций

Осознание собственных эмоций

Несмотря на то, что те или иные эмоции (пусть не всегда сильно и отчетливо выраженные) мы испытываем постоянно, разобраться в собственном эмоциональном состоянии, правильно распознать свои эмоции далеко не всегда бывает легко. Недаром и в искусстве, и во многих психологических течениях господствует взгляд на эмоции как на «темную» сторону личности – нечто властное, но непознаваемое, захватывающее человека, буквально принуждающее его действовать так, а не иначе. Причины, по которым нам так сложно осознать свои эмоции, мы уже, в общем-то, рассмотрели выше – они кроются в самих особенностях этого психологического феномена.

Во-первых, эмоции редко проявляются в чистом виде – почти всегда человек испытывает некое более или менее сложное сочетание различных эмоций.

Во-вторых, физиологические реакции, сопровождающие каждую из эмоций, имеют много общего: учащение дыхания и сердцебиения, мышечное напряжение могут быть «симптомами» и страха, и гнева, и радостного предвкушения. Поэтому телесные ощущения тоже не только не привносят ясности в опознание той или иной эмоции, но и могут, наоборот, давать ошибочные подсказки.

В-третьих, каждого из нас с раннего детства учат управлять эмоциями. К сожалению, представления о том, как именно это нужно делать, обусловлены в основном культурой и традициями, но далеко не всегда соответствуют психологическому благополучию каждого конкретного индивида. Одной из первых подвергается атаке со стороны общества эмоция гнева: в большинстве современных культур (и уж во всяком случае в европейской!) гнев считается неприемлемым, вредным, опасным.

Понятно, что ограничение свободного выражения гнева – мера, необходимая для выживания общества. С другой стороны, уничтожить эту эмоцию насовсем, как вирус бубонной чумы или черной оспы, нельзя: это невозможно технически, а кроме того, найдись даже такое волшебное средство, все равно было бы недопустимо им воспользоваться – ведь гнев необходим человеку для выживания, для того, чтобы в нужный момент защитить себя или другого.

В результате получается очень двойственная ситуация: гнев знаком каждому из нас, но мы с младых ногтей усвоили, что «не должны» его испытывать, а тем более – проявлять. Чуть менее резко, но тоже довольно активно не одобряется обществом и эмоция страха. Такие положительные вроде бы эмоции, как радость и интерес, тоже подвергаются гонениям: детям то и дело внушают, что они не должны проявлять чрезмерного любопытства, а также слишком бурно выражать свои восторги – особенно если повод, с точки зрения взрослых, того не заслуживает.

В результате многие свои эмоции мы «не узнаем» просто потому, что считаем их неприемлемыми. И получается замкнутый круг: эмоции считаются «неразумными», с трудом поддающимися контролю, опасными. Поэтому их изо всех сил стремятся обуздать – подавить или полностью подчинить сознательной регуляции, запретив их свободное переживание и выражение. В результате мы все больше теряем контакт с собственной эмоциональной сферой, а из-за того, что плохо разбираемся в своих эмоциях, оказываемся беззащитными под их натиском.

Из сказанного уже, наверное, становится понятным, насколько важно все-таки научиться разбираться в своем эмоциональном мире, различать и осознавать свои эмоции. Независимо от того, как именно вы собираетесь поступать с ними – ставить под контроль разума или свободно выражать, – для начала все-таки надо понимать, что именно вы чувствуете. Психологи неустанно разрабатывают методы, позволяющие научить людей распознаванию и осознанию эмоций. Один из таких методов – тренинг сензитивности (т. е. развития чувствительности).

Известный психолог Карл Роджерс описывал происходящее в рамках такого тренинга следующим образом.

Ведущий тренинга предлагает собравшимся поговорить о себе, своих чувствах, но сам ограничивается лишь некоторыми замечаниями время от времени, ни в коем случае не принимая на себя руководящую роль – чего, конечно, поначалу ожидают от него участники тренинга. Довольно быстро участники начинают испытывать замешательство и раздражение, поскольку сложившаяся ситуация непонятна им: ведь обычно люди, обращающиеся за психологической помощью, рассчитывают, что психолог будет их «лечить» – подробно расспрашивать, давать рекомендации. На самом же деле в условиях группового тренинга основное исцеляющее и развивающее значение имеют отношения, взаимодействия, возникающие между людьми. После того как ситуация в группе нагревается до некой высокой точки, участники начинают более или менее открыто выражать свои эмоции – пусть поначалу негативные, связанные с раздражением и непониманием происходящего.

Повышение общего эмоционального градуса приводит к тому, что участники группы становятся более откровенными, а это позволяет создать новые, доверительные отношения между ними. Постепенно возникает атмосфера искренности и взаимной заинтересованности, люди перестают прятать свои подлинные чувства.

Сензитивность участников действительно возрастает, они обучаются распознавать эмоции окружающих их людей, замечают и критикуют тех участников, которые пытаются лицемерить или скрыться под какой-то маской. Такой интенсивный обмен эмоциями, постоянная обратная связь между участниками группы приводят к тому, что люди начинают более точно осознавать и понимать и эмоции других людей, и свои собственные.

Важно отметить: погружение в такой кипящий «эмоциональный котел» для кого-то может оказаться не только не полезным, но и по-настоящему опасным. Мы все нуждаемся в том, чтобы уметь понимать свои эмоции и переживания других людей, но далеко не каждый готов находиться в обстановке полной откровенности и подчас безжалостной критики. Тренинг сензитивности (как и любой другой психологический тренинг, подразумевающий крайне тесное взаимодействие с участниками группы) может принести огромную пользу, но человеку, обладающему обостренной чувствительностью к критике, не имеющему более или менее устойчивой самооценки, этот метод может причинить болезненную психологическую травму.