ПОСЛЕДНЕЕ «ОТ АВТОРА»: РАДИ ОДНОГО ДНЯ — И РАДИ ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ

ПОСЛЕДНЕЕ «ОТ АВТОРА»: РАДИ ОДНОГО ДНЯ — И РАДИ ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ

То июльское утро 2010-го выдалось в Москве жарким, душным.

Я проснулся один: в этот день мне предстояло забрать ее из роддома с сыном.

Впервые.

Плохо помню, умывался ли, брился, ел ли в тот день.

Бросился в магазин за кроваткой. Тяжелые деревянные борта и днище монтировал на скорую руку, но винты будто сами входили в пазы, гайки на них словно накручивались сами.

Выехали ровно в десять — машину вел Ольгин отец, с ним жена и Ольгина сводная сестра. Прямо к роддому подошли целых две прабабушки и один прадедушка.

Мама ждала нас дома.

Знакомый подъезд каширской «семерки». Я быстро купил бахилы и вбежал к Ольге. Еще безымянный (мы еще не решились на имя) Андрей спал в казенной железной кроватке.

— Как он? — спросил я.

— Руки вымой, — ответила жена.

— Как ты? — спросил я, утираясь.

— Не буди его, — попросила она.

Я взял две сумки вещей, с которыми они лежали, и вышел. Ждали долго, с полчаса. Я успел два раза перекурить на жаре. Солнце жгло немилосердно.

Наконец Ольга позвонила и сказала, что они выходят.

Из общего зала ожидания мы втиснулись в маленькую комнатушку с пеленальным столиком.

Дверь открылась, но вышла другая девушка. Потом еще одна. Они выходили с пухлыми белыми свертками, замотанными бантиками, по цвету которых определялось, кто в них. Синие бантики обозначали мальчиков, розовые — девочек.

Еще одна, и вот — неузнаваемая, бледная — вышла Ольга. Впереди ее шествовала полная тетка, несшая МОЙ сверток.

Сын.

Андрей.

Я взял его и встал рядом с Ольгой. Она оперлась на меня устало, изнеможенно. Мы снялись на крыльце, как требует классика жанра. Андрей, еще невесомый, мирно спал и чуть посапывал. Я ощущал его тепло сквозь одеяло.

Сели в машину, рванули по Третьему транспортному, и тут я ощутил, что все свои больше 30 лет жил ради этого дня — ради Ольги, Андрея.

Я сбылся в сыне, думал я, и с тех пор ни разу не передумал.

Все было по закону — древнейшему человеческому закону, ради которого люди прошли такой долгий путь.

Дома я положил Андрея в кроватку и бросился в магазин, купил коляску, соску, смесь, термометр, комплект постельного белья и еще кучу всяких аптекарских и гигиенических мелочей.

Часов в 8 вечера вышли гулять втроем.

Я бережно спустил коляску во двор и чуть не лопался от гордости. Ребята с нашего двора подходили и заглядывали, кто у меня там, а я ликовал — сын, сын, у меня есть сын, стучало во мне. Наконец-то.

Ольга смеялась.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >