Обыватель и общество

Обыватель и общество

Несколько человек во время массового самоубийства в Джонстауне все-таки убежали. У них сохранились остатки разума. Почему же они оказались в этой секте? Психиатр X. А. Сакдео из Медицинской школы в Нью-Джерси много беседовал с выжившими и пришел к выводу, что эти люди бежали от ответственности. Они понимали, что жизнь секты недостойна для человека, но им нравилось то, что другие принимают решения. Это так удобно: ни за что не отвечать. Правда, кончается это плачевно.

Как только человек осознает, что существует ответственность, которую он несет за свои поступки, он становится обывателем.

Связь обывателя с обществом имеет две важные особенности. С одной стороны, обыватель воспринимает взгляды общества как свои собственные. Поэтому в устойчивом обществе обыватели – это главная опора и фундамент общества.

Но, с другой стороны, взгляды обывателя очень устойчивы, поэтому при изменении общественных установок или при смене социальной группы обыватель продолжает придерживаться прежних взглядов. В этом случае говорят о референтной группе – это та группа, которая порождает взгляды обывателя.

Обыватель не просто считает свою группу правильной. Ему важно, чтобы его нормы и ценности разделяли все люди. Поэтому, попадая в другую социальную среду, обыватель активно ищет единомышленников и образует явно выраженные культурные группы. Главная цель такого поведения состоит в сохранении взглядов и обычаев своей культуры.

Устойчивость позиции обывателя – это очень ценное качество. Именно благодаря этому качеству общество сохраняет свою устойчивость. Обыватель не побежит кончать жизнь самоубийством, когда прочитает о самоубийстве в газете.

Но у обывателя есть уязвимое место – доверие авторитетам. Это может сослужить очень плохую службу в обществе.

Насколько такое доверие опасно, демонстрируют эксперименты Стенли Милграма, которые получили большой резонанс в обществе. Этот резонанс легко понять, так как, по словам самого Милграма, он обнаружил, что персонал для Освенцима можно легко набрать в любом американском городе.

В эксперименте Милграма человеку предлагалось играть совсем простую роль – по приказу экспериментатора нужно было бить током другого испытуемого. Перед человеком был пульт с пометками «слабый удар», «очень чувствительный удар», «опасно». На максимальной мощности стояла отметка «XXX». Перед началом эксперимента Милграм опросил 39 психиатров. Вопрос был прост: сколько людей дойдут до максимума шкалы, то есть нанесут человеку смертельный электрический удар? По прогнозу психиатров, на такое способен только один человек из тысячи.

И Милграм начал свой знаменитый эксперимент. Двое людей заходят в лабораторию. Они кидают жребий, и одному выпадает роль «Учителя», другому роль «Ученика». «Ученика» привязывают к креслу и прикрепляют к его телу электроды. После чего «Учитель» должен был давать задания на запоминание и наказывать «Ученика» электрическим ударом. На самом деле никакого удара не было. Роль «Ученика» играл подсадной актер.

Сначала экспериментатор давал указание использовать слабые электрические удары, а потом повышать мощность тока. «Ученик» начинает кричать: «Выпустите меня отсюда! Я отказываюсь продолжать!» Но экспериментатор приказывает продолжать, и «Учитель» послушно увеличивает мощность удара.

Результаты эксперимента чудовищны – более половины испытуемых дошли до максимальной отметки! Видя перед собой человека, который в агонизирующем крике бился в ремнях, они, подчиняясь приказу, наносили ему смертельный удар током.

Результаты потрясли Милграма. До этого он был уверен, что ужасы фашистских лагерей возможны только в Германии, и собирался сравнить уровень жестокости людей в Америке и в Германии. Но то, что самые обычные граждане готовы пытать и убивать других людей, когда это ставится им в обязанность, он не мог предположить. Один из критиков опыта Милграма попытался объяснить результат тем, что в нем участвовали одни мужчины, а они склонны к агрессии. Милграм повторил эксперимент с женщинами, и получил точно такой же результат. Эксперимент Милграма был повторен в Германии, Голландии, Испании, Италии, Австрии и Иордании. Результаты были точно такими же. Больше половины самых обычных людей нажимали кнопку смерти. И они убивали не в ярости возмездия, не из-за корысти, не в порядке самозащиты. Они убивали просто так. Потому что им дали указание убить.

Но что же они думали в этот момент? Почему они не пытались прекратить эксперимент? Часть из них объясняли это просто: «Я выполнял приказ». Это дикари. У дикарей не бывает сомнений. Приказали – выполнил. Почему – не мое дело.

Но что чувствовали в этот момент обыватели? А вот им было по-настоящему плохо. Они умоляли экспериментатора остановиться. Они дрожали, покрывались, испариной, кусали губы до крови, некоторые начинали нервно смеяться. Один из наблюдателей рассказывает: «Я видел, как вошел в лабораторию солидный бизнесмен, улыбающийся и уверенный в себе. За 20 минут он был доведен до нервного срыва. Он дрожал, заикался, постоянно дергал мочку уха и заламывал руки. Один раз он ударил себя кулаком по лбу и пробормотал: „О боже, давайте прекратим это“. И тем не менее он продолжал реагировать на каждое слово экспериментатора и безоговорочно ему повиновался».

Пытаясь объяснить самим себе свое поведение, они начинали включать самозащиту. Распространенным оправданием была мысль: «Он действительно упрям и заслуживает наказания».

Какой же главный мотив руководит обывателем, когда он идет на убийство? Милграм изменил опыт. Теперь в комнате было два экспериментатора, и они давали противоположные команды. Тут испытуемые попадали в сложную ситуацию. Они переводили взгляд с одного руководителя опыта на другого и бормотали: «Погодите, погодите. Что же мне делать?» Поняв, что решение зависит от них, они прекращали наказание.

Мы видим, что обыватель не опасен, когда принимает решение сам. Он опасен, когда он выполняет приказы. Мотив обывателя состоит в том, чтобы хорошо выполнить свои обязанности. Переложив ответственность на руководителя, он готов выполнить любой, пусть даже и преступный приказ.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.