«Богемные буржуа»

«Богемные буржуа»

Общественный статус «бобуина» определяется произведением его капитала на романтические взгляды. И того и другого должно быть в избытке…

В 1990-е годы на смену яппи пришло новое поколение профессионалов. Они не только получили отличное образование, но и усвоили левые убеждения с налетом революционного романтизма, процветающие в американских университетах. Многие из блестящих умов этого поколения в студенческие годы ходили на демонстрации протеста, баловались наркотиками и презирали богатство.

Однако с развитием информационной экономики, щедро вознаграждающей за ум и знания, хорошо образованные идеалисты неожиданно для самих себя стали богатыми. А разбогатев, они начали искать пути примирения своего богатства со своими высокими идеалами. В результате возник новый класс людей, чьи высокие достижения позволили им вести жизнь богатых буржуа, оставаясь в душе свободолюбивыми бунтовщиками.

Социолог Дэвид Брукс, которому принадлежит честь открытия новой разновидности преуспевающих американцев, назвал их бобуинами («bobo») — по первым слогам слов «богемный» (bohemian) и «буржуазный» (bourgeois) (Brooks, 2000).

В отличие от яппи и обычных буржуа «бобуины» обожают все альтернативное: альтернативную музыку, альтернативные журналы, альтернативный жизненный стиль. Еду они покупают только в альтернативных магазинах, гарантирующих «естественность» технологии выращивания овощей или выпечки хлеба. Мяса они, как правило, не едят по соображениям гуманизма, но при этом не забывают и про вред холестерина.

«Бобуины» любят работать: они почти никогда не уходят домой вовремя. Но в отличие от яппи они считают работу источником самостоятельного удовольствия, а не только источником денег. В работе они в первую очередь ценят возможность самосовершенствования и развития своего творческого потенциала.

«Бобуины» не стремятся демонстрировать свои финансовые возможности. Они предпочитают времяпрепровождение, требующее физического напряжения (например, горный велосипед) или познавательный отдых (путешествия на остров Пасхи или Новую Гвинею). Дорогие яхты, личные самолеты или пятизвездочные гостиницы — это не их стиль.

Они с удовольствием отправятся в пеший поход в кроссовках и с рюкзаком за плечами. Но при этом и рюкзак, и кроссовки будут последним достижением инженерной мысли и обойдутся им в круглую сумму.

Согласно потребительской этике «бобуинов», лучше тратить деньги на дорогостоящие технологические новинки для кухни, чем покупать украшения или предметы роскоши. Они убеждены, что это очень демократично — вкладывать деньги в те части дома, которые раньше использовались исключительно слугами. Они хвастаются друг перед другом не замками и личными самолетами, а хромированными смесителями для душа и холодильниками с программным управлением.

Общественный статус «бобуина» определяется произведением его капитала на романтические взгляды. И того и другого должно быть в избытке. Чтобы иметь хорошую репутацию, «бобуину» нужно не только достичь определенного экономического успеха, но и всячески демонстрировать, как мало он для него значит.

Рассказывая о своих академических или профессиональных достижениях, «бобуин» их слегка преуменьшает или иронически от них дистанцируется. А отвечая на вопрос, что он заканчивал, произносит «Гарвард» с такой интонацией, как будто вполне допускает, что человек мог и не слышать об этом учебном заведении. Любимая тема разговоров «бобуинов» — это насмешки над яппи, ограниченными карьеристами, помешанными на деньгах и работе.

Духовные устремления «бобуинов» определяются умеренным экуменизмом: они пытаются найти нечто хорошее во всех религиях, видя в них призыв к самосовершенствованию и игнорируя такие «скучные» материи, как жертва и спасение. В их квартирах можно встретить предметы экзотических культов: египетских богов, синтоистские статуэтки, индейские тотемы. Выставлять напоказ священные предметы считается вполне допустимым, если они не относятся к религии, исповедуемой хозяевами.

По своим политическим взглядам «бобуины» относятся к центристам. Они недолюбливают политиков, имеющих крайне левые или крайне правые убеждения. Сами они приверженцы социально ориентированного либерализма, защитники прав женщин и гомосексуалистов. Хотя «бобуинов» иногда заносит в левые крайности, в целом они разделяют социальные нормы большинства.

Благодаря своим демократическим установкам «бобуины» вызывают меньше ненависти у представителей низших социальных слоев. Общество не отвергает новую элиту. Более того, само ощущение, что одни люди живут значительно лучше других, перестало быть столь острым, как раньше. У представителей других классов нет чувства униженности, и поэтому нет зависти. «Бобуин» отзывается о своей кухарке так, как будто она его лучшая подруга: то, что он живет в доме за $900 тыс., до которого она два часа добирается на автобусе из своего пригорода, — не более чем случайность.

В отличие от остальных типов элиты, всегда противопоставлявшей себя окружающему миру, «бобуины» занимают более выгодную позицию, поскольку благодаря различным благотворительным фондам и программам помощи нуждающимся привлекают в свои ряды наиболее талантливых представителей других социальных слоев.

Яркие представители нового поколения американской бизнес-элиты — Ларри Пейдж и Сергей Брин, создатели поисковой Интернет-системы Google. Им повезло: система выиграла все мыслимые призы за точность, скорость и удобство для пользователей. К концу года она выполняла 60 млн. запросов в день, а в основанной Пейджем и Брином компании трудились 200 человек.

Интерьер там выполнен в стиле, причудливо совмещающем дорогие хай-тековские светильники с оформлением кабины водителя-дальнобойщика или камеры рецидивиста. Служащие могут приходить на работу с собаками, а иногда организованно вывозятся на природу.

Создатели компании говорят, что главное для них — не прибыль, а дружеская атмосфера студенческой тусовки. Правда, остается загадкой, что же является подлинной политикой Брина и Пейджа: приятное времяпрепровождение в окружении единомышленников или все-таки привлечение ценных специалистов с помощью такого своеобразного «социального пакета». Но в том-то и прелесть бобуизма, что бизнес в нем нельзя оторвать от удовольствия.

К типичным «бобуинам» относится и Билл Гейтс, создатель корпорации Microsoft. Он родился в обеспеченной семье и без труда поступил в Гарвардский университет. Учебу, однако, быстро бросил, решив заняться тем, что ему интересно, — написанием компьютерных программ. Подчеркнуто демократичный в одежде и в манере общения, он внедрил такую же простоту нравов и в отношения между сотрудниками своей фирмы.

Однако пренебрежение субординацией не делало гейтсовскую систему менее потогонной: сотрудники корпорации хорошо знали, что, стоит им чуть снизить обороты, расплата последует незамедлительно. Дом Гейтса изобилует хай-тековскими аксессуарами и суперсовременной техникой. О своем состоянии он говорить не любит (благо это делают за него другие), хотя и активно жертвует на благотворительные цели, типичные для «бобуинов», — программы по развитию здравоохранения и образования в мире. Хобби Гейтса — игра в бридж — роднит его с миллионами простых американцев.

Хотя бобуизм представляет собой преимущественно американский феномен, по мнению Дэвида Брукса, свои «бобуины» есть е Японии и Швеции, Бразилии и Аргентине, Лондоне и Париже. А в России?

Специфика нашей страны состоит в том, что молодые, преуспевающие и хорошо образованные представители новой социально-экономической элиты пока не проявляют ни малейших признаков богемности или романтизма. По своим убеждениям они относятся к крайне правым, а своим жизненным стилем пытаются подражать яппи 80-х: работа, карьера, деньги, власть.

Трудно представить себе молодого и преуспевающего отечественного бизнесмена с левыми убеждениями, стесняющегося своего богатства и запросто выпивающего с соседом-алкоголиком. Если ему и приходится общаться с «народом», то делает он это с чувством нескрываемой брезгливости, всячески заботясь о том, чтобы ни в коем случае не уронить своего высокого статуса. Сам же этот статус еще столь непрочен, что относиться к нему с отстраненной иронией — непозволительная роскошь. Его необходимо всячески подчеркивать с помощью предметов потребления — дорогих автомобилей, модной одежды, отдыха на роскошных курортах.

Правда, отдельные приметы бобуизма в России уже появляются: повальное увлечение пляжно-горнолыжным отдыхом постепенно сменяется модой на экологический туризм, а буйное пьянство и обжорство в дорогих ресторанах — тихими посиделками в стильных кофейнях. И хотя до настоящей богемности нашей элите пока далеко, отдельные ее представители вполне восприняли западную манеру одеваться неброско и подчеркнуто демократично (свитер и джинсы вместо делового костюма, рюкзачок за плечами вместо кожаного портфеля).

Судя по скорости, с какой распространяется в России любая модная новинка, недалек тот день, когда облик отечественной элиты целиком преобразится. Вместо безжалостных карьеристов, карабкающихся вверх по трупам соперников, и жестких бизнесменов, заботящихся исключительно о прибыли, мы увидим скромных и хорошо воспитанных молодых людей, озабоченных не карьерой, а «развитием своего творческого потенциала» и входящих не в клуб обладателей личного самолета, а в общество защиты диких животных или памятников бурятской культуры.

К тому же и власти России способствуют смене жизненного стиля богатых россиян: для того чтобы превратить интерьер своего офиса в камеру рецидивиста, им даже не нужно прибегать теперь к услугам дизайнера — теперь эту услугу оказывает особо отличившимся Мещанский суд.