Глава 16. Политика

Глава 16. Политика

Кто не умеет скрывать, тот не уметь управлять.

Людовик XI

16.1. ГЕНИАЛЬНЫЙ МАНИПУЛЯТОР

Тонко и точно продумана этика

всякого крупного кровопролития:

чистые руки — у теоретика,

чистая советь — у исполнителя.

И. Губерман

Культ, которого не знала история

Жизнь и деятельность И. В. Сталина являются прекрасной иллюстраций того, сколь многого можно достичь, обладая психологическим талантом и умением манипулировать людьми. Действительно, за короткий срок он создал культ своей личности, какого не знала история. Сталину верили, Сталина боготворили, Сталина боялись. Когда он умер, люди плакали, как будто их покинул самых близкий на свете человек.

И это несмотря на то, что миллионы семей пострадали в жестокой мясорубке сталинских репрессий (многие из репрессированных считали, что Сталина ввели в заблуждение, что если он узнает, то непременно восстановит справедливость). После его смерти многие задавали себе вопрос: как жить дальше? Было даже удивительно, что жизнь страны продолжалась после его кончины. Такого мог достичь только гениальный психолог.

Старт вождя

А ведь предпосылки для того, чтобы стать вождем нации, у него были невелики. Он не был теоретиком, как В. Ленин и Л. Троцкий. Он был слабым оратором (особенно на фоне плеяды блестящих трибунов революции). Он не был близок с Лениным. Его роль в захвате власти большевиками и боях гражданской войны была незначительной по сравнению с другими лидерами партии. Он не был "любимцем партии" (как, например, Н. Бухарин). Все эти обстоятельства были очень важными для захвата лидерства в партии, и по всем критериям Сталин проигрывал своим соперникам.

К моменту тяжелой болезни Ленина (1922 год) три человека имели наиболее реальные шансы занять место руководителя партии и стремились к этому — Л. Троцкий, Г. Зиновьев и Л. Каменев. Сталин занял «техническую» (на тот момент) должность генерального секретаря. В его ведении находилась аппаратная работа в Секретариате ЦК и организационно-партийная работа. Секретариат подчинялся Политбюро и Оргбюро ЦК, а функции секретарей были не столь обширны, какими они стали впоследствии в результате деятельности Сталина. Так что в принятии важнейших политических решений роль Сталина была довольно незначительной.

То, что впоследствии должность генсека стала главной в партии, целиком заслуга Сталина, блестяще подтвердившего тезис, что "не место красит человека, а человек — место". Несомненную роль в возвышении Сталина сыграло и то, что он оказался гениальным манипулятором, о чем и будет наш рассказ.

Использование "заемной силы"

Весьма искусно и разнообразно он использовал "заемную силу" — способ манипулирования, который мы обсуждали во второй части книги: привлечение сильных сторонников для обеспечения решающего перевеса.

Продвигая на все более высокие посты своих выдвиженцев, преданных ему людей, целиком обязанных ему своим возвышением, Сталин постепенно увеличивал свое влияние в руководящих органах партии.

Он много цитировал Ленина, поскольку авторитет вождя был непререкаем. Манипулятивный характер этого цитирования подтверждается тем, что многие выдержки, выхваченные из работ Ленина, в первоисточнике имели другой смысл, — а это уже прямая манипуляция.

Способ "заемной силы" применялся им и в еще более явном виде. Сталин создавал группировки одних видных партийцев против других, причем всегда оказывался в победившем блоке. В результате все его конкуренты один за другим терпели поражение, теряли былой авторитет, его же влияние постоянно возрастало. Играя на амбициозности партийных вождей, их личных недостатках и просчетах, он сталкивал их, что называется, лбами и в итоге с помощью одних устранял других.

Сокрытие намерений

Успеху манипуляций и интриг Сталина способствовала и скрытность его намерений. Он всячески афишировал (в отличие от Троцкого, Зиновьева, Каменева), что не претендует на роль первого лица в партии. Зиновьев и Каменев (не говоря уже о Троцком) ощущали свое интеллектуальное превосходство над Сталиным и считали, что он им не конкурент, что всегда будет лишь "техническим исполнителем" их замыслов. Поэтому помогали ему выстоять во время от времени случавшихся ситуациях, угрожающих его положению.

Семь «отставок» Сталина

Укрепляли окружающих в мысли об отсутствии карьерных устремлений Сталина и, следовательно, в моральной чистоте и его довольно многочисленные заявления об отставке. В настоящее время известно о семи таких заявлениях (были ли еще — нет сведений), причем первые шесть — с 1920 по 1927 год, когда борьба за лидерство была наиболее острой.

Причем только одна из них была принята — первая — с незначительной должности члена РВС Юго-Западного фронта.

Все остальные оказались мнимыми: расчеты Сталина, что отставка не будет принята, оказывались всякий раз правильными. Эти «отставки» привлекали к нему множество сторонников как к "борцу за идею" Отклоняя очередную, руководство партии тем самым создавало миф о его незаменимости, что в свою очередь повышало авторитет несостоявшегося отставника.

Историческая справка

Справедливости ради, надо сказать, что метод «самоотставки» был придуман и апробирован российскими царями, например Иваном Грозным. После возвращения из мнимой отставки самодержцы обычно возвышали тех, кто остался верен, и расправлялись с «отступниками».

Описанные методы манипулирования окружением были, конечно, не единственными, но их многократное использование имело результатом, что, не меняя своей должности, Сталин стал первым человеком и партии и стране.

"Всенародная любовь"

"Всенародная любовь" к вождю была результатом, в частности, и манипулирования творческой интеллигенцией. Были организованы Союз писателей, Союз художников, Союз кинематографистов, Союз композиторов и др. С их помощью на деятелей литературы и искусства была накинута идеологическая удавка. Допускалось только то творчество, которое проводило "линию партии", особенно же превозносились произведения, воспевавшие "вождя народов".

О "свободе творить" во времена культа личности свидетельствуют приводимые ниже не самые страшные, но характерные для той эпохи эпизоды.

Доносы

Они являлись действенным средством нагнетания страха, который и являлся главной мишенью воздействия при манипулировании массами.

Вот грустный анекдот той поры.

В камеру вталкивают нового заключенного. Сокамерники спрашивают:

— За что тебя?

— За лень.

— На работу, что ли, опоздал?

— Нет. Вчера вечером в компании один рассказал политический анекдот. Так я решил, донести утром. А кто-то из компании успел раньше. Вот меня и взяли — за недоносительство. А на самом деле — за лень.

Укоренению в народном сознании чувства непроходящего страха способствовали жестокость и массовость всевозможных наказаний. В ГУЛАГ можно было угодить за опоздание на работу, за колоски, собранные в поле голодными колхозниками после жатвы, за опечатку в газетном тексте, за селедку, завернутую в газету с фотографией вождя или Постановлением ЦК, за рассказанный анекдот, за недоносительство и т. д.

По массовости организованных репрессий Сталина можно сравнить только с Тимуром (Тамерланом), авторитет которого держался исключительно на жестокости и страхе (подробно о Тимуре — в нашей книге [32]).

Вот образчик мрачного юмора из той невеселой поры:

Берия: "Товарищ Сталин, есть сведения, что такой-то отступает от линии партии".

Сталин: "Значит, мы его расстреляем".

Берия: "Товарищ Сталин, может подумаете?"

Сталин: "Хорошо. Сначала подумаем — и потом обязательно расстреляем".

Идеологическая инквизиция

По одной из версий, толчком для появления печально известного Постановления ЦК ВКП(б) от 14 августа 1946 года о журналах «Звезда» и «Ленинград» послужил донос.

Писатель Михаил Зощенко написал для детей рассказ о Ленине. В одном из них была такая сцена: Ленин, подходит к своему кабинету. Часовой останавливает его и требует пропуск. Владимир Ильич ищет пропуск по своим карманам. Его же спутник (кажется, на беду, человек с усами) грубо и резко говорит красноармейцу: "Ты что, не видишь, кто идет? Это же сам Ленин!". Владимир Ильич, наконец, находит пропуск и вступается за красноармейца: "Вы, товарищ, поступили совершенно правильно. Вы стоите на часах, и ваша обязанность проверять пропуска, невзирая на лица".

Малоизвестная ленинградская писательница отправила Сталину донос, истолковывающий эпизод из рассказа Зощенко как антисталинский: мол, Зощенко противопоставляет доброту и справедливость Ленина резкости и неотесанности его спутника, в котором легко узнать Сталина. Сигнал бдительной писательницы попал в цель; Сталин помнил ленинское высказывание о его грубости и нетерпимости. Вождь решил наказать Зощенко и нашел повод: в одном рассказе Михаила Михайловича описывается обезьяна, живущая в зоопарке, — писателя обвинили в том, что, по его мнению, обезьяне в клетке живется лучше, чем советскому человеку. Сталин произнес на Политбюро разгромную речь о Зощенко, несколько раз назвав его «сволочью». На основе этого секретарь ЦК А. Жданов составил постановление, включив в него, по указанию Сталина, еще и поэтессу А. Ахматову. Незадолго до этого, в том же 1946 году, Анну Андреевну приветствовали овацией в Политехническом и торжественно встречали в Союзе писателей где Павел Антокольский воскликнул: "Приезд Ахматовой в Москву- крупнейшее событие после победы над Германией!"

Сталина, не терпевшего чужой славы, особенно, если она приходила к человеку не из его рук, раздражала такая популярность. К слову сказать, Зощенко клялся друзьям и знакомым, что он даже в мыслях не держал Сталина, поэтому постановление было для него и неожиданным, и крайне обидным.

О том, какие лишения обрушились на этих выдающихся мастеров после такой критики, лучше не вспоминать. Для всех остальных это был показательный урок. Если уж таких ошельмовали, то на что надеяться другим?!

Сталин бессмертен

Поэтесса Грудинина написала в одном из своих стихов:

… И Сталин мечтает при жизни

Увидеть огни коммунизма.

Грудинину вызвали на партсобрание. Спрашивают:

— Что это значит — при жизни? Вы, таким образом, намекаете, что Сталин может умереть?

Грудинина отвечала:

— Разумеется, Сталин как теоретик марксизма, вождь у учитель народов — бессмертен. Но как живой человек и материалист — он смертен. Физически он может умереть, духовно — никогда!

Грудинину тотчас же выгнали из партии.

После этого о возможности печататься ей можно было забыть.

"Как горный орел…"

Накануне дня рождения Сталина в "Комсомольской правде" было подготовлено к печати верноподданническое стихотворение о нем со следующими строками:

Как горный орел,

Над планетой паришь…

В конце этого шедевра автор желал:

Нашему вождю

Прожить не меньше лет,

Чем горному орлу.

Ночью, накануне подписания номера в печать, выпускающие его журналисты случайно задались вопросом: а сколько живет горный орел? Если немного, то не исключено, что вся редколлегия вместе с автором может оказаться на Колыме. Через сторожа зоопарка раздобыли номер телефона известного орнитолога. Уже глубокой ночью позвонили ему и выпытывали у заспанного и возмущенного пожилого профессора, сколько живут орлы. При этом боялись сообщить причину своего любопытства. Узнав, что продолжительность жизни пернатых хищников сравнительно невелика, срочно сняли стихотворение с первой полосы, поклявшись друг другу никому не говорить о случившемся. Ведь они, по тогдашним правилам, обязаны были донести на автора "в органы".

Защищая провокаторов

Вслед за литературой, искусством и средствами массовой информации идейная инквизиция обрушилась на науку. После разгрома нарождающихся генетики, кибернетики, социологии подобрались к физике. В начале 1949 года к печати была подготовлена статья А.Н. Молчанова, за которой просматривался ЦК партии и в которой говорилось о "вредительстве в физике" и необходимости провести открытую дискуссию среди ученых.

Узнав об этом, И. В. Курчатов, Я. Б. Зельдович и Ю. Б. Харитон вместе позвонили Берии. Они заявили ему, что если немедленно не изменить подход к науке, то атомная бомба не взорвется. Лаврентий Павлович задумался и пошел докладывать Сталину. Берия поставил вопрос так: "либо дискуссия, либо бомба". Сталин ответил: "Конечно же, бомба. Но дискуссия — это тоже хорошо. Ведь человек старался, написал статью, надо ее опубликовать. Давайте ее опубликуем в журнале мясомолочной промышленности…" Позже последовал звонок, подготовка к «дискуссии» была прервана "по техническим причинам" и больше не возобновлялась. Как видим, "отец народов" ценил провокаторов и их «труды».

Постановка вопросов

Манипулятивный характер общения Сталина прослеживается и на способе постановки им вопросов. Например, разговаривая с руководителем, который не справился с каким-либо заданием, он любил спрашивать:

— Что это? Преступная халатность или сознательное вредительство?

И хотя выполнение поручений обычно находилось на грани человеческих возможностей и могло быть не выполнено по объективным причинам, такая постановка однозначно предполагала только вину руководителя. Чтобы спастись, он теперь был готов взяться за любое дело. Так Сталин выжимал из людей все, на что они были способны.

Вот пример из военной области. Накануне войны в числе многих репрессированных, оказался и генерал Ефремов. В 1941 году из-за нехватки военачальников часть репрессированных решили вернуть в армию. Но только тех, кто сумеет убедить Сталина в своей невиновности. Ефремова доставили к генсеку.

Сталин: "Расскажите, как вы дошли до антисоветской деятельности".

Ефремов: "Я родился в беднейшей многодетной семье. Что меня ждало? Такая же нищая жизнь, как у моего отца. Советская власть дала мне все: я выучился, дорос до генерала. Передо мной раскрылись широкие горизонты, интересная работа. Зачем мне было рубить сук, на котором сидишь?"

Сталин: "Хорошо. Даем вам последнюю возможность доказать свою преданность советской власти. Получите в командование дивизию".

Обратим внимание на несколько обстоятельств. Во-первых, манипулятивный характер постановки вопроса, о чем было сказано выше. Трансактная схема беседы изображена на рис. 59.

Вопрос (В->В) поставлен так, что однозначно предполагает вину генерала (Р->Д). Объяснения генерала отвечают схеме пассивной защиты. Ефремов отвечает на вопрос, не оправдываясь (скрытая трансакция манипулятора игнорируется), а приводя доказательство (В<-В), дезавуирующее обвинение.

Рис. 59

Постановка задач

В соответствии со своей установкой давать задание на пределе человеческих возможностей Сталин относился и к нереальным обещаниям "народного академика" Лысенко — за 2–3 года поднять урожайность пшеницы в 4–5 раз. "Товарищ Лысенко, по-видимому, поставил малореальную задачу, — сказал как-то он. — Но даже если удастся повысить урожайность в полтора-два раза, это будет большой успех. Да и не стоит отбивать у ученых охоту к постановке нереальных, с точки зрения практиков, задач. То, что сегодня кажется нереальным, завтра может стать очевидным фактом".

Почему Сталин любил стоять

Психологический талант Сталина имел многочисленные и самые неожиданные проявления, позволяющие ему буквально "из ничего" создавать преимущество в разговоре.

Например, проводя заседания, совещания, Сталин всегда предпочитал стоять или прохаживаться. Психологи установили, что человек, занимающий более высокую позицию в пространстве или контролирующий большее пространство, воспринимается как более значимый. (Не зря о полных говорят «представительный», "солидный".)

По воспоминаниям людей, встречавшихся с вождем, его слова, очень простые, отдавали какой-то значительностью. Это как раз и было проявлением вышеназванного эффекта восприятия в зависимости от пространственного расположения говорящего.

Темп речи

Другим фактором воздействия на слушателей являлся темп речи Сталина. Медленная, с большими паузами речь обычно воспринимается как внушающая большее доверие. Речь вождя была именно такой. Заметим, кстати, что среди современных российских политиков именно такая речь (в числе прочих факторов, разумеется) способствовала стремительному росту популярности Евгения Примакова.

Когда войти в зал?

В этике есть правило: если собираются на встречу несколько человек, то участники ее с более низким статусом должны прийти раньше, чтобы они ждали тех, у кого более высокое положение, а не наоборот. Последними приходят наиболее важные персоны, и это является сигналом к началу мероприятия.

Встречаясь на переговорах в Тегеране, Ялте и Потсдаме с Т. Рузвельтом и У. Черчиллем, Сталин всегда входил в зал заседаний последним.

Правда, задержка была крошечной — всего лишь несколько секунд. Так, что не успевали западные лидеры поздороваться, как входил их восточный союзник, и ждать его не приходилось. Тем самым этикет не был нарушен, но в подсознании откладывалась информация о значимости их партнера.

Организовать подобную процедуру Сталину не составляло сложностей, поскольку все три встречи проходили на территории, контролируемой нашей страной, и все передвижения гостей фиксировались службой наблюдения.

Манипулятивный стиль

Манипулятивный характер был настолько привычен для Сталина, что он не мог избавиться от него даже на отдыхе.

В описанной нами в разделе 1.1 ситуации, когда И. С. Козловский выступал перед членами Политбюро, обращают на себя внимание два обстоятельства. Первое — демагогический характер заявления о свободе художника. Второе — манипулятивный прием "чтения в сердцах", описанный нами в разделе "Риторические методы" (см. 8.5).

Манипулировали ли Сталиным?

Любая человеческая особенность, а тем более слабость, может стать мишенью для манипулирования. Сталинская подозрительность, мнительность, склонность повсюду видеть врагов, стремление к славе, естественно, использовались людьми из его окружения для собственного карьерного роста. Огромную власть и влияние приобрел при нем Лаврентий Берия. С восточным искусством он удовлетворял потребности вождя. Взлет Берии начался с того момента, когда он ловко препарировал историю революционного движения в Закавказье таким образом, что главным героем его стал Коба (партийная кличка Сталина). Фальсификация была обнаружена много позднее, когда и тот, и другой отошли в мир иной.

Возглавив органы госбезопасности, Берия постоянно подыгрывал подозрительности Сталина, находя все новых и новых "врагов народа", в том числе в ближайшем окружении генсека.

Люди, писавшие доносы, делали на этом свою карьеру, то есть манипулятивно использовали силу репрессивного аппарата, а устроителям громких политических процессов помогали и авторитет, и поддержка самого Сталина.

Многие «дела» раскручивались именно потому, что у Сталина были свои личные счеты с соответствующими людьми. Так, например, "процесс врачей-вредителей" направлен в основном против евреев, с которыми у Сталина были давние счеты. Троцкий, Зиновьев, Каменев и ряд других лидеров большевизма, с которыми Сталину пришлось вести длительную борьбу, были евреями. Ленин, в жилах которого так же присутствовала еврейская кровь, явно отдавал им предпочтение, что не могло не задевать чувств честолюбивого и амбициозного грузина.

Сталин рассказывал: "Я как нарком пришел к Ленину и говорю: "Я назначаю такую-то комиссию. Перечисляю ему того-то и того-то… Владимир Ильич мне и говорит: "Ни одного еврейчика? Нет, ничего не выйдет!".

Не только ближайшее окружение, но и многие простые люди быстро сориентировались в ситуации. Вот пример тюремной «лирики» тех лет:

Товарищ Сталин, вы большой ученый,

Во всех науках большой вы корифей,

А я простой советский заключенный,

Не коммунист и даже не еврей…

Подводя итоги, можно, по-видимому, сказать следующее. Скрытое управление Сталиным иногда имело место, но не против его воли. То есть это были не манипуляции. Сталин был психологически сильнее окружавших его людей и "не по зубам" потенциальным манипуляторам.

Притча о вожде

Рассказывают, что будто бы во время одного из застолий, которые вождь любил проводить в узком кругу соратников, разоткровенничавшись, Сталин заявил:

"Сейчас я научу вас, как следует обращаться с народом". И приказал принести ему курицу и ощипать ее живьем, у всех на виду, всю как есть, до последнего перышка, до красного мяса; остался только гребешок на голове бывшей хохлатки. "А теперь смотрите", — сказал он и пустил голую корицу на волю. Ей бы кинуться прочь, куда глаза глядят, но она никуда не бежит — на солнце нестерпимо от жары, а в тени ей холодно. И жмется она, бедняжка, к голенищам сталинских сапог. И тогда бросил ей вождь щепотку зернышек, и она за ним; куда он, туда и она, а иначе, ясное дело, пропадет курка с голоду. "Вот как надо управлять народом", — только и сказал в назидание.

16.2. МАНИПУЛЯЦИЯ НА СЛУЖБЕ ПРОПАГАНДЫ

ФЕНОМЕН ГИТЛЕРА И ГЕББЕЛЬСА

Воздействие на массы

Гитлер как величайший демагог в мировой истории использовал массовую психологию в собственных целях. Он писал в книге "Майн кампф" ("Моя борьба"): "В массовых собраниях мышление выключено. И я использую это состояние; оно обеспечивает моим речам величайшую степень воздействия, и я отправляю всех на собрание, где они становятся массой, хотят они того или нет.

Интеллектуалы и буржуа так же хороши, как и рабочие. Я перемешиваю народ. Я говорю с ним как с массой".

Гитлер утверждал: "массовые собрания необходимы", чтобы человек ощутил, что он "член и боец всеохватывающей корпорации". На таком собрании человек "захвачен мощным воздействием внушающего гула и воодушевления трех-четырех тысяч других людей… Он сам подпадает под колдовское влияние того, что мы обозначаем словом «самовнушение»… Человек, пришедший на такое собрание сомневаясь и колеблясь, покидает его внутренне укрепленным: он стал членом сообщества".

Так идеолог фашизма открытым текстом говорил об удовлетворении потребности в общности и об использовании этого для целей пропаганды.

Каноны нацистской пропаганды

Гитлер в "Майн кампф" писал: "Способность восприятия масс очень ограничена и слаба. Принимая это во внимание, всякая эффективная пропаганда должна быть сведена к минимуму необходимых понятий, которые должны выражаться несколькими стереотипными формулировками".

Здесь Гитлер использовал идею, высказанную еще Никколо Макиавелли (1469–1527): "Чем многочисленнее толпа, к которой ты обращаешься, тем проще для восприятия должна быть твоя речь".

Гитлер продолжил эту мысль: "Чем скромнее ее (пропаганды) научный балласт, чем исключительнее она принимает во внимание только чувства массы, тем полнее успех".

Отсюда требование к нацистским пропагандистам: находить наиболее простые слова и мысли, максимально упрощать речь, произносимую "на площади". И многократно повторять одну и ту же мысль. Принцип "бесконечного повторения" одного и того же был сформирован как одна из основ пропаганды в "Майн кампф" и воспринят соратниками Гитлера. Геббельс в дневнике писал:

"3 января 1940. Фриче (руководитель германского радиовещания) до сих пор не понимает необходимость повторения в пропаганде. Надо вечно повторять одно и то же в вечно меняющихся формах. Народ в основе очень консервативен. Его нужно полностью пропитать нашим мировоззрением через постоянное повторение".

Фашисты использовали то обстоятельство, что масса более внушаема, особенно если вдалбливаются примитивные, базирующиеся на инстинктах идеи, такие, например, как "образ врага", "кто не с нами — тот против нас" и т. п.

Психологические факторы внушения

Гитлер призывал: необходимо учиться даже у враждебной католической церкви влиять на людей; имеют значение и обстановка, и ритуал, "даже время дня, в которое произносится речь". Предпочтительнее вечер, поскольку утром человек бодрее, энергичнее, а "речь идет об ослаблении свободной воли людей, которых нужно подчинить "властительной силе сильнейшей воли".

Таким образом, манипулирующий характер фашистской риторики проявляется в воздействии на чувство и волю.

Велико значение того, обвиняет выступающий или оправдывается. Гитлер утверждал: "Публика всегда предпочитает поверить хотя бы и на 90 % недоказанному разоблачению, чем опровержению, хотя бы оно было обосновано на все 100 %".

Здесь фюрер использовал следующий психологический феномен: статус обвиняющего в общественном сознании воспринимается как более высокий, чем обвиняемого. На бытовом уровне это выглядит так: "Раз оправдывается — значит виноват". Прибавим к этому, что срабатывает и правило имиджа и статуса в процессе убеждения (см. раздел 8.5).

Ложь и слухи на службе нацистов

Министр пропаганды третьего рейха Геббельс учил своих подчиненных: "Чем наглее ложь, тем быстрее она распространяется".

Геббельс знал, о чем говорил. Его ведомство совместно с тайной полицией провело исследования по скорости и характеру распространения слухов. Запускались слухи разного содержания, тайные агенты доносили, о чем говорят люди. Так был выведен закон, озвученный Геббельсом.

Объяснить этот феномен несложно. Большая ложь не отставляет человека равнодушным. Чувствами, ею вызванными, хочется поделиться. И хотя передается это с большим сомнением — неужели это так?! — но, поскольку вскоре об этом человек слышит и от других, то привыкает к мысли, которая вначале представлялась совершенно невозможной. Срабатывает также эффект конформизма: если все кругом говорят, то, наверное, так оно и есть.

Здесь даже просматривается аналогия с этапами внедрения в наше сознание крупных научных открытий: 1) "Этого не может быть потому, что не может быть никогда!"; 2) "Пожалуй, в этом что-то есть…"; 3) "Кто же этого не знает?!". Эта аналогия отражает, в частности, тот факт, что наши взгляды формируются по достаточно универсальным законам. Знание этих законов специалистам по пропаганде дает ключ к манипулированию массовым сознанием.

О лжи

Вот несколько высказываний Геббельса о лжи:

— Чтобы в ложь поверили, она должна быть чудовищной.

— Лгать можно лишь тогда, когда тебя определенно не поймают или поймают слишком поздно.

— Единственным критерием при решении вопроса, должна ли пропаганда оперировать правдой или ложью, является правдоподобие.

— Вымыслы целесообразны, если они не могут быть опровергнуты.

Кто раньше?

Именно Геббельс ввел в современную пропаганду принцип, человек, сказавший миру первое слово, всегда прав.

Здесь срабатывает один из эффектов восприятия (рассмотренных нами ранее), а именно эффект порядка. Впервые услышав о некотором событии, человек не отторгает информацию, ибо ее новизна пробуждает любопытство, интерес, аттракцию.

В силу сформированного принципа ныне каждое из средств массовой информации стремится первым донести новость до аудитории.

Кто их учил?

Сразу же после окончания второй мировой войны западные теоретики пропаганды набросились на многотомные писания и речи Геббельса, перекапывали его архивы, переводили на английский его дневники. Одна за другой выходили книги о его деятельности, о месте геббельсовской пропаганды в структуре нацизма. Примечательно, что первая же антология обзорных работ по теории пропаганды, которую выпустило для своих работников только что народившееся на свет Информационное агентство США, включала статью о принципах пропаганды Геббельса. По свидетельству видных американских и английских авторов, досконально изучивших Геббельса, его "фундаментальным методом" была ссылка на факт, который невозможно проверить.

Метод провокаций

Политическая провокация — одно из сильнейших средств манипулирования массами. Она позволяет направить события по желанному манипуляторам сценарию, при этом всю ответственность переложить на других.

Одна из самых знаменитых провокаций — нападение переодетых в польскую форму эсэсовцев на немецкую радиостанцию в Глейвице. Обвинив Польшу в нападении, немецкая армия обрушилась на нее всей своей мощью. Через несколько недель западная часть Польши была оккупирована вермахтом, восточная — Красной Армией. По случаю победы в Бресте прошел совместный парад немецких и советских войск.

Парады и шествия

В тоталитарных режимах военные парады и организованные властями массовые шествия ("демонстрации") имели целью вызвать воодушевление принадлежностью к сильному строю. Издревле известны механизмы для достижения этого состояния — общность ритма движения, бравурные марши, воодушевляющие песни.

16.3. СЕРЫЕ ПЯТНА НАШЕЙ ИСТОРИИ

А был ли левоэсеровский мятеж?

Ленин и Троцкий далеко не сразу овладели провинциальной Россией.

Вначале они решили сделать ставку на Советы.

В середине января 1918 года было разогнано Учредительное собрание. Второе Учредительное собрание под названием III съезд Советов утвердило состав коалиционного правительства во главе с Лениным. Но самое главное — приняло решение провести "первые свободные выборы".

Это был короткий период «мягкого» большевизма — с января по июнь 1918 года. Тогда еще продолжали выходить оппозиционные газеты. И не только эсеровско-меньшевистские, но и кадетские.

Выражение "триумфальное шествие Советской власти" Ленин употребил именно в смысле свободных выборов в Советы. При этом, конечно, «свобода» понималась как "свобода классовая", то есть не для всех, а только "для эксплуатируемых".

Выборы февраля — марта 1918 года большевики с треском проиграли.

На первое место вышли левые эсеры во главе с Марией Спиридоновой — за них проголосовало большинство крестьян. На втором были левые меньшевики во главе с Юлием Мартовым и Федором Даном — их поддержали квалифицированные рабочие в крупных городах, включая Петроград и Москву. И лишь третьими — большевики.

Позднее, в эмиграции, Троцкий вспоминал, как к нему, узнав итоги голосования, прибежал председатель Коминтерна Григорий Зиновьев: "Что, Лев Давидович, будем сдавать власть?" Троцкий надменно усмехнулся: «Посмотрим». И — «посмотрели»: не прошло и четырех месяцев, как первый демократически избранный (пусть и по советским правилам) парламент буквально исчез с политической арены. Здание, где он заседал, было окружено броневиками и латышскими стрелками. Заседавшим объявили, что левые эсеры подняли вооруженный мятеж против советской власти: заняли почтамт, телеграф, готовятся обстрелять из орудий Кремль, «арестовали» (будто бы) председателя ВЧК Ф. Дзержинского.

Согласно ряду исследований, в том числе Владимира Вольского, это была хорошо подготовленная большевиками провокация. В пользу этой версии говорят ответы на вопросы: "Зачем?" и "Кому это выгодно?"

Зачем было левым эсерам, имевшим самое больше представительство в парламенте, совершать переворот — против себя? Безусловно, эта «заварушка» была нужна именно большевикам, из рук которых уходила власть. А поскольку вся историография оказалась под властью большевиков, то и сведения для истории, кто на кого первым напал, а кто защищался, также были в их полном распоряжении. Как точно выразился Владимир Высоцкий:

И кто кого переживет,

Тот и докажет, что был прав,

Когда припрут.

Успешный старт с помощью манипуляции

Карьера многих политических деятелей состоялась благодаря тому, что они обладали значительными манипуляторскими способностями. В качестве примера вспомним, как начал политическую карьеру один из видных думцев дореволюционной России.

Выборы в Государственную думу были многоступенчатыми. Население избирало выборщиков, которые из своего числа выдвигали депутата Госдумы. В описываемом случае голосование среди выборщиков происходило так каждый из них получал два шара: черный и белый. Черный означал «против», белый — «за». В процессе голосования нужно было кому-то отдать белый шар (только не себе), кому-то — черный. Тот кандидат, у кого оказывалась лучшей разница между «за» и «против», становился победителем.

Многие из выборщиков хотели быть избранными в депутаты. Каждый из них выступал со своей программой, доказывая, что именно он сможет отстоять интересы региона, что он вполне подготовлен для этого. Диссонансом прозвучало выступление одного, самого молодого и никому не известного выборщика:

— Видя столько достойнейших претендентов представлять нашу губернию в Думе, я предлагаю, чтобы не «размазывать» голоса по многим претендентам, по возможности определиться, кто не претендует на избрание, частности, я не претендую, так как не смогу по состоянию здоровья находиться в сыром климате Петербурга. Поэтому, если не знаете, кому отдать черный шар, отдавайте мне — я не обижусь.

Никто больше не выступил с подобным самоотводом, каждый хотел попытать счастья. Приступили к голосованию. Когда подвели его итоги, то увидели, что почти все белые шары оказались в корзине этого молодого господина. Ни одного черного там не оказалось.

Публика стала требовать сообщить, кто же занял второе место. Однако кто-то напомнил, что прежде должно быть официальное отречение победителя. Ему предоставили слово. Весь в слезах, дрожащим голосом он сказал:

— Многоуважаемые коллеги! Я до глубины души тронут… Ваше почти единодушное доверие, высказанное мне этим голосованием, обязывает меня, презрев личные обстоятельства и нездоровье, послужить нашему Отечеству. Обещаю оправдать ваше доверие! Еще раз спасибо!

Слушатели ахнули. Каков хитрец!!!

Мишенью воздействия в данной манипуляции было желание каждого быть избранным. Поэтому они не знали, кому отдать свой белый шар — ведь он мог помочь победить конкуренту.

Влиятельным выборщикам нельзя было отдавать ни в коем случае — им, кстати, досталось большинство черных шаров. А вот отдать свое «за» заведомо «непроходному» кандидату — совсем другое дело. Это и было приманкой, ловко выстроенной талантливым молодым человеком.

Кстати, на следующих выборах эта система голосования была отменена именно из-за описанного скандального случая.

Так начал политическую карьеру один из лидеров правого крыла 2, 3 и 4-й Государственных дум.

"Железная задница"

Спектр средств манипулирования у политиков очень широк. От демагогических речей до… полного молчания. Среди политиков советского периода последним искусством в наивысшей степени обладал В. М. Молотов, правая рука Сталина, на протяжении многих лет являвшийся министром иностранных дел. Его прозвали "железная ж…" за умение молча сидеть, не отвечая на поставленные вопросы. Он брал измором всех, с кем встречался на переговорах.

Манипулирование Брежневым

Слабость Л. И. Брежнева к восхвалению, любовь наградам и дорогим подаркам сделали его марионеткой ловких манипуляторов-царедворцев. Фактически многие годы, в особенности в конце его жизни, он скорее царствовал, нежели управлял. Руководили страной и им те, кто потрафлял его человеческим слабостям.

Информация… в писсуаре

Одним из элементов скрытого управления является тайное получение и использование секретной информации. В числе тщательно охраняемых государственных тайн в СССР были данные о состоянии здоровья генсеков.

В отношении Брежнева эта тайна была раскрыта благодаря искусной манипуляции.

Во время визита Брежнева в Париж писсуар в туалете, который посетил генсек, был снабжен мочесборником. В результате, сделав многочисленные анализы его мочи, французские медики первыми в западном мире получили исчерпывающую информацию о здоровье Брежнева. А следовательно, сколько времени он еще протянет и когда может быть смена лидера. Для политиков — это важнейшая прогнозообразующая информация.

Горбачевы

В эпоху Горбачева сработал феномен, знакомый опытным политикам и имиджмейкерам, политик не должен противостоять стереотипам, сложившимся в обществе. Пытаться с ними бороться — чрезвычайно опасно. Наоборот, их желательно поставить себе на службу. (О том, как это делают преуспевающие политики, см. раздел 16.4.)

Чета Горбачевых не учла этот фактор, что привело к сколь стремительному, столь и несправедливому падению популярности Михаила Горбачева. Настойчивые попытки Раисы Максимовны утвердиться в образе "первой леди" вызывали все нарастающее раздражение населения. Живущие повседневными заботами о хлебе насущном, люди резко осуждали ее привычку по три раза за день менять дорогие туалеты, "лезть в кадр" и т. д. Все ее поведение воспринималось как попрание традиций. Раздражение, ею вызываемое, естественно переносилось и на президента СССР. Об этом мы говорим, чтобы засвидетельствовать важный факт: если психологические феномены не принимать во внимание, то скрытое управление будет действовать против человека.

Семь «советов» инков будущему президенту России

Государство инков (Тауантинсуйу) просуществовало с 1438 по 1536 год. В чем секрет его «долгожительства»?

· Инки никогда не обливали грязью прежних правителей. После смерти каждый правитель продолжал считаться великим. Достойная жизнь обеспечивалась и его окружению.

Показательный пример: инки начали войну против чанков. Но, отбив атаки, те сами пошли вперед и вскоре уже штурмовали г. Куско. Главный инка — Виракоча струсил и был готов сдаться. Ситуацию спас его сын Куси Юпанки: взяв командование на себя, он разбил врагов. Во время празднования победы сын заставил еще недавно могущественного отца на глазах толпы лечь в пыль и просить прощения, после чего принудил его выпить горшок с испражнениями. После этого униженного правителя не только помиловали, но и разрешили ему спокойно дожить свой век в отдельном дворце. А главное, после смерти он стал объектом такого же почитания, как и все другие покойные правители империи.

· На троне империи мог находиться только мужчина, а обязанностью его жены было одно: рожать наследников. Преемника выбирал сам верховный правитель — из числа своих детей. Внешность преемника должна была нравиться подданным, к примеру инка Майта Капак отказал в наследовании трона одному из сыновей лишь потому, что тот имел зубы, как у зайца. Но, главное, наследник должен был быть самым образованным в государстве и развитым физически.

· Все провинции в империи возглавляли губернаторы, пользовавшиеся безграничным доверием правителя. Вместе с несколькими сановниками они составляли госсовет страны, который мог высказывать правителю свои идеи. Но окончательные решения принимал он сам, после чего они не обсуждались.

· Каждое покоренное инками племя было обязано перейти на общий для империи язык — тот, на котором говорили сами инки. Завоевывая новые племена, инки никогда не сажали там «своих» правителей, а оставляли командовать тамошнего вождя. Но родителей вождя перевозили жить в Куско — мол, там им будет комфортнее (на деле же те становились почетными заложниками). Детей вождя тоже забирали — чтобы те переняли культуру и веру и, возглавив племя после смерти отца, были уже надежными проводниками политики центра.

· Для умиротворения населения в завоеванные области, помимо обязательной продовольственной и иной помощи, посылались большие группы колонистов. Они должны были не только поддерживать там мир, но и способствовать насаждению институтов и законов инков. Переселенцы имели привилегии — на средства империи им строили жилища на новой родине, первые два года они получали пропитание от государства, им было позволено носить украшения, которые на прежнем месте не полагались.

· Инки строго следили, чтобы элита империи не разрасталась. Это основная причина того, что верховный правитель был обязан жениться только на родной либо сводной сестре. (Для плебеев же родственные браки были строжайше запрещены.) В итоге, когда испанцы покорили инков, они насчитали лишь 500 «длинноухих» — на десятки миллионов населения.

· Главный девиз империи инков: "Не ленись!" Каждый рядовой гражданин должен был работать и участвовать в военных походах. А государство создавало для этого все условия — пока человек отбывал трудовую или военную повинность (максимум — 3 месяца в году), власть заботилась о его семье — кормила-поила, одевала, а также давала гарантии того, что в старости простого человека не бросят на произвол судьбы. Надзор за тем, чтобы все было по справедливости, осуществлял мощный контрольный аппарат правителя.

· В империи инков было установлено безусловное равенство законов. Уголовное преступление, совершенное представителем элиты, наказывалось намного более строго, чем провинность человека из простого народа. К примеру, если знатный человек соблазнил чужую жену, казнили обоих, а если согрешили простые люди, их просто подвергали пыткам. Если преступление было совершено по подсказке другого лица, наказанию подлежал лишь подстрекатель — судьи карали более умного. Если крестьянин, привлекавшийся к суду за воровство, мог доказать, что на кражу его толкнул голод, вместо него наказывался чиновник, допустивший в своем округе нужду. Если преступление совершал малолетний, наказывали его отца. Апелляций не предусматривалось.

· Законы практически не менялись, например установленные девятым инкой законы просуществовали без малейших корректив вплоть до прихода испанцев. В итоге преступности у инков практически не было…

Вместо эпилога

Примаков приходит в больницу к Ельцину:

— Борис Николаевич, у меня две новости.

— Давай сначала хорошую.

— Да нет, обе плохие.

16.4. СКРЫТОЕ УПРАВЛЕНИЕ — ОРУЖИЕ ЗНАМЕНИТЫХ ПОЛИТИКОВ

МАРГАРЕТ ТЭТЧЕР

Железная леди

Железная леди прекрасно высказалась о роли скрытого управления в политике:

— Быть могущественным — то же самое, что быть леди. Если вы вынуждены говорить окружающим, что вы леди, вы ею не являетесь.

Кстати, прозвище Железная леди Тэтчер первоначально получила вовсе не за железный характер, как многие считают, а за «металлический» голос, данный ей от природы.

Риск — дело благородное. Но небезопасное

"Железный" голос мешал Тэтчер делать политическую карьеру, и она, чтобы больше соответствовать привычному образу женщины, пошла еще в молодости на весьма опасную операцию голосовых связок — с целью изменить тембр голоса на более мягкий. В случае неудачной операции она могла вообще лишиться голоса

Я такая же, как все женщины

Соответствие образу является элементом скрытого управления: людям нравится, когда видимое (и слышимое) отвечает их взглядам.

Когда кто-то из журналистов спросил:

— Госпожа премьер-министр! Кто в вашей семье по утрам готовит завтрак?

— Конечно, я, — ответила Тэтчер.

И хотя наверняка, будучи всецело занятой государственными вопросами, мадам Тэтчер многие домашние дела была вынуждена «доверить» мужу, она не рискнула ответить иначе. Скажи, что исконно женское дело выполняет ее муж, — и многие избиратели-мужчины не проголосуют за нее на очередных выборах. (Женщины это называют мужским шовинизмом.)

Сострадание как элемент политики

В день страшного землетрясения в Армении радио Би-би-си передало сообщение в 6 утра по лондонскому времени. И сразу же в студию позвонила одна из радиослушательниц с пожеланием передать свои соболезнования пострадавшим в Армении. Ее голос сразу дали в эфир. Англичане услышали Маргарет Тэтчер, премьер-министра Соединенного Королевства.

Подобные человеческие проявления, несомненно, завоевывают симпатии избирателей.

Уинстон Черчилль

Ничто, наверное, не поднимает авторитет так, как умение не сгибаться перед трудностями, принимать на себя ответственность, "держать удар". Этими качествами особенно отличался выдающийся английский политик Уинстон Черчилль. Вот что он сам говорил об этом:

"Успех — это переход от одной неудачи к другой со все большим энтузиазмом".

Однажды сэра Уинстона пригласили выступить перед выпускниками знаменитого университета, и студенты ожидали зажигательной речи. Черчилль встал и сказал: "Никогда, никогда, никогда, никогда, никогда, никогда, никогда не падайте духом" и сел. Он разъяснил выпускникам свою точку зрения на планирование успешной карьеры.

Джавахарлал Неру

Американский политик Дж. Геебрейт в книге "Жизнь и наше время", ссылаясь на опыт своего общения с национальным лидером Индии Дж. Неру, пишет:

Его метод, с помощью которого он избавлялся от нежелательных идей и неприятных просьб, был очень эффективен и приводил в замешательство. Состоит он в полном молчании. Вы просили его… Он не выдвигал возражений; он просто ничего не говорил. Когда молчание становилось невыносимым, вы повторяли свою мысль или просьбу и в отчаянии слышали лишь собственные слова. Вновь царило молчание. Вы теперь ждали услышать от него хотя бы отрицательный ответ. И когда в конце концов он давал его, вы с благодарностью исчезали.

Бенджамин Франклин

Бенджамин Франклин (1706–1790) — американский ученый, дипломат, тонкий и прозорливый политик, философ.

Вот его собственные слова, написанные им о себе в «Автобиографии»: "Я взял себе за закон вообще воздерживаться от прямых возражений на высказанное кем-либо другим мнение и от каких-либо категорически утверждений со своей стороны. Я запретил себе употребление таких слов, содержащих категорические нотки, как «конечно», «несомненно» и т. п., и заменил их в своем лексиконе выражениями: "представляю себе", «предполагаю», "полагаю, что это должно быть так или эдак" или "в настоящее время мне это представляется таким образом". Когда кто-нибудь утверждал нечто, безусловно ошибочное с моей точки зрения, я отказывал себе в удовольствии решительно возразить ему и немедленно показать всю абсурдность его предположений и начинал говорить о том, что в некоторых случаях или при определенных обстоятельствах его мнение могло бы оказаться правильным, но в данном случае оно представляется или кажется мне несколько несоответствующим и т. д.

Вскоре убедился в пользе этой перемены в манерах; разговоры, в которых я принимал участие, стали протекать значительно спокойнее. Скромная форма, в которой я стал предлагать свои мнения, способствовала тому, что их стали принимать без возражений. Ошибившись, я не оказывался теперь в столь прискорбном положении как раньше, а будучи правым, гораздо легче брал верх над ошибочным мнением других тем, что признавал и за собой их ошибки.