Сознание как высшая ступень развития психики

Сознание как высшая ступень развития психики

В психологии сознание рассматривается как особая форма отражения, которая является общим качеством описанных психических функций. Развитие всех психических функций в их взаимодействии обеспечивает формирование у человека внутреннего отражения внешнего мира, в некотором смысле его модели. Направляющее влияние этой модели на поведение человека отражается им как сознание. Марксизм исходит из активно-отражательной природы сознания. Объективный мир, воздействуя на человека, отражается в его сознании — превращается в идеальное, а сознание как идеальное претворяется в действия, в реальное. Ленин писал, что сознание формируется деятельностью, чтобы, в свою очередь, влиять на эту деятельность (2, с. 194).

Один из основополагающих принципов советской психологии — принцип единства сознания и деятельности заключается в утверждении их взаимосвязи и взаимообусловленности: деятельность человека определяет формирование его сознания, а последнее, осуществляя регуляцию деятельности человека, улучшает его приспособленность к внешнему миру [161]. Сознание формирует внутренний план деятельности, ее программу. Именно в сознании синтезируются динамические модели действительности, при помощи которых человек ориентируется в окружающей физической и социальной среде.

Сознание определяет предварительное, мысленное построение действий, предусмотрение их последствий, контроль и управление поведением человека, его способности отдавать себе отчет в том, что происходит в нем самом и в окружающем его мире. Использование сознания позволяет человеку в конце процесса труда получить результат, который уже в начале этого процесса имелся в представлении человека, т. е. идеально [6, с. 189]. В отличие от животных, человек реализует не заложенную видовым опытом программу поведения, определяемую чисто биологическими потребностями, а вырабатывает свою программу путем выдвижения целей и задач.

Осознанная, целесообразная и произвольная регуляция поведения человека возможна благодаря тому, что у него формируется внутренняя модель внешнего мира. В рамках этой модели осуществляется мысленное манипулирование, она позволяет сопоставлять текущее состояние с прошлым и не только намечать цели будущего поведения, но и отчетливо их представлять. Так реализуется предусмотрительность — представление последствий поступков до их совершения — и осуществляется поэтапный контроль за приближением к цели путем минимизации различия между реальным и желаемым положением вещей [389].

Преимущества внутренней модели перед необходимостью реально опробовать все намеченные действия проявляются и в том, что она допускает перенос обучения, т. е. правильное решение новой задачи в неизвестной ранее сфере, где у человека нет опыта, если по некоторым критериям новая задача имеет сходные со старой черты. Такой положительный перенос исключает необходимость накопления собственного практического опыта в каждой конкретной области и тем улучшает адаптацию человека к среде. Однако обращение к мысленному эксперименту и к предсказаниям на основе учета динамических процессов в модели может давать хорошие результаты только в том случае, если внешняя среда меняется не слишком быстро: ведь любая модель инерционна, а если внешняя среда слишком изменчива, прогноз на модели может приводить к ошибкам.

Очевидно, что без участия памяти не могут формироваться и сохраняться представления, которые являются объектами манипулирования при предвосхищении результата будущего поведения. Сам факт введения в память информации о некотором событии свидетельствует о его определенной значимости (иначе оно не попало бы в долговременную память), а присутствие там этой информации неизбежно приводит к включению ее во всю систему сохранявшихся до нее сходных фактов, т. е. к перестройке последней. Таким образом, воздействие памяти на сознание — активно, ибо такая перестройка может порождать новые оценки событий и новые цели действий.

В настоящее время в качестве основных выделяют следующие свойства сознания: построение отношений, познание и переживание [222]. Отсюда непосредственно следует включение мышления и эмоций в процессы осознания. Действительно, основной функцией мышления является выявление объективных отношений между предметами и явлениями, а основной функцией эмоций — формирование субъективного отношения человека к предметам, явлениям и людям. В структурах сознания синтезируются эти формы и виды отношений, и они определяют как организацию поведения, так и глубинные процессы самооценки и самосознания.

Субъективное отношение, данное человеку в эмоциях, неразрывно связано с переживанием. «Понятие переживания выражает особый психический аспект сознания: он может быть… более или менее выражен, но он всегда наличен в каждом реальном конкретном психическом явлении; он всегда дан во взаимоотношении и единстве с другим моментом — знанием, особенно существенным для сознания» [230, с. 6].

Реально существуя в едином потоке сознания, образ и мысль могут, окрашиваясь эмоциями, восприниматься чувственно и, следовательно, переживаться. С. Л. Рубинштейн особо подчеркивал эту сторону сознания: «Осознание переживания — это всегда установление его объективной отнесенности к причинам, его вызывающим, к объектам, на которые оно направлено, к действиям, которыми оно может быть реализовано» [231, с. 45]. Эмоции реализуют первоначальные грубые оценки информации (опасно — безопасно, съедобно — несъедобно), которые на уровне сознания уточняются и входят элементами в шкалу ценностей и значений, пригодную для социальной адаптации.

Как считает К. К. Платонов, переживание — генетически более древняя психическая функция; познание, свойственное в зачаточных формах и животным, приобрело у человека в связи с развитием речи словесное выражение и определило социальный аспект его развития; построение отношений присуще только человеку [222]. В этом контексте важно подчеркнуть, что сознание развивается у человека только в социальных контактах.

Практически все рассмотренные высшие психические процессы вносят свой вклад в специфику организации сознания. Наиболее очевидна роль языка как орудия внутренней деятельности.

К. Маркс и Ф. Энгельс указывали на то, что «язык так же древен, как и сознание» [4, с. 29]. Большинство исследователей солидарно в том, что осознание теснейшим образом связано с речью. С появлением языка у человека создаются доступные для управления субъективные образы объективного мира, представления, которыми он может манипулировать даже в отсутствие наглядных восприятий. Это и есть решающий вклад языка в механизмы сознания. Многие ученые отождествляли бессознательное с невербальным поведением, не закрепленным в словах, они предполагали, что бессознательны те впечатления, которые накоплены без участия речи. Первый год жизни ребенка, о котором он ничего не помнит, с этой позиции как бы исчезает из его памяти, поскольку он не записан в словах [245].

Некоторые исследователи допускают, что сознание как структура внутренней модели внешнего мира генетически задано и «запускается», начинает функционировать при физических и социальных контактах человека с его окружением. Нам кажется более убедительной позиция А. Н. Леонтьева [161], который считает, что развитие сознания идет не по пути перехода внешней деятельности в предсуществующий внутренний план, а по пути формирования самого этого внутреннего плана. Первоначально действие во внутреннем плане еще опирается на реальное действие в реальной ситуации, и лишь затем становится возможным истинно мысленный эксперимент с образами или представлениями. На ранних этапах формирования сознание существует лишь в форме психического образа, открывающего человеку окружающий его мир, деятельность его при этом остается практической, внешней. На более позднем этапе развития предметом сознания становится также и внутренняя деятельность. Постепенно сознание как образ, картина внешнего мира преобразуется в модель, в которой уже можно мысленно действовать. Теперь сознание во всей полноте начинает управлять внешней практической деятельностью и кажется независимым от чувственно-практической сферы.

Венцом развития высших психических функций является формирование самосознания, которое позволяет человеку не только отражать внешний мир, но, выделив себя в этом мире, познавать свой внутренний мир, переживать его и определенным образом относиться к себе. Как писал И. М. Сеченов, самосознание создает «человеку возможность относиться к актам собственного сознания критически, то есть отделять все свое внутреннее от всего привходящего извне, анализировать его и сопоставлять (сравнивать) с внешним, словом, изучать акт собственного сознания» [240, с. 504].

Самосознание по своему существу имеет глубоко общественный характер. Мерилом для человека в его отношении к себе выступают прежде всего другие люди. Каждый новый социальный контакт меняет представление человека о себе, и постепенно у него формируется целая система таких представлений. Эта система взглядов становится все более содержательной по мере того, как человек включается во взаимодействие со все более разнообразными группами. Оценки самого себя с точки зрения тех, с кем встречается человек дома, в школе, на работе, постепенно делают его более многогранным. Сознательное поведение является не столько проявлением того, каков человек на самом деле, сколько результатом представлений человека о себе, сложившихся на основе общения с ним окружающих. Именно это породило известную зрительную аналогию: каждый человек находится в пересечении уникальной комбинации социальных сфер, частью каждой из которых он является.

Осознание себя в качестве некоторого устойчивого объекта предполагает внутреннюю целостность, постоянство личности, которая независимо от меняющихся ситуаций способна при этом оставаться сама собой. Единство, целостность и независимость при восприятии своего «я», т. е. узнавание себя при непрерывном изменении внешних условий существования, которое приводит к постоянному преобразованию внутреннего мира, является вершиной в борьбе за независимость человека от среды. Мы уже говорили об отдельных этапах этого пути, когда обсуждали границы константности образа, свойства памяти и внимания, которые придают устойчивость нашим реакциям во времени, обеспечивая реализацию избирательности, направляемую внутренними потребностями человека при переменных воздействиях извне. Именно эти качества психических процессов составляют необходимые условия развития самосознания.

Ощущение человеком своей индивидуальности поддерживается непрерывностью его переживаний во времени. Он обладает как воспоминаниями о прошлом, так и надеждами на будущее. Непрерывность таких переживаний и дает человеку возможность интегрировать себя в единое целое. Преемственность сознания, проявляющаяся в форме «я», определяется долговременной памятью и, в свою очередь, определяет ее роль в структуре сознания. Только долговременная память обеспечивает ощущение непрерывности и преемственности, именно ее участие в процессах сознания и самосознания создает условия для ощущения самотождественности личности, несмотря на изменения и внешних условий и самой личности.

В онтогенезе самосознание развивается по мере усложнения социальных связей ребенка, существенным условием его возникновения является усвоение речи. На значение речи в зарождении самосознания указывал еще И. М. Сеченов. Он отмечал, что восприятие внешнего мира постоянно сопровождается нерасчленимыми «темными» девственными реакциями телесного происхождения. В связи с развитием речи возникает возможность расчленять сигналы, поступающие из внешней и внутренней среды, и присваивать им разные названия. Тогда любое возбуждение может быть «вырвано» из его естественной связи и удержано в памяти отдельно и изолированно от других, тем самым создаются условия для отделения возбуждений, идущих из внешней среды, от возбуждений, идущих со стороны внутренних органов [239, с. 41]. Таким образом у человека возникают предпосылки для выделения себя из внешнего мира.

Осознание детьми своего «я» происходит постепенно. Ребенок вначале существует для себя постольку, поскольку он выступает как объект для других людей. Маркс писал, что человек «родится без зеркала в руках и не фихтеанским философом: „Я есмь я“ …человек сначала смотрится, как в зеркало, в другого человека. Лишь отнесясь к человеку Павлу как к себе подобному, человек Петр начинает относиться к самому себе как к человеку» [6, с. 62]. Вначале ребенок осознает действия других людей, затем через них — и собственные действия; их осознание связано с развитием подражания, представлений и звуковой речи.

Ранние стадии в развитии самосознания сопоставляются с переходом ребенка от случайных действий к произвольным целенаправленным поступкам. Части собственного тела осознаются ребенком по мере того, как он становится способным произвольно ими управлять.

Постепенно начинают осознаваться и предметы, на которые ребенок направляет свою активность. Отделение себя от собственных действий закрепляется в усвоении ребенком собственного имени. В два года возникает классическая формула «Я сам». Сначала дети говорят о себе в разных лицах: «Не шуми», «Митя умылся». Только к трем годам ребенок полностью овладевает местоимением «я» и начинает активно самовыражаться в речи. Главную роль в процессе формирования его внутреннего мира играют подражание и представление, они развертываются в двух различных планах: первое — в двигательном, последнее — в плане образов и символов, но имеют нечто общее, обусловленное сходством их роли. Подражания и представления позволяют осуществить сведение впечатлений в единую вневременную модель, не зависящую от темпа развития событий во внешней среде — модель внешнего мира.

Одним из источников формирования сознания являются детские игры. До 3–4 лет это игры-подражания со стремлением копировать действия взрослого, затем это игры по правилам. Здесь ребенок начинает выполнять определенную, взятую на себя роль; в этих играх осваиваются отношения между людьми. Ребенок играет в «дочки-матери», в «магазин», беря на себя конкретную роль. До возникновения ролевых игр дети играют рядом, но не вместе. Ролевые игры уже представляют собой воспроизведение тех отношений между окружающими, которые известны ребенку и доступны его восприятию. Эти игры можно рассматривать как упрощенную модель разнообразных социальных отношений. Выполняя разные роли, ребенок получает элементарное представление о самом себе и своих возможностях. Ролевые игры подготавливают ребенка к вступлению во взрослый мир с его социальными связями. Овладевая продуктивной деятельностью, человек осваивает реальные семейные, профессиональные, общественные роли. Именно они определяют дальнейший путь развития его сознания и самосознания. Лишь в подростковом возрасте происходит становление осознающей себя личности.

Самосознание — самый высокоорганизованный психический процесс. Оно формируется при взаимодействии с другими людьми, главным образом с теми, с кем возникают особо значимые контакты.

Однако самосознание связано не только с воздействием этих контактов, но и с самооценками, которые зависят от соотношения успехов и притязаний, т. е. от успешности деятельности человека.

Главная функция самосознания — сделать доступными для человека мотивы и результаты его поступков и дать возможность понять каков он есть на самом деле, оценить себя; если оценка окажется неудовлетворительной, то человек может либо заняться самоусовершенствованием, либо, включив защитные механизмы, вытеснить эти неприятные сведения, избегая травмирующего влияния внутреннего конфликта. Только благодаря осознанию своей индивидуальности, возникает особая функция самосознания — защитная — стремление защитить свою индивидуальность от угрозы ее нивелирования. На этой основе и развивается ряд защитных механизмов.

В самосознании соотносятся мотивы и действия, одни мотивы с другими, и тем самым выстраивается иерархия мотивов. Уяснение для себя наиболее значимых мотивов знаменует развитие личности. Такое осознание приводит к перестройке всех систем установок и формирует идеальное «я». В свою очередь, идеальное «я» влияет и на социальное приспособление, и на уровень тревожности, и на особенности мотивации, оно же накладывает запреты и моральные ограничения на все поведение человека. Собственные качества, к которым он стремится, определяют для него и ближние и дальние цели, а различие между идеальным и реальным «я» служит источником мотивации. По Фрейду [279], «я» — это центр сознательной адаптации к среде, включающий восприятие, интеллект и моторику. К системе «я» Джеймс [97] отнес собственное тело, некоторые объекты, близких людей, воспоминания и отдельные длительно выношенные и особо значимые мысли. В собственное «я» человека теперь включают также его характер, темперамент и способности.

Для человека наиболее значимо стать самим собой (сформировать себя как личность), остаться самим собой (невзирая на мешающие воздействия) и уметь поддерживать себя в трудных состояниях.

Для того чтобы самоактуализироваться, стать самим собой, лучшим из того, чем ты способен стать, надо: осмелиться полностью отдаться чему-либо, погрузиться во что-либо без остатка, забыв свои позы, преодолев желание защиты и свою застенчивость, и переживать это нечто без самокритики; решаться делать выбор, принимать решения и брать на себя ответственность; прислушиваться к себе самому (а не только к папе, маме, учителю и авторитету), дать возможность проявляться своей индивидуальности, т. е. реализовывать и в этом свои возможности полностью в каждый данный момент [372].

Одним из характерных проявлений самосознания является рефлексия. Рефлективные рассуждения сопровождаются имитацией мыслей другого человека по такой схеме: «я думаю, что он думает, будто я думаю, что…». Рефлексия позволяет не только предвидеть поведение другого человека и соответственно подстраивать собственное, но и влиять на ход его рассуждений, направляя репликами течение беседы в желательном направлении.

Все представления относительного самого себя, которые взрослый человек принимает как нечто само собой разумеющееся, организуются в систему, которая делает его поведение последовательным. Взаимодействие сознания и самосознания образует фундамент произвольного управления целесообразным поведением.