ТЕАТР РАЗУМА

ТЕАТР РАЗУМА

Узнав то, над чем насмехаешься, преврати его в желанный предмет исследований.

Источник неизвестен

Весной 1990 года, как я уже отмечал, для дальнейших исследований по СЗ потребовались оборудованные помещения, и я решил соответствующим образом преобразовать мою старую мельницу. Я назвал это помещение Театром Разума.

В Театре сочеталось множество элементов: искусство, музыка, игры, творческая активность, релаксация, физические упражнения, иллюзии, интеллектуальная стимуляция. Все это позволяло создать естественную, стимулирующую изменение состояния сознания среду.

Этот многоликий Театр одновременно и замок, и приемная предсказателя судьбы, центр духовного отдыха, музей искусств и школа, библиотека и дом развлечений. И еще он включает такие давно забытые институты, как греческий оракул мертвых, инкубатор грез Асклепия; и Музеон — прообраз наших музеев — куда люди приходили искать вдохновения у Муз. Все это сочеталось таким образом, чтобы стимулировать визуальные свидания.

ФАКТОРЫ, СТИМУЛИРУЮЩИЕ ИЗМЕНЕННЫЕ СОСТОЯНИЯ СОЗНАНИЯ (ИСС)

Моя стратегия заключалась в том, чтобы использовать как можно больше известных факторов, облегчающих переход в ИСС. Конечные цели Театра Разума включали: образование, развлечение, духовное развитие, терапию горестных состояний через ИСС. Переходу в ИСС способствуют следующие факторы.

КРАСОТА ПРИРОДЫ

Чудеса природы могут быть вызваны мистическими и другими подобными событиями. Что-то очень глубокое в человеческом естестве мощно откликается на природную красоту.

Театр Разума расположен в сельской местности в Алабаме. Дикие животные населяют берега ручья и густой зеленый лес вокруг. Клиенты чувствуют себя здесь оторванными от цивилизации.

ИЗМЕНЕНИЕ ЧУВСТВА ВРЕМЕНИ

Люди, испытавшие ИСС, часто сообщают о нарушении чувства времени.

Чтобы помочь подопытным «потеряться» во времени, я прошу их не носить часы и тщательно слежу, чтобы часов не было на виду. Иногда я устанавливаю во дворе солнечные часы — как напоминание о раннем примитивном методе времяисчисления.

Старинная мебель и большая библиотека из стереоскопических карт девятнадцатого столетия создают атмосферу давно прошедших времен.

Все это вместе с мельницей, построенной в 1839 году, действует дезориентирующе на сознание людей. Им кажется, что они перенеслись на машине времени в прошлое.

ИСКУССТВО И ИСС

Любое искусство может вызвать изменение состояния сознания. Итальянский психиатр идентифицировал то, что он назвал синдромом Стендаля. Это причудливое нарушение сродни нервному срыву, он случается, когда на людей воздействуют великие произведения искусства.

Чаще всего синдрому Стендаля подвержены туристы, приезжающие в Италию из стран со строгой трудовой этикой. Эмоции подавляют их, когда они рассматривают великие творения. С некоторыми случаются даже нервные мини-срывы. Поправляются они после нескольких дней лечения. Красота искусства после чувственного голода и тяжелой работы некоторым образом перегружает мозг.

Пианист Эрик Пигани сообщал об изменении восприятия реальности среди музыкантов. Многие знаменитые исполнители испытывают необычайный духовный подъем во время концертов, некоторые говорили, что они купаются в свете.

Сам Пигани заинтересовался ИСС среди музыкантов после своего внетелесного опыта восприятия, когда он во время концерта вдруг обнаружил, что парит над сценой и наблюдает за своей игрой.

Я полагаю, что искусство и музыка стимулируют многие ИСС, подобные внетелесному восприятию.

В Театре Разума я попытался помочь изменению сознания с помощью искусства. Вниманию клиентов представлены картины и рисунки, книги по искусству.

Предметы искусства, декорации отбирались так, чтобы вызвать удивление, шок, чувство неуместности. Обычные вещи Театру не годились, ибо гармонирующие предметы создают ощущение обыденности, предсказуемости и стабильности. Посуда вся была разная. Тарелка могла быть из простого фарфора, а керамическая чашка — с гроздью больших голубых виноградин. В жилой комнате высокий деревянный индеец стоял рядом с лампой Тиффани. Среди картин были плакаты ангелов Максвелла Парриша и карикатурные классические сцены Дональда Дуксе. Все это заставляло подопытных Постоянно удивляться и занимало их умы.

СТИМУЛЯЦИЯ ЗНАНИЕМ И ЮМОРОМ

Я собрал большую библиотеку по ИСС, паранормальным явлениям и спиритуализму. Поскольку знание представляет важный путь в поиске духовности и просветления, я поощрял подопытных читать эти книги.

Но я тщательно следил, чтобы интеллектуальные аспекты программы были одновременно и развлекательными. В конце концов юмор прямо связан с творчеством. Безудержный смех сам по себе можно классифицировать как ИСС, ибо приходящее с ним чувство наслаждения оказывает расслабляющее действие.

Юмор снимает напряжение ожидания эксперимента встречи с умершими близкими, позволяет лучше понять себя, свой внутренний мир.

СОЗДАНИЕ ИГРОВОЙ АТМОСФЕРЫ

Некоторые рассматривают игру как этап, который мы проходим на пути взросления. Многие взрослые забыли, как играть, и выработали серьезно-разумный подход к жизни. У таких людей при входе в ИСС часто возникают трудности. Им не удается увидеть связь между игрой и паранормальными явлениями. Я установил, что парапсихология и паранормальность соотносятся с реалиями игры, юмора и развлечения по меньшей мере так же, как с реалиями научного расследования.

Делая это заявление, я отнюдь не намереваюсь принизить или осмеять парапсихологию. На самом деле я думаю, что если эту концепцию принять, то многое может быть привнесено в изучение этой области. Несмотря на старания некоторых мрачных типов преумножить роль юмора, игры и развлечений, они остаются наиболее значимыми занятиями людей. Кроме того, созидающая игра — одна из важнейших движущих сил открытия.

По моему мнению, признание внутренней связи развлечения и парапсихологии раскрепостит последнюю, позволит ей служить людям. Различные виды искусства — будь это поэзия, музыка, рисование, скульптура — в конце концов формы развлечения, но давно служат развитию духовной жизни человечества.

Парапсихология есть в действительности систематическое расследование паранормальных явлений. Как и искусство, парапсихология может оказывать мощное влияние, пробуждая чувства благоговения, изумления, надежды, помогая нам вновь вернуться к ценностям вселенной, в которой мы живем.

Именно то, что изучение паранормальных явлений является развлечением, может объяснить, почему фундаменталисты приемлют эту область исследований.

Понимая, что игры и паранормальные явления связаны, я ненавязчиво использовал это обстоятельство в процессе СЗ. В жилой комнате, где происходили мои встречи с клиентами, подопытные усаживались в подобное гамаку кресло, подвешенное к потолку. Если в нем было неудобно, они могли расположиться яа соломенных подушках, разбросанных на полу.

Везде были привлекающие взрослых, равно как и детей, игрушки, калейдоскопы, головоломки, волшебные трюки, книжки с цветными картинками и многое другое.

Зеркала были в каждом помещении театра, символизируя приглашение к самопознанию. В то же время зеркала часто фокусируют суеверие, поскольку их наличие вызывает реверберации на примитивном уровне ума.

Взгляд в зеркало может помочь понять себя, свою душу. В Театре Разума были и комнаты смеха. Зеркала в них искаженно отражали тела и тем самым способствовали ослаблению привязанности клиентов к обыденному восприятию реальности.

ВОРОТА В ПСИХИКУ

Такая обстановка создавалась не для того, чтобы развеселить и раскрепостить участников экспериментов, а с намерением открыть им путь в собственную психику, помочь разведать другие измерения ума. «Это похоже на переход в другой мир через какой-то временной барьер, будто время нереально», — сказал один из подопытных.

Создание Театра Разума, где большая роль отведена искусству, природе, развлечениям и игре, увеличило количество и улучшило качество свиданий с призраками. Этот успех убедил меня, что настроение имеет огромное значение в лечении людей, и особенно их психики. Что касается СЗ, то настроение создается обстановкой, которую можно счесть ритуальной, поскольку она устанавливает правила поведения, ведущие к очень глубокой релаксации.

Только после достижения такой релаксации подопытные отправлялись в камеру видений.

Я проводил исследование СЗ в Театре Разума с 1990 года и непосредственно обследовал более трехсот человек.

В большинстве случаев СЗ использовалось с намерением инициировать видение умерших. блиэких (это основная тема настоящей книги). Однако проводились и другие СЗ, как часть новаторской психотерапии, с целью помочь людям понять себя. Об этом я расскажу позже. А пока хочу остановиться на некоторых наиболее удивительных открытиях, связанных с воссоединением с умершими близкими.

Много подопытных имели свидания не с теми умершими, кого они готовились «увидеть». Каждый из участников собирался встретиться с определенной личностью. Но около четверти из них увидели другого умершего родственника.

Свидания с призраками не всегда происходили в самом зеркале.

Приблизительно в каждом десятом случае привидение рыходило из зеркала. Подопытные часто говорили, что оно прикасалось к ним или что чувствовалось его близкое соседство. Мне следовало ожидать этого, поскольку доктор Ди писал о появляющихся из зеркала привидениях. В одном случае, однако, видение умершей совершенно определенно запретило подопытному прикасаться к ней.

Случалось также и наоборот. Около десяти процентов подопытных сообщали, что они сами отправлялись в зеркало и там происходили свидания с умершими.

ОН ВЫШЕЛ ПРЯМО ИЗ ЗЕРКАЛА

Об этих явлениях, то есть о свидании с неожиданной личностью и о выходе привидения из зеркала, рассказывал бизнесмен, который себя характеризовал как «интересующегося скептика». В Театр Разума он пришел для визуального. воссоединения с отцом, умершим, когда сыну было двадцать лет. Отца своего бизнесмен обожал и говорил, что с чувством одиночества после смерти отца ему удалось както справляться лишь в последнее время.

Мы провели весь день в подготовке к воссоединению, перебирая фамильные фотографии и разглядывая фотографии мебели, изготовленной отцом. Там были трогательные напоминания о посещениях в детстве парка, о поездках в загородный бабушкин дом. Вечером бизнесмен пошел в камеру видений.

Вышел он из нее с потрясающей историей:

«Я некоторое время сидел в камере, прежде чем приспособился к ней. Как вы и говорили мне, если пытаешься заставить это произойти или думаешь о том, случится ли это, оно не случится. Я уже собирался встать и уйти, но вдруг подумал: «Останусь-ка я еще немного». Полагаю, что именно мое решение и запустило «это». Как раз в тот момент, когда меня больше не занимало, произойдет ли «это» — оно и началось.

Я увидел дымку там и, сказать по-правде, подумал, что вам нужно звонить пожарным, потому что мне это показалось дымом. Я наконец сообразил, что это в зеркале. Затем я увидел в зеркале цветные россыпи света и начал видеть сцены. Некоторые были из моего детства. Они были очень реалистичны. Трехмерные сцены были всюду вокруг меня. Некоторые были событиями из моей жизни, другие — нет.

В одной из них мой отец сидел на ступеньках крыльца. Я помню тот давнишний случай, так что это просто память, но память четкая — как раз передо мной. Я почти могу коснуться ее. Во всяком случае, я чувствую, что могу. Но я не чувствовал, что он там; в зеркале была просто память.

Я видел также места, в которых никогда не бывал и которых не видел. Очень приятные места. Я не знаю, где они или что это было, но я ощутил, что сцены вокруг меня, а я в зеркале.

В том месте, где я вошел в зеркало, я почувствовал себя освеженным, как будто я стал новым собой. Я знал, что ктото там со мной, но понятия не имел — кто.

Потом я увидел некие очертания, в зеркале формировался человек. В каждый момент я мог видеть «чуточку его». Казалось, он движется на свет.

Это прозвучит странно, но я думал, что я — в зеркале, а он — выходит из комнаты видений.

Определенно это был мужчина. Мгновение я думал, что я — в зеркале, но затем я вернулся в комнату видений, и этот мужчина, как раз с меня ростом, тоже был в ней, со мной.

Он плавно выдвигался на свет из зеркала в комнату. Я же двигался взад и вперед, «в» и «из» зеркала с минуту, пока опять не водворился в комнате, в своем кресле.

Я, должно быть, подпрыгнул, когда понял, кто же этот мужчина: им оказался мой старый деловой партнер. Он примерно на два года моложе меня, вместе мы работали лет пятнадцать. Однажды его жена, придя домой, нашла его в душевой мертвым. Он скончался от сердечного приступа. Ему было тридцать восемь лет, у него было четверо детей. Занятно, но пока мы работали вместе я не воспринимал его как близкого друга. Мы были только деловыми партнерами. Но когда он скончался, я впал в депрессию. Жена моя рассказывала позже, что все были обеспокоены и собирались положить меня в больницу.

Как бы там ни было, он вошел в комнату видений. Я ясно его видел. Он был примерно в двух футах от меня. Удивление было так велико, что я даже не думал, что же делать. Это был он. Такой же человек, как я. Все было при нем, он не был призрачным. Он перемещался, я видел движения его головы и рук, все в трех измерениях.

Он выглядел так же, как перед смертью, возможно, чуть моложе. Казалось исчезли все его недостатки, он был очень оживлен.

Он был счастлив йидеть меня. Я был изумлен, а он нет. Он знал, что происходит — таким было мое впечатление. Он хотел подбодрить меня, говорил, чтобы я не беспокоился, что ему хорошо. Я читал его мысль, что мы снова будем вместе. Его жена тоже умерла, и он послал мне мысль, что она с ним, но по какой-то причине не предполагалось, что я ее увижу.

Я не слышал слов или шумов. Все происходило в мыслях, которые передавались друг другу. Я задал несколько вопросов. Хотел узнать кое-что о его дочери, которая всегда заботила меня. Я поддерживал отношения с тремя его детьми и помогал им. Но с его второй дочерью были трудности. Она обругала меня за его смерть. Когда она подросла, то сказала, что мы чересчур напряженно работали. Поэтому я просил его совета, и он дал мне полные разъяснения относительно того, что я хотел знать.

Когда это закончилось, он быстро исчез, и я встал с кресла.

Меня немного трясло от возбуждения. Я чувствовал — это не сон. Я точно помню ощущение его присутствия.

Я не чувствовал и намека на присутствие там отца, но мой партнер был там точно. Я не мог думать о том, что делать или как себя вести. Но я определенно чувствую, что заключил мир с моим партнером».

Мужчина настаивал, что призрак в камере вовсе и не был видением, что это был его партнер. Он обосновал свое восприятие ответами, которые получил на некоторые вопросы. Эти ответы он искал годами. Наконец, за несколько мгновений, проведенных с привидением своего партнера, он их получил.

«Я по-прежнему хочу видеть отца, — говорил он. — Но, очевидно, увидеть старого товарища по бизнесу более важно, чем я думал». Через несколько месяцев мужчина говорил мне, что опыт в психомантеуме продолжает мощно действовать на него. Он повторил, что это позволило ему «заключить мир» с партнером, и сказал, что его отношения с семьей партнера стали спокойнее.

Он по-прежнему часто раздумывал о своем визите в психомантеум и пребывал в полной уверенности: в тот день он действительно встречался с другом.

Состоялся разговор. Ни разу за время исследования мне в голову не приходила мысль, что подопытные могут общаться с сущностями, которых они посещают в психомантеуме. Однако почти в половине случаев сообщалось о комплексном общении. Это могли быть несколько

подбадривающих слов или слов любви и продолжительные сложные общения, даже обмен рассказами.

Примерно 15 % подопытных говорили, что действительно слышали голос умершего. Я не имею в виду, что они слышали так, как можно слышать собственные мысли. Я подразумеваю, что слышали так, как если бы голос был звуковым. Другие сообщали о некоем телепатическом общении, как если бы «видения привидений» и подопытные взаимно мгновенно понимали мысли и чувства и не имели необходимости говорить.

Привидения появляются позже. Около 25 % пациентов, ищущих воссоединения, достигали его, уже покинув психомантеум. Это значит, что они встречались с умершими близкими по возвращении в гостиничный номер, домой или, как в моем случае, перейдя в другую комнату. Обычно такое воссоединение случалось в течение суток.

«Я ОСОЗНАЛА, Я ВИДЕЛА ПРИЗРАК»

Например, вполне респектабельная журналиста шестидесяти с небольшим лет пришла в Театр Разума с надеждой «увидеть» сына, покончившего с собой годом раньше. Встретилась же она с ним после того, как покинула психомантеум.

«Я увидела призрак сына через несколько часов после того, как покинула камеру видений, и по сей день я могу «видеть» его так же ясно, как вижу кофейник, на который смотрю сейчас. Я «вижу» лицо. Если бы я была художником, то смогла бы его нарисовать.

Вернувшись в гостиницу, где я остановилась, я позвонила домой. Я очень переволновалась за день в Театре Разума, прилегла отдохнуть и уснула.

Я не знала точно, когда проснулась, но, когда это случилось, я почувствовала чье-то присутствие в комнате. Это был молодой человек, он находился между телевизором и кухонным шкафом и смотрел на меня.

Вначале я не четко видела его. Я очень испугалась, мое сердце бешенно стучало. Хорошо, что я лежала в королевских размеров кровати, иначе, думаю, я бы свалилась с кровати, так я была ошеломлена.

В голове пронеслось: «О Боже, должно быть, здесь есть другой вход в комнату!» Настолько реален он был.

Это не было грезой. Я совсем проснулась. Я видела его ясно, всего, за исключением ног. Я смотрела на него, и он смотрел на меня. Не знаю, сколько это длилось, но достаточно долго, чтобы я испугалась, а я не из пугливых.

А затем я осознала, что это привидение моего сына. Вначале я не узнала его, но осознала, что это он. Сын выглядел как лет десять назад. После этого я успокоилась. Я вполне убедилась, что с сыном все в порядке, что он любит меня. Это было важно для меня. Замечательный был опыт».

Воссоединение воспринимают как действительное. К моему удивлению выяснилось, что зрительные воссоединения воспринимаются как реалии, а не фантазии или грезы. До сих пор почти все подопытные утверждают, что их воссоединения реальные, что они действительно ощутили живое присутствие умерших.

Опыт сильно действует на тех, кто его получил. Хотя подобные эксперименты проходили в клинических условиях, я думаю, подопытные приобретали положительный и преобразующий духовный опыт.

Мои наблюдения и интуиция указывают, что происходящие с личностью, которая прошла СЗ, изменения сродни изменениям личности, имеющей опыт умирания. Такие люди становятся мягче, более понимающими, меньше боятся смерти.

Я ЧУВСТВОВАЛА ТАКОЕ СЧАСТЬЕ, Я ХОТЕЛА КРИЧАТЬ

Двадцатипятилетняя женщина пришла искать воссоединения с любимой тетей Бетти. Как и других в семье, ее беспокоило, что та умирала в одиночестве, страдала и не была в состоянии попросить помощи в свои последние часы. «Я чувствовала нервозность там {в комнате видений]

вначале, но быстро успокоилась. Признаться, я не ожидала, что это сработает в моем случае. Видите ли, такого рода происшествия всегда случаются с кем-то, но не с вами. Но знаете, это началось сразу. Видение, если это было оно, казалось простым как день. Там не было ничего нереального, но это определенно трудно объяснить. Сначала я увидела это в зеркале, да, вначале цветные россыпи и маленькие яркие мигания вспыхивающих искр. Я видела, как дымка заполнила все зеркало, как густой туман, а потом эта смесь стала ярким светом. Я видела свет вдалеке… и пейзажи, маленькие короткие сценки, а затем мое внимание привлекла тропинка, и я знала, что должна идти по ней.

Я и пошла. Не могу сказать, что я вошла в зеркало, потому что не заметила этого, но я была уверена, что нахожусь в другом измерении. Свет и разные сценки были повсюду, но я не обращала на них внимания, потому что знала, что должна пройти этот коридор.

Я шла и шла и увидела трех людей, стоящих чуть слева от меня, приблизилась к ним. Это была моя бабушка, любимая тетя Бетти, которые умерли, и еще какая-то женщина. Я не опознала ее.

Тетя Бетти как-то сказала мне, что это моя прабабушка Харриет, и тогда я узнала ее, потому что видели ее фотографии. Она, правда, не выглядела так, как на снимках. Она умерла очень старой. А здесь была еще молодой. Еще маленькой девочкой я часто слышала разговоры о ней.

Я была так счастлива, мне хотелось кричать от радости, что вижу Бетти и бабушку. Казалось, они знают что-то такое, что не знаем мы — живые. Вы понимаете, что я имею в виду.

Всю встречу меня переполняла радость. Я была так счастлива. Никто не должен сомневаться, что они были там, что я видела их, и это было так же реально, как встретиться с кем угодно. Прикоснуться к ним там, где я находилась, было невозможно.

Они говорили, что все в порядке, что им хорошо. Это было истинным облегчением для меня. Теперь я могу сказать, что не беспокоюсь за нее. Она действительно спокойна. Со мной никогда не случалось ничего подобного. Если бы я могла описать вам тот свет… Я не дошла до света. Я все видела с небольшого расстояния. Я не слышала голосов, а просто знала, что они пытаются сказать мне. Это больше похоже на чтение мыслей.

Я немного побыла и со своей бабушкой. Я — одна из первых ее внучек, так что у нас особая связь. Она тоже говорила, что у нее все хорошо. Это было счастливое воссоединение.

Все они выглядели как обычные люди. Я видела их ясно, довольно близко. Я знала, что не могу оставаться с ними, но поняла, что они еще живы и что я увижу их снова. Я не видела их ног, только вверх от колен.

Длилось это недолго. Затем я вернулась в кресло, и видение в зеркале быстро растаяло. Вы определенно дали мне многое, над чем следует поразмышлять. Я никогда не верила подобным рассказам. Но теперь знаю — это реальность. Они были там, передо мной, именно они». Через четырнадцать месяцев эта женщинахюобщила мне, что у нее были еще два коротких свидания с привидением тети Бетти. Они не были такими детальными, как в психомантеуме, но в каждом она чувствовала присутствие тети Бетти. Визит в психомантеум изменил ее отношение к паранормальным явлениям. Она теперь уверена в существовании жизни после смерти.

Долго ли сохранится эта трансформация? Необходимо долгие годы наблюдать за людьми, прошедшими СЗ, чтобы ответить на этот вопрос. Пока я могу лишь утверждать, что успешные инициирования видений приводят к преобразованию личности на короткий срок.

РАЗВИТИЕ СОБЫТИЙ

Анализ различных явлений и Ьценка инициированных визуальных свиданий проводились постепенно, цо мере прихода в психомантеум посетителей. Мне это запомнилось как непрерывный поток примечательных встреч с чувствительными и достойными людьми.

Интересно было слушать рассказы разумных людей о том, что им представляются реальными события чрезвычайно необычной природы. Это невозможно забыть.

ОНИ КОГО-ТО ЖДАЛИ

Одним из первых подопытных был мужчина семидесяти с небольшим лет, по профессии психотерапевт. Я упоминаю это для того, чтобы подчеркнуть его острое понимание человеческого ума.

Мы готовились весь день, питая надежду, что вечером он «увидится» с умершим три десятилетия назад отцом. Вместе мы рассматривали нечеткие фотографии и старые документы. Мы обсуждали его приятные и не очень воспоминания об отце. В сумерках я проводил его в камеру видений. Вернувшись часа через полтора, он выглядел измотанным и счастливым от своего удивительного путешествия в Срединное Царство.

«Я был там некоторое время, не знаю как долго, прежде чем это началось. Вскоре мне показалось, что зеркало заволакивает пелена. Только это исчезло, я увидел какието формы, геометрические конструкции. Я чувствовал какое-то подергивание или сотрясение, vertigo, как если бы у меня начиналось головокружение.

Я двигался вперед, без какого-либо покачивания, плавно, почти скользил. Я вошел прямо в зеркало и продолжал двигаться.

Очень скоро я увидел некую дорогу в темноту. Но это не сплошная темнота. Все было освещено, просто вдали было ярчайшее пятно, так что все остальное по контрасту выглядело затемненным. Я все двигался через это не очень светлое место к свету и по мере приближения к нему начал различать, что это как будто некое сооружение. Я не могу сказать, что это было. Я просто видел «это», но не могу описать словами.

Это было похоже на платформу или сцену. Я думал о платформе на вокзале, где встречающие ждут прибытия поезда и все освещено этим мягким, ярким, желтовато-белым светом. Я все еще двигался по платформе, пытаясь понять, что же это такое и что, черт возьми, происходит, когда увидел этих двух людей на платформе, вглядывающихся вдаль, будто в ожидании кого-то. Затем, приблизившись, я узнал моего кузена Генри, с которым я был близок, и Рут.

Вдруг оказалось, что я иду, или я почувствовал, что я иду с дороги на платформу; и тогда они подошли ко мне, но не очень близко. Я не знаю, как сказать, но между ними и мной всегда было нечто вроде баррикады, или какой-то защиты. Я не видел ничего, но чувствовал там преграду. Видимо, предполагалось, что я, как и они, не должен ее переходить.

Они оба узнали меня сразу. Похоже, они кого-то ждали, когда я первым увидел их, но возможно, что они ожидали меня. Они не сказали «привет», но приветствие определенно было. Они очень хорошо знали, что я — там.

Я был очень рад. Выглядели они моложе, чем когда умерли, скорее, как в наши молодые годы, когда все мы были хорошими друзьями. Однако были и различия. Они выглядели чуть по-другому, здоровее, как будто имели избыток энергии.

Они говорили, что у них все хорошо, что они рады видеть меня, что когда-нибудь мы снова будем вместе. Но я не слышал слов. Это было мысленное общение.

Я был счастлив и знал, что они тоже счастливы. Затем неожиданно меня потащило назад, я увидел их снова удаляющимися и обнаружил себя опять сидящим в кресле». Я спросил его, как ощущается свидание, и услышал, что в нем нет ничего общего с грезой. Ему оно представлялось реальным, он был убежден, что находился в присутствии своего кузена. По меньшей мере дважды он отметил, что, когда впервые взглянул на них, ему показалось, что его ожидали.

У этой истории печальный конец. Через несколько месяцев со мной связался его друг и сообщил, что этот человек погиб в автомобильной катастрофе. Я не мог не задуматься, не было ли ожидание его кузеном предзнаменованием, неким предсказанием кончины.

Я ВИДЕЛА ЕГО БЛИЗКО

Женщина, желавшая «увидеть» умершего отца, сообщала о свидании, которое типично для внезеркальных опытов, когда образ возникает из зеркала и входит в камеру видений.

«Войдя в комнату, я была чуть-чуть испугана. Почему — я не знаю, так как ожидала этого дня больше месяца; возможно, именно из-за того, что время, наконец, пришло.

Когда мы в кабинете рассматривали памятные вещи отца, я почувствовала определенную уверенность, уже тогда я знала, что увижу его. Я как будто всегда знала, что он будет там. Когда я показывала им шкатулку для драгоценных камней, которую он смастерил к моему дню рождения, чувствовала, что это обязательно случится.

Но в комнате видений я немножко напугалась. В конце концов странно, что я это делаю. Люди в офисе, где я работаю, никогда не поверят, что я сделала что-либо подобное. Я и сама едва верила. Только уж очень многое оборвалось со смертью отца, я постоянно думала о нем. Войдя в комнату, я не рассчитывала долго ждать начала.

В зеркале я увидела разноцветные блики, потом диковинные облака, а затем мимолетную сценку.

Маленькая деревушка, похожая на английскую, а может быть, и французскую, очень древняя. У меня было чувство, что я вглядываюсь в даль времен.

По дороге шли одетые в старинные одежды люди. Думаю это было в средневековье или до него. Я видела, как один мужчина прошел рядом со мной, как раз перед моими глазами; он гнал стадо коров, и лицо у него было беспокойное. Я понятия не имею, откуда все это, я не деревенская.

Все эти сценки быстро исчезли, но, когда мой отец пришел в зеркало, все изменилось. Он не спешил, как другие. Он просто внезапно появился, и я смотрела прямо в его лицо.

Он говорил со мной как всегда, весело подшучивая. Он спросил: «Ради всех святых, зачем ты ищешь разговора со мной, девочка?»

Я не могу сказать, что слышала его голос, как слышу вас, но это было сильнее, чем мысли. Мы не нуждались в словах.

Он был вспыльчив, но как-то забавно. Он всегда шутил, часто рассказывал смешные истории. Так что это было похоже на него.

Отец широко улыбался, когда я увидела его. Как ни странно это звучит, он был в комнате, со мной; я знаю это точно.

Сначала он был футах в трех от меня, затем еще приблизился. Я не видела его в зеркале: я видела его очень близко перед собой.

Мы поговорили об очень личном: главным образом, о маме, но и о других семейных делах тоже. Это казалось абсолютно естественным, ну как наши обычные разговоры в гостиной, когда я была подростком или позднее, уже замужней женщиной. Только теперь он был мертв!

Я видела его голову, грудь, верхнюю часть живота, так как вижу вас.

Тем не менее я чувствовала что там между нами — энергия или что-то в этом роде. Я это говорю к тому, что опасалась: он уйдет, если я попытаюсь коснуться его.

Мы долго пикировались с ним. Он, казалось, чуточку забавлялся, как будто думал, что я нетерпелива в своем желании побеседовать с ним сейчас, вместо того, чтобы дождаться своей смерти. Это был переворот, потому что всегда прежде я была терпелива, а он спешил и хотел всего и сразу. Когда я обдумываю это, мне кажется, что он поддразнивал меня за нетерпеливость, как я дразнила его. Мы беседовали долго, минут тридцать. Но они прошли так быстро. Напоследок он сказал мне: «Теперь иди и наслаждайся жизнью». Мне стало так хорошо от этих слов. Они принесли мне облегчение. Не думаю, что когда-либо после его смерти я чувствовала себя так же хорошо. Как будто что-то завершилось, и боль потери утихла. Затем он исчез, осталось просто зеркало».

В некотором смысле свидание этой женщины аналогично наведенному видению, описанному другой женщиной. Обратите внимание на общее в этих рассказах.

«МОЯ МАМА ВЫШЛА ИЗ ЗЕРКАЛА»

«Я видела призрак матери задолго до опыта с СЗ. Она покончила с собой в 1975 году. Мой дед, ее отец, был министром. С детства я знала, что самоубийство — непростительный грех. Так что, когда мать умерла, я была раздосадована утратой, но более была расстроена тем, что мать потеряна навсегда.

На похоронах я очень горевала об этом. Но тихий голос — я назвала его тихим гласом Господним — говорил со мной, и я взглянула вперед и вверх; там, у потолка, было видение Христа и матери, рука об руку они уходили от меня. Видение было цветным и естественным как жизнь. Оба оглянулись через плечо, улыбнулись мне и исчезли.

Так вот начался мой духовный поиск. Именно в тот момент я осознала, что многое из внушенного мне неверно.

Не прошло и года, как был убит мой муж Билл. Мы прожили с ним десять лет. С тех пор я на духовном пути.

Я подолгу медитировала и пыталась достичь глубоких уровней медитации, чтобы пообщаться с мужем, поэтому в камеру видений я собиралась совершенно спокойно.

Не знаю, как долго я там находилась до того, как это началось; возможно, десять или пятнадцать минут, а может, и меньше, но вскоре я потеряла из поля зрения зеркало и вместо него увидела мать. Вначале я увидела вдали только се лицо. Она подходила все ближе и ближе и становилась все больше похожей на духа, но это не подавляло. Она не была ни светлой, ни плотной. Вокруг нее была некая дымка.

Она улыбнулась и назвала меня Бирди — так, как звала меня в детстве.

«Бирди, — сказала она, — я пришла к тебе на свидание, потому что Билл не может прийти. Я немного больше могу, чем он, а ему еще многому следует научиться. Он занимается. Но с ним все в порядке, он очень любит тебя» и ему хорошо».

Именно в этот момент она будто вышла из зеркала. Меня поразило выражение ее лица. Оно излучало.

Мне стало тепло, то ли из-за моей взволнованности, то ли от окружавшей ее энергии. Голос был не таким, каким мы с вами говорим. Я много лет работала оператором телефонной компании на трансокеанских линиях связи. Когда мы связывались через спутники, качество звучания менялось. Вот так было и с голосом; лучше я описать не могу.

Случившееся не было воображением. Оно было реальным и очень благоговейным.

Забавно, мать была достаточно близко, чтобы ее коснуться. Не знаю, что бы произошло, попытайся я это сделать. Я была так занята разговором, смыслом ее слов и зрительным контактом, что и не думала прикоснуться к ней. Теперь я хотела бы попытаться, чтобы посмотреть, что произойдет.

Не думаю, что говорила с ней вслух. Я думаю, что просто проговаривала что-то в уме, но полной уверенности в этом нет. Она отвечала мне столь же быстро. Преимущественно это походило на односторонний разговор ее со мной. Я словно пребывала в некоем мистическом состоянии, состоянии благоговения главным образом, и обучалась всему происходящему.

В камере я находилась тридцать или сорок минут. К концу видение превратилось в легкий туман, и она исчезла».

Этот опыт изменил жизнь женщины к лучшему. Она стала более раскрепощенной и приятной в общении. В периоды стрессов она видит мать в медитациях. «Я обычно вижу маму во время трудностей. Она успокаивает меня: «Ничего, обойдется, или все у тебя будет в порядке». Так приятно пообщаться с ней».

«ВСЕ ОНИ ВЫГЛЯДЕЛИ ВЕСЬМА ЖИВЫМИ»

Молодой человек двадцати шести лет, которого окружили привидения умерших родственников, пытался прикоснуться к ним. Он пришел в психомантеум с надеждой увидеть умершую сестру. Вот его история.

«Я сидел в комнате, но вдруг три человека вошли в нее и обступили меня. Выглядело это так, будто они вышли из зеркала, но я чувствовал, что этого не может быть, и поэтому был шокирован. — то последует, я не знал.

Я даже подумал, что вы пытаетесь разыграть меня. Поэтому я резко потянулся, пытаясь коснуться их, и моя рука дотронулась до занавеса.

Я все еще видел их. Я посмотрел на всех троих. Это были моя сестра Джил, мой друг Тодд и бабушка. Все выглядели вполне живыми и смотрели на меня.

Я не слышал голосов и не общался с ними. Все случилось так внезапно, я был шокирован. Они ничего не говорили, но смотрели доброжелательно, и я чувствовал, что они пытаются донести до меня, что у них все прекрасно.

Свет вокруг них был другим, не похожим на обычный. Они были подсвечены. Они казались счастливыми. Я чувствовал их присутствие. Они как будто были со мной в комнате».

Этот мужчина вполне мог бы выразить Одиссеево недоумение, когда тот безуспешно пытался обнять мать. Его заинтересовало, как протекало бы свидание, не пытайся он коснуться привидений. Теперь он планирует повторить свой опыт, позволив видению идти своим чередом.

ОТЛОЖЕННЫЕ ВИДЕНИЯ

Сорокачетырехлетняя женщина пришла в психомантеум, чтобы увидеть умершего два года назад мужа. Мы готовились целый день, обсуждая их отношения. Вечером она вошла в камеру видений. — асом позже она вернулась разочарованная. Бледное видение чего-то, что она приняла за мужчину, быстро исчезло. Общения не было.

Интересно не то, что произошло с этой подопытной в камере Подобно некоторым другим, ее свидание с привидением было отложено на другое время. Вот ее рассказ:

«Будучи там, я все время думала, что вижу что-то справа от меня в зеркале. Когда — я взглянула в зеркало, пытаясь рассмотреть это, образ исчез. Затем я снова стала просто смотреть и увидела что-то, как будто у моего правого плеча.

Я повернулась, чтобы посмотреть — но все пропало. Вроде бы это был человек, но кто именно — не могу сказать.

Затем я увидела другой образ. Я знаю, это был мужчина, но не имею понятия — кто. По правде говоря, я вначале подумала, что это вы пришли проведать меня.

Этот мужчина появлялся внутри и вне зеркала. Именно поэтому я повернулась, чтобы взглянуть направо. На отражение это не походило. Это была реальная форма, выходящая из зеркала, но когда я снова повернулась, чтобы посмотреть, она исчезла.

В этот момент я сдалась и покинула камеру — решила что со мной это не работает.

Я отправилась домой. В ту ночь я начала ощущать, что рядом кто-то есть. Я засыпала — и чувствовала кого-то в комнате. Я просыпалась — и чувствовала, что кто-то здесь, со мной, но по-прежнему не могла определить — кто.

На вторую ночь я проснулась с определенным чувством присутствия в комнате отца. Могу утверждать, что он пытался заговорить со мной, но не могу объяснить, что он пытался сказать. Проснувшись, я уже не могла уснуть.

Следующей ночью это повторилось. Это была уже третья ночь подряд, в которые я засыпала и просыпалась, чувствуя чье-топрисутствие в комнате. В этот раз я проснулась и почувствовала запах лосьона после бритья, которым пользовался отец.

Это не было грезой, это было очень конкретно, здесь и сейчас.

Я оглянулась, отец стоял у двери спальни. Я встала с постели и подошла к нему. Я была в четырех шагах от него. Он выглядел совсем другим, не таким как перед смертью.

Тело его было более плотным. Он выглядел благополучным.

Я не слышала его голоса, но понимала, что он говорит. Он не хотел, чтобы я беспокоилась. У меня было ясное ощущение — он говорит мне, что все в порядке.

Меня очень беспокоило, что папа умер в одиночестве. Никого не было рядом. У меня было много вопросов относительно его смерти, например, хватало ли ему кислорода, чтобы дышать ночью. Я очень переживала, я единственный ребенок, мама и папа разошлись.

Но, увидев его в ту ночь, я действительно получила ясное впечатление, что у него все в порядке, что мне не следует волноваться за него, что все прекрасно. Я просто знала его мысли, и он знал мои.

А затем он ушел. Я бодрствовала довольно долго после этого. Я чувствую, будто действительно побывала в его присутствии, и терять этого не хочу».

Женщину случившееся сбило с толку. Она приготовилась «увидеть» скончавшегося мужа, а вместо него увидела призрак отца. Она решила, что, возможно, СЗ не позволяет ей самой выбирать, с кем увидеться.

Взаимодействия такого типа, напоминающие инкубацию грез, происходили у многих посетителей психомантеума, обычно с теми, у кого ничего или мало что получалось в камере видений; то есть совпадения происходили по возвращении домой.

РЯДОМ С КРОВАТЬЮ БЫЛА ДОЧЬ

Подобное свидание произошло у шестидесятилетнего мужчины, который пятью годами раньше при очень трагических обстоятельствах потерял дочь. Он пришел в мое заведение, потому что оказался неспособным преодолеть горе.

В психопантеуме он ее не видел. Однако через два дня он позвонил мне и описал восхитительное свидание, случившееся предыдущим вечером.

«Я отправился в постель в одиннадцать тридцать, сразу после телевизионных новостей, и заснул, едва голова коснулась подушки. Следующее, что я знаю — я проснулся и, выпрямившись, сел в кровати. Я знал, что дочь в комнате. Я глянул на часы и отметил — два тридцать семь утра.

Джейн была рядом с кроватью. У меня было такое же чувство, как раньше, когда она возвращалась домой поздно из института и заходила в нашу комнату. Как будто она вернулась из института и просто заскочила сказать «привет».

Она замечательно выглядела. Она сияла, просто блистала красотой. Она была счастлива и искрилась. Она настойчиво повторяла мне: «Тебе следует успокоиться. Успокойся сию же минуту».

Я не слышал ее голоса, ни малейшего звука. Она направляла эти мысли мне, и они были столь сильными, что воспринимались почти как свои. Через ставни проникал свет с улицы, и я не мог хорошо ее рассмотреть. Должен сказать вам, что я все время бодрствовал. И вы знаете, я не из тех, кто воображает разное.

Это была моя дочь. Она говорила мне, что все в порядке, ей хорошо. Я понял, или она сказала, что смерть совсем не похожа на то, что я думаю. Она была счастлива и улыбалась. Она продолжала повторять:

«Успокойся. Я не могу быть здесь долго, но беспокоиться не о чем. Мне хорошо». И это все. Она сказала «пока» и ушла». Свидание длилось четыре минуты. Мужчина был убежден, что это никакое не привидение, а настоящая его дочь. «Это была не греза, это был обычный опыт, который вы можете иметь с любым человеческим существом, — говорил он. — Не сомневаюсь, что со временем увижу ее снова».

ФОРМЫ СВИДАНИЙ С ПРИВИДЕНИЯМИ

Я решил информировать посетителей психомантеума о возможности появления привидений по возвращении их домой. На практике с каждым новым сеансом я все больше узнавал об инициации видений умерших.

Я также объяснял посетителям, что спонтанные видения приходят в разных обличьях и могут задействовать все восприятия. Большинство из них — зрительные, когда человек действительно видит привидения усопшего. Бывают слуховые свидания с привидениями (27 % согласно одному исследованию) и осязательные (13 %).

Следующие три случая являются примерами слуховых опытов.

«ОН СЛИШКОМ СМУЩЕН, ЧТОБЫ РАЗГОВАРИВАТЬ»

Женщина-психиатр пришла в психомантеум в надежде увидеть отца, который в последние годы жизни оскорблял и обвинял членов своей семьи.

Для пробуждения памяти о нем она принесла отцовские поделки и семейные фотографии. Отец умер три года назад, и несколько лет до его смерти отношения между ними были очень напряженными и конфликтными. В свете этих плохих отношений результаты ее СЗ были весьма интригующими:

«Я немного просидела там, прежде чем это началось. Я видела разные образы, формы и цвета в зеркале, большей частью отрывочные. Я удивилась, услышав бабушку, вдруг начавшую говорить со мной. Я отчетливо слышала ее голос. Я спросила: «Бабушка, это ты?»

И она ответила: «Да, я». Затем она сказала: «Я здесь с Говардом и Кэтлин (мои усопшие тетя и дядя), и твой отец здесь тоже».

Я спросила: «Может он подойти поговоришь со мной?» «Нет, — ответила она, — он слишком смущен, чтобы разговаривать».

Я определенно чувствовала, что отец смущается из-за своего холодного отношения к детям в последние восемь лет жизни. Я также думаю, что им владела параноидальная идея относительно своих близких. Он полагал, что мы собираемся избавиться от него.

Из разговора с бабушкой мне стало ясно: он знает, что был не прав, и, вероятно, смущен тем, как себя вел и что говорил, а говорил он ужасные вещи.

О самом опыте. Я достаточно наслушалась шизофреников, болтающих о голосах, но они часто говорят о голосах, отдающих команды, или о бормотании и жужжании. Голос бабушки ничего общего с такими голосами не имел. Он звучал точно как ее голос. Похоже, она была близко. Я вовсе не ожидала встретить ее, но чувствовала, что она рядом со мной в камере».

«Я ЕЕ НЕ ВИДЕЛ, НО УВЕРЕН, ЧТО ОНА БЫЛА ТАМ»

Другим посетителем моего оракула мертвых, слышавшим сверхъестественный голос, был молодой человек лет двадцати пяти, пришедший «увидеться» с подругой, погибшей, когда им обоим не было двадцати лет. Хотя он не видел девушку, тем не менее опыт принес ему удовлетворение.

«Минут через пять я услышал голос подруги, погибшей во время аварии на орабле. Было очень похоже, что она оворит со мной. Я не говорю здесь о мыслях, грезах наяву, воображении. Я никогда не слышал ничего подобного.

Она просто разговаривала со мной и сообщила, что там, где она теперь находится — прекрасно. Я четко слышал каждое ее слово. В разговоре было что-то от эхо, как будто она говорила в жестяную трубу. Хотя, определенно, это был ее голос.

Мне было плохо после ее смерти. Всем нашим друзьям было плохо. Никто из моих друзей или семьи до этого не умирал, так что это было первое несчастье для меня. Я хотел сказать ей, что очень сожалею.

Это был замечательный опыт, очень убедительный. Я ее не видел, но уверен, что она была там».

«ЭТО БЫЛ ПРЯМОЙ ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ КОНТАКТ»

Я особенно волновался при наведенном видении следующей подопытной, так как она была первой, имевшей опыт умирания, из тех, с кем я работал. История ее печальна. — ерез несколько месяцев после гибели младшей сестры в автомобильной катастрофе она и сама едва не погибла, тоже в автокатастрофе.

В результате этой катастрофы она и приобрела опыт умирания, во время оторого видела усопшую сестру. Контакт произошел, когда она покинула вое тело, и принес глубокие эмоциональные переживания, неизвестные ей анее. Она описывала их так: «Я обнаружила, что физическое тело в действительности задерживает эмоции. Когда я нахожусь вне своего тела, мои эмоции обнажены. Когда я вне тела, то мои эмоции как бы встречаются с ее эмоциями. Это прямой эмоциональный контакт».

Меня очень интересовала возможность вызвать «видение» у этой подопытной, чтобы сравнить результаты СЗ с опытом умирания. Она описывала свой опыт наведенного видения так:

«Сначала я видела, как зеркало поднимается. Затем я увидела выходящие образы в форме каких-то очертаний и вспышек света. Потом я увидела красный свет с зеленым туманом в центре. И услышала, как моя маленькая сестричка сказала: «Я здесь».

Я произнесла мысленно: «Хочу увидеть тебя». И она ответила: «Так я здесь».

Тогда я постаралась расслабиться, но так и не сумела физически ее увидеть. Но я чувствовала ее! Я ощущала ее поцелуи в щеку, она при жизни всегда делала так же. Я слышала ее слова: «Я здесь».

Я не могла ее видеть, но знала — она там. Я чувствовала любовь в ее присутствии. Передо мной пронеслись короткие отрывки из прошлого. Я видела нас, сидящих в ее комнате и слушающих музыку.

Я чувствовала любовь в этот момент, такую же любовь я чувствовала, когда происходили действительные события».

Я попросил подопытную сравнить СЗ с ее предсмертным опытом. Тогда она идела свою сестру, в камере видений она е только слышала и ощущала. Но на уровне чувств различия невелики, сказала она. «Я могла слышать, как она говорит. Будто она наклонилась и говорит мне в ухо».

РАДИ ГОРЕСТИ И ЗНАНИЯ