Правовая культура. Вводный курс

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Правовая культура. Вводный курс

Да, похоже, слово «культура» настолько неопределенное, что является просто фоном для каких-то более очерченных понятий. Вы заметили, когда Андрей начал говорить о чем-то определенном, то сразу заменил слово «культура» на слово «искусство»?

Наверное, имеет смысл говорить о культуре только в приложении к чему-то: правовая культура, психологическая культура… И здесь слова «правовая» и «психологическая» – ключевые, несущие основную смысловую нагрузку.

– «Тварь я дрожащая или право имею?» Андрей, очень хочу задать вопрос о правовой культуре. Это ведь тоже культура! Правда, такого понятия в советском обществе не было вовсе. А ведь это не только юридический термин, это не просто знание параграфов разных законов, но и уровень осознания – чувства, что у тебя есть права. С уважительного отношения к собственным правам начинается уважение прав другого человека, а значит, и другой статус нашего сосуществования, нашего общения друг с другом.

– Я думаю, что правовая культура – это прежде всего знание своих прав, своей ответственности и внутренняя готовность защищать и то, и другое. К сожалению, в массе своей эта готовность у россиян категорически отсутствует. Мы не верим в то, что можем себя защитить. И прежде всего потому как мы не понимаем, что именно в таком случае мы должны защищать. Защищать кого-нибудь другого – это пожалуйста, тут мы, что называется, и «пасть», и «моргалы». А самих себя – нет, не умеем, не можем, не понимаем. Мы вообще живем с каким-то странным чувством… словно черепаха, у которой украли панцирь. Вот так живет целый народ, живет и чувствует себя беззащитным.

Зачем нужны законы, зачем они создаются? Если мы уйдем от обсуждения деталей, то увидим, что главная задача закона – защитить законопослушных, порядочных граждан. На первый взгляд это какая-то тавтология, но так и есть: законы нужны для того, чтобы защитить тех, кто не ворует, не мошенничает и не насильничает, от тех, кто всем этим занимается. То есть главная цель закона – защитить гражданина от всех возможных напастей, которые могут встретиться в обществе, во взаимоотношениях между людьми. Кроме того, законы призваны защищать тех, кто оказывается обездоленным перед лицом обстоятельств, чтобы они – эти обездоленные – не перешли в разряд тех, с кем закон вынужден бороться.

В любом случае закон – это то, что должно защищать. Это инструмент защиты. Но почему мы все поголовно впадаем в панику, когда слышим это ужасное слово из пяти букв – «закон»? В нашем массовом сознании закон ассоциируется с наказанием, а не с чувством защищенности. Вот это и есть правовое бескультурье, наследие тоталитарного прошлого. В тоталитарном государстве у его граждан формируется подсознательное чувство вины: «Страна столько для тебя сделала! Партия вся находится в перманентной заботе о тебе! Вождь ночами не спит, все думает, как твою жизнь улучшить! А ты?! Тунеядец и проходимец!» В общем, привыкли мы паниковать при слове «закон». И это то, что мы должны в себе изжить, выдавить, так сказать, по капле. Только когда отношение к закону в обществе изменится, только когда в законе перестанут видеть инструмент наказания, а будут видеть средство защиты, только в этот момент правовая культура и пойдет в гору.

Мы должны понять, что мы имеем право на защиту, что мы должны защищать себя сами, согласуясь с нормой закона, используя закон, чтобы отстоять свои права. Это моя жизнь, моя семья, мой дом, и я буду защищать все это где угодно. Понадобится – в суде, не в суде – так выйду на улицу и перегорожу дорогу (получив на то разрешение, разумеется). Вот когда появится в нас эта готовность защищать себя, это станет днем рождения нашей правовой культуры. Скажу вам по секрету: мне очень нравится, когда демонстранты перегораживают дороги, хотя это и доставляет мне как автомобилисту ряд неудобств. Люди реализуют свое право защищать свои права – по-моему, это замечательно. Они вышли на улицу, и я ими горжусь, они проявили эту готовность. Мне кажется, что правовая культура эволюционно формируется только таким образом.

А я обычно испытываю, мягко скажем, досаду, когда из-за разных демонстраций и митингов дороги перекрывают. Праведный гнев закипает и ярость благородная опять же: они что, не понимают, что ограничивают мою свободу передвижения?!

Может, действительно стоит как-то различать – ДЛЯ ЧЕГО, во имя чего люди решились причинить такие неудобства согражданам? Или это футбольные фанаты после матча от растрепанных чувств другим нервы треплют, или, действительно, это люди, которым что-то небезразлично, которые видят какую-то серьезную проблему и пытаются сообщить об этом мне и всем-всем-всем. Важна ПРИЧИНА, по которой тебя потревожили.

– И только когда я начинаю относиться к закону как к инструменту моей защиты, я начинаю им интересоваться, я начинаю его изучать. «Что он мне предлагает?», «Какими правами я располагаю?», «Как я могу поступить?» и так далее – вот все эти вопросы. Я хочу защитить свой бизнес, поэтому я изучаю налоговое законодательство, другие нормативные акты, определяющие работу бизнеса в России. Я начинаю эти документы читать, но главное – как читать! Предметно и пристрастно!

Мы имеем право на защиту, и мы будем защищаться. Мы звери мирные, мы не хищники в этом лесу, но если появляются волки, мы будем защищаться, и у каждого будет своя рогатина. Этой рогатиной является закон, который надо изучать, который нужно понимать, изменения которого, если это необходимо, надо требовать от депутатов. У нас же кандидат в депутаты не может сказать: «Я иду в Госдуму, чтобы внести такую-то поправку к такому-то закону». Его никто не поймет, решат, что он болен. А он-то, такой кандидат, как раз самый здоровый. Он предлагает нам улучшить закон, то есть наше средство защиты!

Мне кажется, сейчас ни один закон вот в таком смысле не воспринимается. И получается порочный круг: мы в закон не верим, поэтому не изучаем, поэтому не можем пользоваться, поэтому не можем его поправить, поэтому он нас не защищает, поэтому мы в него не верим. В каком же месте эту конструкцию можно разорвать? Андрей указывает на самое слабое звено.

– Мы не верим в то, что имеем право на защиту наших прав, – в этом проблема. У нас нет внутренней готовности защищаться, и поэтому нам все эти «рогатины» до лампочки. В результате приходят волки, и поминай как звали. Мы даже не сходили, не справились, в каком состоянии инвентарь! Но если ты понимаешь, что волк может напасть, если ты понимаешь, что ты будешь защищаться, – ты идешь и проверяешь рогатину. Так в правовом государстве человек идет и сверяется с законом: «Что там у нас в законе говорится? Какие у меня права? Чем они защищены?» А потом к депутату: «Товарищ, чини рогатину, а то я тебя другой рогатиной!» В общем, конструктивный разговор может получиться…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.