Глава 27 ЧТО ТАКОЕ МУДРОСТЬ?

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 27

ЧТО ТАКОЕ МУДРОСТЬ?

Знание изучает других,

Мудрость самоочевидна

Лао Цзы

Наш мир затоплен информацией, и мы захлебываемся в потоках данных. Каждый день приносит новые открытия, и в одной газете говорится о мире больше, чем кто-то живший несколько веков назад узнавал за целую жизнь.

И, в то же время, чего-то недостает. У нас в изобилии знаний, но мудрости? Это совсем другая история. Одного взгляда на то, сколько безумия и страдания в нашем мире, достаточно, чтобы с болезненной ясностью осознать, что нам отчаянно не хватает мудрости.

Эта нехватка вдвойне прискорбна, поскольку мудрость необходима не только для нормальной жизни отдельных людей и обществ, но и для пробуждения. Неудивительно, что ее так высоко ценят все великие религии. И иудеи, и христиане заявляют, что "мудрость — это величайшее благо", а Коран провозглашает: "Те, кому дана мудрость, воистину обрели изобилие благ". В индуизме развитие мудрости — это один из основных духовных путей йоги, тогда как в буддизме мудрость иногда считается самой выдающейся духовной способностью. Что же такое мудрость, и как ее воспитывать?

ЧТО НЕ ЯВЛЯЕТСЯ МУДРОСТЬЮ

Давайте начнем с того, что расчистим почву и скажем, что не является мудростью. Мудрость — это не просто знание или интеллект, и она не равноценна наличию каких-то особых переживаний или силы личности. Все это может быть ценным, но при этом полностью отличаться от мудрости.

Интеллект

Интеллект — это способность учиться, понимать, и мыслить ясно и логично. Это очень важные навыки, и их можно использовать для развития и выражения мудрости. Однако, мудрость — это гораздо больше, чем простой интеллект, потому что мудрость происходит от применения интеллекта к пониманию главных вопросов жизни.

Знание

Точно так же, мудрость больше, чем знание. В даосизме ясно говорится: "Тот, кто учен, не мудр". В то время как знание представляет собой просто приобретение информации, мудрость требует ее понимания. Знание смотрит на вещи объективно; мудрость исследует их субъективно, чтобы понять, что они значат для жизни, и как жить хорошо. Знание информирует нас, мудрость нас преображает. Знание — это что-то, чем мы обладаем, а мудрость — это то, чем мы должны становиться. Знание выражается в словах, а выражением мудрости служит наша жизнь. Знание дает силу; мудрость приносит силу и просветление. Буддизм утверждает:

Мимолетный проблеск Божественной Мудрости,

рожденный медитацией, более драгоценен,

чем любое количество знаний

Особые переживания

Яркие переживания, даже мощный духовный опыт — тоже не свидетельство мудрости. У каждого, кто на протяжении продолжительного времени усердно занимается духовной практикой, рано или поздно бывает замечательный опыт, включая экстатические видения, мощные эмоции, и проницательные догадки. Однако, видения и догадки могут быть ложными, и любой опыт, в конце концов, исчезает. Мощные переживания не обязательно свидетельствуют о мудрости, равно как и необязательно ведут к мудрости. Важно то, как мы относимся к своему опыту, и чему мы из него учимся. Это один из самых главных секретов духовной практики.

Эффектные переживания могут нас обольщать, или же вдохновлять. Если они нас обольщают, мы становимся привязанными к ним и пытаемся их продлить и повторить, вместо того, чтобы отказаться от них и перерасти их. Тогда мы забываем о том, что, по словам Григория Нисского, "милости, которые мы получаем на каждом этапе, действительно велики, но путь, лежащий за пределами непосредственной досягаемости, бесконечен".

К еще более разрушительным последствиям ведет использование мощных переживаний не для самопревосхождения, а для самовозвеличивания, чтобы казаться другим каким-то особым, важным, или просветленным. Это может случаться очень быстро. Много раз, когда у меня было какое-то глубокое прозрение, я в следующий момент вдруг осознавал, что мой ум раздувается от гордости и планирует, как объявить миру о моем открытии. Это духовный материализм — тенденция привязываться к духовному опыту и обращать его на эгоистические цели. Полезным противоядием от этого может служить следующая дзенская история:

Молодой монах вдруг вскочил со своего коврика для медитации и побежал в комнату учителя. Даже не остановившись, чтобы снять обувь, он вбежал к учителю, который сидел и читал, и, запыхавшись, объявил, что у него только что было видение золотого Будды, испускавшего свет. "Не беспокойся" — отвечал учитель, даже не поднимая глаз от книги. "Если ты будешь продолжать медитировать, это пройдет"

Конечно, глубокие переживания могут вести к мудрости. Но их следует тщательно изучать, проверять, обсуждать с учителем, и использовать для обучения и развития непривязанности. Мудрость может вырастать из опыта, но она значительно больше, чем просто опыт.

Сила личности

Мудрость — это также нечто большее, чем сила личности. Яркий учитель может совершенно очаровывать учеников, которые верят, что признаками духовной зрелости должны быть сила личности и харизма.

Это далеко не так. Бывают самые разнообразные учителя. У некоторых из них может быть доминирующий характер; другие, напротив, спокойны и скромны. Очень важно не принимать по ошибке силу и характер за глубину.

Сила может быть тем более соблазнительной, если она включает в себя явные психические способности. В течение более чем ста лет существование психических способностей было темой, вызывавшей в науке наиболее яростные споры, сопровождавшиеся огромным количеством вздора и взаимных оскорблений. Всякий, кто думает, что ученые всегда ведут себя спокойно и рационально, может излечиться от этого заблуждения, почитав литературу по парапсихологии. Накапливающиеся данные, как будто, свидетельствуют в пользу существования психических способностей, но наблюдаемые эффекты обычно весьма малы.

Великие религии тоже соглашаются с тем, что психические способности возможны. Однако, все они в один голос утверждают, что психические силы нельзя считать признаком мудрости или духовной зрелости, и что они бесконечно менее важны, чем задача освобождения. Как правило, великие религии считают психические способности чем то побочным или второстепенным, к чему не следует специально стремиться. Если такие силы все же проявляются, их нужно использовать с умом, и только для блага других. Об этом прекрасно говорит древняя легенда.

Однажды Будда и его ученики пришли к реке и терпеливо ожидали, пока лодочник сможет их перевезти. Пока они ждали, Будда учил группу собравшихся вокруг него мирян. Вдруг появился йог, который посвятил годы развитию психических способностей. Желая произвести впечатление на толпу, он перешел реку туда и обратно, как посуху, а потом с вызовом предложил Будде повторить его подвиг.

"Скажи мне" — спросил Будда — "Сколько берет лодочник за перевоз?"

"Немного, всего несколько медяков" — отвечал удивленный йог.

"И, значит, вот чего стоят твои психические силы" — сказал Будда.

Определение мудрости

Мудрость — это глубокое понимание и практическое мастерство в главных жизненных вопросах, особенно, в экзистенциальных и духовных вопросах.

Экзистенциальные вопросы — это те жизненно важные и универсальные проблемы, с которыми все мы сталкиваемся просто потому, что мы люди. К их числу относятся поиски смысла и цели жизни; поддержание отношений и умение справляться с одиночеством; признание нашей незначительности и ограниченности в непостижимо огромной вселенной; жизнь в неизбежной неопределенности и тайне; и необходимость иметь дело с болезнью, страданием, и смертью. Человек, который достиг глубокого понимания этих вопросов — и умения справляться с ними — действительно мудр.

ДВА АСПЕКТА МУДРОСТИ

Еще со времен древних греков, размышлявших о мудрости, было принято считать, что она включает в себя два разных, но взаимосвязанных элемента: визионерский, или аспект понимания, и практический, или прикладной аспект.

Видение и понимание

Визионерский аспект мудрости происходит от умения видеть глубоко и ясно, проникая под поверхность внешней видимости вещей и распознавая более глубинную природу сущего и жизни. Для этого требуется чрезвычайно утонченное сознавание, характеризующееся ясностью, остротой, и проницательностью. Эта проницательность, в значительной мере, обусловлена сосредоточением, и в классическом буддизме сосредоточение считается предшественником или непосредственной причиной мудрости.

Видение дает интуицию, из которой рождается понимание. Ясное, сосредоточенное видение позволяет видеть вещи такими, как они есть, а понимание рождается из активного исследования и анализа того, каковы вещи. Исследование столь важно, что буддисты относят его к числу семи факторов просветления — тех качеств и способностей ума, что необходимы для глубокого пробуждения. Неоконфуцианский мудрец обещал: "Если человек проникает в глубину себя, исследует, изощряет и утончает себя, то однажды наступит день, когда он обретет самопросветление".

Точно так же, великий неоконфуцианец Ван Ян Мин сообщал, что его собственное просветление случилось, когда он осознал значение фразы: "исследуй вещи так, чтобы знание могло дойти до предела".

Исследуя вещи, мудрость способна выявлять важнейшие принципы и их следствия для благополучной жизни. На простом уровне она распознает причинно-следственные взаимосвязи, например: "Такого рода поведение ведет к страданию; такой образ мышления способствует счастью". На более сложном уровне мудрость способна создавать целые психологии и философии, которые точно формулируют и объясняют визионерские догадки мудрости и их практические приложения.

Визионерский аспект мудрости видит и исследует три вещи: жизнь, ум, и природу реальности.

Жизнь

Мудрость исследует природу жизни и размышляет о ней, особенно, о причинах счастья и о причинах страдания и средствах избавления от него. Она видит, что в мире существует огромное количество ненужных страданий, большую часть которых вызывают люди, ослепленные такими разрушительными силами, как алчность или ненависть. Мудрость видит, что некоторые поступки — например, аморальные или продиктованные алчностью — ведут к кратковременному удовольствию и к гораздо большей долговременной боли, тогда как другие, например, нравственные или великодушные — ведут к стойкому благополучию. Люди настолько часто не замечают этого, что ведут жизнь, которая препятствует самой возможности счастья.

Визионерская мудрость видит, что привычный образ жизни изобилует страданиями. Практическая мудрость начинается тогда, когда человек сознает, что должен быть лучший образ жизни и посвящает себя его нахождению. Начинаются поиски пробуждения.

Ум

Мудрость распознает ужасающую власть ума создавать и омрачать переживания, порождать экстаз или страдание, обучаться или пребывать в застое. Коль скоро вы оценили по достоинству всепоглощающую силу ума, обучение тому, как действует ваш ум и как его воспитывать, становится жизненно важной задачей.

Мудрость видит, что нетренированный ум — дикий и неуправляемый. Но она также сознает, что ум можно тренировать, подчинять себе, преобразовывать и превосходить, и что это необходимое средство для достижения счастья, воспитания любви и альтруизма, и освобождения. Тренировка ума становится первоочередной задачей, и эта тренировка, в свою очередь, способствует дальнейшему росту мудрости.

Природа реальности

Всесторонне исследуя собственный опыт, мудрые люди проникают взглядом вглубь фундаментальной природы реальности и в результате этого начинают заново открывать для себя аспекты вечной философии. Для них это не просто теоретическое знание, но, скорее, непосредственное личное осознание, рождающееся из проницательного исследования жизни, мира, и ума.

Мудрые люди узнают много такого, что остается скрытым от обычного человека, и, в то же время, они, как это не парадоксально, также узнают, что существуют пределы познания. Познание всегда частично, интеллект ограничен, и наше понимание конечно в бесконечной вселенной, полной необъяснимых тайн. Осознание и признание этих пределов — это неотъемлемые качество мудрости, а также, как мы увидим, необходимые средства для ее развития.

Практическая или прикладная мудрость

Практическая мудрость представляет собой искусство жить и, особенно, умение подходить к главным, экзистенциальным вопросам жизни. Это образ жизни, который выражает визионерский аспект мудрости, ее способность к пониманию. В глубочайшем случае — это жизнь sub specie aeternitas, по законам вечности, или, как сказали бы даосы, "в гармонии с Дао".

Широкое видение и глубокое понимание ведут к признанию ценности "естественного закона", а также "естественной нравственности" и "естественного образа жизни". Это, соответственно, правовые системы, мораль, и образ жизни, естественным образом следующие из фундаментальной природы реальности, созвучные ей, и пробуждающие нас к ней.

Эти идеи воплощает в себе конфуцианский идеал благородного или святого (шен-йен) человека. Согласно ему, благородный человек — это "несравненный учитель эпохи, живущий в совершенном согласии со всеми принципами и в полной гармонии с природой и обществом".

На всех стадиях развития люди могут стремиться быть нравственными и добрыми, но, пожалуй, лишь мистический опыт и рождающаяся из него мудрость дают однозначный ответ на фундаментальный вопрос: "Зачем быть нравственным?". Без непосредственного осознания нашего единства со всеми людьми и всей жизнью мы можем только пытаться придумывать способы оправдания нравственной жизни, рассматривая и сопоставляя идеи справедливости и точки зрения разных людей. Такого рода рассуждения, безусловно, очень ценны, но могут страдать ограниченностью, и передовой исследователь морального развития Лоуренс Кольберг делал вывод:

Даже самый высочайший уровень аргументации справедливости не может дать адекватного ответа на вопрос: "Зачем быть моральным?"... единственная этико-онтологическая ориентация, которая выглядит способной привести к полностью адекватному разрешению высших моральных вопросов: "Зачем быть нравственным?" "Зачем быть справедливым в явно несправедливом мире?" — это космическая перспектива. Представляется также, что эта ориентация основана на определенного рода трансцендентальном или мистическом опыте — непосредственном переживании уровня, на котором внутренняя сущность (самость) человека и вселенная оказываются едиными.

Мистический опыт создает основу для зрелой мудрости, которая, в свою очередь воспитывает зрелые надличностные этику, мотивацию, эмоции, и служение. Поэтому мудрость дает нам возможность жить в гармонии с другими и состраданием к ним. Эти освященные веками идеи недавно нашли поддержку у ученых, которые пришли к выводу, что мудрые люди, которых они исследовали, "выходят за пределы личных амбиций и обращаются к коллективным или универсальным проблемам". Буддизм называет это союзом мудрости и сострадания, поскольку мудрость естественным образом выражается в служении другим.