Когда они уже не дети

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Когда они уже не дети

Быть подростком в Америке нелегко: с тобой обращаются то как со взрослым, то как с ребенком. Студенты колледжа уже живут отдельно от родителей, но алкоголь им еще не продают. Восемнадцатилетние имеют право голосовать и записываться в армию, но для нас остаются детьми, которых нужно контролировать и опекать. Из-за непоследовательности взрослых подростки и сами не знают, как себя вести. «Когда ты еще не взрослый, но уже не ребенок, – объясняет Нэнси Дарлинг, профессор Оберлинского колледжа, специалист по подростковому возрасту, – то постоянно сталкиваешься с противоречивыми требованиями и ожиданиями. И от этого вечно на взводе».

Если мы с малых лет не доверяем детям работу по дому, заботу о младших и всячески ограничиваем их самостоятельность, то в какой-то момент приходит расплата. Подростки не представляют, как распоряжаться внезапно полученной свободой, что в свою очередь ведет к ухудшению отношений с родителями. Как отметил Джеффри Арнетт, профессор психологии университета Кларка: «Особенность американцев – в том, что мы ничего не ждем от подростков. Не рассчитываем, что они будут сами готовить, убираться, присматривать за маленькими сестрами… Исключение составляют лишь семьи иммигрантов из Латинской Америки и Азии». По словам Арнетта, мы воспитываем в детях толерантность и высокую самооценку, но забываем привить им чувство благодарности к семье.

Американские родители ждут переходного возраста с ужасом. Дети полностью перестают с ними считаться (особенно это относится к белым американцам из обеспеченных семей). «Они не выполняют просьбы, огрызаются, грубят, высмеивают внешность и манеры родителей, – объясняет Арнетт. – Доходит до того, что подростки стесняются показываться с ними на людях». За все время работы Арнетт не встречал ничего подобного ни в одной стране мира. «Думаю, нынешнее поколение родителей так хочет подружиться и эмоционально сблизиться со своими детьми, что готово терпеть и грубость, и неуважение», – предполагает он.

Лора, живущая в Швеции мама из Америки, пересказывала мне наблюдение своей шведской коллеги, которая ездила в Штаты, будучи подростком. Девочка с удивлением обнаружила, что в представлении американцев тинейджер по определению конфликтует с родителями. Она не понимала почему. В ее жизни ничего подобного не было. В Швеции подростки имеют право употреблять алкоголь (правда, только дома), голосуют с восемнадцати лет, а родители, решившие научить свое чадо уму-разуму при помощи рукоприкладства, рискуют угодить под суд. В Японии тинейджеры довольно много времени проводят дома; в целом у них гармоничные отношения с родными. Никто не ждет, что дети отдалятся от семьи: во-первых, в Японии гораздо больше сходства между взглядами их родителей и их сверстников, во-вторых, проживание под одной крышей с мамой и папой не считается признаком несамостоятельности. Американцы же, с одной стороны, рассматривают подростковый бунт как норму, а с другой – пытаются удержать ребенка под контролем.

В результате подростки ищут свободу где угодно, только не в стенах родного дома.

Все дело в том, что мы из самых лучших побуждений пытаемся оградить тинейджеров от необходимого им жизненного опыта. Скорректировав собственное отношение к подросткам, в частности переложив на них часть работы по дому и поверив в их способность отвечать за себя, мы могли бы сделать переходный возраст менее болезненным как для детей, так и для нас самих. К несчастью, вместо этого мы предпочитаем контролировать их поведение и требуем в первую очередь отличной учебы, не задумываясь об остальном.

В странах, для которых характерен наименее проблемный подростковый период, родители поддерживают тесную связь с растущими детьми и в то же время не мешают им вести себя по-взрослому. Нэнси Дарлинг полагает, что в этом отношении всем стоит поучиться у шведов. «В Швеции родители считают своим долгом поддерживать ребенка на пути к независимости. Детство переходит в юность практически безболезненно. Подростки, видя в глазах взрослых понимание и приятие, не боятся обращаться к ним за советами и поддержкой». В этой стране отношения между поколениями строятся на компромиссах. Опрос, в котором приняли участие более тысячи шестнадцатилетних шведов, показал: 72 % считают, что родители придерживаются «демократического» стиля общения.

У Катарины трое сыновей – девятнадцати, семнадцати и двенадцати лет. Во время телефонной беседы она рассказала, как удалось создать в доме атмосферу доверия и самоконтроля, присущую, по ее мнению, большинству шведских семей. Взаимное доверие не возникает ниоткуда, основу нужно закладывать, когда дети еще совсем маленькие.

Едва мальчики произносили первые слова, Катарина и ее муж Юхан начинали активно с ними общаться. «Мы постоянно с ними разговаривали. Но никогда не указывали, что им делать. Обсуждали, договаривались, искали компромисс. Мы не хотели, чтобы дети нам подчинялись. Нам нужно было, чтобы они поняли, зачем делать то-то и то-то». Мальчики видели, что родители уважают их мнение, – и стремились оправдать доверие.

Катарина и Юхан не считают себя вправе принимать решения за сыновей. Задача любящих родителей – научить детей действовать взвешенно и самостоятельно. Катарина объясняет: «Я хотела, чтобы они прислушивались к внутреннему голосу, осознавали, почему нужно поступать так, а не иначе. Если вы чересчур контролируете детей, то они со всем соглашаются, но поступают наоборот. А когда верите в их способность принимать верные решения, им незачем обманывать вас за вашей спиной».

Конечно, есть вещи, которые не обсуждаются: ремни безопасности, велосипедные шлемы, время возвращения домой и так далее. Катарина и Юхан не во всем потакают детям и придерживаются четких требований. Но основополагающий принцип их воспитания – у ребенка должно быть собственное мнение. Именно поэтому Катарина задает мальчикам так много вопросов: она хочет, чтобы они научились прислушиваться к себе и разбираться в своей мотивации.

Если она узнает, что сын идет на вечеринку, где скорее всего будет алкоголь, Катарина не станет запрещать ему пить. Вместо этого они обсудят, почему у него может возникнуть подобное желание: «Ты чувствуешь себя неуютно в этой компании? Или стесняешься подойти к девушке? Прежде чем сделать что-то, спроси себя, зачем ты это делаешь». А еще напомнит, что злоупотребление алкоголем зимой в Швеции нередко приводит к фатальным последствиям – всегда есть риск уснуть на улице и замерзнуть насмерть. Катарина понимает, что родители должны устанавливать рамки, но дети растут, и рамки размываются, их постепенно заменяет взаимное доверие.

Ребенок научится отвечать за себя и свои поступки только в том случае, если будет чувствовать, что его жизнь – это его жизнь и у него есть право принимать решения. Все начинается с права выбрать футболку, в какой идти в школу (даже если вам и кажется, что она не подходит к брюкам), или дополнительный иностранный язык, но, хотя Катарина и ее муж не всегда одобряли решения сыновей, они всем сердцем поддерживали их право выбирать.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.