Поиск

Поиск

Словно занятой пчеловод человеческого улья, очевидно, я нахожусь в поиске путей раскрытия потенциала города как интеллектуальной человеческой системы. Когда-то я считала, что нам нужны эксперты, которые могут указать нам, что и как поменять в городе, дабы оптимизировать качество человеческой жизни. И вправду, для того чтобы предлагать подобные экспертные услуги, возникли целые профессии градостроителей, социологов, экономических советников, социальных девелоперов, специалистов по прогнозированию в сфере здравоохранения и образования, а также девелоперы инфраструктуры и собственности (Fainstein & Campbell, 2003; Gottdiener & Hutchison, 2006). Они собрали обширные совокупности качественных и количественных данных, накопили огромные базы знаний, выстроили инфраструктуры технологий управления и создали изощрённые программы по картированию глобальной информационной системы (ГИС). Однако, невзирая на факт, что большинство этих услуг технологически продвинуты, они зачастую отчуждены друг от друга и от людей, которые проживают реальности каждодневной городской жизни.

В течение последних десяти лет мною двигало любопытство – я хотела понять, как выстраивать мосты между мудростью жителей и знанием экспертов. Моя коллега Энн Дейл (Dale, 2001; Dale & Onyx, 2005) осуществляла сходный поиск способов навести мосты между тем, что она называет внешними хранилищами, внутренними трубопроводами и персональными прибежищами в городе. В процессе изучения динамики человеческих систем в сообществах и (в более позднее время) городов, я научилась у обычных граждан тому, что они вполне способны ответить на четыре простых вопроса, которые проливают свет на потенциал их городов. Я собрала эти данные посредством опросов, круглых столов, архивной работы и этнографического анализа, фокусных групп и записи открытых бесед. Держа в уме книгу Джеймса Суровецки «Мудрость толпы» (Surowiecki, 2004), я прихожу к убеждению, что вопросы могут сыграть ключевую роль в раскрытии метамудрости города.

Четыре простых вопроса в самой постановке своей признают ценность предмета, и, по сути, весьма эффективны.