ВЛИЯНИЕ ПЛАТОНА

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ВЛИЯНИЕ ПЛАТОНА

Если утверждения Ванденберга правильны, то у меня возникает занятное предположение: а что если Платоновская аллегория могилы в действительности является пародией на Оракула Мертвых в Эфире? В «Республике» знаменитый философ писал об ограниченности человеческого знания и о нашем общем пренебрежении реальностью. Это то же самое, что жить в могиле и не знать, какие чудеса происходят сверху, на поверхности земли. -тобы это показать, он и использовал аллегорию. В Оракуле Эфира подобных сравнений тоже немало. Люди содержатся в подземных кавернах, тени ложатся на стены от мерцающих огней, прислужники склоняются и убеждают клиентов в реальности теней, а когда этих пленников, наконец, освобождают, их ведут сначала на поверхность земли, а затем к воде.

Платон был искусным пародистом, и особенно проявил этот талант в своих средних диалогах. Некоторые из философов – приятелей Платона – известны сегодня только благодаря его карикатурным пасквилям.

Оракул Мертвых в Эфире определенно функционировал при жизни Платона, и, несмотря на его отдаленность от оживленных путей, существует убедительное свидетельство, что люди стекались туда во множестве.

Без сомнения, хорошо информированный Платон все это знал; у нас нет оснований сомневаться и в том, что популярность оракула лила воду на его мельницу.

Не может ли быть так, что именно Оракул Мертвых в Эфире использован Платоном в VII книге «Республики»? Рассмотрите этот отрывок:

«Позвольте мне фигурально показать, насколько наше естество просвещенное, или неосвещенное: – Задержись! -еловеческие существа, живущие в подземелье, открывают рот на свет и постигают все через это подземелье; здеоь они находятся с детства, их ноги и шеи в цепях, так что они не могут двигаться и могут смотреть только перед собой, потому что цепи не позволяют им повернуть головы. Над ними и сзади них блестят на расстоянии огни, и между заключенными и огнями проложен путь; и вы увидите, если приглядитесь, низкую стену, построенную вдоль пути, подобно экрану, перед которым актеры показывают кукол».

Признаю, что эта удручающая аллегория в какой-то мере пародирует Оракул Мертвых в Эфире. В обоих случаях есть кое-что общее: странные обитатели подземного мира никогда не видят дня, анонимные служители склоняют узников к вере в реальность танцующих на стенах пещеры теней, вызванных колеблющимся пламенем. Узников в конце освобождают и ведут сначала на солнечный свет, а затем к воде.

В тексте есть намеки, что это сатира Платина на Оракула Мертвых. Ранее, в «Республике», Сократ намекает на инцидент, в котором Периандр посылает делегацию в Эфир для вызова своей жены из Подземного мира.

Большинство анализов аллегории фокусируется на бедных узниках, Сократ же упоминает других обитателей могилы, а именно служителей, которые производят тени, чтобы одурачить заключенных. Я полагаю, что эти служители – гиды, сопровождавшие искателей привидений, а узники представляют самих искателей. Возможно, что гидами были киммерийцы, которые по обычаю всю жизнь проводили в темноте.

Подозреваю, что Платон держал в уме Оракула Мертвых в Эфире при написании своего знаменитого мифа. К несчастью, многие вопросы остаются без ответа вследствие тревожных событий, охвативших Эфир.

В 280 году до н.э. Пирр, царь Эфира, героически выступил с армией в двадцать пять тысяч человек и разбил армию римлян. Год спустя он снова разгромил римлян, но потерял в битве очень много воинов, и его армия была почти уничтожена. «Еще одна победа, – заметил Пирр, – и мы побеждены». Так родилось выражение «Пиррова победа», означающая, что можно победить, все потеряв.

Победы Пирра обозлили Рим, и, столетие спустя, римляне захватили Эфир и превратили в руины семьдесят городов. Разрушен был и Эфир. Руины оракула все еще существуют, но записи о событиях, происходивших внутри, погибли. Нам, живущим в XX столетии, остались собственно руины, очень немногие разрозненные исторические, литературные и антропологические источники – все они весьма интересны, но не больше, чем эхо прошлого.