Расплата за избавительство. Я – жертва

Расплата за избавительство. Я – жертва

06.05.2001

При вступлении в должность Полины я у нее спросила: «Что будет входить в круг моих обязанностей?»

– Галюсик, ну делай пока то, что делала.

– Но до сих пор определенного круга обязанностей у меня не было.

– Для того чтобы определить круг обязанностей каждого, я должна сесть рядом с каждым и посмотреть, что он делает, а у нас сейчас баланс.

Когда Полина увидела постановку учета в бухгалтерии, которая единственная из всех отделов работает сверхурочно, то сказала, что это отдел, который надо организовать иначе, чтобы у нас все было «как часы». Я обрадовалась и стала наблюдать, как же она это будет делать. Себя же я зарекомендовала «суперлошадью», к большому сожалению. Основной этап сейчас – сдать квартальный баланс. И я «начала входить в ее положение», то есть «помогать без меры».

Как следствие, мы только вдвоем с ней работаем три недели в рабочие дни до 9–10 вечера, все майские праздники плюс все выходные по полному рабочему дню. Я похудела, вынуждена пропускать занятия в Академии, переплачивать няне, пропускать субботнюю группу и баню. Апофеоз – мой приход в 6:00 утра, который, конечно, никто не оценил.

Вчера, в субботу, когда я взмолилась, что устала и ничего полезного не сделаю, кроме ошибок, она меня все равно не отпустила. Я играла роль Избавителя, сегодня же, решив не быть лошадью, стала Жертвой.

Сегодня я проработала с 9:00 до 19:00. Встала, стала собираться, сказав, что завтра задержусь, так как зайду в поликлинику. И тут она разразилась тирадой с элементами (на мой взгляд) шантажа! Разговор обошел по кругу трижды. Когда же она поняла, что я все-таки ухожу (и правильно, нельзя было, собравшись, оставаться, хотя если бы я просто сидела, делая вид, что работаю, – ее бы это устроило), так вот, когда она поняла, что я ухожу, она сказала:

«Раз ты так, я тоже – так. А наши отношения с тобой закончены!»

Прогноз: Полина пожалуется А.Б., что я ее бросила в самый ответственный момент (т. е. за час до сдачи баланса), и она вынуждена была делать все сама. Забудет упомянуть обо всех наших общих выходных и ночных бдениях. Правда, не знаю, как она будет вести себя завтра.

Посоветовалась с М.Е. по телефону, он полностью меня оправдал, указав на основную ошибку: я уступила один раз, после чего это вошло в систему. С ней продолжать отстаивать позицию – не оставаться сверхурочно. Ждать, чтобы первой пошла жаловаться Полина, после чего прийти со своими записями и графиком работы по сверхурочным, где показать А.Б. график сверхурочных, воспроизвести разговор с ней и объясниться.

Но самой ни в коем случае не ходить.

09.05.2001

В течение дня я почувствовала, что опять подхватила простуду. Второй раз за месяц. Начала подниматься температура, заболело горло, заложило нос.

Учитывая предыдущее объяснение с Полиной и решив до приезда директора работать только в рабочие часы, раньше уходить не стала. Поднялась в 18:00 вместе с другими девчонками и засобиралась домой.

– Галя, я тебя прошу задержаться на полтора часика, чтобы обсудить изменения в программе с программистом.

Сажусь на стул, жду, когда уйдут девчонки, и спрашиваю:

– Полина, ты мне можешь хотя бы приблизительно назвать дату, когда у нас закончатся сверхурочные?

Начинается длинный диалог, в конце которого я говорю:

– Хочу поставить тебя перед фактом, что сверхурочно в выходные я выходила в виде исключения, но сейчас, когда это стало системой, не могу. У меня есть ребенок, от которого я не откажусь, и Академия, которую бросать не собираюсь.

– Галя, я ультиматумы терпеть не могу.

– Это не ультиматум, я тебя как руководителя просто ставлю в известность.

– Ну что ж, тогда пусть для тебя не будет неожиданностью, если мы будем обсуждать этот вопрос у А.Б.

– Давай обсудим.

– Либо придется расставаться, раз я не могу на тебя положиться как на зама.