Что такое — верить?

Что такое — верить?

Веровать — есть свойство сущности. Личность не может веровать, личность может только доверять. Незнание этого приводит к колоссальному количеству трагических, драматических и юмористических последствий.

Ах, личность, личность, где ты ныне,

какие топчешь ты цветы

неописуемой красы

в угоду собственной гордыне?

Личность по устройству своему не обладает качеством тотальности и потому веровать не может. Даже так называемая зрелая личность. Вера есть тотальное чувство, рожденное тотальным переживанием. На это способна только сущность. Вот почему так трагичны детские разочарования, почему мы все помним детские предательства, измены, горести. Ибо все это было пережито тотально. Именно для того, чтобы человек так не жил, и созданы механизмы социального давления и регулирования, которые не дают человеку быть тотальным. За редким исключением, в очень специфическом социуме, где это качество приветствуется, как было с Махариши.

Человек, идущий по Пути, должен пройти путь от ребенка до сущностно взрослого человека, который в состоянии веровать неколебимо, веровать так, как написано во всех священных писаниях. Только такая вера может завершить и совершить реальную трансформацию, реальное преображение.

Пренебрежение к работе и тренингу, связанному с развитием сущности, говорят только об одном — ни о каких серьезных притязаниях, с точки зрения Пути, речи не идет. Грубая логическая цепочка: веровать может только сущность, сущность надо развивать, чтобы уверовать, уверовать для реального преображения.

Я замечаю, что наши люди часто не эффективны в социуме по той простой причине, что «знают», от чего зависит социальная эффективность: от социального статуса, социальной важности, официального признания либо от умения обхитрить, обыграть. Но поскольку человек, вставший на духовный путь, по определению асоциален, в этом отношении он оказывается как бы между двух стульев. Он — не очень со статусом, даже если этот статус есть, и он — не очень социальный игрок, даже если такие наклонности, дарования имеются. Возникает внутреннее чувство, что он непохож, отграничен от всех других людей Законом, который он сам для себя принял.

Закон. Содержание ритуальной процедуры Традиции — «встать под Закон» — заключается в том, что человек внутренне принял Закон и поставил его над собой, чтобы в соответствии с этим жить и действовать. На уровне самосознания это — плюс подкрепление: япринял духовный закон, яего исполняю, для меня это смысл и свет. На уровне же личности, в ее глубинах, этот поступок порождает чувство социальной вины, социальной измены. Подсознательное чувство вины рождает подсознательную же агрессию, которая выражается в пренебрежительном отношении к социуму. Такая психологическая защита. «Социум приходит и уходит, а духовность остается!» Оно так и есть с точки зрения исторической, но с точки зрения конкретной жизни все это здесь и сейчас. Как избавиться от чувства вины перед социумом и бахвальства своей нарождающейся духовностью? Только с помощью Веры.

Вера. Вера, согласно нашим представлениям, это осознанная преданность. Вера, которая не есть осознанная преданность, а просто преданность, чревата дилетантизмом. Человек как бы и верует, искренне, азартно, но самовыражение не может заменить отсутствия квалификации Он не в состоянии реализовать свою веру. Такая вера суетна и при любом поражении чревата сомнением и гибелью энтузиазма. Осознанная вера — это вера человека, который знает, что вера — это еще и сила. Такой человек понимает, что, в принципе, основная проблема — в способности веровать.

Люди, вставшие на Путь, часто ведут себя в социуме по принципу: «Извините, мы вот, некоторым образом, у нас вот Традиция, мы понимаем, что она не совсем полноценная, вот, какая-то такая не совсем такая, ну, в общем, ну все-таки духовная. И лидер у нас такой, вот, понимаете. Он говорит, правда, что ей пять тысяч семьсот пятьдесят семь лет, и мы, в общем-то, ему верим. Так что подайте Традиции ради». Естественно, какая ж тут эффективность. Человек постоянно забывает, что он часть Традиции, а следовательно, лишает себя очень многих возможностей.

Такой комплекс получается: котлеты отдельно, мухи отдельно; духовность отдельно, а моя социальная жизнь отдельно. То, что применимо в духовной жизни, неприменимо якобы в социуме. Основываясь на своем личном, довольно богатом опыте говорю: «Это совершенно не так».

Мы существуем и развиваемся только потому, что у нас всегда есть возможность действовать эффективно, опираясь именно на знания, данные Традицией. Если вы помните, на технологическом языке основная методологическая цель, которая ставится на Пути: резонансное взаимодействие между субъективной и объективной реальностями со всеми вытекающими отсюда последствиями. Последствий этой позиции очень много и в большинстве своем они несколько непривычны, потому эта информация, в соответствии с законами психологии, в первую очередь и забывается.

Если действительно нужно, нужно по принципу — для себя, для людей, для храма — то есть для нашей работы, любой из нас может получить любую информацию, которую нужно иметь в данный момент для данной ситуации. Одно из происшествий, которое встречается на Пути, — это момент, когда вы становитесь человеком, который знает все, что нужно знать для данного момента времени, и имеет все, что нужно иметь для данного момента времени. Как только вы избавляетесь от синдрома гарантированного будущего, вы это качество и обретаете. Вы превращаетесь из человека, которому все время чего-то не хватает, в человека, у которого все уже есть. Все, что нужно в данный момент времени для данного момента времени (принцип мистерии.)

Это как бы азы, но это должно случиться. А чтобы это случилось практически, надо поверить в то, что это возможно. Поверить и проверить. У кого вот сейчас, вот в данный момент времени, чего-то не хватает для данного момента времени? У кого? У всех все есть. Если взять каждый конкретный момент жизни — все, что необходимо, есть.

Выключается синдром гарантированного будущего — сразу все есть, включается — почти ничего нет. Естественно, психология человека, у которого почти ничего нет, очень сильно отличается от психологии человека, у которого все есть.

Самодостаточным человеком управлять, манипулировать невозможно. Поэтому все манипуляторы прежде всего пугают человека, пытаются увеличить его чувство неполноценности. «Ты думаешь, у тебя только этого нет? У тебя еще и вот этого нет. Ты думаешь, что только так должно быть? Еще и вот так должно быть». Так человеком можно управлять и манипулировать. Чем больше человек чувствует себя неудовлетворенным, чем больше он гордится своим пессимизмом, тем легче им управлять. Счастливым, самодостаточным человеком манипулировать невозможно.

Что такое манипуляция? Плюс-подкрепление здесь, минус-подкрепление там, и все происходит.

Как можно манипулировать человеком, у которого все есть, то есть самодостаточным? Мало того, что у него все есть, он абсолютно не знает, «как оно на самом деле». Ему говорят: «Вот так».

— Хорошо, пусть будет вот так.

— Ты беспринципный.

— Ну, хорошо, я беспринципный.

— А как оно должно быть?

— Не знаю.

— Как, у тебя нет идеалов?

— Нет. У меня сплошная корысть. Хочу дойти до конца духовного пути.

— А что там будет?

— А там будет Ничего. И это самое замечательное — Ничего.

— Чего ничего?

— Да ничего, ничего.

— Как?

— Да ничего.

— Как оно ничего?

— Пустота и Свет

Внутри этой «великой пустоты», внутри «ничего», к которому стремится искатель, зреет кристалл веры, самосознания, — все главное, что может вызреть, — внутри Свет. Чем человек прозрачнее для этого света, тем яснее видит. Тогда сознанию не требуется никаких идеологических установок. Просто видишь. И не важно — это на самом деле или нет. Я вижу. Вот человек. Вот Я. Вот Мы. Вижу.

Пришел в министерство. О! Какие все важные! А вот в этом месте никакого контроля нет. Я туда и иду. Я же не знаю, как оно должно быть, как на самом деле входят к министру. Вхожу. Министр тоже не знает, как быть в таких случаях. Я говорю: «Что вы расстраиваетесь? Вот вы мне подпишите тут, и я исчезну опять». Он говорит: «Какие проблемы? Пожалуйста».

— «Как же вы ему подписали?»

— «Он какой-то дурной, понимаете? Не знает просто ничего. Случайно все это».

***

Вышли на третий уровень реальности.

— Если можно, если мы не ошибаемся, что нам нужно, — скажите, пожалуйста, какой будет курс доллара?

— Вы не ошибаетесь. Вам нужно. Вот вам курс доллара, будьте любезны.

— Как ты туда попал?

— А я знаю?

Когда мне надоело в течение множества лет говорить одно и то же, я задумался над тем, в чем же все-таки дело. И увидел: просто нет Веры. Люди пользуются всем этим как убежищем, но не верят. Все, что подвергает сомнению их привычное отношение к миру, к людям, к обычной системе действий, к обычной системе оценок, — все это запрещено. «Традиция? О, Традиция! Но я ж в Министерство пришел, какая там Традиция?! Там Традиции нет».

Но если хотя бы в одном месте чего-то нет, значит, этого нет нигде. Если я верю, то я верю везде. Потому что тогда есть Я, которое верит. Невозможно в одном месте верить, а в другом нет. Можно только говорить о вере, когда это удобно кому-то в нас, в том коллективе, который мы считаем собой.

Помните, как именовали себя русские цари: «Мы, божьей милостью, император Великия, Белыя и Малые Руси, царь польский, князь Казанский и т. д.» Вот вам пример честного признания отсутствия себя как единого. Есть Мы. Так и каждый из нас должен признать: Мы, божьей милостью, муж, любовник, слесарь, пешеход, гражданин, и так далее, и так далее.

Встречается и другой подход. Он кажется совсем иным, но в действительности рожден тем же отсутствием веры. Человек услышал, что знание, данное Традицией, помогает, способствует решению задач, и требует: «Мне все быстро, пожалуйста, быстро самолет, теплоход, быстро доход. В чем дело? Я представитель Традиции».

Еще одна идея, порождающая невозможность и страх верить, состоит в том, что существует якобы некоторое «на самом деле». «А вот на самом деле все это не так! А на самом деле…» Опять оказывается, что мы сверхсущества. Мало того, что мы знаем априори, каково «должно быть», мы еще точно знаем, «как оно есть на самом деле». Мания величия человека просто потрясает. Но за счет нее, наверное, он всех и победил.

Но есть ли такая вещь, как «на самом деле»? Нет такой вещи. Это очень легко доказать.

С точки зрения науки физики, все вещи — электронные облачка и пустоты в них во много раз больше, чем вещества. Приблизительно 80 % пустоты. «Рука в камень никак не входит, а говорят, 80 % пустоты». Как же оно на самом деле? Самый великий физик всех времен и народов сказал: все относительно.

Для верующего человека Мир пластичен, принципиально пластичен, то есть принципиально нежесткий, нефиксированный. Идея пластичности заложена в самом понятии духовности, духовной жизни, духовного развития.

Вспомните, что говорил Сократ: «Я знаю, что ничего не знаю». Очень он этому радовался. Никола из Кузы говорил про ученое незнание. Ученое потому, что до этого нужно додуматься, потому что нужно отказаться от априорного знания, от социального наследства, которое вбито в голову без всякого моего согласия или несогласия, как механизм социальной адаптации, социального контроля и управления.

Вот сидит электронное облачко на электронном облачке. Сотрясает другие электронные облачка. Это с точки зрения физики. А с точки зрения психологии? А с точки зрения того, сего, третьего, четвертого, пятого?

Как в это поверить? Как отказаться от огромного богатства, которое неизвестно откуда на меня свалилось: что я, все знаю уже? Я знаю, как должно быть. Я знаю, как оно на самом деле. Я знаю, что мне нужно будет в будущем. Точно знаю, что у меня сегодня нет того, что должно быть. Все знаю. Вернее, мое Мы все знает.

А духовное знание говорит: нет, в человеке полно всякого дерьма, которое свою роль уже сыграло — когда-то служило пищей, но уже переварилось. Надо как бы клизмочку. Вот в качестве клизмочки и выступает духовное учение. Освободился от старья, и появилось место для того, чтобы верить.

Нужно отслеживать в себе моменты, когда вы свободны от «должен», от «не хватает», от «на самом деле», и в эти моменты совершать поступки по вере. И «по вере вашей да будет вам» (Матфей 29:9). Это формула — не благое пожелание, не абстрактная метафора — абсолютно точная формула. По вере и воздается.