Печаль[5]

Печаль[5]

(глава из другой книги)

О пользе смеха специально говорить не стоит. Это как-то само собой подразумевается. Даже термин такой есть – смехотерапия. Поговорим о печали.

Боюсь, что человеческая речь весьма ограничена и в состоянии пере-дать лишь сотую долю оттенков человеческих чувств. Под словом «печаль» скрыто очень много разного. Вот цитата из книги Джереми Хейуорда «Путь воина Шамбалы». Я почти не сокращал ее, не мог найти, что сократить.

«Открытое сердце понимает, что человеческое сердце всегда печально, если оно искренне. Старые американские блюзы и испанские фламенко – песни, повествующие о любви и оторванности от любого места и времени, несут в себе печаль, которая выражает не тоску или горе, а скорее – глубину человеческого сердца. В лучших из этих песен всегда есть нечто такое, что выходит за пределы времени и личных переживаний. Мы слышим в них голос правды и откликаемся радостью. Корень слова «печальный» (sad) – латинское satis, которое является также и корнем слова satisfied, «удовлетворенный». Выходит, что печаль связана с совершенной полнотой, совершенной удовлетворенностью.<…>

Спутницей печали часто бывает нежность, которая, в свою очередь, при-носит открытое сердце и искренность, и это очень радостно. Радость и печаль неразделимы… Мы чувствуем тихую, мягкую, добрую радость, когда нами владеет печаль и мы пребываем в полном ладу с собой. Держа в руках новорожденного – будь то младенец, звереныш или даже саженец дерева – мы чувствуем радость от цветения новой жизни и в то же время – невыразимую сердечную нежность и печаль. Печаль и есть радость, а радость есть печаль, и если вы попытаетесь избегать одного чувства, то никогда не испытаете другого. «Ощущение возвышенности мира приносит радость, – говорил Дордже Драдул, – и одновременно печаль. Оно похоже на чувство влюбленности. Когда вы влюблены, быть с любимой – и наслаждение, и острая мука. Вы чувствуете и радость, и печаль. И это не проблема, на самом деле это просто замечательно. Это идеальная человеческая эмоция».

Радость приподнимает нас над собой и уносит с земли в небеса. Печаль заставляет ощущать свое присутствие на земле, рядом со всеми остальными ее обитателями. Путь Шамбалы соединяет небо и землю – радость и печаль, – которые в любом случае неразделимы. Радость-печаль – это подлинное чувство человеческого сердца. Его нежность всегда с нами, за пределами всех эгоистических всплесков эмоций, которые раскачивают нас, словно маятник. Вы обнаруживаете свое подлинное сердце, когда странствуете по свету, имея при себе оружие воина – нежность и бесстрашие».

Все, что у меня есть – только движение. Если я хочу сохранить отноше-ния с женщиной, талант, жизнь, я могу сделать это только в движении. Если я забуду об этом, я останусь наедине с призраками, и сам стану призраком.

Но есть другая печаль, – она связана с убийством себя подлинного. Это тяжелое, невыносимое чувство. Его называют тоской или унынием. Оно неизбывно, его невозможно отгоревать, заглушить спиртным, наркотиками, сексом, оно пройдет только с физической смертью, и то я не уверен, что оно пройдет и в этом случае. Это тяжелое чувство убийства своего сердца, своего пути. Стремясь избежать этого чувства, человек выключает свою способность к чувствованию вообще, он выключает способность осознавать свое тело. Единственное доступное осознание – боль. Такой человек способен слышать свое тело, только когда оно кричит. Другими словами, слышит толь-ко свой собственный крик. Я не знаю, какой цели может стоить такая жертва, я не знаю, кто с полной осознанностью и пониманием способен принять такую жертву – добровольное духовное самоубийство.

Все мы носим в себе частицы такой печали. Надеюсь, только частицы. От нее не избавиться, никаким настроем. Только действием. Переменами. А как понять, что менять, если сердце давно закрыто и потому интуиция молчит. А великолепный, расчетливый, логичный разум – бесполезен. Даже находиться рядом с таким человеком невыносимо, если ты сам еще жив. И нет способа помочь снаружи. Нет способа согреть или открыть его сердце. А ведь это часто сильные люди, способные, успешные. Им завидуют. Если мой клиент меняет врачей одного за другим и не может найти здорового места в своем организме – для меня это верный признак: что-то с его печалью. Если он приходит ко мне, то называет свое состояние депрессией.

Есть еще печаль – она связана с утратами. Большими и малыми. Если человек пытается остановить свою печаль, связанную с утратами, чтобы из-бежать страдания – его жизнь превращается в сплошное страдание. Ведь с течением жизни неотгореванные утраты просто накапливаются. Если какая-то мысль или чувство не находится в фокусе осознания – это не значит, что ее нет. И нет способа ее выгнать. Горевание, большое или малое, – единственный путь снять напряжение, связанное с утратой, и единственный способ высвободить свои силы для движения дальше, для новых дел, надежд, встреч, отношений. Человек, который не отпускает свои утраты, в итоге смотрит только назад в своей жизни, только в прошлое, и нет сил развернуть его. И такой человек становиться очень сентиментальным. Мыльные оперы – его удел. Он горюет по поводу чужих утрат, поскольку не решается при-знать собственные. И он будет стараться никогда не заглядывать в печальные страницы своей жизни, и потеряет в итоге дважды. И конечно, его печаль живет в теле и не быть такому телу здоровым. И это тоже депрессия, но немного другая. Выход из нее – более легкий.

Ведь когда горевание заканчивается, человек становится светлым и легким, но не оттого, что он лукавит с собой. А оттого, что он отпустил свою утрату. И он способен вернуться к утраченному в своих воспоминаниях с легким и свободным сердцем. И потому эта печаль тоже ходит рядом с радостью.

И часто человеческий выбор – между двумя печалями. Одной тоскливой и неизбывной – по себе подлинному, другой – по разным разностям: несбывшимся надеждам, фантазиям, иллюзиям, представлениям о себе и устройстве мира. А также по более реальным ценностям: деньгам, статусам, положениям, надежности, стабильности и пр.

Печаль от утрат не перестанет беспокоить никогда. Единственный способ от нее избавиться – избавиться от всех своих потребностей, надежд, ожиданий, отношений; от всего, связанного с этим миром. На духовном пути ее не становится меньше, она проходит легче. Один из моих учителей беседовал с буддистским просветленным и спросил его, что значит – быть просветленным. Тот ответил: «Когда умирает мой друг – для меня это большое горе, но в этом нет моего страдания». Страдание – это остановленное горе. Это и есть депрессия.

Я хотел бы привести еще одну цитату из книги Хейуорда, в которой он описывает печаль тибетского учителя Дордже Драдула по поводу утраты своего друга, индейца Джеральда Рыжего Лося. Они виделись единственный раз в жизни и оба знали, что больше не увидятся.

«Глядя, как Джеральд с племянником уходят, Дордже Драдул продолжал сидеть рядом с палаткой, повторяя: «Как печально, как печально». Чем дальше уходил Рыжий Лось, тем сильнее становился дождь. Спутники Дордже Драдула пытались уговорить его уйти в палатку, но он продолжал сидеть снаружи под навесом. Потом показалось, что дождь уменьшается, тогда Дордже Драдул поднял трость и сказал: «Что ж, пожалуй, хватит». Дождь на минуту перестал.

Тут тело Дордже Драдула стали сотрясать рыдания. Потом он снова взял трость и ударил ей по колену. В этот миг на долину потоками обрушился ливень – такого не видел никто из нас. Мой племянник Карл рассказал мне: «Мы стояли в центре площадки, собираясь опустить флаг на ночь. Стоял прекрасный вечер, теплый и солнечный. Вдруг огромная черная туча пересекла долину и остановилась прямо над головой. Нам велели сбегать за плащами в палатки – они стояли всего в каких-нибудь сорока-пятидесяти футах, – но хлынул дождь, и мы промокли, не успев добраться до палаток. Туча просто вылила свое содержимое на лагерь, а потом уплыла». Дордже Драдул так и не захотел уйти в палатку. Его помощники подпирали крышу шестами изнутри и снаружи, чтобы не дать дождю повалить палатку. Ливень хлынул сплошной стеной, ничего вокруг не было видно. Дордже Драдула окружала завеса дождя. Спутники надрывались, умоляя его войти внутрь, но он только качал головой. Он все сидел и сидел, и вдруг над долиной повисла радуга. <…>

Вскоре после этой встречи Джеральд Рыжий Лось заболел раком и не-сколько месяцев спустя умер. Они с Дордже Драдулом так больше и не встретились».

К ребенку после самых горьких слез возвращается способность улыбаться, ребенок способен рассмеяться сквозь слезы. Взрослые тоскуют годами.

Все эти печали можно назвать подлинными, аутентичными, они соответствуют естественным устремлениям человеческой энергии, они соответствуют реальным потребностям. Во время терапевтической работы люди с готовностью устремляются в эти три состояния. Они даже не устремляются в них: эти состояния уже есть, они просто проявляются из фона, попадают в фокус осознания. Первое, состояние светлой печали-радости, возникает при очень искренних работах, о каких бы тяжелых и горестных вещах ни шла речь. Оно возникает только при взаимной искренности и преображает всю группу. Сердца всех немного приоткрываются. Иногда впервые. И это замечательные минуты.

Состояние тяжелой неизбывной печали по утрате своей жизни лежит на поверхности. Оно видно и проявляется сразу, если у человека еще не пустые глаза. Если он еще духовно жив. Когда это чувство проявляется в группе – участники либо засыпают, либо куда-то отвлекаются. Если у них хватает сил присутствовать, то начинает что-то происходить с сердцем. Однажды я приостановил такую работу, когда моему собственному сердцу стало невыносимо, и спросил, что происходит в группе. Оказалось, что двое уже выпили сердечные капли, у остальных их просто не было под рукой. И при этом в работе речь не шла ни о чем печальном. Это было просто состояние.

Печаль от утраты выплескивается в контакте, как только человек обнаруживает, что его за это не осудят. Сложнее, если он из породы сильных, и не может себе этого позволить, если у него в голове существуют мифы о недопустимости проявления слабости. Хотя блокировать печаль от утраты – верный способ достигнуть слабости и духовной и физической. Во многих человеческих культурах существует институт плакальщиц, они способствуют разрешению печали остальных. Так происходит и на группе.

Подлинная печаль креативна. Первая позволяет ощущать полноту жизни и держаться на гребне волны. Вторая, являясь трауром по себе, заставляет изменить что-то, когда этот траур становится невыносим. Третья позволяет отпустить все, что я не в силах удержать в своей жизни. И, по сути, это разные проявления одного чувства. Это просто печаль. Подлинная печаль.

Но есть другие социально обусловленные переживания, которые и можно назвать настроем. Они не являются подлинными, а скорее – это способы управления, манипулирования собой и окружающими. Один из таких способов – печалиться по поводу своей печали, чувствовать себя несчастным. Лучший способ достичь этого – перестать замечать вторую сторону медали – радость. Видеть одни утраты – перестать замечать приобретения.

Несчастность часто дает ощущение большей свободы. «Несчастный чело-век имеет право…». Но это только иллюзия. Право было и так. Его не нужно покупать такой ценой.

Когда я был моложе и глупее, я часто бросался помогать людям, на лице у которых застыла маска несчастности, пока наконец не заметил – эта маска никогда не проходит. Если хронически несчастный человек позволит себе перестать быть несчастным, он столкнется с неизвестным для себя ми-ром, в котором он не знает как себя вести и что делать.

Пример.

Я несколько лет работал психотерапевтом в санатории на берегу моря. Как-то ко мне в кабинет зашла клиентка и прямо с порога начала плакать. Обычно так бывает с людьми в трауре и я просто даю им выплакаться, прежде чем они смогут говорить. Но в данном случае поток слез не прекращался. Девушка продолжала плакать, периодически поглядывая на меня. Наконец, она не выдержала и возмущенно сказала:

– А что, вы мне так и не поможете ничем?!

Я начал выяснять, в чем же нужна помощь. Ее история меня впечатлила! До сих пор много благодарности ей за искренность. Оказалось, что она сама из очень обеспеченной семьи и жена достаточно состоятельного человека. В жизни ей почти не приходится прилагать усилий. Если ей что-то нужно, она начинает плакать и ей это дают. Однажды она по-ссорилась с мужем, поехала на вокзал в своем городе, села в центре зала ожиданий и начала плакать. Через пять минут к ней подошло несколько парней, успокоили, угостили коньяком, отвезли на машине домой и… ей с большим трудом удалось упросить их не бить ее мужа!

Сейчас в ее жизни случилась настоящая катастрофа! Она впервые в жизни приехала одна на отдых. У нее есть деньги, хороший отдельный но-мер, но ей скучно. Она пробовала сделать несчастное лицо, но от нее начали шарахаться. Люди на отдыхе, по всей видимости, не горели желанием разбираться в чужих неприятностях. На юг едут отдыхать, и надежный, проверенный способ получить внимание не сработал. Тогда она пришла ко мне, я был последней надеждой. Терапия этой девчонки была очень простой и не долгой. Я посоветовал ей улыбнуться какому-нибудь человеку, который ей покажется симпатичным.

На следующий день эта клиентка пришла ко мне в полном восторге. Первые же парни, которым она рискнула показать свою улыбку вместо несчастного лица, подошли к ней знакомиться. Она съездила с ними на экскурсию и провела в общем-то замечательный день, совершенно не стараясь быть несчастной. Я подозреваю, что все получилось так легко, потому что ей самой собственная несчастность ужас как надоела, а где еще попробовать что-нибудь новенькое, как не там, где тебя никто не знает?

Не в этом ли одна из ценностей болезней? Если человек себе больше может позволить, когда он болен, – имеет смысл болеть. Его болезнь дает ему больше прав.

Другой вид настроя я бы назвал недовольством. Люди часто бывают недовольны тем, как устроен этот мир. Но дело не в мире. Дело в их иллюзиях. Пожалуй, лучше всего об этой разновидности печали написал Карлос Кастанеда: «Только если любишь эту землю с несгибаемой страстью, можно освободиться от печали. Воин всегда весел, потому что его любовь неизменна и предмет его любви – земля – обнимает его и осыпает невообразимыми дарами. Печаль принадлежит только тем, кто ненавидит ту самую вещь, которая дает укрытие всем своим существам».

Есть много таких разных воспитанных печалей. Все они связаны с каким-то определенным, вполне формулируемым взглядом на мир. Я называю это «лозунгом».

Пример.

Один из моих клиентов рассказал следующую историю. Постепенно, по мере его взросления, мать начала отдаляться от него. Видимо, у нее в голове был миф: «Матери нужны, только когда дети беспомощны». Он неплохо учился, занимался спортом, отношения с матерью все более ухудшались. И вдруг в 5-м классе он сломал себе руку на соревнованиях. И мать к нему внезапно вернулась. Вернулась со всей своей материнской заботой. К моменту нашей с ним встречи он был алкоголиком, и умел привлекать внимание женщин своей несчастностью. Для него «не быть несчастным – значит быть не нужным». И это его лозунг, его взгляд на мир. Даже если он не сформулирован.

На мой взгляд, следует с уважением и вниманием относиться к настроям. Ведь рядом с искусственной печалью где-то ходит подлинная, связанная с надеждами и представлениями. Разве не печально добровольно отказаться от управления миром, даже если это делается с помощью несчастности?

Отчего все так плохо?

Как следует из всего сказанного и написанного, быть здоровым совсем нетрудно. Прислушивайся к своим ощущениям и эмоциям, осознавай свои потребности, с ними связанные, различай подлинные потребности от фиктивных, адекватно оценивай реальность, ищи творческие и уважительные способы своих действий, вовремя действуй, печалься, если что-то не вышло, радуйся, если получилось… и ты будешь здоров! По большому счету, я перечислил то, чему люди УЧАТСЯ ВСЮ СВОЮ ЖИЗНЬ!!! С таким же успехом я мог сказать: живи осознанно! С этих позиций болезнь можно воспринимать как плохую оценку по этому предмету – Осознанная Жизнь.

То, что может сделать медицина благодаря многим своим вмешательствам, позволяет ничему не учиться. Медицина подсовывает шпаргалки. Она дает возможность расширять бронхи вместо настоящего гнева, расширять со-суды сердца вместо переживания печали, возбуждать и стимулировать вместо подлинного следования своим интересам и т. д. Вот уже и стал человек марионеткой! Вот только кто дергает его за ниточки? Получается – сам себя, как унтер-офицерская вдова? У меня есть грустный афоризм на эту тему:

Современная медицина тормозит развитие человечества.

Хотя, может быть, я снова слишком суров? Ведь выросла же общая продолжительность жизни. Но благодаря ли медицине? Может быть, как раз за счет общего развития и большей осознанности людей?

Конечно, если разом оборвать все ниточки, марионетки попадают. Я сам вряд ли сейчас был жив, если бы не медики. Хотя кто знает.

Я не за отмену современной медицины – это было бы губительно. Я за разнообразие инструментов. Я против того, что медицина не работает с осознанием. Хотя, может быть, ее роль совсем не в этом. Извини, дорогой читатель, снова вырвалось. Но правда – печально смотреть на все это. На то, как люди травятся и считают, что лечатся. Тем более, что выбор есть!!! И все же, почему выгоднее избегать осознания??? Неужели все дело в простом отсутствии навыков, человечество этому еще не научилось?!

Ну вот, мне и полегчало. Медицина дает возможность выбора! Хочешь учиться – учись, не хочешь – пользуйся химическими шпаргалками. Вот если бы развитие собственного осознания вместо использования лекарственных средств расценивалось бы как преступление! Тогда да, было бы в чем упрекать медицину! Но ведь никто не заставляет. Уф! Медицина реабилитирована! Она просто дает человечеству возможности выбирать!

Итак, вернемся к теме главы. Почему же все так трудно? Почему же такой замечательный механизм, как цикл саморегуляции, не всегда работает и люди болеют сплошь и рядом? Ниже я рассмотрю ряд причин:

• Люди не задумываются о собственной саморегуляции и о собственной ответственности за свое здоровье. Те модели, которыми пользуется человечество, воспринимают болезни как нечто естественное, по принципу: «Ведь надо же людям отчего-нибудь умирать».

• Осознание потребностей часто действительно не простой процесс, так-же, как и поиск творческих решений, это требует усилий – в отличие от «более традиционных» методов лечения, когда никаких усилий не требуется.

• Многие потребности благодаря особенностям воспитания оказываются заблокированными, и это практически неизбежное следствие социальной адаптации.

• Людям часто (почти всегда) хочется противоположностей, например, горячего кофе с мороженым. Не все подобные противоречия разрешимы так легко.

• К радости и печали для людей, их потребности меняются в течение всей жизни, невозможно все осознать раз и навсегда, эта школа – до самой смерти (а может быть, еще дольше). Зато скучать не придется.

• Судя по всему, состояние здоровья людей определяется не только потребностями отдельных граждан, но и потребностями макросистем: семей, организаций, стран и, скорей всего, всей планеты. Похоже, что занимаясь своим отдельным осознанием, человек действительно помогает планете всей… Теперь обо всем вышесказанном – более подробно.

Осознание своих потребностей действительно не так уж просто.

Моя домашняя кошка никогда не имела отношений с котом. Мы не позаботились об этом вовремя. А когда позаботились – уже было поздно. Котов она к себе не подпускает. Упущенный момент в воспитании. Убежденная холостячка. Зато в критические периоды своей жизни она истошно воет и пятнадцать раз в день бегает к… миске с едой! И конечно, прибавляет в весе. Это ее психосоматика. Она ест чуть-чуть, но невероятно часто. Судя по всему, она понимает, что еда – это не совсем то, что ей нужно. А вот что именно, она не осознает. Однажды моя кош-ка даже убегала из дому и провела ночь в подвале. Увы! Оказалось напрасно. Может быть, она не встретила кота своей мечты. Но я подозреваю, что дело совсем в другом. Эта кошка действительно не понимает, чего она хочет! Ей вовремя не объяснили. Дефект воспитания. А психотерапевтов для кошек нет.

У меня есть серьезное подозрение, что все мы находимся в положении этой кошки. Помните как у Салтыкова-Щедрина, просыпаемся утром и не можем понять – чего же нам на самом деле хочется: «севрюги с хреном, или конституции?».

Младенцу плохо и он плачет. Мама пытается понять, иногда с помощью интуиции, иногда с помощью проб и ошибок то, что действительно ребенку нужно. Я готов предположить, что в этом возрасте дети осознают свои потребности только по результату. Ребенок испытывает дискомфорт и не очень понимает, чего же он хотел, пить или писать. Наконец он пописал. Стало лучше. «Ага, вот чего я хотел!» Или дали попить, и что-то внутри успокоилось, – потянусь к бутылочке.

В одной из своих статей я приводил фантастический пример с семьей, в которой с детства не пили воды. В ответ на жажду там было принято кушать, что-нибудь сочное, например, арбузы. В итоге ребенок, выросший в такой семье, не будет осознавать свою жажду, как желание выпить. Он будет верить в то, что хочет съесть арбуз. Но ведь арбуз – один из сотен способов удовлетворить жажду. Люди редко докапываются до своих потребностей, обычно они привыкли ориентироваться на способы. Например. Что дает вам кофе? Или сигарета? Всем курящим клиентам я с тупым постоянством задаю один и то же вопрос:

– Чего ты на самом деле хочешь? Нет потребности в курении. Это способ получить что-то другое. Если ты узнаешь для себя, чего же ты хочешь, у тебя появятся сотни способов получить то же самое.

Но вернемся к маме и младенцу. Мамы всего мира выполняют историческую миссию. Они пытаются понять потребности младенца, не задавая никаких вопросов. Немного позже, когда малыш уже может что-либо говорить, он по привычке продолжает мычать и тянуть руки. Мамы просят его сказать словами о том, что ему нужно. Но в той или иной степени привычка у детей и мам остается. Бывшие младенцы верят в то, что кто-то другой знает, что им нужно. И удивляются, когда их не понимают. Без слов. И по-тому фраза врача или гуру: «Успокойтесь, я знаю, что вам нужно» неизменно производит магическое действие. Такая замечательная фраза отправляет в безмятежное младенчество.

Но и у мам есть свои привычки. Многие из них до конца дней продолжает верить в то, что они знают о потребностях своего ребенка гораздо лучше, чем он сам. Мои родители неизменно пытаются очень настойчиво рекомендовать, когда мне одевать шапочку на голову, а когда нет. Люди забывают, что родители берут на себя функцию осознания и реализации потребностей ребенка временно. До тех пор, пока он не присвоит себе эту функцию сам. Самые прекрасные родители на свете выполняют эту функцию невероятно плохо, поскольку они в состоянии уловить только суть потребности. Но для них недоступны нюансы. Например, я хочу пить – это бесконечно мало. Ведь есть сотни разных напитков, которые помимо утоления жажды при-носят много других ощущений. Другому человеку сложно понять оттенки.

Даже при самой благополучной ситуации у каждого из нас, как у моей домашней кошки, многие потребности остаются в зоне слепого пятна. Если родители были не очень насильственными и обучали ребенка самому осознавать и следовать за его импульсами, то ситуация намного лучше. Если родители слишком долго подменяли эту функции, то неосознанных потребностей больше и навык их осознания выражен гораздо хуже. Априори такой человек должен быть более больным.

Пример.

Работа с заболеваниями суставов. Клиентка пожаловалась на подвижные, перемещающиеся боли в ногах. Я предложил ей самой на время превратиться в такое существо, двигаться так же, как перемещаются ее неприятные ощущения. Она начала носиться по комнате, прикасаясь к разным участникам группы. Ее лицо выглядело невероятно счастливым. «Вернувшись в себя», она призналась, что никогда не подозревала в себе такое сильное желание прикасаться к другим людям.

Я не знаю, что происходило в детстве этой клиентки. Может быть, ей действительно запрещали прикасаться к другим людям. Но она не помнит таких запретов. Просто в ее семье были не приняты прикосновения, но все страдали заболеваниями суставов.

Потребности меняются с течением жизни. Чакры.

Не нужно обладать безумной наблюдательностью, чтобы не обратить внимание на то, что потребности человека сильно меняются в течение его замечательной жизни. И это напоминает постепенное включение и выключение каких– то тумблеров. Вот младенец вдруг пополз, вот он перестал ползать и норовит ходить, вот он стал капризным … вот проснулась сексуальность, вот захотелось потомства … Вот стукнуло 30 и что тут началось! А действительно, что? Ползать под стол уже как-то не хочется. «Но ведь небо становится ближе с каждым днем…», – спел после своего тридцатника Гребенщиков. Если с материальными потребностями не так то просто разобраться, то со всеми остальными – еще сложнее. О чем оно это смутное беспокойство? Но ведь по «определению академиков» болезни возникают не только от дефицита материального, но и от нематериального голода также.

Попробуйте заставить взрослого человека ползать вместо того, чтобы ходить. Скорей всего, он как-нибудь заболеет, например сотрет в кровь локти и колени. Хотя младенцы ползают с огромным удовольствием. С возрастом эта функция выключается, сменяется чем-то другим. И это естественно.

Многих ли естественных и гармоничных людей вы видите среди сорокалетних? А среди тех, кому полтинник? А еще дальше? Зато младенцы хороши. Отчего так? Похоже, люди изо всех сил стараются себе не соответствовать. Как мне кажется, в тех этносах, где старость является уважаемой и почитаемой, старики живут более гармонично и полноценно.

В современной западной культуре старость не в моде. Люди изо всех сил стараются хотеть того, что не соответствует их возрасту и не хотеть того, что соответствует. Или еще хуже – ничего не хотеть, исчезать. Верный способ заболеть.

Пример.

Ко мне обратилась насквозь больная женщина около шестидесяти лет. Она рассказала следующую историю. После ухода на пенсию ее жизнь как бы завершилась. Профессиональная деятельность закончилась. Дети просят не вмешиваться в их дела, они уже взрослые. Привычная жизнь подо-шла к концу. Пора либо умирать, либо двигаться дальше. И я спросил эту женщину: «Если не возвращаться назад, если двигаться дальше – чего бы вам хотелось бы?» Она ответила: «Хотелось бы что-нибудь организовать». В итоге она создала кооператив (дело происходило во времена первых кооперативов) пожилых женщин, которые занимались рукоделием. И это пошло на пользу ее здоровью!

Арнольд Миндел[6] в одной из своих книг описывает следующую историю. Пока его готовилась принять известная шаманка, он беседовал с ее восьмидесятипятилетней дочерью. Дочь шаманки с гордостью сказала Арнольду: «Мама считает меня уже достаточно старой и свободной от мирских забот для того, чтобы передать мне свои секреты!». Разве не прекрасно, что существуют такие люди?

На мой взгляд, наиболее правдоподобно объясняет изменение духовных потребностей человека на протяжении жизни существование энергетических центров, или чакр. Считается, что они активизируются в разном возрасте, влияя тем самым на потребности и поведение.

Я не йог, не рефлексотерапевт, не экстрасенс. Я «нормальный» психотерапевт. Почему я принял и использую теорию чакр? Да потому, что она очень уж подтверждается практикой! Не стоит больших усилий проверить, что удовлетворение или неудовлетворение разных человеческих потребностей отражается в области энергетических центров. Там же обитают чувства и эмоции. Моим детям было пять-шесть лет, когда я спросил: где в теле они чувствуют любовь. Они оба показали на сердце. Там расположена четвертая чакра. Ее связывают с любовью. А где вы чувствуете печаль и радость? В этой же области.

А где живет страх? А обида? Проверьте. Помните упражнение «зарядка для хвоста»? Эмоции могут отражаться где угодно в теле, но в области чакр – обязательно. Если они не обнаруживаются там – значит, человек либо выдумал свою эмоцию, либо потерял способность чувствовать свое тело. И то и другое можно проверить.

Однако у людей нет названий для всех ощущений, связанных с чакрами. Люди способны называть как эмоции ощущения третьей, четвертой и пятой чакр. Иногда второй и первой. То, что происходит с шестой и седьмой, воспринимается как боль, или давление. Пожалуй, большая часть головных болей – нарушенные потребности этих зон.

Обычно если потребности, связанные с чакрой, удовлетворены – в этой области существуют приятные ощущения. Если нет, там локализуется различный дискомфорт. Хронический дискомфорт почти наверняка сопровождается изменениями в деятельности органов, находящихся в проекции чакры. То есть – заболеванием. На самом деле механизмы сложнее – чакры и органы связаны между собой. Рефлексотерапевты об этом хорошо знают, но пока для простоты можно считать так.

Но о каких потребностях идет речь?

Первая чакра расположена в основании тела и отвечает за выживание. Неприятные ощущения в этой области иногда воспринимаются как очень сильный страх, иногда как просто боль. Считается что пик ее активности приходится на возраст до 7 лет.

Вторая чакра находится на 4 пальца ниже пупка. Она отвечает за способность наслаждаться всем, что есть в этом прекрасном мире. Традиционно ее связывают с сексуальностью, но секс – далеко не единственный источник наслаждения. Как было сказано в одной хорошей книжке про чакры: попробуйте найти хотя бы двадцать (!) источников удовольствия, кроме секса, еды и каких либо химических соединений. Возраст ее активности 8–14 лет.

Третья чакра находится в области солнечного сплетения и традиционно ее связывают с волей и властью. Страх и гнев чаще всего переживаются в этой области. Страх – индикатор того, что мне грозит насилие. Гнев – признак того, что я собираюсь напасть. Гармоничная функция этой зоны – равновесие и ненасилие. Многие якобы ненасильственные люди насилуют себя. Это не есть хорошо. Как утверждает Альберто Вилолдо,[7] пик активность этой зоны – с 14 до 21 года. Хотя другие авторы считают иначе.

Четвертая – расположена в центре груди. Любовь, ненависть, множество разных эмоций рождаются именно в этой области. Нормальная функция четвертой чакры – любовь ко всему сущему. Никак не могу удержаться от цитаты: «Нужно перестать влюбляться и стать самой любовью. В очередной раз ощущая биение своего сердца, помните, что это – биение любви».[8] Период активности сердечной чакры – 21–28 лет.

Пятая чакра находится над яремной ямкой в области шеи. Я воспринимаю ее как зону творчества. Люди часто «наступают на горло собственной песне». Когда у моего клиента проблемы в этой области, я прошу клиента проговорить фразу: «Я взял себя за горло». Многие с ужасом обнаруживают, что это правда! Часто обиды живут в этой области. Обида возникает как неспособность смотреть на ситуацию в целом. Воспринимать себя не центром, а частью общей картины мира. Подлинное творчество рождается из любви к миру. И это – естественная функция пятой чакры! Но и самые ужасные и отвратительные преступления, рожденные из ненависти ко всему живому – это тоже активность этой зоны. Возраст активности – 28–35 лет. Период, когда творчество и сопричастность со всем миром может оказаться до-роже личных привязанностей. Это период экзистенциальных кризисов. Когда внезапно нематериальные ценности могут выйти на передний план. Правда, очень непростое время.

Шестая чакра. Ее место – межбровье. Традиционно она отвечает за осознание своего пути. Если до этого человек шел в своей жизни наугад и это его устраивало, то теперь он тоскует по ясности. Это период поиска Учителя в самом себе. Больше об этой области я ничего не добавлю. Возраст? После 35… Гармоничное состояние – чувствование своего пути в этом мире.

Седьмая. Это темя. Область, которую выбривают монахи. Она отвечает за связь с чем-то высшим. Возраст —???

Вилолдо выделяет еще восьмой и девятый энергетический центры!!!

Индийцы ограничиваются числом семь.

Я уже сказал, что не считаю себя специалистом в области чакр. Я на-писал об энергетических центрах для того, чтобы показать – потребности меняются всю жизнь, потребности второго периода жизни относятся к области неизведанного.

В целом ситуация выглядит так, как будто люди изо всех сил стремятся сидеть по несколько лет в каждом классе. В итоге умирают, так и не закончив школу.

Именно с изменением нематериальных потребностей я связываю появление новых заболеваний в любом возрасте. Люди блокируют свои новые стремления и способности и пытаются направлять свою энергию в прежнее русло. Они не могут проститься с самими собой прежними. Их собственная сила разрушает их! Отнюдь не время и не болезни. В возрасте около 90 лет у некоторых людей начинают прорезываться зубы! Что это? Неудачная шутка природы? Или начало очередного этапа жизни, до которого большинство не доживает?

Мне кажется, что в своем развитии человечество движется одним широким фронтом. И возрастание средней продолжительности жизни связано не только с повышением общего благосостояния и достижениями здравоохранения. Я подозреваю, что человечество в целом начало лучше осознавать свои потребности. В мире стало меньше насилия, больше любви и творчества. Мне кажется, что среднее развитие всего мира где-то на уровне 3-й – 4-й чакры. Это период демократизации и бескорыстной любви. В большинстве своем люди начинают болеть, когда сталкиваются с необходимостью транс-персонального восприятия и творчества.

Похоже, что активность верхних чакр для человечества все еще опасна. Проблема в том, что «наверху» правила перестают работать. Помните, как пел Высоцкий: «Выбирайся своей колеей». Уровень пятой чакры – это шаг в неизвестное. В повторении чьих-то истин нет ничего творческого. Творчество состоит в создании чего-то неведомого из кирпичиков уже известного. Раньше, когда человечеству были нужнее исправные винтики и гвоздики, возникновение нового было скорее опасным, чем созидательным. Однако большинство современных систем образования способствуют ликвидации творческих способностей. Я много раз на своих учебных группах проводил несложный эксперимент: просил своих студентов выйти и показать что-нибудь творческое, минут на пять, не больше. И что вы думаете, при этом происходило? В большинстве случаев вообще никто не выходил. В крайнем случае, кто-нибудь пел безо всякого удовольствия или читал какое-нибудь стихотворение. И все! Когда я спрашивал о том, что же творческого было в этом действе, просто пожимали плечами. В целом группа погружалась в уныние.

Следующий шаг – я просил группу рассказать мне какие-то школьные или институтские правила. Что тут начиналось! Все делались счастливыми и начинали сыпать выученными законами!

Почему так? В среднем людей в течение 15–17 лет, сначала в школе, а потом в институте поощряли за изучение правил и наказывали за творческие импульсы. В итоге в психике намертво закреплено – правила хорошо, творчество опасно и недостижимо. К концу трехдневного семинара простая способность получать удовольствие от процесса творения, а не только от процесса заучивания, частично восстанавливалась. Но похоже, люди лет до 30 могут позволить себе быть стереотипными, дальше это становится опасно для их здоровья.

Я умышленно никак не связал в этой главе болезни с состоянием чакр. Хотя своим студентам с определенной неохотой я говорю об этом.

Для процесса терапии знания терапевта о причине заболеваний не имеют особого значения.

Они могут даже мешать. Хотя это противоречит медицинским моделям. Эта идея работает лишь в рамках тех методов, которым посвящена эта книга. В медицине чем более осведомлен специалист, тем это лучше для больного. Медицина не замечает парадоксального факта – специалисты стремятся натянуть на пациента свои знания. Я на всю жизнь запомнил один консилиум, в котором мне довелось принимать участие. Речь шла о пациентке из моей палаты. Она поступила в отделение с приступом удушья. И ее начали лечить от астмы. Потом пациентка словно передумала, и у нее началась тахикардия. Потом заболел живот. Потом еще что-то. Лекарственные средства производили на эту женщину непонятное воздействие. Анализы были непредсказуемыми. Консилиум вынужден был установить диагноз тирео-токсикоза – повышенной функции щитовидной железы. Однако через пять минут после консилиума частое сердцебиение – один из признаков тиреотоксикоза – у этой пациентки прекратилось также внезапно, как и началось.

Так мы ее и выписали неизвестно с чем. Немного позже я бы уже по-ставил ей диагноз – соматогенная депрессия. Но какой в этом прок? Чтобы разработать правильную схему лечения! Да, но эта идея срабатывает лишь в том случае, если терапевт верит в то, что он лучше пациента осознает его потребности. Но ведь этого в принципе быть не может!

В гештальт-подходе и процессуальной работе – основным методам, положенным в основу этой книги:

Терапия заключается в том, чтобы способствовать осознанию клиента.

Один из моих учителей, Роберт Резник, любил повторять, что его любимый консультант – марсианин: человек, который только что упал с Марса и не знает ничего о том, как все должно быть устроено. Такой консультант позволяет непредвзято следовать за осознанием клиента, не подгоняя его под свои модели.

Носсрат Пезешкиан в своей книге[9] приводит пример двух психиатрических клиник, одной в Гамбурге, другой в Цюрихе. В первой клинике в большинстве случаев устанавливают диагноз маниакально-депрессивного психоза, а во второй – шизофрении, поскольку именно в этой больнице было придумано само понятие – шизофрения. Но ведь схема лечения и прогноз при этих заболеваниях совершенно разный!

Когда я впервые столкнулся с гомеопатией, то с ужасом обнаружил, что для гомеопата мой пульмонологический диагноз совершенно не важен. Гомеопат пользуется другими моделями. И то, что я бы отнес к одному заболеванию, для него распадается на тысячи.

Есть такая притча про слепых и слона. Слепым попался по дороге слон и вечером они передрались, когда начали делиться впечатлениями. Один слепой сказал, что слон похож на огромную стену, второй утверждал, что слон – это маленькая метелка, третьему слон показался листьями лопуха, четвертому– гибким шлангом, а пятый обнимал ногу слона и потому слон для него был столбом. Каждый из слепых столкнулся с какой-то частью слона. Боб Резник называл это линзами восприятия.

И эти линзы неизбежны. Врач будет искать медицинский диагноз, гомеопат – лекарственный тип, рефлексотерапевт – нарушение течения энергии по меридианам, экстрасенс – пробой ауры, бабушка из деревни – сглаз и порчу. И на мой взгляд, все эти линзы правомочны для всех этих специалистов.

Боб Резник, которого я часто вспоминаю на этой странице, любил говорить: «Если модель полезна – ей можно пользоваться, если начинает мешать – лучше взять другую модель».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.