А ПОЧЕМУ БЫ И НЕТ?

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

А ПОЧЕМУ БЫ И НЕТ?

Принятие и дарение подобного рода жестов способно буквально творить чудеса для вашего брака. И, кстати говоря, основная мысль, которую я хочу озвучить в этой главе, состоит в следующем: почему не сейчас и почему не здесь?

Бывало ли так, что ваш муж подходил к вам в тот момент, когда вы стояли у зеркала, и начинал в буквальном смысле домогаться вас, лаская грудь и целуя за ушком, а вы отталкивали его, сопровождая толчок грубым «не сейчас»?

А почему не сейчас?

Сколько времени нужно для того, чтобы поласкать грудь? Десять секунд? Двадцать секунд? Неужели у вас, и правда, нет такого количества времени для вашего мужа?

Я знаю, о чем вы сейчас думаете: «Да вы не понимаете, доктор Леман. Если я позволю ему прикоснуться к груди, не пройдет и десяти секунд, как я уже буду лежать на кровати, глядя в потолок. Моя одежда будет раскидана по полу, о прическе я вообще молчу, и мне придется заново переделывать макияж. И вот тогда я совершенно точно опоздаю на работу».

Иногда это, и правда, может оказаться истинной причиной. В исключительных случаях я могут даже сказать, что опоздание на работу один-два раза в год — это как раз то, в чем нуждается ваш брак! Но в большинстве случаев вашему мужу нужно всего лишь легкое прикосновение. Как насчет того, чтобы в следующий раз удивить его, повернувшись ему навстречу и позволив ему это сделать?

Существует огромная разница между женой, которая отталкивает руку мужа, и той, которая начинает озорно хихикать даже тогда, когда им удается урвать одну-две минуты, чтобы одарить друг друга парой еле уловимых прикосновений, с тем чтобы потом прошептать ему на ушко: «Мне очень нравится, но, к сожалению, мне, и правда, нужно собираться на работу. Давай подождем до вечера, и вот тогда ты точно получишь все, что хочешь, и даже больше». Вторая женщина способна удовлетворить своего мужа, при этом оставаясь одетой и сохранив прическу. Первая женщина способна лишь унизить своего мужа, заставив его усомниться в собственной мужественности, и все это ради каких-то одной-двух минут.

Очень дорогих минут.