Вырастут – сами поймут

Вырастут – сами поймут

Пообщавшись с родителями из разных стран, я поняла, что подобное снисходительное отношение к детям характерно не только для Японии. Семья Лоры переехала из Швейцарии в Швецию, когда ее сыну было три года. В Швейцарии она привыкла следить за тем, чтобы в общественных местах ребенок вел себя прилично, хотя зачастую это стоило немалых усилий. И вот они в первый раз пошли погулять в шведский парк; мальчик принялся бегать и кричать, что вполне нормально для его возраста. «Я постоянно шикала на сына, – вспоминает Лора. – А потом посмотрела по сторонам и поняла, что никто не призывает детей к порядку. Мы словно попали в другой мир. Я привыкла, что вне дома – даже в парке и на площадке – ребенок должен вести себя тихо. И вдруг столкнулась с совершенно иным отношением».

В Америке многие родители беспокоятся, что без участия взрослых ребенок так и останется вспыльчивым. Этот ни на чем не основанный страх коренится в пуританских взглядах на детство как на время строгих ограничений и запретов, призванных укротить волю маленького существа, дабы сломить его греховную натуру. «Я просто не хочу, чтобы мой сын вырос вором», – призналась мне одна смущенная мама, узнав, что четырехлетний мальчик позаимствовал любимую игрушку сестры. Мы боимся, что, если не навяжем детям строгую дисциплину, не научим их делиться, не объясним, как правильно себя вести, и не оградим от дурного влияния, они никогда не обретут нравственных ориентиров.

Со стороны может показаться, что жителей Страны восходящего солнца эта проблема не тревожит вовсе. Некоторые исследователи объясняют «непослушание» верой японцев в божественную природу ребенка. Японцы считают, что до определенного возраста дети тесно связаны с «тонким» миром и контролировать их бессмысленно. Также в Японии бытует мнение, что ребенок рождается чистым и непорочным. Иными словами, дети изначально добры, и лучшее, что мы можем сделать, это поддержать их, не предъявляя опережающих возраст требований. Никто не считает нужным загонять в рамки детский восторг и плещущую через край энергию: дети не звери, к чему их укрощать?

Нобуко, мама двух мальчиков, объяснила, как важно для малышей нобиноби – ощущение свободы и беззаботности. Женщины в Японии терпеливо и даже с улыбкой разговаривают с маленькими проказниками; если ребенок расшалился, мама не будет мучиться чувством вины. На непослушных детей в этой стране не смотрят как на будущих преступников: все понимают, что не стоит ожидать от них идеального поведения.

Но меня такой подход все же не убедил. Дети собрались возле клетки с кроликом, а рядом нет ни одного воспитателя – разве это нормально? Почему никто не уберет с площадки ветки – малыши ведь могут пораниться! Вот девочка залезла на гимнастический снаряд – она же сейчас упадет! И почему никто не подходит к мальчику, который стоит и плачет?

Джордж Бер, профессор педагогики из университета Делавера, спрашивал японских и американских школьников, учеников четвертых и пятых классов, что они думают о драках, сплетнях и оскорблениях. Когда речь зашла о том, что удерживает детей от такого поведения, их ответы разительно отличались. 92 % американских школьников боялись, что их поймают и им достанется от родителей и учителей, иными словами, о последствиях для самих себя. 90 % японских школьников, напротив, даже не упомянули о наказании. Они ответили, что нельзя так себя вести, поскольку это может причинить боль товарищу и навредить группе. То есть думали о том, как их поступки отразятся на окружающих.

В ходе другого исследования Бер обнаружил, что американские дети больше японских склонны винить в своем поведении других. В прошлой главе мы говорили о разнице между статической и динамической установкой. Исследование показывает, что люди перекладывают ответственность за свои проступки на других, когда пытаются защитить свой внутренний образ. Воспитанные в обществе, которое ставит во главу угла сочувствие, ответственность и раскаяние, а не набор внешних правил, японские дети обладают более устойчивыми моральными ориентирами, чем их сверстники из США.

Работа Вера была частью исследования, доказавшего, что у японских детей меньше поведенческих проблем, чем у американских. И это на фоне «сниженного родительского авторитета», выражаясь словами исследовательницы Кэтрин Льюис. В своей книге «Сердце или разум: размышления о дошкольном и начальном образовании в Японии» она пишет: «Учителя используют положительную мотивацию и не делят детей на плохих и хороших». Японские учителя не видят смысла в немедленном наказании; их интересует долгосрочная перспектива. Задача дисциплины – сформировать характер, естественным образом настроенный на хорошее поведение, воспитать не послушание, а понимание. А лучший способ научить ребенка хорошо себя вести – дать ему ощутить принадлежность к группе, а не исключать из нее как «плохого».

В японских начальных классах учителя после звонка спокойно ждут, пока старосты угомонят своих товарищей. В младших классах процесс занимает порой десять, а то и двадцать минут, но педагоги не вмешиваются. Наблюдая за этим в первый раз, я едва не вышла к доске, чтобы призвать детей к порядку. Но потом я поняла, на чем основывается стратегия невмешательства. Дети учатся подчиняться правилам не потому, что этого требуют от них взрослые. Постепенно они начинают понимать, зачем нужно поступать так, а не иначе, что в свою очередь способствует развитию самоконтроля – хотя и отнимает немало времени.