Глава 1. НОЧНОЙ КОНСИЛИУМ[1] откуда взять тонус

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 1. НОЧНОЙ КОНСИЛИУМ[1]

откуда взять тонус

Владимир Леви. "Пращур"

... ЗАРЯДКА, ПОСЛЕ КОТОРОЙ ХОЧЕТСЯ УТОПИТЬСЯ...

Относительность времени... Иное письмо просто вопит: времени никакого нет! Человек вечен! Всегдашен!

Одно из писем советских годов, уже слегка побурелое.

Почерк стелющийся, неровный...

После прочтения пометил красным карандашом в углу; ОР, что означает: ответить развернуто.

ВЛ: мне скоро 30, и из этих 30 лет я могу насчитать едва ли 30 дней, проведенных в нормальном человеческом самочувствии.

Эти 30 счастливых дней я наскреб иэ редких минут и часов бодрости; все остальное — вялость, хроническая усталость с мучительными стараниями пересилить себя, подавленность физическая и моральная.

Чего стоит один только утренний подъем..

Стыдно признаться, но иногда я просто плачу, да, когда не видит никто, рыдаю, реву от бессильной злобы на себя. Ведь если б не эта чертова дохлость, я бы, возможно, кое-чего добился.. Учителя в школе считали меня способным, особенно к математике и литературе; у меня и сейчас неплохая память, много читаю, пытался и писать кое—что..

Но к систематическим занятиям из-за своего тонуса, вернее, из—за его отсутствия, я не способен.

Институт пришлось бросить из-за нескончаемых академических хвостов. Армию едва дотянул, это был страшный сон.. Работаю в конторе, отсиживаю часы..

Да, всегда я плетусь в хвосте жизни и судьбы, всегда был хвостистом..

Ее стану перечислять, что я перепробовал для изменения своей проклятой натуры, наверное, все.. Питаюсь нормально, стараюсь есть больше свежих фруктов и овощей, витаминов. Не худ и не толст, на вид, кажется, вполне нормальный мужик. Терапевты и невропатологи признают здоровым. Один сказал что-то об «астеническом синдроме».

Заглянул в медсловарь.. Нет, не астеник. Рост 186, вес 84, плечи широкие.

Советы получаю банальнейшие: «возьми себя в руки», «не валяй дурака». Один врач обвинил в злостной симуляции, кошу, мол, на инвалидность, орал на меня — я не удержался и послал его в..

Поплелся к эндокринологу: думал, гормонов каких-нибудь не хватает. Анализы: эталон нормы. Совет: больше оптимизма, зарядки и прочего. Зарядка... зарядка..

Посмотрели бы вы на это зрелище: ворочаю себя, как мешок, после такой зарядки хочется утопиться.

Лес, природа — единственное, что ненадолго действует ободряюще, но где взять?

Живем в большом промышленном городе.

Сосед мой Валерка, дышащий еще более скверным продуктом (работает на лакокрасочном производстве, дома всегда закрытая форточка, непрерывно дымит), бодр как огурчик, притом редко бывает трезвым и каждый вечер устраивает скандалы с женой.

Тонизирующие средства не действуют. Если бы я дал себе волю, то валялся бы сутками с сигаретой в зубах.

Курю с пятнадцати лет. Бросить мог бы, но не нахожу нужным: полтора года не курения ничего, кроме мук, не дали..

Говорил с модным психологом, известнейшим бабником в нашем городе. Выслушал дядя мою полуторачасовую исповедь и сказал: "Вы замечательно нормальный и уравновешенный человек, вы исключительно интеллектуальны.

(Еще пяток комплиментов, слегка затошнило). По-моему, вам просто неинтересно жить, вас съедает скука. Не хватает увлеченности, горения, страсти. Вам необходимо сделать крутой поворот, зигзаг: изменить образ жизни, сменить профессию, поменять место жительства, обновить семью. Немедленно, обязательно, срочно, во что бы то ни стало влюбиться».

Что мог я ответить? Жить неинтересно? — Неинтересно. Но не потому, что не интересна мне жизнь, а потому, что я не могу соответствовать ее интересности — я сам жизни не интересен, как и себе.

В коротких просветах нормального тонуса все вспыхивало, интересен был каждый миг, каждая травинка...

Увлеченность с неба не падает, на блюдечке не подносится. Я бы нашел сотни хобби и увлечений — было бы ЧЕМ увлекаться:

имею в виду «чем» — внутри себя — то горючее, которое во мне не горит, а гниет.

«Зигзаги» делал: попытки охот,.. бань, рыбалок, походов... Командировки.. Лучше не вспоминать. Профессию сменить? Никакой профессией не сотворишь из бревна человека. Образ жизни? Да попади я и в рай, он будет мне адом. У Данте нашел строки, будто мне посланные:

встань, победи томленье; нет побед,

запретных духу, если он не вянет,

как эта плоть, которой он одет...

У меня вянет дух. А что вянет первично, дух или материя—плоть, не пойму..

Во что бы то ни стало влюбиться, срочно сменить семью? По-моему, такие рекомендации не столь нереальны, сколь, мягко говоря, безответственны. Я и так влюблен: в жену свою, страстно и постоянно влюблен, но не могу соответствовать, понимаете?

Не в постели, тут все в порядке, дело в другом.. Я и сыну своему четырехлетнему не соответствую, он у меня озорной, как котенок, а я не могу с ним играть. Страшно нудный я тип. (Хотя, как друзья находят, могу иногда быть остроумным.)

Надо жить, работать. Вскоре ожидается прибавление семейства. Неужели я обречен на это полусуществование до конца жизни?

Иногда подумываю: не лучше ли ускорить конец, чем так мучиться?

Откуда взять тонус?

Андрей.

 УГОЛ НАКЛОНА, ИЛИ ОТКУДА ВЗЯТЬ ТОНУС

Ко мне - когда больше не к кому. Когда либо нет диагноза, либо не тот, либо толку от него как от слона перьев. Болезни бездомные, болезни безымянные и неуловимые, жизнь стиснутая, стреноженная, здоровье, прячущееся в болезнь...

Андрей, вас, конечно, не удовлетворит ни о чем, в сущности, не говорящий диагноз «астено-депрессивный синдром», который и я мог бы (на медицинском языке вам поставить, имея в виду хронически пониженный тонус и такое же настроение.

И вряд ли утешит сообщение, что таких, как вы, много...

Шлю некоторые предложения.

Угол наклона изменить можно

 Как мы знаем, есть люди всю жизнь толстые, как бы ни жили; есть и навек худые; есть всегда добродушные или неизменно беспечные; есть постоянно тревожные или беспрерывно злобные...

Это конституция, склад, сложение, тип телесный и тип психический — набор данностей, постоянных свойств. Но человек меняется, это мы тоже знаем. Человек часто становится непохожим на самого себя. Нас меняют возраст, климат, меняют события и обстоятельства, меняют болезни, меняет наш образ жизни...

Особей всю жизнь одинаковых, навсегда узнаваемых, равных самим себе, очень мало. А всего больше тех, кто изменяется в связи и в зависимости - толстеет или худеет, смотря сколько ест, каковы двигательные нагрузки; беззаботен или тревожен соответственно обстоятельствам; озлобляется или добреет по разным поводам...

 Однако и внутри этого зависимо-переменного большинства сеть свои склонности: одни скорее худеют, другие толстеют; одни легче влюбляются, другие охотней приходят в ярость...

С тонусом обстоит дело так же: неизменная бодрость или постоянная вялость — редкие крайности устойчивых конституций: а доступная переменам тенденция, склонность — почти у каждого.

Что же такое склонность? Готовность меняться преимущественно в одном направлении.

Как в домах на холмах — скрытый угол наклона по отношению к горизонтали, когда все падает, льется и катится в одну строну... В этих случаях что приходная делать? Уровни соизмерять, подпорки всякие подставлять, а то и фундамент править...

Очень важно принять в разумение вот какой общежизненный факт: у всех организмов есть безработные гены и запасные генопрограммы — возможности другой бытности. Да, у всех! И у меня, и у вас тоже, наряду с генами действующими, есть еще множество заблокированных, как бы придавленных. За сложившимся типом таится другой, теневой, конституция как бы спящая или дремлющая — возможно, и не одна...

С точки зрения эволюции это вполне логично: мало ли какие перемены уже случались в Природе и могут еще случиться. Нужны запасные варианты, запасные пути.

В течение жизни может происходить смена «угла наклона» — изменение генопрограммы по каким-то параметрам. Мне, врачу, часто приходится наблюдать, как человек по тем или иным причинам переходит из одного типажа в другой. Обычно, увы, не в лучший, но иногда...

У вас есть склонность к пониженному тонусу — астении — и к подавленному настроению — депрессии — но уверен: для вас возможно иное жизненное состояние, иное качество бытия — вы это сами чувствуете, оттого и мучаетесь. «Угол наклона» изменить можно!..

Если б у вас не было в активе хотя бы этих 30 бодрых дней, если бы совсем не с чем сравнивать было — жили бы как живется, не требуя от себя достижений, были бы величественным флегматиком...

Кто дал по носу вашему тонусу?

(Здесь, выше и ниже мой многоуважаемый пациент, поэт Иван Лфанасисвич Халявин счел для себя пристойным за небольшой гонорар выступить в качестве коверного психоклоуна и осчастливить мой нудный текст своими придаточными подзаголовками. Как говорится, за что купил, за то и продал.)

В глубине мозга, в самой сердцевине, находится так называемый гипоталамус — «мозг мозга». Это главный энергегический регулятор, дозирующий расход внутренних сил; пульт, подающий напряжение для всех приборов и систем организма — верховный правитель тонуса.

У вас активность его по большей части низка. Почему?.. Нехватка неких веществ? Наличие лишних, внутренних ядов?.. Или и то, и другое?..

Тонус наш всезависим, всесвязан. Тонус зависит от солнечных протуберанцев и направления ветра.

От прирожденных свойств нервных клеток. От того, чем дышим; от того, что и как всасывается в органы пищеварения, а значит, и от самих органов пищеварения, и от того, что едим и пьем. От работы органов выделения: почек, кожи, кишечника, легких... От качества крови питания мозга».

Мозг связан с мышцами: в «мозг мозга» непрерывно идут импульсные и химические сигналы о том, как им, мышцам, живется-можется, что им надо и чего от них можно ждать. И эта связь очень важна, ибо мышцы действующее продолжение мозга — исполняют и функцию энергоснабжения через обратную связь.

Картина не так уж проста, не правда ли? Связей-зависимостей страшно много. Цепочка гармонической целостности где-то нарушена, какое-то звено не срабатывает... Какое же?

Продолжать искать некую таинственную болезнь, чтобы потом найти еще более таинственное лекарство?..

Изобрети севе зарядку: в ноздрю кулак, а в ухо пятку

По самоописанию вашему очевидно и несомненно: в вашем образе жизни почти отсутствует то, что делает жизнь жизнью — движение. Организм ваш пребывает в застое, в самоотравлении малоподвижностью — гиподинамией. Тело ваше почти не работает. «Мозг мозга» не получает необходимой обратной связи, и никакое питание поэтому не идет впрок, а наоборот, становится источником внутренних ядов. Что-то к этому добавляет и отравление табаком, что-то — отравление скверными мыслями... Не спешите разочаровывать!

Да, многократно слышали, да, зарядка, после которой хочется утопиться, знакомые прописи...

Смею думать, они просто не дошли до нас, эти прописи, не воспринимались, внутренне отвергались — по одной лишь причине: преподносились скучно, бездарно, не зажигали. Вы просто не научились изобретать зарядку!..

Зачем ты. Бедолага-Блин,

скукожил свой адреналин?..

Глупо ошибаются те, кто думает, что следовать природе — значит ни к чему себя не принуждать, а повиноватья только своим желаниям. Давайте вспомним: произвели нас на свет вовсе не по нашему заявлению об уходе из чрева, а путем физического насилия, и довольно зверского... Вспомним: спасаться от голода, холода и врагов, бегать, бродить целыми днями, сражаться, лезть в ледяную воду, карабкаться на деревья, на скалы — все это отродясь делалось не по доброй воле. Вспомним: зачем нам ноги и плечи, позвоночник и мощный таз, зачем это изобилие малонужных мускулов и скрипучих связок? Зачем столько горючего адреналина в крови?

Да все затем же: чтобы выдерживать вынужденные нагрузки. Природное насилие предусмотрено нашей генопрограммой, и мы испытываем в нем потребность, хотя и не осознаем ее. Нам нужны напряжение и борьба!

Нам нужна усталость!..

И спорт выдуман был затем, чтобы заменить вынужденный, природный труд жизни. До спорта ли было охотникам, пахарям, пастухам, воинам?..

Массовый факт: мы физически недогружены, мы психически сужены, мы душевно простужены, мы духовно скукожены... Мы разучились двигаться и неудержимо переедаем: мы отравляем свою кровь, свой мозг и свою душу: мы ленивы и избалованы... А какой самый взрывчатый материал в мире, знаете?.. Скука!

Пять минут назад себя завыли, заболели, сели и завыли..

Если бы прежде, чем начать ходить, дети спрашивали у взрослых: «А как ходить?», и просили: «Научите меня ходить, помогите мне научиться ходить», — они бы никогда не пошли. Им не помогли бы даже наиквалифицированнейшие руководства и справочники по ходьбе. Они бы не ходили, а только читали и изучали этот немыслимо трудный предмет — ходьбу...

Перестав жить, как мы жили тысячи и миллионы лет, исторически всего минут пять назад насильственно перестав жить по Природе в связи с появлением денег, автомобилей, телевизоров и т.д., — перестав быть собой, мы тут же забыли, как это делается: как есть, как спать, как дышать, как двигаться...

Но не забыли о том наше бедное тело и наша глупышка психика, стараются нам напомнить, бьются, стучатся в наше сознание изо всех сил, что-то лопочут на языке наших болезней, недомоганий, всяческих отклонений...

А мы тупы и глухи...

Если дело делать лень, дело сделает ремень

Как вы поступаете, когда ваш маленький сын делает что-то неподобающее, тем паче опасное для здоровья, или не делает что-то необходимое? Вы его уговариваете — уговоры не действуют. Вы приказываете — не слушается. Остается одно: заставить, не так ли?.. Вы постараетесь сделать это как можно спокойнее, мягче, достойнее, безболезненнее — но сделаете обязательно, потому что вы любите своего ребенка и за него отвечаете, правильно?.. А потом приложите все усилия, чтобы его понимание возросло и чтобы он сам сознательно и свободно поступал как ему лучше. Чтобы заставлял себя сам...

Зрелый человек — тот ребенок, в котором пророс Родитель — любящий, действующий, отвечающий.

На астению руку положа, пошел гулять по лезвию ножа..

Скажу теперь нечто скучнейшее. Чтобы получить четыре, необходимо два умножить на два. Чтобы получить тонус, надо его заработать.

Заработать движением.

Обычнейшее возражение втянутых в порочный круг астении: «Чтобы иметь тонус, надо работать, двигаться?

А где взять энергию, чтобы двигаться? Где взять тонус, чтобы работать?.. Ответ: начать работать без тонуса, через «не могу». Извлечь первоначальную энергию из себя, волевым усилием — из скрытых резервов.

Совершить подвиг: за шкирку себя взять — и двигаться, черепашьими шажками, но двигаться, двигаться всячески - создавать потоки усилий, поток движения — и энергия начнет нарастать. Повторяющимися усилиями преодолеть инерцию, раскачаться, некоторое время помучаться — и тонус придет.

«А если резервов нет?..» Всегда есть, даже у свежеумерших. - «А если не придет тонус?..» — Придет обязательно. — «Пробовал - не приходит. Делается еще хуже, валюсь с ног...» Не допробовал. Не распробовал. Не домучился, пожалел себя, сдался. Недосовершил подвиг.

Скажите, положа руку на астению: из прожитых 30 лет посвятили ли вы хотя бы 30 дней целиком врабатыванию в новый энерготонус? Провели ли с такой задачей хотя бы один отпуск? Уверены, что установили точные границы между астенией и ленью? Это трудно: много раз сам переходил из лентяев в астеники, из астеников в депрессивники. из депрессивников в лучше-не-вспоминать...

Несмотря на дохлый тонус, лотихоньку с места тронусь

Если вы:

- ежедневно двигаетесь, физически работаете любым способом — копаете землю, играете в теннис, плаваете, танцуете, пилите доски — примерно в два раза больше, чем хочется (а это значит, округляя, в два раза меньше, чем можете), и притом хоть единожды разогреваетесь до пота;

- едите что хочется — раза в полтора меньше, чем можется, то есть следуете своим желаниям, но не до полного насыщения, не до отвала;

- и точно так же относитесь к интимным общениям;

- проводите на свежем воздухе хотя бы 14 часов в неделю (лучше всего по два-три часа ежедневно или, хуже, только полные выходные);

- спите и пьете (минус апкогопь) ровно столько, сколько вам хочется;

- ежедневно купаетесь в прохладной воде или принимаете контрастный душ с интенсивным обтиранием и самомассажем;

- один раз в день, а лучше два-три, в течение 5 минут в состоянии покоя и расслабления медитируете, настраиваетесь на уверенность, бодрость...

Если все это присутствует в вашей жизни, то вы уже делаете для своего тонуса все зависящее от вас — притом, что это лишь ничтожная часть возможного, только минимум миниморум, реальнейшее из реального. Семь струн можно довести до 70 и до 700!..

Самочувствию в прибыток создавать лоток попыток

«Все это тяжело, неприятно» неинтересно.

Все это надо, а мне не хочется. У меня нет воли. Мне себя не заставить...

Переведем:

Я себя не знаю и знать не хочу. У меня нет опыта движения к здоровью.

Мне незнаком вкус свободы. Я боюсь шагнуть в неизвестное. Я предпочитаю жаловаться, стонать, скрипеть, гнить, заживо разлагаться. Я рассчитываю получить благодать на халяву, задаром...

Отсутствие силы воли?.. Скорее, недостаток здравого смысла. Самопринуждение?.. Нет! Всего лишь начало — и продолжение, продолжение, продолжение!.. Возобновляющийся поток, поток новых и новых начал!..

Самопринуждение развивает волю, как физический труд развивает мышцы.

Главная беда наша в том, что начатое не продолжается. Невозобновленная попытка — попытка наоборотная, вклад в копилку самопрезрения. Нет, не безволие, а ошибка трусости, ошибка недоверия к жизни. Ошибка здоровья.

Все эти начинающие и бросающие подобны тем, кто, задав вопрос собеседнику, отворачивается и не слушает...

Самоаптека несверхчеловека

По сравнению с некоторыми своими пациентами я выгляжу образцовым сапожником без сапог. Но вкус целительного самопринуждения мне, слава Богу, знаком, и, познав этот эликсир, я уже не откажусь от него до конца дней. В моей жизни было несколько кризисов, когда все казалось законченным на самой печальной и некрасивой ноте. И столько же выкарабкиваний, возрождений, позволивших сделать то, что удалось...

Родился я, можно сказать, повышенно-здоровым, развивался превосходно, был крупным, отлично сложенным, неугомонно подвижным, веселым ребенком.

Война нанесла первый и самый сильный удар по телу и по душе, оставила пожизненный след, в сущности, глубинную инвалидность...

В эвакопоезде под бомбежкой (мне было два с половиной) ошпарило кипятком — еле выжил. Потом разлука с родными, какой-то чужой интернат — тяжелейшая депрессия с деградацией, онемел, впал в ступор, почти паралич. Далее голод, болезни, тяжелый рахит, дистрофия.

Несколько состояний на грани смерти... К шести годам выправился, но был уже далеко не тем, чем обещал.

Любимые мои родители, замороченные, как все советские папы и мамы, старались уберечь меня от болезней.

Старались, как понимали: перекармливали, перегревали, ограничивали подвижность.

С первого класса начал опять киснуть, часто болеть, хиреть, а с третьего — рыхлеть и толстеть. Вот фотография одиннадцатилетнего сутуловатого рохли с пустым взглядом, неприятно смотреть...

Из этого времени я не вынес, кажется, ничего, кроме отупелой тоски и комплексов.

Но помнится и другое: каждое лето я вырывался на волю и воскресал на воздухе; сумел стать звездой нападения одной детской футбольной команды...

В 12—13 лет — первое восстание против судьбы: решил стать сильным, смелым и волевым, научиться драться и стать мужчиной...

Гимнастика, лыжи, коньки. Вместо гантелей (их редко тогда продавали, да и не было денег) качался тяжелыми железными утюгами. Пошел в секцию бокса. Возлюбил танцы. Играл на фортепиано...

17-летний амбал, переполненный самоутверждением, ужасно гордился своими мускулами и талией и при всякой возможности и даже без таковой ходил на руках.

Ко второму курсу мединститута достиг неплохих результатов в боксе, нокаутировал парочку тяжеловесов.

Подрабатывал одновременно грузчиком и натурщиком.

Но начала ощущаться тревожащая пустота в черепной коробке...

Следующий десяток лет посвятил продвижению на интеллектуальном уровне, а на физическом, как безумный, транжирил добытое. Образ жизни сидячий и аритмичный, заброшенный спорт, антипитание (колбасы, консервы), бестолковое пьянство, психованная основная работа плюс ночная писательская, оголтелая курёжка, запутанная личная жизнь...

Месть забытой Природы, по счастью (именно так — по счастью), довольно рано приперла меня к стене. Проявилась плохая сосудистая наследственность.

Уже в 29 лет (после выхода моей первой книги) познал на себе, что такое грудная жаба — стенокардия. Сначала просто «сдыхал», когда случалось поиграть в бадминтон или в любимый футбол. Сдавливало грудь, заходилось дыхание... А потом вдруг обнаружил, что не могу пробежать и 30 метров, не ощутив холодный кол за грудиной; не мог быстро ходить, сердечные боли появлялись даже в покое, поползла вниз умственная работоспособность...

Таскал с собой валидол — по кардиограмме диагностировали ишемическую болезнь...

В то время книга Гилмора «Бег ради жизни» не была еще широко известна — стенокардию лечили химией и так называемым покоем — малоподвижностью.

Опять самовосстание: понял, вернее, какой-то глубиной вспомнил: спасет движение! — да, то самое, чего меня хочет лишить проклятая жаба... Долой табак! Да здравствует воздух! Даешь движение!..

И сразу же поражение. Мордой об стол.

Бросив курить, за год не сумел написать ни странички связного текста... Зависимость, захватившая умственные механизмы, курящие писатели сразу поймут, о чем речь, хотя знаю и некоторых, бросивших с превеликим плюсом. Пополз в депрессию, закурил опять, пуще прежнего, но хватило ума не запрезирать себя. Решил — постараюсь, насколько возможно, уравновесить вред табака, отберу свое на других фронтах...

Изменил питание. Подружился с водой. Стал фанатиком свежего воздуха. И — в моем случае главное — начал расхаживаться: ходить, ходить больше, ходить быстрее, еще быстрее, ходить очень быстро, ходить только быстро... Сперва, как и следовало ожидать, очень быстро появлялась загрудинная боль. Несколько раз останавливался в удушающем спазме, с туманом в глазах и ревом в затылке — ну все, приехал, привет инфаркту...

Рисковал с верой, и пришел, настал этот великий миг, который я навсегда запомнил и тут же назвал пробивом — когда болевой спазм сердечных сосудов начинает вдруг как бы оттаивать на ходу, растворяться в пламенеющем торжестве солнца, зажигающегося в груди...

В этот миг я, конечно, не думал о том, что происходит, не сознавал, что перехожу на другую генопрограмму, меняю свой «угол наклона», но тело знало.

Потом больше не останавливался. лишь сбавлял ненадолго скорость. Логично все: сердце ноги кормят.

И мозг кормят, и все остальное. Взнузданные сосуды повинуются быстроте; за час стремительно-упоенной ходьбы на открытом воздухе — ходьбы мощной, до пота, ходьбы до счастья — ходьбы пробивной — организм платит тремя-четырьмя, a то и шестью-восемью часами прекрасного тонуса.

Во время такой ходьбы — и такой же гимнастики (присоединил вскоре) — мой мозг, отдыхая, выполняет уйму работы. Найти ключ к решению, подход к сложному пациенту, найти слово, мелодию, замыслить проект, вообразить диалог, увидеть картину... Все это за столом лишь на 15—20 процентов, а остальное в движении. (Еще процентов десять — не по количеству, но по качеству самых главных — в глубоком расслаблении и во сне...)

Лучшими страницами, интереснейшими идеями, любимейшими стихами обязан я своим двум верным друзьям-докторам: свежему воздуху и собственным мускулам.

Когда пишу книгу или большое письмо — возвращаясь с прогулки, несу в голове несколько готовых страниц, которые остается лишь побыстрее перенести на бумагу. (Три прогулки в парке Сокольники произвели и это письмо.)

Это глупое мудрое тело от себя самого улетело...

Великий учитель здоровья Поль Брэгг сказал: «Тело глупо». И не согласиться нельзя: да, тело похоже на упрямейшего из ослов. Тело трусливо, тело коварно, тело идиотично. Но сказано это о теле, забывшем Природу...

Знаю не понаслышке: тело податливо. Тело восприимчиво и внушаемо, как ребенок. Тело мудро, как зверь, как растение, как Господь Бог.

Тело, вспомнившее Природу, тело одухотворенное — гениально, даже если уже сделало много глупых ошибок...

Объявляется восстание против теловычитания

Вялость, энергии нет, гнетет какая-то полусонливость, полусуетливость, полугневливость-полуплаксивость — а надо жить, действовать, мыслить, а надо, а надо, а надо... А этому телу с его непонятной мудростью все до лампочки... Гасится мозг, приходят в бездействие самые нужные нервно-мускульные приборы — и...

Спать?.. Прямо вот так взять да и завалиться?.. Если бы это было возможно в любой момент... И если бы после сна всегда прибегала к нам ожесточенная бодрость и новоиспеченная свежесть. И если бы можно было во сне между делом исполнять наши многочисленные обязанности — о, тогда, пожалуй, и я бы не переставал спать...

Стимуляторы? Это всему конец.

Но у нас есть движение, у нас есть, всегда есть в запасе движение! То единственное, чем мы можем ответить на всю неизбывность мировой глупости, в нас поселенной!.. Гулять? Да, гулять! Если не в лес, то в парк, если не в парк, то на двор, на улицу! Ходить, бегать! Играть в мяч, в догонялки, во что угодно, лишь бы во что-то подвижное, бегать взапуски с ребятишками во дворе!

Э-э, не та комплекция, не тот возраст... Неудобно, да и не примут ребятишки, разбегутся, пожалуй... А потом вон погода какая... Хороший хозяин собаку не выгонит... Ладно, погода... И впрямь, кошмарная слякоть. Останемся в четырех стенах.

Чтобы вырос счастья стебель, уберите к черту мебель

Что сейчас надето на нас пижама, халат, брюки, куртка?.. Снимем, снимем это утомительное барахло. Останемся в трусиках либо в наилегчайшем, наисвободнейшем спортивном костюме. Откроем окно или форточку.

Отодвинем подальше стол, стулья, что там еще — к черту мебель, освободим площадь для здоровья, вздохнем свободно. Долой ужимчивые гримаски, прочь скованность и брюхосолидность. Все, приготовились?.. Начали!

...А что начали?.. Вот те раз. Оказывается, мы не знаем, с чего начиналась жизнь, забыли. Стоим, мнемся. Забыли, как можно двигаться. Ну чего там? Наклончики, приседанчики? Бег на месте?.. Притоп-прихлоп?..

Сидя у себя под крышей, учимся у незабывших

Посмотрим на любого младенца — он еще не забыл, он подскажет. Вот приседает, вот топает-хлопает, ползает, кувыркается, отжимается и подтягивается...

А посмотрите, сколько у него упражнений для брюшного пресса, для таза и спины; как вращает ногами в воздухе, подтягивает пятку ко рту — чем не йога?..

А вот и прыжки «в партере»: упершись руками в пол, отбрасывает ноги назад, и снова вперед, на корточки — прекраснейшее упражнение и разгонка крови...

Посмотрим на ребятишек, посмотрим и на спортсменов, посмотрим на балерин, на цирковых акробатов, посмотрим на обезьян в зоопарке или на своего собственного кота, когда он играет, — они еще не забыли, они помнят и дают вспомнить нам...

Все мы с детства врожденно умеем обезьянничать, подражать, копировать, брать пример. Ну так что же, возьмем подборку журналов с комплексами разных упражнений, перефотографируем, перерисуем, развешаем у себя перед носом?.. Нам подсказывают, демонстрируют, предлагают. Гантели, эспандеры, резиновые бинты, турник, кольца, трапеция, шведская стенка, всевозможные гимнастические станки, тренажеры, снаряды — натащим все это к себе в дом, во двор, что сможем! Насытим свою жизнь пособиями для движения!..

Но и безо всего этого — есть ли у нас наконец хоть капля воображения? Неужто нельзя представить, что мы ползем, прыгаем, прячемся, атакуем, прыгаем с ветки на ветку, катаемся по земле от счастья, тащим на себе что-то тяжелое и сопротивляющееся, боремся за добычу, за жизнь, кого-то очаровываем — неужели нельзя все это вспомнить?..

..И суставами скрипя, изнасиловать себя

Если мы не в агонии и не в бессознательном состоянии, если сердце худо-бедно гоняет кровь, если хоть как-то двигаются ноги, руки, шея и поясница, даже при тяжком радикулите (хуже все равно некуда!) — оседлаем-ка своего осла, не раздумывая, не куксясь, не ожидая прилива вдохновения — да, насильно! — заставим работать! Ну же, вот теперь-то и разозлимся! «Баран, медуза, моллюск, спасайся от неподвижности! Марш к здоровью!»

Ну вот, помахали руками, как птичка крылышками... почему же так вяло, невдохновеино?.. А чуточку поэнергичней?! Покрутить головой, пошевелить ушами, повращать шеей, чтобы потрещали, как хворост, заиндевевшие позвонки!.. А теперь задерем-ка повыше ногу — попробуем как-нибудь водрузить ее вот на это плечо. Это уже элементы творческой йоги. Не получается? Великолепно!..

Ну, а теперь нога остается за плечом, а мы ее — в руку.

Да-да, ногу в руку — не в эту? В другую!.. И вытягивать, да-да, распрямлять — рукой ногу! Выше, еще выше!..

Кое-что пробилось, не так ли?.. А теперь — сядем на пол, отдышимся.

На манер гусей и уток дураки не любят шуток

Мой обидчивый организм, например, однажды, когда я слишком ретиво на него поднажал с резиновым эспандером (после бессонной ночи и многочасовой неподвижности: сдача рукописи, цейтнот...), выдал мне сердечную истерику, сбой, да какой...

Дадим телу время на приспособление к новым требованиям. Раскисшие мышцы должны успеть встрепенуться, раскачаться, взыграть; залежалый жир — возгореться и принести жертву самосожжения; сосуды — умножить свою упругость и проходимость: капилляры — раскрыться, освободиться от застоявшейся мути; сердце — успеть напитаться освеженною кровью, развить ударную силу, наладить ритм...

Всем клеткам тела нужно какое-то время, чтобы перейти на новый энергобаланс, вжиться в новую ситуацию. Этот переход имеет свои графики, определяемые скоростями биохимических циклов. Слишком быстро и сильно — плохо; слишком слабо и медленно — тоже плохо, не включишься...

Семь разминок на один поединок

Разминка — вы наверняка с ней знакомы, хотя бы издали: видели по ТВ, как разминаются футболисты, перед тем как выбежать на поле...

Это разминка легкая, поверхностная, главным образом для сухожилий и нервов. Когда я занимался боксом, узнал, что бывает разминка до пота: одной такой разминки новичку хватало на пятидневные боли в мышцах.

И это была лишь первая разминка, а дальше еще и еще...

Разминка тканевая, глубокая, до седьмого пота, воистину до седьмого.

(Число «семь» не зря так часто в народной мудрости поминается и обыгрывается, это действительно магическое число — и для тела, и для души; очевидно, оно каким-то образом запечатлено в генах: семь усилий подряд, большой цикл из семи подциклов во всем, а потом подведение черты, полный отдых, переключение.)

Не забудем же, что каждое упражнение, каждое трудное и новое движение — каждый подвиг повторять следует не менее семи раз.

Начиная каждый шаг, вновь упрямится ишак

Но как узнать меру нагрузки и ее усиления, как уловить предел резкости, предел напряжения? Как, если глухота к своему телу столь застарелая? Молча. Слушая...

Просто слушая... И внимая.

...Вот: тяжесть в мышцах растет до боли, дыхание о-хо-хо, сердцебиение... Едва-едва только начав шевелиться, тело уже вопит: «Стой! Хватит! Не могу больше. Ой, мамочки родные, пощадите!..»

Протест бурный, отчаянный. Но и другое слышно — как оно где-то там, про себя, в глубине клеточек лопочет украдкой: «Ну еще три-четыре движения вытяну, ну еще пять-шесть, может быть...» Глупое-то оно глупое, но и хитрое тоже, а лени сколько накоплено... А неудаленных отбросов... Какие помойки внутри, какие завалы...

И мы тоже будем хитры: остановимся и расслабимся.

Отдохнем... Но все же — не сразу, как вопль услышим, а где-то на предполагаемой середине между началом протеста и тем крайним пределом, до которого еще далеко... (А если б спасались от настоящей гибели!..) В самые первые разы останавливаемся пораньше, поближе. А потом — дальше. Перевести дух — и дальше, и дальше...

Придет из ада вам награда, придет из рая накладная..

Во всех органах и во всех тканях тела есть приемники «рая» и «ада» — чувствительные окончания мозговых клеток, производящих состояния удовольствия и неудовольствия, страдания и наслаждения, боли и кайфа... Если мышца работает хорошо, гармонично, от нее идут в мозг импульсы удовольствия.

Более того: исследования показали, что гармоничные мышечные нагрузки насыщают организм «райскими» химическими веществами, так называемыми эндорфинами — наркотиками собственного производства. Вот откуда и страсть к танцам, и страсть к спорту у самой молодой и здоровой части народа, вот почему самые здоровые дети самые непоседливые!..

Двигаясь, следуйте за приятными ощущениями - ждите их и ловите, опирайтесь на них!

Момент перехода усилия, напряжения, трудового мучения в трудовое удовольствие, в радость напряжения, в наслаждение от усилия — чрезвычайно важный, великий миг! Вот оно!

Телу хорошо! Мышцам вкусно! Нервы поют песни счастья! Сосуды играют победный марш! Клетки ликуют!..

Награда за труд! — пробилось!..

Теперь будет легко, будет радостно продолжать! — будет просто трудно не продолжать!.. Теперь мы уже не на осле — на коне...

Ставит маятник себе памятник

Организм, как и вся природа живет маятникообразными циклами: трата — восстановление, отклонение в минус — отклонение в плюс...

Глубокое здоровое физическое утомление обязательно возвратится к нам в виде глубокого здорового тонуса.

Но не сразу. Если, например, без привычки совершим большой пеший или лыжный поход, то после него, всего вероятнее, день-два не будем чувствовать ничего, кроме усталости и разбитости. Тонусная награда придет день на третий или только на пятый. Тяжесть в теле сменится легкостью, звенящей упругостью... Это знак, что тело усвоило нелегкий урок и просит: «Еще! — Продолжать!.. Я уже могу больше!..»

Втянувшись в высокотонусный режим, вы обнаружите интересную закономерность: двигательный покой, ранее безрадостный и бесплодный, теперь работает на тонус, как и движение. Полежав-повалявшись изредка, по типу «зигзага», почувствуете себя свежим, по-настоящему отдохнувшим — заслуженная награда за многодневные двигательные труды. Так отлеживаются иногда кошки, собаки, лоси..

Но, перевалявшись сверх меры, пеняйте на себя: то, что должно было стать бодростью, превратится в неприятное беспокойство, в недомогание и в апатию — все покатится назад.

Полюби свое движение! Остольное — приложение.

Все виды движения прекрасны и благотворны. Стать ходоком, бегуном, пловцом, велосипедистом или гимнастом, гребцом, лыжником или конькобежцем, кататься на роликах, играть в волейбол, в бадминтон, в теннис — не важно, важно лишь, чтобы это нравилось и продолжалось. И динамическая зарядка, и хатха-йога, и танцы — все может принести чудесные плоды и телу, и сердцу, и уму — если влюбиться...

Здоровым хочешь быть до ста — даешь зарядку для хвоста

У вас наверняка есть какие-то мышцы, особо голодные, особо жадные до движения, особо неутолимые. Когда-то они умоляли: дайте работу, дайте нам жить! Вы не вняли — они умолкли, завяли и мстят вам адом распада.

Теперь ваша задача отыскать этих страдальцев — и оживить, а тем самым оздоровить себя, обновиться.

Возможно, у вас есть какие-то слабенькие, дохловатыс от рождения клетки — то ли в костном мозгу, то ли в кишечнике, то ли в печени — клетки-заморыши, нуждающиеся в строго отлаженном режиме, бесперебойном питании. Есть, возможно, и какие-то сосуды с ослабленной проходимостью, легко засоряющиеся — их прочищать нужно и упражнять в кровотоке с двойным усердием...

Какие же именно?.. Далеко еще не всегда медицина способна вовремя отыскать таких вот заморышей и поддержать их. Но вы сами можете это сделать!..

Даже не уточняя, что это за клетки. Ваш исследовательский прибор — собственное самочувствие плюс движение. Испытывайте, изучайте себя — если не вы, то кто?.. У вас есть какие-то особенности взаимосвязей тканей и органов, которые присущи только вам и более никому в целом свете. Может быть, у вас кишечнозависимый мозг, может быть, ваше сердце особо влюблено в ваше левое ухо или правую пятку — не знаю. Но вы сами можете это узнать, изучая себя движением.

Одни движения, позы, массажные воздействия (равно как и еда, питье, музыка или человек) почему-то нравятся больше, другие — меньше. Если движение нравится, это бесспорный знак, что оно полезно. А если не нравится — хорошо бы понять, в чем причина. Может быть, просто неизведанность, непривычность — инерционное сопротивление... Но, может быть, и предупреждение: осторожно, слабое место (допустим, сосудистая аномалия или готовность к грыже).

Кроме вас, постичь это некому. Наладив дружеское общение со своим телом, обнаружите вскоре, что оно поумнело и сделало умнее своего господина..

Хочу с самим собой боднуться, о гениальный лоб споткнуться...

Вживаясь в свое тело, вносите в него творческий дух — и оно воздаст обновлением. Тело жаждет творчества! Новых движений, новых сочетаний движений — непривычного, небывалого!.. Каждая мышца, работая, не только тонизирует мозг, но и развивает его; каждое движение — симфония импульсов, и она продолжается, она звучит внутри нас — не пропадает ничто!

Каждое новое движение — взлет к новой жизни!..

За смертью я своей бегу, догнать старуху не могу..

Уже третий год я встречаю в парке бегающего старичка. В любую погоду в легком спортивном костюме — двигается, двигается не быстро и не легко, это даже бегом назвать трудно... Суставы и позвоночник давно заиндевели, нога припадает, рука не совсем слушается... Никогда не заговариваем, стараюсь даже не взглядывать, но до чего же важно мне всякий раз с ним встречаться. Се человек... До встречи!

Ответ через восемь месяцев:

ВЛ! Только что из бассейна. Хожу пробивно, и час в день — гимнастика. Не курю, чего желаю и вам..

Боюсь спугнуть, но пока — ОК!

ТЯЖКАЯ ОБЯЗАННОСТЬ БЫТЬ ЗДОРОВЫМ

Если бы Бог был вполне здоров, ему бы не пришло в голову создавать человека.

Иван Халявнн. Избранные афонаризмы

Каждый день проклинаю судьбу и благодарю Бога за то, что я медик.

Спрашивается: в чем же противоречие и что за недоразумение между судьбой и Господом Богом?

В вопросе, главном для врачевания...

А зачем здоровье? Ясно, когда болеешь: здоровье — то, чего у меня нет, здоровье - не то, что со мной. Но если здоров, а здоровым себя не чувствуешь?.. А если болеешь, а кажется, что здоров?

Вот как классически просто определял здоровье отец медицины, любимый мой Гиппократ:

«...здоровье - это даруемая нам богами возможность жить полной жизнью в свое удовольствие; возможность эта, однако, столь же редко используется, сколь часто теряется из-за злоупотребления ею...»

А вот слова предтечи современного клиницизма, великого Парацельса (мой перевод с латинского):

«Здоровье есть соответствие жизни ее целям в данное время и в данных условиях. Состояние здоровья есть степень и форма этого соответствия...

Здоровье ребенка, здоровье взрослого и здоровье старца, хотя и имеют одну основу, должны оцениваться по-разному, так же как и здоровье женщины и здоровье мужчины, здоровье воина и здоровье монаха, здоровье селянина и здоровье аристократа...»

Еще один гениальный врач, ученый и поэт Авиценна определял здоровье как взаимосогласие, мир и гармонию всех внутренних сил организма. При сем здоровье телесное и душевное к однозначности не сводил:

...Твои болезни лекарю полезны,

а кошельку его вдвойне любезны,

и кто, здоров ли ты, определит,

когда не тело, а душа болит?..

О сколько скуки под небесным кровом!

Как тяжко быть влюбленным и здоровым!

Здоровье, друг мой, праздник не большой —

всего лишь мир меж телом и душой,

но отними его болезнь шальная,

и возопишь, рожденье проклиная...

 На мотив Авиценны

На всем белом свете житейское здравомыслие держит здоровье за наивысшую ценность («здоровье всему голова»). Но простой же факт стопроцентной смертности всех живых делает эту сверхценность, по меньшей мере, сомнительной и иногда немножко смешной.

Я смерть отодвигаю, забываясь,

от смерти убегаю, напиваясь,

а смерть меня хватает на бегу,

как кошка мышку, сладко издеваясь...

Зачем беречься нам? В чем смысл здоровья,

когда дежурит смерть у изголовья?

Взмахнет мизинцем — нет тебя... Спеши,

в глотке вина — бессмертие души!

На мотив Хайяма

Коли теперь попробовать перевести поэтические сентенции на язык, приближенный к бытовому, то получится примерно следующее рассуждение: здоровье — это да, это хорошо, но... Какой ценой?..

Да так ли уж требуется оно мне, здоровье, если из-за него приходится надрываться и отказываться от удовольствий, а в результате все равно стареть-помирать?..

Да и нужно-то мне, ежели разобраться, на краткий мой век вовсе и не здоровье, а хорошее самочувствие.

И не столько самочувствие даже, сколь настроение, хорошее настроение, да, вот от чего я не откажусь никогда!

И, однако, отказываюсь. И совсем не здоровья ради...

Смысл,

запертый в бессмыслице... Постигнуть

его мне довелось к исходу дня,

когда решился время перепрыгнуть,

и мой прыжок — остался без меня.

Я над самим собой летал как будто,

я видел тело...

Грузовой вагон,

стоящий в тупике с пометкой брутто,

а снизу черным цветом ПЕРЕГОН.

Вон тот, кого считали за кого-то,

любили так и не любили сяк.

Дым без огня. Игрушка идиота.

Над пустотой трудившийся пустяк.

Там пользуют какого-то проклятого,

там превратили жизнь в мясной базар,

но яростный бардак реаниматоров

не приземлит мой перелетный дар...

Еще вокруг хлопочут, суетятся,

обряд непонимания верша,

но воздух перестал сопротивляться,

и день рожденья

празднует душа

ДОКТОР, ПОКАЖИТЕ ВАШИ ЗУБЫ

Имеет ли право тачать сапоги сапожник, сапог не имеющий? Тачать на одну или обе ноги?..

Господин Леви, соответствуете ли вы сами тому, чему учите? Ведете правильным образ жизни? Здоровы? Организованны? Психически уравновешены? Доброжелательны? Любите и любимы? Не завидуете и не ревнуете? Духовно растете?

А задаю я вам этот вопрос потому, что уж слишком часто и откровенно вы пробалтываетесь в своих книгах о своих трудностях и проблемах, явственно вырисовывающих знакомый до боли образ Сапожника Без Сапог. То депрессия на небосклоне, то вспыльчивость на грани психопатии, то курить не можете бросить, то запои обозначаются, то запоры.. Как понимать прикажете?.. «Врачу, исцелися сам», а?..

Именно так? уважаемый, именно так. Исцелися, и не единожды. Вы не в курсе? Наша Государственная Дума готовит законопроект «Обязательные требования к полноте служебного соответствия должностных лиц», согласно которому предписывается, в частности:

- лор-врачей при появлении насморка или ангины отстранять от должности и лишать дипломов;

- врачам-стоматологам стопроцентно самообслуживаться в индивидуальном порядке;

- хирургам производить себе хирургические операции по всем показаниям собственноручно,  в том числе кардиохирургам оперировать свое сердце, а нейрохирургам — собственный мозг;

- священнослужителям самоисповедоваться и отпускать себе самим собственные грехи (последнее, впрочем, со времен незапамятных имеет место де-факто);

- футбольным тренерам во время матчей по совместительству исполнять обязанности центрального нападающего, защитника, полузащитника и вратаря;

- тренерам по прыжкам в высоту перед каждым соревнованием бить мировой рекорд (можно ногами) — для наглядного примера и воодушевления воспитанников;

- реаниматорам при вступлении в должность предоставлять справку о бессмертии...

Теперь, являясь на прием к зубному врачу, я не сажусь в кресло, пока внимательно не осмотрю все его зубы для проверки профпригодности.

А ну-ка, говорю, открывайте рот.

А что это у вас за дырочка, позвольте спросить, на левом резце? И где правый клык, а?.. У-у-у, а тут что за яма такая?.. Как вам не стыдно, да как вы смеете вводить в заблуждение почтенную публику, а еще стоматолог, как вам не ай-яй-яй! Да вы и зубов не чистите!..

Шутки в сторону — приятно, конечно, когда доктор здоров, свеж, румян, никогда не чихает и ведет праведный образ жизни. Но я почему-то таким не верю. Охотней доверюсь тому, кто знает мою болезнь не столько по книгам, сколько по жизни и по себе самому.

Мне душу леденят и кровь

советы трезвых докторов,

а исполнимые советы

дают нетрезвые поэты...

Омар Хайям-прапраправнук

«Врачу, исцелися сам» было когда-то сказано в переносном смысле: имелось в виду нравственное здоровье.

В прямом же — чушь по определению, ведь врачи и существуют, чтобы лечить то, что самолечению не поддается, и на каждого врача должно приходиться врачей ровно столько же, сколько на всякого смертного.

В сапогах ли сапожник мой, мне не важно, лишь бы сапоги, им сработанные, были мне в самый раз.

Если человеку не удалась самопомощь, это не значит, что он не поможет мне. Скорее, наоборот. Когда психиатр психически очень нормален, это людоед, будьте уверены.

Только перед операцией хирург приводит свои руки в абсолютную чистоту..

МЕЖДУ НАМИ САПОЖНИКАМИ

Вот, кстати, и о хирурге. Это письмо-исповедь я получил много лет назад от доктора из глубинки. Подробно ответил, кое-что предложил. В частности:

- как убить импотенцию сразу и навсегда;

- как испугать свой страх;

- что такое бессонница и как с ней подружиться к обоюдному удовольствию;

- как использовать болезнь на благо здоровья;

- как правильно презирать смерть;

- как подписать договор с судьбой;

- режим не зажим и многое другое.

Из письма доктора Т-ва