Ворчливость

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Ворчливость

Есть пороки, которые едины по своей природе и отличаются лишь степенью проявления ее — нисходя от наиболее безобидных форм к самым отталкивающим. Ворчливость начинает ряд, неприятно нисходящие ступени которого — брюзгливость, сварливость, грубость, хамство. Впрочем, различие здесь не только количественное. В зависимости от уровня одно и то же свойство имеет свой неповторимый оттенок, особый психологический колорит. Недаром Аристотель считал как избыток, так и недостаток одного и того же качества души пороком, и только умеренность — добродетелью. Так, например, мужество — это не что иное, как середина между крайностями: трусостью и безрассудной храбростью, удальством.

Искренне полагаю, что ворчливость попала в число пороков по недоразумению. Правда, и добродетелью ее не назовешь. Она, скорее всего, не нравственное качество, а такой себе звук. Все, что работает и движется, производит шум. Дребезжит сношенный движок, посвистывает коса в руках косаря, шуршат шаги прохожих. Так и трения, возникающие в нашей жизни, то и дело порождают ворчание. Им выказывает себя законное недовольство; на него не досадуют, пока оно не становится чрезмерным. Закономерная реакция превращается в изъян, когда переходит границы, в которых оправдана. Разница между естественным свойством и недостатком бывает чисто количественной.

В ворчании важны модуляции. Можно ворчать добродушно, можно — зло. Ворчанием можно одобрять, сочувствовать, даже гордиться. А можно — раздражаться, выказывать недовольство, обижать. Ворчливость — просто привычка реагировать и откликаться ворчанием. Быть может, это рудимент нашего медвежьего происхождения. Само по себе качество вполне безобидное, и только от натуры ворчуна зависит, чем оно окажется для окружающих — утомительным испытанием нервов или милой чертой косолапости.