ПРЕДПОСЫЛКИ ТРАНСПЕРСОНАЛЬНОЙ ТЕРАПИИ

ПРЕДПОСЫЛКИ ТРАНСПЕРСОНАЛЬНОЙ ТЕРАПИИ

Брайен Уиттайн

Греческое выражение pou sto означает место, на которое можно встать, площадку или основу, а также набор принципов, на основе которых производятся действия. Цель этой статьи — определить pou sto для трансперсональной психотерапевтической практики.

Известно, что убеждения и образ мыслей терапевта сознательно и бессознательно определяют природу терапии, и особенно ее результат. Поэтому мне кажется полезным прояснить некоторые фундаментальные положения, которых придерживаются многие трансперсональные терапевты.

На мой взгляд, трансперсональная терапия — это подход к исцелению/развитию, который наводит мосты между западной психологической традицией, в том числе психоаналитическими и экзистенциальными представлениями, и мировым опытом вечной философии. Отличие трансперсональной терапии не в технике, не в особом представлении проблем пациентов, а в духовной ориентированности самого терапевта.

Трансперсональный подход означает стремление помочь пациентам интегрировать трансцендентные или духовные и персональные измерения существования, помочь им осуществить свою уникальную творческую индивидуальность, указывая одновременно на то, что корни ее лежат во вневременном, бесформенном, глубинном измерении бытия.

Ниже приведены пять постулатов как попытка связать западную психологию и вечную мудрость. Они формируют pou sto трансперсонально ориентированной клинической работы. Я полагаю, что трансперсональная психотерапия опирается на следующие предпосылки: а) потребность в исцелении/развитии на всех уровнях спектра самотождественности — эгоистическом, экзистенциальном и трансперсональном; б) развертывающееся осознание терапевтом самости или глубинного центра бытия и представление о своей духовной направленности как о фокусе терапевтического процесса; в) процесс пробуждения от низшей к высшей идентификации; г) исцеление, восстановление природы внутреннего осознания и интуиции и д) возможность трансформации в терапевтических взаимоотношениях не только для пациента, но и для терапевта.

ПОСТУЛАТ 1

Трансперсональная психотерапия — подход к исцелению/развитию, обращенный ко всем уровням спектра личности: эгоистическому, экзистенциальному и трансперсональному.

«Кто я есмь?», «Что я есмь?» Это центральные вопросы, обращенные к психологии. Поиск ответов на эти вопросы столь же стар, как и они сами.

А ответ? Уилбер, один из наиболее авторитетных и плодовитых представителей трансперсональной психологии, предполагает, что это полностью зависит от того, в каком месте спектра самоотождествления мы себя определяем. Наше самоотождествление определено пограничной линей между «нами самими» и тем, что мы исключаем из «я».

Я выделяю три уровня — три измерения или три зоны — в этом спектре: эгоистический, экзистенциальный и трансперсональный, двигаясь от строго изолированного и индивидуального к целостно охватывающему и универсальному. Я рассматриваю их как взаимопроникающие уровни в «иерархии целостностей». Высшие измерения выходят за пределы низших, включая их в себя.

Наша ментально-эгоистическая личность является скоплением концепций, образов, представлений о себе и объектах, отождествлений, субличностей, защитных механизмов и механизмов обращения с реальностью, которые связаны с ощущением себя существом, отдельным от других существ.

На мой взгляд, первая задача трансперсональной психотерапии тождественна задаче других западных разновидностей терапии: способствовать появлению и развитию устойчивой, связной эгоистической личности, если пациент в этом нуждается. Многие приходят к терапевту, нуждаясь в более ясном представлении о том, кто они есть как отдельные, отличные от других индивиды. Их самотождественность можно назвать предэгоистической. Они почти полностью отождествлены с основными приемлемыми аспектами своей полной самости (которую Юнг называет персоной) и отрицают, вытесняют или проецируют неприемлемые аспекты (юнгианская «тень»).

Таким образом, работа на эгоистическом уровне устанавливает границы, интегрирует противоположности, корректирует нефункциональные представления о себе и других и модифицирует структуру характера так, чтобы пациент мог взаимодействовать с окружением и существовать более полноценно.

Коль скоро человеку удалось создать более целостную эгоистическую самотождественность, он может продолжить поиск себя, развертывая свою экзистенциальную самость, или истинную внутреннюю индивидуальность.

Я полагаю, что пациенты разворачивают потенции своей экзистенциальной самости, сталкиваясь с тем, что Бьюдженталь называет экзистенциальными данностями или условиями человеческого бытия. Как люди, мы воплощены в теле, способны осуществить выбор и выполнить действия; мы отделены от других, хотя связаны с ними. Каждый человек «подвержен» этим условиям существования.

Факт нашего воплощения подразумевает, что мы «подвержены» юности, зрелости и старости, постоянным изменениям, болезни и здоровью, всем радостям и тревогам физического бытия на земле. Будучи воплощенными, мы смертны. Ничто воплощенное не постоянно. Единственное, в чем можно быть уверенным в нашей земной жизни, так это в том, что она имеет конец; когда он наступит — совершенно неизвестно.

По опыту клинической практики я полагаю, что люди, принявшие эти данности, лучше осознают самих себя, других людей и весь окружающий мир. Они начинают ценить подлинность и постепенно соотносят внешнее поведение и взаимодействие со своими внутренними мыслями и чувствами. Они приходят к высокой оценке жизни, управляемой своим «живым центром», экзистенциальной самостью, меньше нуждаясь в оценке или руководстве внешнего авторитета.

Задача трансперсональной психотерапии, на этом уровне — помочь пациенту ослабить хватку затвердевшего психического «эго», чтобы могла проявиться дхарма человека. Пациенты постепенно освобождают свою энергию от суперструктуры обусловленной ментально-эгоистической самотождественности и направляют эту энергию на актуализацию своих уникальных умений, талантов и функций.

Трансперсональная психология предполагает, что наша ментально-эгоистическая и экзистенциальная самость является неполной. Первоначально наша самотождественность эгоистична, и мы отождествляемся со своими ментальными представлениями о том, кто такие мы и что такое мир, в значительной мере сформированными во взаимодействии с теми, кто заботился о нас в детстве. Мы, так сказать, «живем в своих мыслях», отделенные от своей индивидуальности и физического тела. Когда самоидентификация экзистенциальна, мы начинаем принимать данности человеческой жизни — то, что мы воплощены, ограничены, свободны и находимся в определенных отношениях, но в то же время, будучи индивидами, отделены от других, от природного окружения и Вселенной. Согласно вечной философии, мы не можем обрести истинную целостность, пока не пробудимся к целостности более глубокого уровня самотождественности — самости.

Вечная философия говорит, что мы происходим из единой самости (или укоренены в ней), что мы отчуждены от нее и не осознаем своего происхождения и что мы можем вернуться к ней, не изучая чего-то нового, а лишь вспомнив нашу истинную самотождественность. Каждая исторически обусловленная религия по-своему говорит об этом.

В процессе психотерапии некоторые пациенты начинают понимать глубокую истину: какими бы великими они ни стали, сколь бы многим они ни обладали и чего бы ни достигли, им никогда не обрести таким образом полноты. Первая из четырех великих истин буддизма — непостоянство, страдание и нереальность воплощенного существования — становится полной, одинаково сильно ощущаемой. Побужденное внутренним императивом, их внимание начинает обращаться к духовным вопросам.

В моей практике трансперсональные переживания иногда возникают у пациента в том случае, если он включает одну или несколько экзистенциальных данностей в свою жизнь или очень глубоко проходит сквозь хорошо обустроенный защитный паттерн. Такие люди, естественно, начинают принимать свое отношение к Богу, конечной Тайне, свое место в эволюции, жизнь после смерти и духовные дисциплины.

Хотелось бы высказать одно заключительное соображение, прежде чем оставить первый постулат. Важно помнить, что эгоистический, экзистенциальный и трансперсональный уровни самотождественности — это взаимопроникающие уровни в иерархии целостностей, и потому жизненные заботы пациентов могут касаться всех уровней одновременно. Это часто не учитывается в иерархической модели функционирования человека, но становится очевидным, если использовать эту модель в клинической работе.

ПОСТУЛАТ 2

Трансперсональная психотерапия признает развертывающееся осознание терапевтом самости и центральную роль духовного мировоззрения терапевта для природы, процесса и результата терапии.

На мой взгляд, терапия может быть трансперсональной настолько, насколько терапевт стремится к постижению самости, глубинного центра бытия.

Если мы рассматриваем наших пациентов сточки зрения «эго», то мы склонны видеть в них отдельных индивидов, отличных от нас самих. Если мы пробуждаемся к трансперсональной самоидентификации, мы переживаем и наше объединение со всеми людьми и вообще со всеми живыми существами. В глазах терапевта, идущего по пути самопознания, человек, сидящий напротив него, это не просто совокупность характерных черт личности; он (или она) становится индивидуализированным выражением самости, к которой мы все причастны.

Я убежден, что этот принцип содержит нечто, очень важное, но это практически непостижимо, пока терапевт не начал пробуждать свой глубинный центр бытия. По существу, нашим пациентам больше всего необходимо, чтобы мы видели в них самость, каковой они поистине являются, неотличимую от самости, каковой является мы. Я полагаю, что путем признания истинной идентификации — пациентов и нашей собственной — мы расширяем наше видение того, кем является пациент и на что он способен. Если наше представление достаточно широко, этот взгляд помогает пациенту отбросить искаженные эгоистические конструкции относительно себя и мира, поверить, что в их основе лежат его представления или образ жизни, и расширить свое ощущение самотождественности. Понимание истинной природы пациента, а также внутренний свет и красота, открытость, сила и достоинство, глаза, которые принимают, ценят и безусловно любят, то есть все, что, по словам Ассаджиоли, является свойствами самости, это и есть сердцевина исцеления в трансперсональной психотерапии.

Воон говорит о чем-то подобном, называя это «целительным осознанием».

ПОСТУЛАТ 3

Трансперсональная терапия — это процесс пробуждения от низшей самотождественности к высшей.

Согласно «Курсу чудес», «то, чем, как вы полагаете, вы являетесь, — это верование, которое подлежит уничтожению». В вечной философии самотождественность и ощущение мира на эгоистическом и экзистенциальном уровнях спектра личности рассматриваются как нечто возникшее из мыслей и убеждений. Трансперсональное исцеление включает в себя понимание более широкой самотождественности, которая проявляется, когда мы отказываемся от своих до того не подвергавшихся сомнению представлений о себе и о мире.

Постепенно оставляя наше исключительное отождествление с предэгоистической самотождественностью, мы можем пробудиться к эгоистической самотождественности. От отождествления с ограниченной эгоистической самостью и структурой мира мы можем дойти до глубины своей экзистенциальной самотождественности, а оставляя исключительное отождествление с воплощенным индивидуальным чувством себя, мы можем наконец трансцендировать к своей истинной идентификации, то есть самости, источнику всего нашего опыта. С каждой трансценденцией того, кем мы себя считали, мы ближе подходим к тому, кто мы есть, пока наконец не придем парадоксальным образом к самости, с которой никогда не расставались.

Этот постулат имеет важные следствия для трансперсональной психотерапии. Нам вовсе не обязательно использовать специфические практики для того, чтобы пациенты обрели трансперсональный опыт. Следуя вошедшей в поговорку метафоре о луковице, которую очищают постепенно, мы должны с сочувствием, но упорно помогать нашим пациентам отождествиться и затем освободиться от самоопределений и паттернов, задерживающих самоосознание и достижение более объемлющей самотождественности. Если в процессе терапии постепенно отбрасываются сопротивления и защиты более узкой самотождественности, то пациент может оказаться в состоянии «темной ночи» или кризиса пробуждения. Он начинает с полной определенностью сознавать, что его прежний образ жизни мало что может ему предложить, а цена, которую он за него платит — с точки зрения жизни и творчества, — огромна. Св. Иоанн назвал подобный переход «темной ночью чувств» и охарактеризовал его как нормальную стадию духовного роста, когда искатель, устав от «чувственных вещей», еще не может опереться на утешение «вещей Бога».

Нужно обладать открытым сердцем и большим искусством, чтобы провести пациента через этот кризис пробуждения. Терапевт должен понимать, что это целительный, а не патологический кризис. Пациент теряет голову, но этот кризис свидетельствует о рождении новой личности. Я считаю, что одна из важнейших функций терапевта — быть акушером при этих родах.

Мы должны быть готовы психологически присутствовать и поддерживать наших пациентов во время этих переживаний, дающих новую жизнь. Наиболее эффективно подготовиться к этому можно, лишь пережив собственные «темные ночи» и постигнув, что рождение следует за смертью.

ПОСТУЛАТ 4

Трансперсональная психотерапия содействует процессу пробуждения, расширяя внутреннее осознание и интуицию.

Согласно вечной философии, истина находится внутри, и спасение приходит с расширением нашего внутреннего осознания. Трансперсональная психотерапия использует природную человеческую способность обратить внимание «внутрь себя» и обрести более полное осознание внутренних сфер. Научиться жить непосредственно из внутреннего центра и внутреннего чувствования вещей — это само по себе исцеление и укрепление. Однако у большинства из нас эта способность притуплена.

Чтобы развить интуицию и познать внутреннюю мудрость наших более глубинных источников, нам следует отказаться от непреложности собственных суждений, проанализировать свой разум и ослабить исключительную сосредоточенность на объективном мире. Нам надо больше осознавать то, что внутри нас. Многие, если не все, могут, обратившись внутрь самих себя, достичь более глубоких уровней внутренней мудрости и интуитивно постичь то, что необходимо, чтобы сделать свою жизнь более похожей на то, какой ее хотелось бы видеть. Перлз отметил, что «осознание как таковое само по себе может быть целительным».

ПОСТУЛАТ 5

Взаимоотношения при трансперсональной терапии являются средством исцеления как для пациента, так и для терапевта.

На мой взгляд, трансперсональная психотерапия отличается от других терапевтических подходов тем вниманием, которое придается взаимоотношениям между терапевтом и пациентом. Эти отношения рассматриваются не только как средство исцеления пациента, но и как средство исцеления терапевта. Каждый человек, проходящий курс трансперсональной терапии, дает и нам (лечащим врачам) возможность исцелиться от наших собственных ран, возможность более полно реализовать нашу собственную аутентичность. В этом процессе мы сами исцеляемся, и благодаря нашему исцелению исцеляются пациенты.

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ

Я полагаю, что трансперсональным терапевтам еще предстоит прояснить pou sto своей ориентации. Это важно, поскольку наши убеждения и предположения относительно пациентов и процесса психотерапии накладывают неизгладимый отпечаток на то, как мы с ними взаимодействуем, чего ждем от них в психотерапии и что можем предложить в качестве результата терапевтического путешествия. Точное знание, чего мы хотим, может также способствовать развитию всеобъемлющего подхода, обращенного к человеку в целом в его эгоистическом, экзистенциальном и трансперсональном аспектах.