Можно ли переиграть гипнотизера

Как говорится, никто не мешает вам попробовать. Но только не следует думать, что это легко.

Тысячи случаев «одурачивания» легковерных и не очень легковерных людей, исследования цыганского гипноза дали много неожиданных открытий и способствовали развитию психотерапии и гипноза. Ни одно исследование оккультных наук не дало таких практических результатов.

Эриксоновский гипноз трансформировался в популярное сегодня НЛП; или нейролингвистическое программирование. Это сегодня то, чему учат на каждом углу. Мы не знаем, подозревал ли Дейл Карнеги о том, что советы его популярной книги так близки к техникам, которые применяют цыгане и гипнотизеры.

Как известно, нейролингвистическое программирование состоит из:

• оценки объекта;

• подстройки под него, то есть нахождения «общего языка» на невербальном уровне;

• перехода от роли подстраивающегося к роли манипулятора.

Дальнейшее воздействие зависит от ваших целей, способностей и подготовки, а еще, насколько управляем ваш объект, а также, в не меньшей степени от того, насколько сильна ваша мотивация манипулировать им.

В чем сложности этого процесса? Прежде всего, в вас. Вы должны научиться видеть вещи как они есть. Вы должны максимально освободиться от стереотипов мышления. Потренируйтесь, представляя себя персонажем научно-фантастического фильма, который попал в мир, о котором ему ничего не известно. Ничего не принимайте на веру, помните, что обманывать может все — и глаза, и уши, и осязание.

Как упражнение, можно посоветовать на глаз определить температуру предмета, расстояние до него, возраст человека, его имя. Проверьте, как настроено ваше восприятие. Ощутите на практике, как часто вы ошибаетесь из-за обобщения, стирания и искажения. Эти ловушки используют иллюзионисты для фокусов. Однако и в повседневной жизни таких примеров множество. И последствия от них могут быть какими угодно. Например, обобщения могут касаться самых разных сторон жизни — мы все группируем и обобщаем, это позволяет нам думать быстрее. Например, бородатый мужчина кажется нам старше, а невысокий человек моложе. Но если мы несколько раз убедимся, что бывает и не так, при обстоятельствах, которые запомнятся, то акценты сместятся. Например, молодой человек шел целый квартал за девушкой, которая, обернувшись, оказалась старше лет на тридцать, теперь уже не станет судить о возрасте женщины, когда видит только ее спину, более того, он постоянно будет опасаться, чтобы печальный опыт не повторился. Но и здесь не все однозначно. Возраст можно определить, не видя лица, просто молодой человек был невнимателен, его сбила с толку стройная фигура и прическа.

Стирание — это когда мы убираем то, что заслоняет действительность и дорисовываем какие-то части исходя из своего опыта. Примером может служить то обстоятельство, что если вы «идете на поводу» своего опыта, основанного на статистике, вы можете ошибиться. Например; вы, скорее всего, будете в шоке, если ваш малолетний ребенок вдруг заговорит басом. Или — кот заговорит! Вы несколько минут будете в шоке. Вот эти несколько минут есть у гипнотизера-иллюзиониста. Вы не готовы к неожиданным поворотам, а все же пытались подготовиться! В процессе таких смысловых упражнений начинаешь понимать, насколько косно и засорено стереотипами наше мышление.

И теперь вам понятно, что:

• таких параллелей тысячи в вашей жизни. Если такие клише мы усваиваем в простом, сколько же у нас штампов психологических, которые диктуются нам религией, обществом, семьей, нашей моралью, образованием. Причем налицо закономерность — чем выше образованность, тем больше клише. У детей их значительно меньше;

• тот, кто разбирается в этих клише, то есть те, у кого от этого зависят жизненно важные вещи (заработок, жизнь), имеет огромную власть над вами;

• избавиться от клише трудно — их много, и наш ум, цивилизованный, с развитой второй сигнальной системой — без них уже не может;

• изучить можно только часть этих клише, самых основных. Изучить их все — дело долгое, трудное еще и потому, что напоминает зубрежку. У цыган же это — учебник, у них масса пословиц-наблюдений и вообще они мыслят не «интеллигентно», а «образно», и им не нужно тратить десять страниц на объяснения какого-то нюанса.

Наши цивилизованные представления о мире слишком обобщены и пропущены через нашу вторую сигнальную систему. Поскольку «слово изреченное есть ложь», то наша модель мира искажается дважды. Тот, кто сумеет понять нашу модель восприятия мира, имеет к нам ключи. Простейший способ — это «подстройка», под дыхание, движения, походку и выражение лица. Чем более автоматически это получается у манипулятора, тем естественней вы с ним «синхронизируетесь».

Контроль — это прикосновения, легкие, почти незаметные. Если объект не насторожился, можно приступать к смене ролей. И здесь нужно вспомнить о том, что многие сигналы не доходят до центральной нервной системы: очень тихие звуки, мысленные посылы, мелкие движения, незначительные смены интонации. Чем быстрее и разностороннее воздействие, тем сильнее зависим объект, тем легче он ловится «на крючок». И вот именно это и остается секретом, «ноу-хау» цыган. Возможно, дело в их языке, возможно, характерном нерациональном на первый взгляд, ритме цыганской речи, которая похожа на речитатив, когда цыганка гадает или зазывает клиента. В этом есть смысл, так как звук, слышим мы его или не слышим, — это волновое послание, имеющее определенный рисунок.

В истории человечества не бывает сказок и преданий, лишенных смысла. Заклинания, медитативные формулы или определенное сочетание звуков в речи гадающей цыганки, гипнотизера, психотерапевта или духовного учителя секты — это одно и тоже, с небольшими вариантами.

Шарик гадалки или гипнотизера, пестрые цыганские юбки, пассы и монотонные движения при медитации упрощают контроль над вашим сознанием. После этого вам можно приказывать — и вы подчинитесь.

Все эти действия и звуки лишают человека воли и подстраивают сознание объекта под влияние манипулятора.

Что можно противопоставить этому? Не все попытки могут увенчаться успехом. Эту историю мне рассказал хороший знакомый. Будучи студентом, он с приятелями провожал домой на летние каникулы однокурсницу. На вокзале одному из компании пришла в голову «клевая» идея: поймать с поличным гадалку. Как раз накануне в общежитии выступал участковый. Разговор шел о преступности в районе, мерах предосторожности и, как водится, о сотрудничестве. Чепуха, конечно, но участковый упомянул и цыган. Мол, попрошайничают, воруют и мошенничают с использованием гипноза. Последнее вызвало интерес. Студенты по этому поводу подискутировали между собой: одни верили, другие — нет. На вокзале были гадалки, вот тебе реальная возможность убедиться в справедливости слов участкового.

План «захвата» разработали быстро и наивно. К гадалке должна подойти отъезжающая девушка, четверо ребят рассредоточивались в толпе и располагались на небольшом расстоянии от гадалки, чтобы иметь возможность наблюдать за происходящим. Если возникнет опасность, девушка должна подать знак — поправить прическу, но не так, как это делается обычно, от лба к макушке, а на затылке. Тогда ребята подходят вплотную и действуют по обстоятельствам.

«Наживкой» для возбуждения алчности цыганки служила стодолларовая купюра, но не настоящая, вместо портрета президента Соединенных Штатов на ней красовался Сталин. Какой-то шустряк наловчился их делать и продавал на базаре как сувениры. В кошелек положили эту «банкноту» и мелкие деньги «позолотить ручку» гадалке. Девушка должна была «случайно» показать гадалке содержимое кошелька.

Возражений ни с чьей стороны не было. Девушка сказала: «Хоть это и не баксы, но кошелек цыганке я не отдам», — улыбнулась и пошла. Ребята заняли исходные позиции и, надо полагать, каждый надеялся в нужный момент оказаться первым. Пока ничего подозрительного и требующего внешнего вмешательства не происходило. Гадалка взяла девушку за правую руку, что-то спрашивала и говорила. Один из парней, назовем его М., несколько раз вплотную приближался к гадалке, прислушивался и присматривался, но ничего сверхобычного не заметил. Эксперимент явно не удался, и ребята поглядывали на часы, справедливо полагая, что можно было потратить это время более интересно.

Минут через пятнадцать сеанс гадания окончился. Девушка вернулась в приподнятом настроении, смеялась и шутила. Кошелек и его содержимое пребывало в полной неприкосновенности, если не считать тех денег, которые ушли на «золочение ручки». Девушка подвела черту, заявив, что правы те, кто предупреждение милиции о цыганском мошенничестве объясняется элементарной неспособностью отлавливать воров. Кто-то выразил сомнение: один опыт еще ни о чем не свидетельствует. Потом заговорили о гадании. Девушка была в восторге от цыганки. «Ее проницательность потрясная! Она говорила то, чего не знает никто на свете!» Распространяться о предсказаниях на будущее девушка не стала, да ребята и не настаивали — ясно, что речь шла об избраннике, а претендентов здесь было аж четверо.

Бомба взорвалась на перроне. М. спросил у девушки, где ее перстень? Компания онемело смотрела на девушку, та — на свою руку. Перстня (его подарила мама) не было!

— Цыганка! — сказал М.

— Этого не может быть, — не слишком уверенно возразила девушка. — Когда она могла снять? Я бы почувствовала…

Проводник уже поторапливал пассажиров заходить в вагон. Парни чувствовали себя виноватыми и пристыженными: они втянули девушку в авантюру, они послали ее вперед, как подсадную утку, они проворонили момент похищения перстня. Ясно было и другое: правило «Проверяйте деньги не отходя от кассы» действует не только в магазинах, след цыганки наверняка давно простыл, а если и нет, это не меняет положения.

— Что я скажу маме? — девушка едва сдерживала слезы.

Ситуацию разрядил М.

— Я вспомнил! — сказал он и ударил себя кулаком по лбу. — Вспомнил! Вспомнил, где ты его оставила. О'кей! — и запрыгал на месте от радости, как ребенок.

Проводник подтолкнул девушку к ступенькам в вагон. М. прыгал до того момента, пока вагон медленно не тронулся с места.

— Я тебе пришлю перстень! — крикнул вслед М. — Или нет, сам привезу. Хорошо?

М. не открыл приятелям, где остался перстень, да те и не слишком настаивали, любой хэппи энд в той ситуации был манной небесной. М. действительно отвез однокурснице перстень, а несколько позже они сыграли свадьбу.

— Зачем ты рассказал эту рождественскую сказку? — поинтересовался я у знакомого.

— Затем, что М. всех нас одурачил. И все мы об этом знаем. И молчим. — Он сделал паузу и продолжил — Перстень цыганка украла. М. купил такой же, он парень с деньгами.

— Значит, гипноз все-таки был?

— Однозначно, да. Мамины подарки по своей воле цыганкам не отдают…

Так что и как произошло? Цыганка легко уловила беспокойство девушки о кошельке с его содержимым. Это вполне устраивало гадалку-гипнотизершу — сознание девушку основательно занято, что упрощает процесс наведения глубокого транса. Цель была достигнута через каталепсию руки, очень распространенный прием как в официальном, так и в цыганском гипнозе. Как он проводится, подробно объясняет Милтон Эриксон. Воспользуемся его описанием, оно интересно тем, что психотерапевт рассказывает случай, когда он не мог общаться с испытуемой с помощью речи, что значительно усложняет работу гипнотизера.

«Вторая неожиданная индукция была проведена в январе 1962 года, во время визита в Каракас (Венесуэла). Я был приглашен посетить местный госпиталь и во время посещения меня просили сделать выступление для персонала об использовании гипноза в акушерстве на импровизированном собрании в конференц-комнате. Один из присутствующих предложил мне по мере обсуждения сопровождать свое выступление демонстрацией феноменов гипноза. Вспоминая свой опыт в Мехико-Сига, я спросил, могу ли я работать с какой-нибудь молодой женщиной, которая не знает цели моего визита сюда, не понимает английского языка и не имеет никакого опыта в гипнозе. Были приведены три женщины, я посмотрел на них и выбрал одну, от которой у меня осталось клиническое впечатление того, что я определял как «настроенное на ответ внимание», попросил остальных быть свободными и чтобы ей сказали, что я хотел бы ее содействия в течение моей лекции. Мой переводчик информировал ее очень тщательно таким образом, чтобы не дать ей более никакой информации и она утвердительно кивнула головой.

Сделав шаг по направлению к ней и стоя с ней лицом к лицу, я объяснил по-английски для тех, кто ее понимал, что они должны следить за моими действиями. Мой переводчик хранил молчание, и юная леди смотрела на меня внимательно и озадаченно.

Я показал девушке мои ладони, которые были пусты, и затем я дотронулся моей правой рукой и мягко обхватил ее правое запястье пальцами, едва касаясь его, кроме того, в нерегулярной, неопределенной, меняющейся манере — паттерне тактильной стимуляции с помощью кончиков пальцев. Результатом было полное привлечение ее внимания и интереса с ожиданием и удивлением по поводу того, что я делаю, и что будет в дальнейшем. Моим правым большим пальцем я надавливал на часть ее запястья, как бы собираясь повернуть вверх; в то же время в области радикальной выпуклости я произвел легкое направленное вниз тактильное нажатие на дорсоларетальную часть ее запястья моим средним пальцем. Так же я одновременно делая разнообразные мягкие прикосновения другими моими пальцами в той же интенсивности, но без определенного направления. Она дала автоматический ответ на направленные прикосновения, не дифференцируя их сознательным путем друг от друга, очевидно перенося внимание от одного прикосновения к другому. Когда она начала отвечать, я для разнообразия увеличил число направленных прикосновений, без уменьшения числа и разнообразия других отвлекающих тактильных стимулов. Таким образом, я вынудил ее руку и кисть совершать боковые и вертикальные движения, изменяя тактильные стимулы, перемежающиеся с уменьшенным по числу количеством ненаправленных прикосновений. Эта ответные автоматические движения, источник которых был ей по-настоящему не известен, испугали ее и, когда ее зрачки расширились, я коснулся ее запястья, предлагая ее руке направление вверх, и… рука начала подниматься, так мягко прерывая прикосновение, что она не заметила отрыва пальцев, а движение рук продолжалось. Быстро перемещая кончики своих пальцев по отношению к ее кончикам пальцев, я менял прикосновения так, чтобы неуловимо заставить ее ладонь повернуться полностью вверх, и затем делал другие прикосновения к ее кончикам пальцев, чтобы выпрямить одни, согнуть другие, и правильное касание ее выпрямленных пальцев приводило к продолжающемуся сгибанию к глазам.

Когда это движение началось, я, действуя пальцами, привлек ее внимание к моим глазам. Я сфокусировал свои глаза, настроив их на «смотрение вдаль», глядя как бы сквозь и за нее. Придвинул свои пальцы близко к глазам, медленно закрыл глаза, дыхание сделал глубоким, со вздохами, и опустил плечи, как бы релаксируя, и затем указал на ее пальцы, приближающиеся к ее глазам.

Она последовала за моими пантомимическими инструкциями и вошла в транс, не реагируя на попытки персонала привлечь ее внимание».

Конечно, такие люди, как Эриксон, рождаются нечасто и в то, что открывал он, сегодня мало кто может просто повторить. С другой стороны, разве мы знаем все, что открыла цыганским гипнотизерам их интуиция? Далеко не все богатство их возможностей можно объяснить теорией. Например, цыганское искусство способно породить такой сильный экстаз и транс, что человек теряет голову надолго, если не до конца своих дней. Танцующая красавица-цыганка толкала дисциплинированных и воспитанных отпрысков из аристократических семей на кошмарные, с точки зрения высшего света, поступки. Многие привязывались к цыганам как к наркотику и скатывались вниз, на самое дно, стрелялись, устраивали дуэли. С ума сводили цыганские песни и танцы, цыганская музыка, сам образ жизни цыган. Красавицы-цыганки становились женами дворян. Даже в семействе графа Льва Николаевича Толстого была такая! А ведь даже захудалый помещик не смел взять себе в жены простолюдинку.

К сожалению, процитированный выше текст Милтона Эриксона адресован специалистам и для рядового читателя он слишком перегружен специальной терминологией, усложняющей понимание. Свою лепту внес и переводчик, добросовестно стремившийся передать каждый нюанс описания сеанса гипнотизации, и потому сделавший текст еще более громоздким и неуклюжим. Читатель резонно спросит: зачем в таком случае нужно было цитировать? Хороший вопрос.

Данный текст ценен тем, что иллюстрирует возможности гипнотизера в неречевом общении с сознанием и подсознанием испытуемого. И если такие моменты общения гипнотизера с сознанием, как привлечение внимания к его глазам, абсолютно понятны каждому, то общение с подсознательным и управлением им с помощью прикосновения пальцев, разнообразных системы нажимов, сжатий, поворотов, подталкиваний — «темный лес». Ведь эти манипуляции не случайны, они четко скоординированы по темпу, силе, направлению, продолжительности. Гипнотизер чувствует подсознание субъекта пальцами! Очевидно, у него самого подсознание чрезвычайно развито, чувствительность и интуиция просто феноменальны. Напомним, что именно эти качества столетиями развивали в себе цыгане, «обреченные» жить в специфических отношениях со всеми народами, к которым приводила их бесконечная дорога странствий.

Задача цыганки из нашего примера была значительно проще задачи американского психотерапевта в госпитале Каракаса, и она справилась с ней блестяще: «Тебя беспокоит участь зеленой банкноты — оставайся с ней, меня вполне устроит твой золотой перстень».

Гипнотизер нетрадиционной школы гипноза, куда мы причисляем и виртуозов уличного профиля, чрезвычайно эффективно использует все механизмы воссоединения с клиентом — позу, движения своего тела, тон и модуляции голоса, синтаксис, темп речи, частоту дыхания и жесты. Человек ощущает свое собственное дыхание, подъем и опускание грудной клетки, и в тоже самое время наблюдает движения тела гипнотизера, повторяющего его собственные движения. Этим, однако, подстройка не ограничивается. Гипнотизер не только подстраивает темп своего голоса к дыханию клиента или частоте пульса, но также подстраивает темп своего голоса к дыханию человека, наблюдает расширение и сжатие вен стоящего или сидящего перед ним, использует его слова и фразы в своей речи, варьирует голосом в подобии с тем, как это делает его собеседник. Все эти каналы подстройки становятся механизмом обратной связи, с помощью которого гипнотизер управляет человеком как на сознательном, так и на бессознательном уровнях.

Понятно, что исключительно редко непосвященный человек обнаруживает все эти «странные» усилия гипнотизера, но даже тогда он вряд ли успеет сообразить, что происходит. Транс наступает быстро, в успехе дальнейших манипуляций с психикой человека можно не сомневаться. Как гадалка из нашего примера создала у девушки впечатление своей «потрясающей проницательности»? Произнесением дежурных фраз, приложимым к небогатому опыту практически каждой юной особы: «Я знаю, что сделает тебя счастливой… Мы обе знаем, что ты нерешительна… Твое сердце знает, как поступить, оно подскажет тебе…» и т. д.

Фигур высшего гипнотизерского пилотажа множество, и далеко не все из них известны.

Но как тогда от этого защититься?…

…Господин Р. был дельцом в полном смысле слова. Он ловко и быстро проворачивал самые разные коммерческие сделки, снимал сливки и тут же уходил в тень, предоставляя другим возможность полакомиться объедками со своего стола. У него был звериный нюх как на удачу, так и на «порожняк». Р. быстро богател, и чем больше накапливал, тем глубже тень он искал. Был Р. очень осторожным, если не сказать — трусливым. Осторожность не позволяла богатеть еще быстрее, на зато оберегала и от крупных потерь капитала, от «наезда» рэкетиров и т. д. Пока дела господина шли хорошо, можно было оставаться довольным собой и жизнью, и Р. аккуратно, раз в месяц, устраивал себе «разгрузочный» день: шел в ресторан и отпускал тормоза, заказывая изысканные блюда, в которых, признаться, ровным счетом ничего не понимал, и отличную выпивку. Правда, Р. никогда здесь не переходил границ дозволенного — не напивался до беспамятства, лишь дегустировал дорогие вина и коньяки (добавляя потом, у себя дома). Сидя за ресторанным столиком, он находил удовольствие в том, что рассматривал окружающих, прикидывал, кто из них богаче его, а кто беднее и только хорохорится, просаживая деньги, возможно, взятые в долг… Неделю назад у Р. был как раз такой вот «разгрузочный» день. И после него стал он испытывать непонятное беспокойство, видимых причин для него не было, если не считать… Если не считать знакомства в ресторане с подозрительным типом. Впрочем, подозрительным тот стал казаться Р. позже. Дело в том, что Р. все-таки хватил тогда лишку и много не помнил. И опасался, не сболтнул ли незнакомцу чего не надо было бы говорить. Информация в его бизнесе стоила очень дорого! Поколебавшись, Р. обратился к своему старинному приятелю с просьбой собрать о незнакомце все доступные сведения. Тот посадил незнакомцу «на хвост» агента, который сидел сейчас перед Р. и докладывал.

Собранное наспех досье было скудным. Объекту (агент все время называл незнакомца «объектом», хотя и установил его фамилию и имя) сорок лет, имеет два незаконченных высших образования и ни одного постоянного места работы. Живет с матерью-пенсионеркой в трехкомнатной квартире. В настоящее время нигде не работает, постоянной женщины не имеет. Источники дохода неизвестны, но, похоже, объект в средствах не нуждается. Ведет уединенный, скрытный образ жизни, в церковь не ходит. (Упоминание о церкви вызвало у Р. глухое раздражение, которое он постарался не проявить). Вечера незнакомец проводит в ресторанах, но ни разу не был в компании с одним и тем же человеком. Приходит один, в разгар вечера, и к кому-нибудь подсаживается, пьет мало…

Слушая бестолковый доклад, Р. жалел о потерянном времени и деньгах. Он уже намеревался было съязвить по поводу «блестящей агентурной работы», когда некая мысль его оживила.

— Скажите, милейший, как уходил «объект» из-за стола? Как расплачивался и была ли при нем черная кожаная сумка? Поподробней, пожалуйста, вы ведь тоже на работе пьете мало и все видите?

— Я вообще не пью на службе, — обиделся агент. — Объект ни разу не расплачивался за ужин сам. А уходил он так: к нему подходил официант с черной кожаной сумкой, набитой, как я понял, снедью и выпивкой. Объект брал сумку, раскланивался очень тепло с соседом по столу и удалялся.

— Вы, конечно, шли следом? Не знаете ли, возникали или нет конфликты с оплатой его ужина и содержимого сумки?

— Совершенно верно, я действовал согласно инструкции — следил за объектом. Но дважды оба вставали из-за стола одновременно, ужин, общий ужин, оплачивал человек, сидевший с объектом.

— Этот ваш «объект», как вы называете, он действительно не был знаком с теми, к кому подсаживался?

— Его подсаживал официант. Объект приветствовал человека за столом как незнакомца — кивком головы и подходящими к случаю словами.

— Вы ничего не заподозрили? — спросил Р. — Может, что-то в поведении «объекта» показалось вас странным?

— Нет, не заметил. Только после вашего вопроса об оплате ужина, мне теперь кажется странным, что он не платил ни разу. Может, он пользуется какими-то привилегиями?

— Привилегиями? — повторил Р. и встал из-за стола, чтобы в полной мере насладиться открытием, которое он только что сделал и которое сняло парализующее беспокойство всей прошлой недели. — Это весьма оригинальное объяснение. В известном смысле, так оно и есть.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду то, что ваш так называемый «объект» — мошенник, а большего мне знать не надо. Спасибо за работу, вы хорошо справились. Вы умеете наблюдать, осталось научиться думать.

Оставшись один, Р. вернулся в кресло обдумывать полученную информацию. Он знал теперь, почему ничего не помнил в тот вечер, т. е. помнил практически все, кроме «объекта». Незнакомец явно владел искусством гипноза и тратил свой талант на добычу выпивки и еды.

— Никакой фантазии, — сказал Р. вслух. — Такой талант и полнейшее скудоумие. Работает, конечно, в паре с официантом. Тот подсаживает его к клиентам пожирнее и начинается перераспределение доходов между двумя душами населения…

В мозгу Р. провернулось с десяток коммерческих сделок, суливших сказочные барыши, если, конечно, подключить талант «объекта». Но Р., повторяем, был очень осторожным человеком. Он не доверял самородкам с двумя неоконченными высшими образованиями, потому что и себя считал самородком, а уж себя-то он знал!..

Такая вот история, не попавшая в криминальную хронику — пока не попавшая. Отметим, что нюх господина Р., сигнализировавший об опасности, его не подвел. Связываться с гипнотизером Р. не стал — дело рискованное.

Одно напоминание о ситуации, вызвавшей когда-то транс, приводит к трансу, а его углубление — это уж дело техники. Речь идет о методе «старой реакции», Бехтерев называл его «сочетанным рефлексом», а в нейролингвистическом программировании его называют «якорной» техникой.

Суть метода в следующем: если в какой-то ситуации человек сильно отреагировал на определенный раздражитель, то такая же реакция последует и в совершенно иной ситуации, как только повторится воздействие того раздражителя. Скрип тормозов автомобиля в опасной близости от нас запомнится нам надолго и навсегда и будет вызывать у нас страх даже если мы услышим его на весьма значительном расстоянии. Эта реакция возникает автоматически, вне связи с обстоятельствами. Скрип тормозов в нашем примере — якорь, вызывающий чувство страха по механизму условного рефлекса. Искусное применение «якорей» позволяет манипулировать человеком. Но сначала «якорь» надо поставить. Как это делается?

Замечено, что подсознание лучше всего фиксирует реакцию, когда человек находится в состоянии сильного эмоционального переживания. Значит, в момент постановки «якоря» гипнотизер постарается максимально возбудить человека. Наиболее надежные кинестетические «якоря» — прикосновения — фиксируются в подсознании лучше всего и в обязательном порядке. (По этой причине гадалки стремятся завладеть рукой клиента.) А чтобы «якорь» сработал, он должен быть воспроизведен максимально точно.

Например, человек погружается в приятные воспоминания, его лицо озаряется улыбкой. В этот момент гипнотизер прикасается к правой руке клиента — ставит «якорь». Через некоторое время разговор заходит о вещах менее приятных, даже печальных, но прикосновение к правой руке снова вызовет у человека улыбку.

Как ведет себя гадалка? Она задает самые разные вопросы, чтобы вызвать соответствующие реакции и зафиксировать их «якорями». Затем эти «якоря» используются в зависимости от ситуации и цели. Надо, чтобы клиенту гадалка понравилась — пускается в ход соответствующий «якорь», и клиент с удовольствием ловит каждое слово. Цыганке важно ставить «якорь» в тот момент, когда переживание клиента достигнет высшей точки, а о чем он думает в этот момент, ее абсолютно не заботит. Гадалка прикасается к руке или ноге клиента, фиксирует нужную реакцию голосом, глазами, жестом, наклоном туловища. Овладев «ключами» к подсознанию клиента, опытная цыганка проверит их действие и тогда приступает к развитию раппорта.

В отдельных случаях, когда открывается возможность до предела обострить эмоциональное состояние клиента, гадалка делает это — вводит клиента в экстатический транс с беспрепятственной управляемостью. Якорная техника очень эффективна, противодействовать ей практически невозможно, как и технике рассеивания. Можно знать о ней все, но это знание не помешает гипнотизеру управлять вами. Столкнуться с человеком, владеющим ею и применяющим ее, в наши дни можно в самых неожиданных ситуациях. Профессиональные гипнотизеры, психотерапевты проводят для коммерсантов, врачей, работников рекламных и страховых фирм, юристов, да и всех желающих, семинары, где обучают слушателей различным техникам гипноза. Предполагается, что полученные знания и навыки помогут лучше исполнять профессиональные обязанности. Но кто возьмется утверждать, что «лучшее исполнение профессиональных обязанностей» всегда будет сопровождаться соблюдением морально-этических норм? Уж слишком велик соблазн одурачить делового партнера по полной программе, так что гипнотизер-мошенник, о котором мы рассказали выше, со своими дармовыми ужинами покажется просто ангелом.

Кстати, абсолютно недоступный пониманию случай рассказал Д. Кандыба. «Итак, изучая цыганские секреты, я наблюдал в одном селе случай, когда цыганка с ребенком на руках (!) попросила попить и зашла через калитку. Пока хозяйка вынесла через 5–7 секунд кружку воды, со двора исчезло 11 кур. При этом шума не было и куда они у цыганки делись, внешне не видно. Кто по целому часу отлавливал с падениями, криком и руганью одну курицу, тот поймет, какие бывают на свете мастера и профессионалы своего дела — за 7 секунд 11 кур с ребенком на руках без единого звука. Это настоящее чудо!». Феноменальная оперативность. Впрямь для Книги рекордов Гиннесса! Чем объяснить такое? И каждая ли цыганка способна на это? Очевидно, все-таки нет.

Специалисты заметили, что порой цыгане вызывают транс у клиента, управляя взглядом. Они привлекают внимание клиента к какому-нибудь внешнему объекту и стараются удерживать его как можно дольше. Если направление взгляда изменится, они возвращают его любым способом. Эта составляющая процесса гипнотизирования совмещается с кинестетической — ощущениями в руках клиента, отвлекающими сознание и открывающими доступ к подсознанию.

А как цыганки выходят из щекотливых ситуаций, когда их ловят с поличным на воровстве? Они задирают юбки и истошно кричат. Зрители застывают в шоке с разинутыми ртами и испытывают острое сожаление, что связались с цыганкой. Обратим внимание: цыганка не оправдывается, не извиняется, не пытается бежать, что обычно делают в подобных ситуациях. Она прибегает к своему специфическому средству защиты и нападения — психическому воздействию — и обезоруживает противника. Эффект задранных кверху юбок — это коллективный гипноз.

По правилам коллективного гипноза вели себя и другие изгои — ниндзя. Когда ниндзя оказывался в западне, он околдовывал своих врагов таинственными жестами и звуками, смысл которых преследователи не понимали и оказывались парализованными на время, достаточное для бегства. Гипноз помогал и в бою. Ниндзя рисовал в своем воображении желаемый результат схватки, замыкал пальцами энергетическое кольцо и произносил заклинание. В его воображении мог создаться образ тигра, змеи, обезьяны, мощной волны, огня, огромного камня, дерева — словом, любого объекта живой или неживой природы. Итогом психических усилий ниндзя было превращение себя для глаз противника в ветку, камень. Ниндзя извлекал максимум возможного, подавляя противника взглядом или звуком, мгновенно располагая к себе нужных людей. Иной раз он действовал так, что противник вообще не мог понять, как случилось то, что случилось.

И ясно видно, что сходство есть. И там и там стремление повлиять на психику человека — повернуть «стрелки» в мозгу другого человека. И еще можно сделать вывод: все же уберечься от гипноза можно. Наилучший выбор — не общаться с такими людьми. И если вы прочли нашу книгу до этой главы, у вас появилась возможность распознать такого человека.

Вы даже можете померяться с ним силами, если считаете, что это вам нужно. Конечно, мы не советуем этого делать, при отсутствии опыта. Но попробуйте хотя бы противостоять воздействию. Что касается цыган, то не молчите и не слушайте их. Говорите сами, причем, на тему, которая вам знакома, но не близка. Еще лучше, если вы будете говорить о собеседнике: спросите у цыганки, где ее муж, сколько у нее детей, порассуждайте, как ей трудно в жизни. Не слушайте, говорите. Скажите ей, что у нее открылась сумочка, что-то неожиданное вы «увидели» у нее за спиной, например, милиционера. У вас будет мгновение для того, чтобы «соскочить с крючка». Фраза: «Тот человек уронил сумку» — также отвлечет цыганку. Помните, она ищет пропитания, и отвлечь ее может лишь более перспективная жертва.

Меняйте позу. Это усложнит для мошенницы «настройку». Не стоит заходить далеко, пытаясь навязать ей роль ведомой. Если вы не профессионал, это вряд ли вам удастся.

И все же одну историю, которая произошла с моей квартирной хозяйкой, стоит привести. История эта показывает, что не все так безнадежно. После окончания учебы мне довелось быть на практике в небольшом белорусском городке Слониме. Антонина Степановна, так назовем мою квартирную хозяйку, жила по соседству с цыганской семьей. В семье была пожилая женщина и ее невестка с двумя детьми, женщины постоянно жили вдвоем, Поскольку хозяин лишь изредка наведывался в семейное гнездо. Отношения по-соседски были неплохие, особых проблем никогда не возникало, даже изредка они заходили друг к другу в гости. Цыганки, естественно, занимались гаданием и попрошайничеством, как основным ремеслом. Гадали они и мне, и кое-что, к моему удивлению, оказалось правдой, даже через много лет. Но речь не об этом. Хозяйка рассказала мне одну историю, которая может заинтересовать многих. В какой-то праздник все три женщины собрались вечером просто посидеть. Пили чай в палисаднике, разговаривали. Антонина Степановна, как женщина пожилая, немного устала от быстрой речи собеседниц (Начало транса!) и вдруг подумала о том, что Вера, такая молодая и красивая, должна постоянно бояться приездов своего буйного супруга, и она так нуждается, и вот детей жалко, им бы учиться, но «ром» (муж) не разрешает… И, опять же вдруг, она подумала, что маленькая Аня, которая смотрела телевизор у нее в комнате (у цыган телевизора не было), могла обжечься утюгом, который она, Антонина Степановна, наверное, забыла выключить. Не успела она так подумать, как мать девочки вскочила, засуетилась и кинулась в дом. Неся на руках свою уснувшую дочку, она сказала: «А мне что-то показалось, что она обожглась твоим утюгом, Степановна»…

Всякая связь взаимна, и всякое воздействие — тоже.