ЗОЛОТАЯ ЛИХОРАДКА

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ЗОЛОТАЯ ЛИХОРАДКА

1. Новый Клондайк

«Бизнес сверхъестественного, — отмечает осведомленный американский еженедельник «Тайм», — становится в наше время чем-то вроде нового Клондайка». Этот бизнес, продолжает журнал, «кажется, последняя оставшаяся в наш сложный век область коммерции, где можно пытаться «делать деньги», не обладая специальным образованием и приличным основным капиталом…»

Клондайк, о котором вспомнил американский журнал, — это воспетая Джеком Лондоном золотоносная река в далекой Аляске. Сто лет назад туда стремились американцы, заболевшие так называемой золотой лихорадкой. Россыпи желтого металла, к сожалению, там давно иссякли, и сейчас приходится искать чего-то другого.

С одной категорией людей, алчущих нового Клондайка, читатель уже познакомился. Это те, кто нанимается в парапсихические «лаборатории» в качестве штатных телепатов и ясновидцев. Труд утомительный и не всегда хорошо оплачиваемый. Самые предприимчивые ищут более свежих и острых номеров.

Вот для примера Тед Сернос, 47-летний коридорный чикагского отеля, вступивший в компанию на паях с доктором медицины Д. Эйзенбудом и репортером журнала «Лайф»[76] П. Уэлшем. (Участие в таких аферах эксперта из мира науки, как мы знаем, — необходимый элемент в эпоху «научного» оккультизма. Роль прессы также находится на первом плане).

Начитавшись парапсихической литературы, мистер Сернос открыл в себе новый необычайный дар. Он способен переносить образы из своего мозга прямо на фотопленку. Стоит ему посмотреть, например, на рисунок, изображающий дом с колоннами, а потом поглядеть в объектив фотоаппарата, чтобы «на пленке появились туманные, но вполне различимые очертания дома с колоннами». И все это называется «мысленной фотографией» или «мыслефото».

Оригинально, не правда ли?

Для тех, кто знакомился с историей «психического» дела, этот новый вид фотоискусства не кажется, впрочем, чем-то из ряда вон выходящим. Умельцы, набившие руку на изготовлении фотографий духов, известны давно. Оригинальный момент состоит в другом. Мы встретились с ним, когда говорили об афере с «Наутилусом». Этот новый момент — желание раздуть оккультный бизнес на дрожжах военного психоза и шпиономании.

«Тед мечтал, — читаем в журнале «Лайф», — о том, чтобы стать шпионом (!) и с помощью своего чудесного дара фотографировать на расстоянии русские ракетные установки… Однажды Тед предъявил фотографию, которую он получил, сосредоточившись мысленно на летящем в пространстве русском космическом корабле «Восток»…».

Ну и как? Был ли направлен предприимчивый Тед на первых порах хотя бы на консультацию к психиатру? Ничуть не бывало. «Тедом, — читаем дальше, — серьезно заинтересовалось одно из наиболее компетентных в этой стране (т. е. в США. — В. Л.) учреждений, занимающихся фотографическими съемками»… По пути в это компетентное учреждение, замечу, обладатель таинственного дара разыграл довольно банальную комедию. «Отлично, Пол, — радостно сказал он мне (репортеру «Лайфа»), когда мы сидели в кабине самолета, летевшего на восток. — Я покажу им все, что умею. После этого все мне поверят!»

Но на обратном пути с востока на запад, пишет сопровождавший волшебника репортер, настроение «мыслефотографа» изменилось. «Он плакал. Ему не удалось на этот раз получить на пленке даже туманные изображения. Он объяснил это упадком настроения в присутствии скептических наблюдателей».

Репортер «Лайфа» П. Уэлш, составивший вместе с Серносом компанию по эксплуатации «мыслефото», мог, конечно, утешить плачущего парапсихолога. Как-никак общая выручка за публикацию «мысленных фотографий» в журналах и газетах плюс гонорар за книгу, посвященную этой теме, довольно скоро перевалили за сотню тысяч.

Но у чикагского коридорного нашлись конкуренты.

Некто Т. Г. Джеронимус из штата Огайо и британский подданный Джордж де ла Варр создали аппараты, далеко превосходящие все достигнутое в области «мыслефото». Джеронимус, будучи верным учеником Дж. Б. Райна, использует его терминологию и причисляет свою машину к области «псионики» (от придуманного Райном словца «пси»). Де ла Варр же предпочитает большую оригинальность в выражениях и приклеивает к своей технике другой ярлычок: «радионика». Но не в терминах, в конце концов, счастье. Счастье в другом. Счастье, например, в том, что патентное ведомство США (U. S. Patent Office) выдало Т. Г. Джеронимусу патент за № 2.482.773. И тем самым изобретатель получил законное право высылать всем желающим — за 50 центов — описание и схему своей машины. (Следует пояснить, что патентный оффис США регистрирует любые предложения, лишь бы они удовлетворяли признаку новизны, хотя бы речь шла о вариантах вечного двигателя).

Итак, желающих познакомиться за полдоллара с чудом XXI века нашлось немало.

Что касается внутреннего устройства чуда, то тут каких-либо неслыханных загадок не было.

Аппарат Джеронимуса, для примера, слеплен из таких нехитрых компонентов, как кусок стекла (например, оконного). Стекло наложено на две пластмассовые пластинки. А между ними, наподобие сандвича, втиснута плоская медная спираль. И все. Всего-то имущества на два доллара. И, чтобы не расхолодить потребителей этого чуда, изобретатель мудро отмечает, что ведь и Резерфорду для того, чтобы открыть атомное ядро, понадобился (кроме одолженной ему крупицы радия) лишь ящик, сколоченный из некрашеных досок, да экранчик, покрытый сернистым цинком. Имущества опять-таки на какой-нибудь десяток фунтов стерлингов!

Но то, что сделал когда-то Резерфорд, — детская игра по сравнению с машинами Джеронимуса и де ла Варра.

Вы хотите, скажем, установить присутствие в куске горной породы ценных металлов. Никаких анализов не нужно. Достаточно заложить крупинку минерала внутрь машины и медленно водить пальцем по нанесенной на верхнем стеклянном экране шкале. Там обозначены химические символы элементов. «Мысль при этом, — гласит инструкция, — должна быть предельно напряжена и сосредоточена». Это требуется для того, чтобы «излучение псионических волн достигло максимума». И когда в кончике пальца возникнет «ощущение, напоминающее пощипывание», остановитесь! Посмотрите, на, какую точку шкалы указывает палец. Если он остановился на значке «цинк», значит, в состав минерала входит цинк. А если палец чувствует особенно резкий щелчок или даже удар, похожий на электрический, ну, тогда цинка особенно много. Для успеха опыта, отмечает изобретатель, отнюдь не требуется, чтобы машина была подключена к какому-нибудь источнику электрического тока. Требуется лишь, чтобы оператор был в момент опыта «в психической форме». Если же «форма» отсутствует, пеняйте сами…

Дело в том, поясняет автор патента № 2.482.773,— что действие аппарата базируется исключительно на резонансе псионических волн, циркулирующих между пальцем оператора и атомами испытуемого минерала.

Крыть, как говорится, нечем.

Де ла Варр (аппарат которого работает примерно на том же принципе) не возражает. Он выступает лишь против одного пункта: энергия, приводящая в действие магическую машину, говорит он, не псионическая, а элоптическая. В остальном же теория и практика коллег сходятся. Например, и у того, и у другого псионическая (виноват, элоптическая) энергия имеет свойство как бы впитываться в чувствительный слой фотопластинки. В этом же направлении действовал, мы помним, сто лет назад французский маг де Роша. И по этой же линии выделывал свои штуки чикагский коридорный Тед Сернос. Но что де Роша и что Сернос! Мистеру де ла Варру удавалось и не такое. Взяв, например, пробы крови (!) у себя и у своей жены, де ла Варр поместил их вместе с фотопластинкой в свою машинку и «сосредоточился мысленно» на 30-летнем юбилее своей свадьбы. Что произошло дальше, узнаем из нью-йоркского органа «научной магии» (собрата парижской «Планеты») — журнала «Аналог». «… И когда пластинка была проявлена, оказалось, что на ней запечатлелись он сам и его супруга в свадебных костюмах, такие, какими они были 30 лет назад!» В другом случае с помощью того же аппарата было обнаружено «действие человеческой мысли на воду. при освящении ее преподобными Дж. Ч. Стифенсоном и П. У. Эрдли». Кроме того, пионер элоптических волн утверждает, что именно эти волны помогли ему установить (на спиритических сеансах) «факт появления духов в высшей форме элоптических вибраций», причем «духи принимали видимую глазом форму уже после физической смерти личности…»

Но и мистер Джеронимус с его псионическими волнами тоже не лыком шит.

Когда владелец фруктового сада в штате Нью-Джерси некто Эд Херманн обнаружил, что на одно из вишневых деревьев систематически нападают гусеницы, он сначала попытался действовать ядохимикатами. Но не помогло. Тогда, узнав о существовании магической машины Джеронимуса (патент № 2.482.773, схема наложенным платежом 50 центов), плодовод послал изобретателю фотографию пострадавшего дерева. Тот пропустил фотографию через псионическую машину, и во фруктовом саду (расположенном в трехстах милях) произошло чудо. Объезжая на автомобиле свои владения, Эд Херманн «вдруг увидел у подножия зараженной вишни ковер из мертвых гусениц. И тут же он заметил полчища уцелевших гусениц, расползавшихся во все стороны прочь от дерева!»

После полетов лунных кораблей «Аполлон-11» и «Аполлон-15» Джеронимус заявил, что с помощью «псионических волн» ему удалось измерить «жизненные параметры» астронавтов на пути к Луне. Причем его данные якобы «совпали с официальной телеметрической информацией, полученной через датчики». Магическая машинка (состоящая, как мы помним, из куска оконного стекла, двух пластмассовых блях и медной спирали) добавила к этому еще одно роковое открытие. Обнаружен «смертельный пояс радиации на Луне, простирающийся от высоты 65 миль до 15 футов над лунной поверхностью». «В этом интервале, — писал Джеронимус, — псионические волны зарегистрировали резкое падение жизненной энергии у экипажей «Аполлонов»». (Сами астронавты и следившие за ними врачи и приборы, впрочем, никакого «падения» не заметили!). Отчет о своих открытиях на 22 машинописных страницах Джеронимус отправил в НАСА с предложением своих услуг на будущее. О результате этого демарша опять-таки ничего не известно…

Самое любопытное, однако, в этом параде-алле заморских магов — упорно продолжающееся вымогательство долларов и фунтов под предлогом «колоссальных успехов советской парапсихологии». «Мы выражаем, — пишет, в частности, Джеронимус, — глубокую озабоченность по поводу интенсивных (!) и официально апробированных (!!) исследований в области псионикн, проводимых в России… Эти исследования ведутся такими темпами, что могут поставить свободный мир в отстающее п угрожаемое положение». «В то время, — продолжает достойный ученик Дж. Б. Райна, — как Советы уже используют практически (!) пси-феномены, наши (американские. — В. Л.) исследователи этой области явлений вот уже 25 лет вынуждены унизительно обивать пороги нашего научного истэблишмента…»

О том, что американские прогрессивные ученые с презрением относятся к парапсихическому шарлатанству, — об этом я уже говорил. Но остается пока еще не разъясненным другой вопрос. Каковы источники демагогической болтовни заокеанских мастеров «пси» насчет какого-то бурного «советского интереса к парапсихологии»? Этой спекуляцией несуществующим товаром занимались, мы помним, еще господа Райн и Конесси (смотри главу «Чудо в океане»). Вопрос поставлен, и к нему придется вернуться. А сейчас обратимся еще к одному неиссякаемому руднику, из которого черпают доходы организаторы и болельщики оккультно-коммерческой золотой лихорадки.

2. Маленькие зеленые человечки

Известный американский астроном Дональд Мензел, написавший книгу о «летающих тарелках» (она издана в русском переводе), высказался так: «Если в средние века люди видели «собственными глазами», как ведьмы летают по небу верхом на помеле, то сегодня некоторые «видят» — и тоже собственными глазами, — как в небесах парят дискообразные аппараты, пилотируемые марсианами, венерианами и еще неизвестно кем».

Это совершенно правильно сказано, но упущена лишь одна существенная деталь.

В средние века (и не только в средние, но и гораздо позже) «охота за ведьмами» была выгодна тем, кто поддерживал и эксплуатировал суеверия. Массовый психоз, связанный с «тарелками», тоже выгоден и тоже искусственно подогревается теми, кто преследует свои, далеко идущие цели.

Первым вдохновителем мифа о тарелках было заокеанское военное ведомство — Пентагон.

Когда к представителям военно-воздушных сил США впервые стали обращаться с вопросами по поводу усмотренных на небе «странных летающих предметов» (сокращенно УФО[77]), представители напускали таинственность. Отвечали невнятно или вовсе отказывались отвечать. Делали вид, что тут скрывается некий военный секрет. Началось все это в 1949 году — в дни маккартистского бешенства и разжигания холодной войны. Расчет был прост — поддерживать в стране военную истерию. Намекали, что «тарелки» — это загадочные летательные аппараты «русского» происхождения, ведущие разведку американской территории.

Профессор Мензел в книге, о которой я упоминал, подробно рассмотрел все варианты оптических эффектов, иллюзий и галлюцинаций, которые породили миф о «тарелках». Каждый может взять эту книгу в библиотеке, и я отсылаю к ней любознательного читателя.

Но, разумеется, книга оказалась не в состоянии побороть миф. Слишком могущественные силы были заинтересованы в его процветании.

В последнее время, однако, вся эта история приняла новый и чересчур скандальный оборот. По данным известного института Хэллапа, более 5 миллионов американцев еще в 1969 году заявляли, что «видели» тарелки. Некоторые из «видевших» утверждали, что были взяты в плен таинственными кораблями и побывали у них на борту. Версия о «русских» тарелках при этом более не котируется. В ходу теперь более модернизированный вариант — загадочные пришельцы, крейсирующие над Землей, прилетели из далеких звездных миров. Такой вариант вполне устраивает, очевидно, и тех авторов, о которых говорилось в главе «Верхом на ракете». Они «увязывают» священное писание с пришельцами из космоса. Пришельцы, оказывается, прилетают и сегодня. В Америке их называют шутя «маленькими зелеными человечками». Владельцу бензоколонки в штате Миннесота Джону Кертиссу удалось, в частности, рассмотреть ноги своих человечков — ступни оказались треугольной формы с восемью пальцами на каждой ноге. Фермеру Маскелайну из Алабамы сравнительно повезло. Приземлившаяся около его фермы «тарелка» ограничилась покражей курицы из курятника и не тронула ничего больше…

Заваленное тревожными запросами, командование американских ВВС, по-видимому, стало тяготиться тарелочной историей. Духа, выпущенного из банки, решено загнать обратно. Для этой цели было отпущено 300 тысяч долларов, и деньги переданы комиссии ученых, сформированной для нового обследования «проблемы» УФО. Возглавить комиссию поручено известному американскому физику Эдварду Кондону. Работы ее продолжались более года. Итог — 900 страниц печатного текста и резюме, которое выглядит так:

«Ни один из обследованных случаев не способен обогатить науку каким-либо новым открытием. Дальнейшее изучение проблемы УФО явилось бы бессмысленной тратой времени и денег…»

Профессор Кондон в беседе с газетными репортерами заглянул в самую суть «проблемы».

— Летающие тарелки, — сказал он, — это прежде всего бизнес. Бизнес, то есть способ добывания долларов путем морочения публики.

Вот одна из самых крупных по масштабу операций этого бизнеса («случай супругов Хилл»), проведенная уже после завершения работ комиссии Кондона.

Действующие лица — муж и жена Хилл из города Портсмута в штате Нью-Гэмпшир. Кроме них научный обозреватель одного из газетных трестов Джон Д. Фуллер и — ось всего предприятия — врач-психиатр Бенджамен Саймон.

Окончательный баланс аферы еще не был подведен, а контракт на 24 тысячи долларов уже поспешил заключить с супругами Хилл журнал «Лук».[78] Фуллеру и Саймону уплачено столько же, и предстояли еще более крупные куши в счет планируемой большим тиражом книги и постановки кинофильма.

Это — доллары. А где «тарелки»?

Муж и жена Хилл как-то раз возвращались на автомобиле из летней туристской поездки. Катясь по автостраде в ночную пору, они заметили движущуюся точку на усыпанном звездами небе. Остановили машину. Поглазели, вспомнили про летающие тарелки, посмеялись и покатили дальше.

Прошло некоторое время, и в провинциальном Портсмуте в местном трактире за рюмкой виски велись разговоры о летающих тарелках. Каждый старался покрасоваться историей похлеще. Супругам Хилл (примостившимся у стойки бара) хотелось не отстать от других, но их рассказ особого впечатления не произвел. Ну, заметили на небе движущуюся точку. Ну, смотрели ва нее минуту или две. Ну, поехали домой. И все?

Случайно подвернувшегося журналиста Джона Д. Фуллера, тосковавшего по хорошему газетному «гвоздю», вдруг осенила мысль.

— Вы говорите, что ничего, кроме светящейся точки, не помните. А не испытывали ли вы с тех пор некое беспокойство, повышенную, что ли, нервность, страх?

Барни Хилл, почтовый чиновник, подумав, ответил, что да, сон у него в последнее время неважный, он боится потерять работу, да и жена Бетти нервничает. Может быть…

— Никаких «может быть», — отрезал Фуллер. — Типичный и загадочный случай амнезии. Немедленно к профессору Саймону!

Теперь представим читателю профессора Бенджамена X. Саймона из города Бостона (штат Массачусетс).

В годы второй мировой войны он занимал пост начальника отдела нейропсихиатрии в главной психиатрической клинике армии США. Вышел на пенсию. Затем жил в Бостоне и проводил время в невинном занятии — разводил кроликов и продавал их местной эпидемиологической станции.

— Амнезия, — сказал профессор Саймон, вытиряя руки полотенцем после осмотра своих новых пациентов. — Знаете ли вы, что это такое?

Супруги Хилл отрицательно качнули головой.

— Амнезия — это полное или частичное выпадение из памяти каких-либо событий, эмоций, воспоминаний. Вытесненные из сознания ужасные образы могут как бы давить изнутри на сознательную сферу, вызывая безотчетный страх. Можно устранить этот страх, извлекая воспоминания на поверхность с помощью гипноза. Этот опыт я и попытаюсь произвести с вами, миссис и мистер Хилл!

Сеансы гипноза начались, и извлеченные наружу ужасные образы сложились в весьма пикантную историйку.

Автомобиль Хиллов в ту роковую ночь, оказывается, простоял у обочины не минуту, и не две, а целых два часа. За это время светящаяся точка приземлилась рядом с Хиллами, приняв вид довольно вместительной транспортной посудины с окнами. Из нее вышли «гуманоиды»[79] — человекоподобные существа с глазами-щелками и без носов. Командир гуманоидов вежливо пригласил супругов следовать за ним. Там, внутри посудины, их раздели донага и, положив по отдельности па стол, обследовали по всем правилам науки. Больше всего удивили гуманоидов вставные зубы Барни Хилла. А что касается его жены Бетти, то ей была введена в пупок игла длиной в три дюйма для каких-то проб медицинского характера. Затем супругов проводили назад до их машины, внушили им полную потерю памяти и пожелали счастливого пути.

Разговор с гуманоидами шел по-английски, но без слов, «телепатически».

Читатель догадывается, конечно, что забота о редактировании и литературной обработке «воспоминаний» мужа и жены Хилл легла целиком на плечи научного обозревателя Фуллера. Профессор же Саймон, подведя итог услышанному, выразил мнение, что «тут что-то есть». С одной стороны, указал он, нельзя не признаться, что «реальность похищения, как такового, не вполне вероятна». Но, с другой стороны, нельзя не сознаться, что «супруги Хилл действительно пережили некий эпизод, степень реальности которого не уступает реальности событий повседневной жизни…»

Из этого, не уступающего по степени туманности вещаниям пифии, заключения трудно было, казалось, выжать репортаж стоимостью в десятки и сотни тысяч долларов.

Но дальше последовал ослепительный ход, словно молнией осветивший сенсацию мирового масштаба.

Погруженная в гипнотический транс, Бетти Хилл «вдруг» вспомнила, что ее муж попросил командира гуманоидов уточнить координаты тех мест, откуда прибила летающая посудина. Командир в ответ показал схематическую карту. По просьбе профессора Саймона загипнотизированная Бетти по памяти воспроизвела карандашом на бумаге эту карту. Она состояла из «беспорядочно разбросанных точек и кружков, соединенных линиями». От одного, самого крупного кружка линии расходились во все стороны. Некоторые линии очень жирные, другие тонкие, третьи нанесены пунктиром. «А когда муж спросил, — продолжала Бетти, — что все это означает, тогда он (главный гуманоид) ответил, что жирные линии — это коммерческие регулярные трассы межзвездных кораблей, тонкие — пути нерегулярных пассажирских сообщений, а пунктирные — маршруты научных экспедиций».

Муж мадам Хилл, однако, не унимался и попросил своего похитителя показать, где на схеме находится его собственный порт приписки, но тот отмолчался и отправил карту обратно в ящик стола.

Интересно, не правда ли?

Но самое удивительное впереди.

Вглядевшись пристальнее в схему, нарисованную миссис Хилл, профессор Саймон воскликнул «эврика!» и поспешил сличить рисунок с другим, а именно с той страницей звездного атласа, где изображено созвездие Пегаса. И что же? «Все точки и кружки на первой схеме совпадали со звездами созвездия Пегаса». А самый большой кружок (с расходящимися от него во все стороны коммерческими и прочими межзвездными трассами) совместился с точкой неба, где находится радио-галактика СТА-102!

Вокруг названной галактики, следует пояснить, возник одно время газетный шум. Астрономы обсуждали тогда гипотезу о возможности разумного происхождения излучаемых ею радиосигналов.

Потрясающе, не так ли?

Но уже на следующий день после выхода в свет номера журнала «Лук» с изображением обеих звездных карт в астрономических обсерваториях США гремел гомерический хохот. Дело в том, что взаимное расположение светил в созвездиях — это результат чисто случайного, кажущегося наложения (проекции) звезд на купол небосвода. Из трех, скажем, выстроившихся правильной цепочкой на небе звезд одна может фактически находиться в миллиард раз дальше от нас, чем вторая. А вторая — в миллион раз ближе, чем третья. И соединять их «прямой коммерческой трассой» на схеме — занятие столь же чудовищно абсурдное, как прокладывать, например, прямую и кратчайшую воздушную линию из Ленинграда в Москву через Рио-де-Жанейро!

Смеялись астрономы. Но обозреватель Джон Фуллер и профессор Бенджамен Саймон, возможно, улыбались совсем по другому поводу. Они подсчитывали барыш от своей научно-журналистско-космической операции.

Бизнес есть бизнес…

3. Профессор Торп из Лас-Вегаса

Сравнивая век нынешний и век минувший, читатель заметил, конечно, что времена, когда в мире «тайн духа» действовали наивно-легковерные профессора, обманываемые плутами-медиумами, что эти времена канули в вечность. Теперь уже гораздо труднее определить, кто кого обманывает (это констатировал, как мы помним, артист-иллюзионист Джон Скорн в отношении Райна). Теперь, когда действуют целые оккультно-магические синдикаты, ворочающие миллионами долларов или франков, смешно говорить о наивности и прекраснодушии. До каких пределов может доходить растлевающее действие доллара на людей, казалось бы, защищенных от коррупции честью и достоинством науки, покажет следующий пример. Он не имеет отношения к парапсихологии и магии. Но речь пойдет о чем-то еще худшем, чем открытая фальсификация науки. Речь пойдет о циничном проституировании ученой профессии, превращаемой в инструмент наживы.

Что сказали бы вы, например, узнав, что некий доктор наук, занимающийся проблемами теории вероятностей, отправился применять эту теорию в казино для округления своего текущего счета в банке?

Сюжет для сатиры, — ответите вы. Сюжет, правду сказать, не столь уж и остроумный, но все дело в том, что это не вымышленный анекдот, а истинное происшествие.

Профессор математики в колледже штата Нью-Мексико Эдвард О. Торп, применив одну из теорем математической статистики, вычислил закономерности прикупки карт в игре, называемой в просторечии «очко». Вариант этой игры, распространенной некогда в петербургских извозчичьих трактирах, процветает ныне в игорных домах штата Невада, в таких городах-притонах, как Лас-Вегас, Рено, Лэйк-Тахо. Управляется промышленность игорных домов, как известно, гангстерами, а также солидными деловыми людьми (причем не всегда можно установить, где кончается гангстер и где начинается солидный бизнесмен). Так вот, закончив свое математическое исследование и напечатав его в академических «Известиях», профессор Торп «затрепетал» (я пользуюсь цитатой из журнала «Лайф», описавшего все дальнейшее) «подобно томимому жаждой бедуину, увидевшему вдалеке цветущий оазис».

«Революционное открытие», заставившее «трепетать» доктора Торпа, состояло в том, что, следуя строго рассчитанной (на электронной машине!) системе учета тузов, королей и шестерок, наш профессор мог прикарманивать в среднем 300 тысяч долларов в месяц, играя по восемь часов в день и ставя за раз 500 долларов.

Но это теоретически. «Теория, мой друг, суха», — говаривал Мефистофель. И первым камнем преткновения было то, что у профессора не оказалось, фигурально говоря, ни гроша в кармане. Одни долги. Пришлось войти в компанию с двумя бизнесменами, взять у них 10 тысяч долларов и играть на чужие деньги (с уступкой партнерам доли выигрыша).

Другая беда обрушилась нежданно-негаданно, когда хозяева и персонал игорных домов, присматриваясь к посетителю в роговых очках и с бумажной шпаргалкой в руках, заметили, что клиент что-то уж слишком часто выигрывает. Последовали оборонительные действия. Из одних казино профессора попросту выбрасывали, заставляя его ускоренно пересчитать ступени лестницы. В других — банкомет, играя против Торпа, вовремя передергивал карту. Но и профессор научился принимать контрмеры. С искусством, которому мог бы позавидовать эстрадный трансформатор, он менял свою внешность, то прилаживая бороду, то снимая ее сызнова. Вместо очков надевал незаметные контактные линзы. Маскировался под коммивояжера, парикмахера, механика телевизоров. Ставил не помногу и даже симулировал «нервное дрожание рук». В конце концов, как с гордостыо поделился он с корреспондентом «Лайфа», ему удалось «выкачать» за полтора года «25 тысяч чистоганом» и приобрести на эти деньги «прелестное ранчо с зеленой лужайкой».

Успешно испытал свое математическое открытие доктор Торп также и на поприще баккара и шмен де фер. По ходу одного из этих научных экспериментов профессор и его друзья извлекли из казино 1000 долларов за один час и более там не появлялись.

Кстати, спасаясь от разгневанных крупье, Торпу, как отмечал тот же «Лайф», «приходится вечно быть начеку, избегать темных углов и пустынных аллей, жаться к прохожим на улице» и т. п.

Каких только жертв не требует наука!

Но в конце концов жертвы окупаются. Ибо, как делится своими впечатлениями доктор Торп, «возвращаясь в гостиничный номер после очередной схватки в очко, я заливаюсь радостным смехом, вываливая на кровать пачки ассигнаций…»

При таком «подходе» к научной профессии можно, разумеется, ожидать всего что угодно. В том числе — активного участия людей с дипломами в бизнесе парапсихологов.

Интересные сведения на этот счет читаем в авторитетном вашингтонском научном журнале «Сайнс» («Наука»). В нем приводятся (в номере от 13 июля 1973 года) такие данные о финансовых источниках заокеанской парапсихологии. В числе первых ее благодетелей фигурировал, как мы помним, табачный король Дьюк. Но это было сравнительно давно, и вслед за этим доброхотом последовали другие. И так как, иронически замечает «Сайнс», дарители в большинстве случаев завещают деньги после своей смерти, «они при этом ничего не теряют», зато получатели явно выигрывают. «Ведь иметь дело с живыми жертвователями гораздо хлопотнее, чем с мертвыми!» Например, пишет «Сайнс», «в Соединенных Штатах имеется немало богатых вдов, которые готовы сделать крупное пожертвование, лишь бы им дали возможность вступить в телепатический контакт с духом покойного мужа». Но «парапсихологи чаще всего не решаются рисковать своей научной (!) репутацией и не берут этих денег». Иначе было, когда аризонский золотопромышленник Джеймс Кидд, пропавший без вести в 1946 году, оставил завещание. Долгое время оно оставалось неизвестным и было найдено только спустя 18 лет. Согласно завещанию, 200 тысяч долларов предназначались «на исследование и научное доказательство продолжения жизни души после смерти тела». В погоню за жирным кушем бросились претенденты (более ста спиритических медиумов!), и в тяжбу немедленно вступили крупнейшие «центры» парапсихологии. В конце концов после шестилетних судебных споров в 1970 году суд присудил деньги «Американскому обществу парапсихических исследований». Общество имеет резиденцию «в элегантном квартале Нью-Йорка» и, как гласит его устав, «изучает оккультные феномены во всех проявлениях».

Другой скончавшийся недавно филантроп, изобретатель ксерографии (нового способа копирования документов) Честер Карлсон оставил парапсихологам три миллиона долларов. Они были поделены поровну между тремя конкурирующими «центрами». Один из них — «Общество», о котором только что говорилось. Другой — «Ассоциация американских парапсихологов» (в нее входит группа Райна, и сообщается, что ассоциация насчитывает более 100 действительных членов, «в том числе с высокими учеными степенями»). И третий — университет в Шарлоттсвилле (штат Вирджиния). В этом последнем существует факультет парапсихологии, декан которого доктор Ян Стивенсон совершил недавно кругосветное путешествие. Цель? «Регистрация случаев перевоплощения душ»!

Были бы, таким образом, доллары, а доктора наук найдутся.

Например, физик-теоретик Питер Филипс, получив субсидию, «поставил опыт в университете имени Вашингтона в Сент-Луисе». Объект опыта — «прибор, работающий на основе ЭСП (сверхчувственного восприятия. — В. Л.)». Опыт «дал нулевой результат», но Филипс, не «смущаясь, тотчас «перешел к изучению феномена «мыслефото»». Ему удалось, пишет «Сайнс», «войдя в контакт с руководством школы ведьм (!), установить существование шести индивидуумов, утверждающих, что они могут мысленно воздействовать на фотопленку». О стэнфордских докторах физических наук, сработавшихся с израильским творцом чудес, я уже говорил. Еще одному физику, работавшему в Гарвардском университете, были даны деньги на постройку «сверхчувствительного маятника, который должен откликаться на силу мысли». Через каждые 30 секунд в течение часа маятнику давались «мысленные толчки». Результат был такой — «несколько недель маятник не реагировал, но затем стал давать положительный эффект». Однако «еще через 10 дней физик перевелся на работу в богословскую семинарию и с тех пор в Гарварде его не видели!» Можно упомянуть также о финансовой операции профессора психиатрии Уллмана и его ассистентов Криппнера и Дэвидсона (деятелей, с которыми мы еще встретимся дальше). Получив чек на 52 тысячи долларов, они изучают в госпитале «Маймонид» в Бруклине «передачу телепатических образов во сне» и «телепатическую одаренность шизофреников»…

Патриарх и полководец всей этой ученой когорты Дж. Б. Райн, как сообщается в «Сайнсе», сейчас по старости лет отошел от активной деятельности. Но руководимые им «лаборатория» и «Фонд по изучению природы человека» обрастают все новыми «научными сотрудниками». И больше того. От райновского «центра» отпочковался еще один «фонд», изучающий специально «парапсихические способности животных» и «феномен полтергейстов (домовых духов. — В. Л.)». По сравнению с этими мастодонтами и, так сказать, флагманами заокеанской парапсихической эскадры стушевываются более мелкие, если можно так выразиться, суденышки. Такое, например, как основанный известным нам экс-космонавтом Митчеллом «Институт ноэтических (?) наук». В штате у него, пишет «Сайнс», всего 9 человек, но бывший звездоплаватель настроен бодро. «Он уже добился финансирования из частных и общественных источников»…

Бизнес сверхъестественного процветает, стало быть, не без помощи некоторых, не брезгающих долларами ученых.

4. Индустрия суеверий

О том, на какую массовую клиентуру рассчитана эта процветающая за океаном индустрия и какие идеологические цели она преследует, мы узнаем лишний раз из обзора, помещенного 19 июня 1972 года в хорошо осведомленном еженедельнике «Тайм» (его издает крупнейшая монополия наследников мультимиллионера Люса).

Среди сообщаемых в этом номере фактов есть кое-что, заслуживающее нашего внимания. В конце концов, кому, как не репортерам «Тайма», знать досконально, что творится за кулисами в стране доллара!

Журнал отмечает, в частности, что «академические ученые, занимающиеся парапсихологией на университетских кафедрах, все чаще вступают в деловой контакт с людьми, промышляющими ясновидением и пророчествами, как доходной статьей…»

С этим положением вещей мы уже знакомы. Но, конечно, с масштабами парапсихической коммерции в сегодняшней Америке не может сравниться то, что было прежде.

По данным «Тайма», книжная секция одного только «Метафизического центра» (есть и такой) в Сан-Франциско продает телепатическую и тому подобную литературу на сумму 15–25 тысяч долларов в месяц. В этом же «центре» «проводятся инструктажи по вопросам гадания на картах, переселения душ, астральной проекции (?!), числовой мистики и каббалы». Организована также «торговля ритуальными балахонами, амулетами и магическими хрустальными шарами, глядя в которые можно видеть будущее (шар больших размеров — 25 долларов, малых— 16 долларов 50 центов за штуку)».

Оккультная литература, пишет «Тайм», заполняет и обычную книжную торговлю. Эта литература занимает, например, одно из главных мест в центральном книжном магазине «Скрибнер и компания» на 5-й авеню в Нью-Йорке. Крупные издательства тоже не брезгают издавать «десятки книг в твердых переплетах на темы оккультизма и связанной с ним парапсихологии».

Журнал называет несколько таких бестселлеров (книг повышенного спроса), в том числе роман Уильяма Блэтти «Изгоняющий бесов», затем «курс лекций» доктора Оуэна Рэчлеффа «Ведьмовство, магия и телепатия» и т. д.

Кинопромышленность, в свою очередь, спешит заработать на обскурантском «буме». Такие фильмы, как «Ребенок Роз-Мари», «Одержимость», «Другой» (картины, в которых совмещен оккультизм с «кинематографом ужасов»), приносят, по словам журнала, рекордные сборы.

Причину «бума» еженедельник формулирует довольно убедительно: «Наибольший интерес к сверхъестественному и сверхчувственному проявляют в наши дни те, кто боится потерять работу или недоволен своей нынешней работой и терзается выбором новой». Отчаявшись, другими словами, найти место в жизни, эти люди обращаются, как часто бывает в таких случаях, к гадателям и ворожеям. Интересуются парапсихическими процедурами, отмечает «Тайм», также бизнесмены, особенно те, которые «заняты в областях с колеблющейся экономической конъюнктурой».

Используя эти моменты с ловкостью настоящих стратегов большого бизнеса, парапсихологи расширяют сейчас свой рынок сбыта по всем линиям наибольшего спроса.

Доктор Джон Михаласки из Технического колледжа в Нью-Арке (штат Нью-Джерси), например, предлагает себя в качестве «консультанта-парапсихолога» дирекциям различных промышленных корпораций. Михаласки убеждает своих нанимателей, что «долгосрочное планирование производства немыслимо без использования дара прекогницци (то есть парапсихического заглядывания в будущее. — В. Л.)». Существует, заверяет он, «прямая связь между деловыми качествами менеджеров (руководителей предприятий. — В. Л.) и их способностью к прекогниции». Ссылаясь на свои исследования (напечатанные на деньги все того же райновского «Парапсихологического фонда»), доктор выкладывает главную козырную карту. Фирмы, удвоившие за последние пять лет свои прибыли, — это как раз те, чьи директора верят в телепатию и прекогницию и применяют их на практике. В предприятиях же, потерпевших убытки, директора имели неосторожность не проверить (у доктора Михаласки, разумеется) свои парапсихические способности…

И кроме менеджеров фирм и безработных есть, оказывается, еще один контингент потребителей, вокруг которого кружат расчетливые парапсихологи. Это — влюбленные; желающие проверить себя на «телепатический резонанс» (в случае положительного ответа любовь имеет шансы продлиться долго!). Создана специальная аппаратура. Ее изобретатель — доктор Джон Белофф из Англии. Сидя перед табло с пятью кнопками, влюбленный смотрит на фотографию своей любимой (любимого) и нажимает на одну из кнопок. Номер ее отщелкивается в виде цифры на табло. Другой партнер за закрытой дверью в это же время тоже смотрит на его (ее) фотографию. И, находясь в телепатическом контакте с любимым (любимой), нажимает на кнопку с угаданным номером. После ряда проб показания цифр на обоих табло сверяются. И если число совпадений превышает уровень случайности, длительная любовь обеспечена!

Плата за испытание — по таксе.

Заразились парапсихическим «бумом» даже сидельцы американских тюрем (возможно, в надежде получить благодаря этому какие-то льготы). Небезызвестный Сирхан Сирхан, убийца сенатора Роберта Кеннеди, объявил, например, что обладает даром психокинеза: он отклоняет «усилием воли» пламя свечи вправо или влево. В нью-йоркской тюрьме Синг-Синг, по сведениям журнала «Экспресс», заключенные проводят между собой коллективные сеансы телепатии. В них участвуют иногда надзиратели и даже сам суперинтендант (начальник) тюрьмы…

Размах всей этой деловой активности, отмечает «Тайм», привел даже к необходимости издавать специальный печатный орган — «Оккьюлт трэйд джорнал» («Журнал коммерческого оккультизма»), где специалисты этого дела изучают конъюнктуру и намечают планы на будущее.

Разумеется, еженедельник, издаваемый наследниками господина Люса, нисколько не огорчается массовым оглуплением людей на почве телепатического «бума». Цель оправдывает средства. «Следует признать, — пишет журнал, — что магия имеет в наше время свою законную сферу деятельности»… Польза от нее прямая. Она дает, во-первых, «возможность убедиться, что вселенная погружена в тайну, разгадать которую не под силу традиционному материализму…» И во-вторых, «магия вливает новую, свежую кровь в окостеневшие ткани официальной религии…»

Сказано неплохо! Осведомленный американский еженедельник нащупал нерв вопроса. Растущий отход народных масс от религии заставляет хозяев жизни в так называемом свободном мире искусственно подогревать старые суеверия, облекая их то в форму «новой науки», то «новой религии».

«Следует надеяться, — восклицает «Тайм», — что религия, магия и наука смогут достичь взаимного понимания и дополнят друг друга»… Люди в наше время, продолжает журнал, «ищут успокоения от постоянного напряжения и тревог. Они ищут его в таинственном элементе жизни, а официальные церковные ритуалы не дают им этого успокоения». Дело в том, оказывается, что американцев расхолаживает казенность церковных организаций. «Верующие чувствуют, что их рассматривают просто как посетителей молитвенных собраний. А их денежные взносы учитываются церковной бухгалтерией подобно тому, как это делают налоговые инспекторы и кассиры в банке… Священный мистический огонь угашается, и тяга к тайне остается неудовлетворенной…»

Старый «духовный» наркотик выдохся, иными словами. И его хотят заменить другим, более острым.

Чтобы остановить массовое бегство своей клиентуры, церковь на Западе, как известно, давно уже начала «оживлять» и «разнообразить» богослужения такими средствами, как джаз-оркестры, ансамбли гитаристов и даже балет и оперетка. Об одной такой оперетке — «Иисус-суперзвезда» (в которой Иисус Христос танцует с Марией Магдалиной рок-энд-ролл) подробно рассказал в журнале «Знамя» наш известный публицист-международник Юрий Жуков.[80]

Самое интересное в эпизоде с «Иисусом-суперзвездой», отмечает Ю. Жуков, — то, что постановка этого, не совсем, мягко говоря, благочестивого спектакля одобряется высшим католическим духовенством. Ларчик открывается просто. Церковные иерархи удовлетворены уже тем, что у миллионов зрителей, следящих за танцами апостолов, пробуждается упавший было интерес к евангельским рассказам об Иисусе. Кроме того, под мероприятия этого рода может быть подведена и теоретическая база. В богословской семинарии в Пасадене (Калифорния) читается в этой связи курс лекций о церковном джазе и танце. Цитируются соответствующие места из Ветхого завета. («На гуслях и тимпанах славьте господа!» «При звуках труб и рога торжествуйте перед господом!» — Псалмы, главы 97 и 149 и пр.). Пятидесятилетняя Марго Чемпион, в молодости артистка кино, на этом основании вывела свой кордебалет («герлс») на богослужение в пресвитерианской конгрегации в Западном Голливуде. Посещаемость церкви, сообщает журнал «Ньюсуик», в этой связи усилилась и т. д.

Но, конечно, одного развлекательного момента для оживления религии сегодня недостаточно.

Не меньшие перспективы, пишет «Тайм», сулит внедрение в религиозную практику «тех феноменов, которые изучаются парапсихологами (телепатия, прекогниция)». Именно в этих феноменах, надеется журнал, верующие обретут «экстаз и порыв к тайне», которых они не находят в приевшейся церковной обрядности…

Вот, скажем, группа протестантских священников США во главе с преподобным Артуром Фордом. Он организовал в 1970 году «Товарищество изучающих границы духа» (Spiritual Frontiers Fellowship). Цель товарищества — «перебросить мост между традиционным христианством и оккультизмом». Игра, по-видимому, стоит свеч, так как выручка молитвенных собраний, например у Бонни Хелман, в результате «переброски моста» увеличилась. Бонни Хелман — женщина-священник из штата Мэн. В своей профессиональной практике она стала применять столь хорошо знакомую нам прекогницию. «По воскресеньям, — читаем в том же номере «Тайма», — Бонни Хелман облачается в розовый хитон и всходит на церковную кафедру». Далее следует прекогниция. Например, проповедница говорит: «Я обращаюсь к сидящей справа от меня леди в белом платье. Психические силы, идущие из глубины моего духа, велят мне сказать вам — не тревожьтесь по поводу вашей больной поясницы. Вы будете здоровы!» Или, обращаясь к другой женщине: «Ваш муж хочет переменить место работы. Перед ним две возможности. Выбор будет удачен!»

Вопрос об уместности соединения в одном лице функций служителя церкви и парапсихолога продолжает обсуждаться в соответствующих богословских кругах.

Для англиканского священника Фесто Кивенджера (африканца из Уганды) вопрос ясен, во всяком случае. Достопочтенный Кивенджер совершил в 1972 году лекционное турне по Соединенным Штатам. В своих лекциях он высказался в том смысле, что нет оснований отказываться от сеансов чтения мыслей, ясновидения и т. д. по ходу церковной службы. «На моей африканской родине, — пояснил угандиец, — христианский культ вполне уживается с традиционными ритуалами волшебников и чародеев». «Мои соплеменники поклоняются Великому Духу, но это не мешает им искать повседневной помощи у меньших духов».

Даже если этот меньшой дух — дьявол.

5. Сатана в помощь богу

Распространение в Америке и в Англии сект так называемых «поклонников сатаны» — не просто причуда нескольких эксцентрических сумасбродов.