СОВЕТЫ ИЗ КИТЕЖА

СОВЕТЫ ИЗ КИТЕЖА

Перевести фокус внимания на свой предмет и удер­живать его как можно дольше, пока ребенок не ста­нет понимать, то есть осознанно участвовать в про­исходящем на уроке. А там уже можно увлечь его «играми разума», показывая, что они могут достав­лять удовольствие.

Главное для учителя, хотя бы раз помочь ученику пе­режить это удовольствие!

Первичен интерес ученика и реальное освоение ма­териала, а не программа. При таком подходе труд учителя становится более творческим, одухотворен­ным и осмысленным.

Вот что сказал мне пятиклассник Саша после урока истории:

— Я сегодня на уроке впервые ощутил удо­вольствие. Это ж мы сами делали открытия о Египте. Я понял, почему нужны каналы и почему цивилизация началась. Словно у меня приятность в мозгах. Это здорово!

В обучении, как в парных танцах, учитель и ученик должны быть вместе, даже если в классе еще сорок человек. Но все равно, это — работа для двоих. Ина­че вместо учителей давно бы поставили в классах аудиоаппаратуру.

Задача учителя — «производить впечатление» на ученика. Чем резче впечатление, тем четче образ, оставшийся в сознании. Построить связь между об­разом и силой, которая этот образ питает, — функция учителя (не великого и единственного, а каждого человека, который занят воспитанием детей).

Люди, далекие от практики воспитания детей-сирот, склонны решать задачу их развития схематически: «Возьмем талантливых сирот, спасем их из детских домов, переселим в условия элитного лицея, где им дадут первоклассное обра­зование, и получим счастливых, талантливых специалистов».

Для сироты быть в окружении благополучных детей из элитных семей — серьезный вызов. Настолько серьезный, что затребует все силы на самоопределение или противо­стояние. На обучение же сил может просто не остаться.

Среда элитной школы как раз и не позволит сиротам нормально развиваться. Потому что человеку свойственно сравнивать себя с окружающими. Наверное, с доистори­ческих времен в человеке борются два противоречивых стремления: быть своим в общности себе подобных и при этом пытаться оттеснить их от лучшего куска еды или места у очага. Не важно, что в пансионе все дети как бы без ро­дителей. В наши дни дети выстраивают иерархию отноше­ний в своем коллективе, исходя из статуса и финансовых возможностей своих семей. И те, кто лишен этого, сразу чувствуют себя изгоями.

Разумеется, если ребенок-сирота наделен от рождения большой жизненной энергией, что проявляется в сильном характере, умении встречать вызов, сосредотачиваться на учебе, то он получает дополнительный стимул для занятий: поднять свой статус за счет учебы, доказать свое интеллек­туальное превосходство над благополучными одноклас­сниками. Но это редкий случай.

Большинство детей-сирот, для того чтобы реализовать свой интеллектуальный потенциал и нормально развивать­ся, как раз нуждаются в особом безопасном окружении. Именно благожелательная безопасная среда в этом слу­чае является тем самым питательным раствором, который может восстановить личностный рост детей, испытавших трагедию сиротства. Нужен особый мир, построенный не на конкуренции, а на взаимоподдержке, который даст воз­можность ребенку поднять свою самооценку, преодолеть внутреннюю неуверенность в своих силах. Нужно и время, которое позволит ребенку осознать, во-первых, что учеба может быть приятной и интересной, во-вторых, что она по­могает поднять свой статус в коллективе детей и взрослых, и, в-третьих, что он сам в состоянии достичь реальных успехов, если будет прикладывать усилия.

Существует мнение, что дети алкоголиков хуже развива­ются интеллектуально. В некоторых случаях это так. Но в Ки­теже некоторые дети из самых неблагополучных семей ока­зывались куда более талантливыми, восприимчивыми, чем те дети, чьи родители не имели вредных привычек. Мы не предлагаем отказаться от идей генетики, но обращаем вни­мание, что в этой области нет прямой зависимости. Законы, управляющие наследственностью, значительно сложнее и многообразнее, чем их отражение в обыденном сознании.