ОТНОШЕНИЕ К БОЛЕЗНИ («ОСОЗНАНИЕ БОЛЕЗНИ») И ПОВЕДЕНЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ПЕРЕЖИВАНИЙ

ОТНОШЕНИЕ К БОЛЕЗНИ («ОСОЗНАНИЕ БОЛЕЗНИ») И ПОВЕДЕНЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ПЕРЕЖИВАНИЙ

Во все периоды болезни Стриндберг сохраняет «способность суждения» и «ориентировку», другими словами, он в состоянии ясно рассуждать и действовать с каким-то смыслом, и он постоянно ориентирован во времени и месте, а также в той реальной ситуации, в которой он в данный момент находится, как бы сильно ни была она при этом насыщена элементами бредового содержания. Мы уже видели, как происходит редактирующая и интерпретирующая переработка его шизофренических симптомов и переживаний. Зададимся теперь вопросом, в какой мере Стриндберг осознавал эти переживания как патологические, обусловленные каким-то болезненным процессом, ирреальные и действительного значения не имеющие. Психопатология говорит об осознании болезни тогда, когда больной способен понять выводы психопатолога, например, когда депрессивный больной сознает, что переживает определенную фазу заболевания, которая пройдет, или когда галлюцинирующий алкоголик, восстановившись, объявляет все свои переживания галлюцинаторными и не имеющими значения для его последующей жизни. Осознание болезни отнюдь не означает, что ее симптомы прекращаются, оно означает лишь то, что эти симптомы воспринимаются с точки зрения действительности. Вполне возможно—и так действительно бывает, — что некто галлюцинирует и в то же время путем непрямых проверок приходит к осознанию того, что он именно галлюцинирует — но галлюцинации от этого не прекращаются. Так вот, одной из особенностей шизофрении является то, что к полному осознанию болезни эти больные неспособны. Если же такие больные обнаруживаются, то следует прежде всего усомниться в наличии у них шизофренического процесса. Однако узнать об этом осознании бывает совсем не легко. Больные иногда способны вполне охватить мыслью выводы здоровых и, если сочтут это целесообразным, представить их в оформленных суждениях как свои собственные. Так, например, один больной был способен описывать свою болезнь в категориях сначала психиатрической системы Крафт-Эбинга, а затем — Крепелина, причем описание было верным и даже ироничным по отношению к психиатрии. Тем не менее при ближайшем рассмотрении обнаруживается, что у таких больных галлюцинации и бредовые переживания не проходят бесследно, больные придают им реальное значение, выражение которого, однако, меняется и может представлять для них серьезные трудности. Если мы спросим, в чем причина этого императива «реализации» переживаний и удержания их реального значения, ответом будет лишь то, что для нас это непостижимо и может быть объяснено лишь «болезнью». Поразительно, что и высокие, и даже могучие умы тоже этому подвержены. И дело не в какой-то деменции — в смысле интеллектуальной слабости, — как «помешательство» воспринимается именно эта фиксация больного на некоторой чуждой реальности. В то же время психиатры старшего поколения определяют эту болезнь, в отличие от всех остальных, как «болезнь личности». Где-то в сфере разумного происходит разрыв непрерывности и нарушение коммуникативной способности. Больной остается в изоляции.

У Стриндберга тоже никогда не было полного осознания болезни, однако в его случае чрезвычайно интересно то, как близко он иногда, кажется, приближается к нему. Его вопросы, собственно, никогда не прекращаются; как бы решительно ни был он настроен в какой-то момент, его выводы всегда оказываются неокончательными. Критическая мысль продолжает работать, а шизофренические переживания (как постоянно возвращающиеся, так и неожиданные), которые сами по себе не дают возможности субъективно отделить их от нормальных, лишь поставляют ей все новый материал. Те толкования, которые возникали в процессе эволюции бреда преследования, и представляют собой выводы, извлеченные «здоровым» мышлением из аномального материала. И как ни уверен в них Стриндберг в какой-то момент, в следующий он вновь становится скептичен; ничто не устанавливается раз и навсегда.

Он критикует самого себя и свои выводы, он предпринимает проверки; так, например, он устанавливает магнитную стрелку и по отсутствию ее отклонения осознает, что к его соматическим приступам электрический ток отношения не имеет. Он размышляет о последствиях своего бегства и находит, что исчезновение в результате бегства болезненных явлений доказывает отсутствие у него заболевания: болезненные явления были вызваны не внутренними причинами, а преследователями, от которых он в данный момент ускользнул. Время от времени он прямо задает себе вопрос, не в нем ли самом причина всего: «Если принять, что никаких интриг не было, то тогда, значит, я сам, своим воображением создал этих карающих духов, чтобы казнить себя». В Дьеппе он размышляет: «Поскольку я все еще отрицаю эту мысль о вмешательстве в мою судьбу трансцендентных сил, то я вообразил себе, что у меня какая-то нервная болезнь. Поэтому я и хочу поехать в Швецию, чтобы разыскать там одного знакомого мне врача». Он рассказывает все этому врачу. Тот отвечает: молчи, несчастный, ты болен, ты душевнобольной. Стриндберг: но исследуй же мой рассудок, почитай то, что я ежедневно записываю, и то, что печатают. Врач: все эти электрические истории подробно описаны в историях болезни пациентов психиатрических лечебниц. Стриндберг: мне настолько наплевать на ваши психиатрические истории, что я завтра же поеду в Лунд, чтобы меня обследовали в тамошнем сумасшедшем доме и все стало ясно! Врач: тогда ты пропал… В другой раз он считает болезнь следствием покушения на него 19–20 июля. В январе 1897 года он вновь обращается к врачам: «Первый назвал это слабостью нервов, второй — грудной жабой, третий — сумасшествием, четвертый — опухолью в легких… Этого мне достаточно, чтобы увериться, что в сумасшедший дом меня не посадят». «От этих врачей никакого толка! Они объявляют тебе, что ты болен, но лечить не лечат!» Когда человека преследуют, он защищается и предпринимает контрмеры. Так поступают и обычные больные, так поступает и Стриндберг. Его неоднократные попытки бегства, его разрывы дружеских связей, его письма, расспросы, обвинения, интриги — все это практические следствия его безумия. Однако, сталкиваясь с такими больными, не перестаешь удивляться тому, как хорошо они при этом учитывают действительные обстоятельства и понимают, что такое объективные Доказательства. Стриндберг осознанно избегает обращаться в полицию и искать у нее защиты, так как понимает, что, не имея доказательств, он только накличет беду. Когда же он решает, что та газетная статья дает ему в руки доказательство против женщин, он немедленно пишет два письма: одно в полицейскую префектуру Парижа, другое — в парижские газеты. Но иногда все же случается, что непосредственные физические атаки побуждают его к прямым ответным действиям, которые для окружающих, естественно, совершенно непостижимы. Так, однажды Стриндберг поднял в одном отеле скандал, пытаясь ворваться в соседний номер в убеждении, что там засели его враги, не дающие ему покоя.

Как бесконечно далеко отстоит это недостаточное осознание болезни у шизофреника от желания стать сумасшедшим, чтобы облегчить свою ответственность, у истерика, можно наглядно увидеть, если привлечь для сопоставления цитированные выше автобиографические записки самого Стриндберга времени его юности.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Развитие болезни

Из книги Язык любви, счастья и понимания автора Виилма Лууле

Развитие болезни Патология никогда не возникает на пустом месте. Если бы мы замечали подаваемые телом знаки, то болезнь не возникла бы. Если бы мы думали правильно, то не было бы недугов. Тело человека – его верный друг, который никогда ничего не оставляет без присмотра,


Болезни

Из книги Язык человеческого лица автора Ланге Фриц

Болезни Кроме смеха и плача, существенное влияние на выражение лица в детстве оказывают болезни. Я уже приводил пример формы рта мальчика, страдающего косолапием. Когда годовалый ребенок, изображенный на рис. 200, оказался в веселой и радостной обстановке, его рот


2.9. Планирование болезни

Из книги Психосоматика автора Менегетти Антонио

2.9. Планирование болезни Применение онтопсихологической методологии в сфере психосоматики позволяет установить следующее.1) Точный анализ симптома с точки зрения жизни субъекта в целом. Другими словами, мы получаем ответ на вопрос: при наличии данного симптома больной


2.10. Цели болезни

Из книги Психосоматика автора Менегетти Антонио

2.10. Цели болезни Болезнь всегда представляет собой стратегический ответ на потребность субъекта. Для того чтобы основательно понять болезнь, мы должны познать ее динамико-волевые мотивы. Зачем запускается процесс? Кто придает тот или иной молекулярный строй химическим


13.2. Болезни «взаимоотношений»

Из книги Психосоматика автора Менегетти Антонио

13.2. Болезни «взаимоотношений» Поскольку любые взаимоотношения преобразуются в семантику, они могут нести человеку добро или зло. Например, в основе всех гастроэнтерологических и кожных заболеваний, а также половых расстройств лежит особая тематическая направленность


Глава 5 УБЕДИТЬ НАДОЛГО: НАСТОЙЧИВОСТЬ И ПОВЕДЕНЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ИЗМЕНЕНИЯ УСТАНОВОК

Из книги Социальное влияние автора Зимбардо Филип Джордж

Глава 5 УБЕДИТЬ НАДОЛГО: НАСТОЙЧИВОСТЬ И ПОВЕДЕНЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ИЗМЕНЕНИЯ УСТАНОВОК • Создание четких, ясных и категоричных установок• Закрепление результата: убедить на все времена• Установки переходят в поведение: у последней черты• Награда за труды, или Плоды


СТРАХ БОЛЕЗНИ

Из книги Аутотренинги автора Красоткина Ирина

СТРАХ БОЛЕЗНИ Одна из наиболее опасных форм страха для человека. Зерна страха болезни живут в подсознании каждого человека. Для того чтобы эти зерна не проросли и не зацвели страшным цветом, необходимо выставить эффективную защиту. Когда у вас сильно расшатанная нервная


Все болезни от нервов!

Из книги Всемогущий разум или простые и эффективные техники самооздоровления автора Васютин Александр Михайлович

Все болезни от нервов! В настоящее время можно вполне определенно утверждать, что ЛЮБАЯ болезнь связана с образом жизни и мышления данного человека. Ты можешь, конечно же, спросить: «Неужели и инфекционные болезни тоже подчиняются этой закономерности?» Да, в какой-то мере


Болезни почек

Из книги Оксфордское руководство по психиатрии автора Гельдер Майкл


Глава 9. Эго и болезни

Из книги Маски судьбы. Роли и стереотипы, которые мешают нам жить автора Смола Василий Петрович

Глава 9. Эго и болезни Воображаемые недуги неизлечимы. М. Эбнер-Эшенбах Эго ввиду своей иллюзорности и обособленности легко впадает в безумие, объявляя что-либо своей собственностью. «Это моя собственность, и я что захочу, то и сделаю с ней», – заявляет Эго со всей


БОЛЕЗНИ ВЕКА

Из книги Диалог с читателями автора Лазарев Сергей Николаевич

БОЛЕЗНИ ВЕКА Почему Вы относите к болезням гомосексуализм? Ведь от него не умирают, он не приносит физических, а чаще всего и душевных мучений, не сказывается на рождаемости?— Мои выводы исходят из практики. У всех, кто был у меня на приеме с проблемой гомосексуализма, я


БОЛЕЗНИ

Из книги Диалог с читателями автора Лазарев Сергей Николаевич

БОЛЕЗНИ Причина болезни Паркинсона медицине не ясна. Как Вы объясняете это?— Недавно у меня была пациентка с подобной проблемой. Первое, что я увидел, — огромный уровень гордыни, раздражительность, желание стопроцентно управлять ситуацией. Женское неприятие любой


О болезни

Из книги 4 вида любви автора Литвак Михаил Ефимович

О болезни Любовная тягомотина наносит страшный вред. Я, честно говоря, раньше думал, что любовная тягомотина приводит к нервозам. А когда работал в терапии и лечил многие, казалось бы, не имеющие никакого отношения к любовной тягомотине, болячки типа панкреатита или


21. Конец болезни

Из книги Квантовый ум [Грань между физикой и психологией] автора Минделл Арнольд


Психология болезни

Из книги Квантовый ум [Грань между физикой и психологией] автора Минделл Арнольд