ВРЕМЯ ВТОРОГО БРАКА

ВРЕМЯ ВТОРОГО БРАКА

Незадолго до приезда Стриндберга в Берлин его первый брак был наконец расторгнут. За короткое время пребывания в Берлине он, по свидетельству Пауля, переживает «пять романов». В мае 1893 года он женится во второй раз. В этом новом браке, в отличие от первого, ревность уже не играет никакой роли; брак вообще больше не имеет для него самостоятельного значения в качестве фактора его экзистенции, но лишь ассимилируется его бредом преследования и воздействия. С самого начала он в отдельные моменты чувствует, что эта женщина жаждет превосходства. Она расплачивается за него в ресторане и этим «унижает» его. Вместе с любовью одновременно возникает и ненависть. Первый поцелуй она подарила ему, вместо того чтобы получить от него, и этим он снова «унижен» как мужчина. «Несмотря на свою любовь она не могла скрыть, что считает его целиком зависящим от ее милости и немилости, и временами давала ему это почувствовать». Церемония бракосочетания происходит на Гельголанде. Тут же начавшиеся раздоры преодолеваются и относятся на счет влияния третьих лиц. Однако по прошествии очень короткого счастливого времени Стриндберг описывает положение уже такими словами: «Каждый из них потерял себя и свою форму, они стали одно… Когда инстинкт самосохранения личности проснулся и каждый захотел вернуть себе свою часть, возникла ссора из-за кусочков». Когда вскоре вслед за тем Стриндберг оказывается один в Лондоне, он, гуляя, «чувствует, что его нервы приходят в порядок и успокаиваются. Он вновь обрел самого себя как нечто замкнутое, существующее для самого себя. Он больше не излучал, он конденсировал». В руки его жены против его воли попадает «Исповедь глупца», это безжалостное описание его первого брака. После этого Стриндбергу кажется, что он замечает в ней чудовищную перемену. «Она не сказала ни слова, но он прочел в ее лице, что отныне с мирной жизнью покончено, что эта женщина не успокоится, пока не уничтожит его честь и не вынудит его уйти из жизни до срока». Вскоре она уже требует ввести ограничения: они должны удовлетвориться одной комнатой; она кормит его плохой едой. Его ненависть становится столь безграничной, что однажды он едва не сталкивает ее в воду. Он ощущает в ней вампира, который присосался к его душе, сторожит его мысли, держит его в своих когтях духовно и физически. Она дает ему понять, что он ее пленник, он это видит. Комната выглядит, как какой-то свинарник, а еда готовится так, чтобы она вызывала отвращение. Он уезжает; через Гамбург он едет на остров Рюген, чтобы отыскать там своего «помощника Ильмаринена».

Письма к Паулю показывают, что в это время Стриндберг целиком поглощен своими берлинскими связями и литературными делами. Он интригует. О его браке речи вообще не идет. Он недоволен Лондоном по причине «жары и дыма»; он уезжает. Через две недели его жена приедет вслед за ним на Рюген.

Но пока он застревает в Гамбурге. «Город словно заколдован: все или в деревне, или повыехали куда-то еще». У него кончаются деньги, и по его телеграмме ему их не присылают. «Тут он почувствовал себя так, словно его заманили в ловушку… Постоянная ярость против кого-то невидимого, но, кажется, питавшего к нему неизбывную злобу, обессиливала; он был парализован и не пытался даже пальцем пошевелить, чтобы изменить свою судьбу… У него появилась навязчивая идея: ему никогда не вырваться из этого ужасного города. Это впечатление было столь живым, что он собирался покончить с жизнью в отвратительном гостиничном нумере». Письма этого времени в общем подтверждают приведенное описание.

Но в то же время он еще полон перипетиями отношений с «Аспазией».

Наконец он приезжает на остров Рюген к Паулю (в «Разрыве» выведен под именем «Ильмаринен»). Он находит «Ильмаринена изменившимся, холодным, смущенным». У Стриндберга возникает такое чувство, «словно над ним тяготеет какое-то проклятие. Этого незначительного, необразованного Ильмаринена он вытащил из безвестности, ввел в свой круг, сажал за свой стол, принимал у себя… И теперь этот недоучка оставляет своего учителя, потому что полагает, что здесь больше уже нечего взять». Да и вообще все на этом Рю-гене не так, как надо. «Тут подали на стол что-то напоминающее вываренный свиной корм… Все было поддельное, даже пиво». Его поселили в какой-то мансарде, жестяная крыша которой раскалялась от солнца. Вся местность состояла из светлого сыпучего песка, который в это время, в разгар лета, так разогревался, что не успевал остыть за ночь. «Ильмаринен становился день ото дня вес назойливее, спрашивал его, когда приедет жена, предполагал, что поскольку прошло уже две недели, она его бросила». От супруги приходили противоречивые письма. «Разумно отвечать на них не было никакой возможности». «Эта адская кухня растянулась на месяц, в продолжение которого он с тоской возвращался мысленно к часам, проведенным им в Гамбурге: в сравнении с теперешними они казались ему прекрасными, как воспоминания о времени неописуемого блаженства». Освободило его приглашение на виллу тестя; он уехал. Сообщение Пауля как нельзя лучше дополняет это самоописание. Стриндберг жил только в половине своей комнаты, в другой половине он устроил лабораторию… «О его женитьбе мы не говорили. Он никак не объяснял, чем, собственно, было вызвано это внезапное прекращение свадебного путешествия и их разлука». Стриндберг был постоянно «в дурном расположении духа и портил настроение всем вокруг. У него была совершенно инфернальная манера вымещать на других свое неудовольствие и свое отвращение к жизни. Раз ему ничего не нравилось, значит это не могло удовлетворять и других». Ни разу за все это время Пауль не увидел у Стриндберга того жизнерадостного настроения, которое он излучал при своем появлении в Берлине. Он ругает все, что они едят. Например, рыбу: «в грязи ловили», «на чем ее жарили? это не жир! Эти рыбаки ходили по ней своими сапогами в детстве, прежде чем она попала на сковородку». Художественная литература для него ничто, «наука — все». Но главное, Стриндберг считал, что с момента его приезда на Рюген он находится в величайшей опасности. Он боялся мести Пауля, который действительно — и по вполне понятным причинам — несколько раз от него отстранялся. Финского поэта Тавастстьерну, также жившего на Рюгене, он заподозрил в том, что тот хочет его убить. Пауль приводит пример возникновения у Стриндберга внезапного страха. Стриндберг ранее не совсем хорошо вел себя по отношению к жене этого финна и считал, что ему следует ожидать за это мести. Финн вел себя как ни в чем не бывало. «Это было очень тревожно! Это было низкое коварство… Чем дружелюбнее держал себя с ним Тавастстьерна, тем беспокойнее становился Стриндберг». Этот финн только поджидал удобного случая! «Когда мы шли домой и, выйдя из сада гостиницы, свернули в темную аллею, которая вела к нашей вилле, Стриндберг вдруг бросился бежать так, как я никогда еще не видел, чтобы люди бегали! Только пара подметок, в быстром темпе взрывающих песок, над ними развевающийся плащ — и он исчез, поглощенный темнотой ночи. На следующий день он признался: Тавастстьерна ждет лишь удобного случая, чтобы как-нибудь вечером — в темноте — пристрелить его! Эту уверенность он высказывал мне совершенно спокойно, и его невозможно было разубедить!»

После этого Стриндберг короткое время проводит в Монд-Зе у родителей жены, потом в Панкове под Берлином, потом в Брюнне. У родителей жены он снова чувствует себя «как человек, которого заманили в западню», ему кажется, что за ним «следят», что он «в карантине под наблюдением». Однажды он просыпается «с ясным ощущением, что он находится в каком-то змеином гнезде, в которое его заманил сатана». Его жена так жаждет господства, что даже своих родителей ни во что ставит. Он поспешно уезжает и «сбрасывает с себя те короткие штанишки, которые он проносил целых восемь дней». В Панкове, его «удивляют люди в окнах, которые с дико перекошенными лицами исподтишка наблюдают за чужаком, а когда поднимешь взгляд, они тут же прячутся за гардинами». Снова он чувствует, что его заманили в ловушку, потому что тут, в этих домах, содержат сумасшедших. «Постоянный страх, что за ним наблюдают, настолько подавлял его, что он везде видел следящие за ним глаза и, казалось, слышал коварные вопросы. Ему, с его обостренной чувствительностью, казалось, что вся эта деревня источает болезненный флюид безумия; у него щемило сердце, и он боялся сойти с ума. Но уезжать он не хотел, отчасти потому, что он ожидал, что его схватят на вокзале», а отчасти потому, что он ожидал здесь свою жену. Когда она появляется, он вначале очень счастлив, но вскоре он снова находит «ее жажду власти безграничной». Он вновь расстается с ней с намерением лишить себя жизни. Он в гостинице. Револьвер лежит на столе. «Гамбург, Лондон, Рюген начали казаться ему светлыми воспоминаниями, по сравнению с этим поселением ссыльных. Он удивляется тому, как его судьбе удается находить все новые камеры пыток, каждая из которых ужаснее предыдущих. Его гостиничный нумер был словно предназначен для самоубийц, являя соединение неуютного, неудобного и зловещего. У него вновь появилось старое привычное чувство: из этой комнаты живым мне не выйти».

В 1894 году улучшений нет. Жена для него — тюремный надзиратель; у него серьезное подозрение, что она утаивает адресованные ему письма. Поэтому он хочет, чтобы друзья посылали ему заказные письма или чтобы адрес на них был написан другой рукой. Он также полагает, что жена пишет его друзьям в нежелательном для него смысле и просит Брандеса: «Наконец, хотя это и неприятно: если Вы получите некое письмо от моей нынешней супруги, будьте столь любезны переправить его мне. Я, видите ли, собираю эти письма, поскольку у нее есть такая, легкая мания писать всем знакомым мне знаменитым людям (и я уже слышал, что она и Вами интересуется), дабы оберечь меня! от неведомой опасности, как будто для меня могут еще быть опасности, после всего что я пережил!».

Стриндберг приступает к самообороне с самого начала отношений, но всегда — только посредством интриг, расспросов, писем. Тем не менее он отдает себе отчет и в своей мести, и в своей силе: «Нет, меня не изведут, а вот я-то врагов моих извести могу». В конце концов он без малейшего объективного повода порывает и с Паулем, которому пишет (31.7.1894 г.): «Ты у меня теперь минуты покоя иметь не будешь». По этому поводу жена Стриндберга пишет Паулю из Парижа (конец 1894 г.): «Почему мой бедный муж так на вас сердится, дорогой господин Пауль, он мне совсем не говорит. И все же я могу Вам это объяснить! У него так со многими людьми. Они ему друзья — и он почитает их за друзей, но потом приходит такой день, когда его охватывает недоверчивость. И то, что он только предполагает, вскоре уж кажется ему фактом. А возражать ему в этом бесполезно. Он такой всю жизнь, к собственному своему несчастию. Вдруг он перестал о Вас упоминать, объявил, что Вы враг ему! и уж много позже сказал мне, что будто бы Вы изобразили наш брак в Ваших «Падших пророках».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Игры второго класса

Из книги Транзактный анализ — восточная версия автора Макаров Виктор Викторович

Игры второго класса Если игры первого класса мы назвали «мышеловкой», то игры второго класса отличаются от первого сменой ролей или наличием переключения. Их формула описана Э. Берном как: «Крючок + Клев = Реакция — Переключение — Смущение — Расплата».А сама игра


Угроза второго рода

Из книги Трудно быть принцем автора Крупенин А. Л.

Угроза второго рода Мы надеемся, что вы уже привыкли и приняли точку зрения Докинза, что мир живой природы разделён на две части — репликаторов и носителей, и что мы, люди, относимся к категории носителей, что мы являемся машинами для выживания генов. Они выживают, мы


Что такое НЛП первого и второго поколения?

Из книги НЛП-2: поколение Next автора Дилтс Роберт

Что такое НЛП первого и второго поколения? НЛП первого поколения мы считаем первоначальную модель НЛП, которую создали Бэндлер и Гриндер на основании исследования поведения эффективных психотерапевтов. Эти ранние практики применялись по отдельности, и акцент при этом


Практика второго шага

Из книги Любовь по правилам и без, или Как организовать свою личную жизнь автора Ром Наталья

Практика второго шага Найдите поддержкуПриняв решение добиться счастливой встречи, найдите союзника: друга, который будет помогать вам в ваших действиях. Важно, чтобы этот человек хотел принять участие в устроении вашей или своей собственной личной жизни. Вам будет


ПОЯВЛЕНИЕ ВТОРОГО РЕБЕНКА

Из книги Характеры и роли автора Левенталь Елена

ПОЯВЛЕНИЕ ВТОРОГО РЕБЕНКА Воспитание ребенка по типу «кумир семьи» приводит к поощрению истероидности в ребенке, что со временем наносит сильный удар по семейным связям.Дети–истероиды часто могут быть завистливы и ревнивы. На появление второго ребенка в семье они


Выбор второго супруга

Из книги Тайное значение денег автора Маданес Клаудио

Выбор второго супруга Большинство из нас учится на собственных ошибках и подходит к выбору супруга для второго брака с особой осторожностью. Мы стали более зрелыми, лучше знаем самих себя (по крайней мере, нам так кажется) и ищем такого человека, с которым действительно


Эмоциональная экономика развода и второго брака

Из книги Тайное значение денег автора Маданес Клаудио

Эмоциональная экономика развода и второго брака Экономика первого брака имеет дело скорее с предметами первой необходимости, чем с деньгами как таковыми. Молодые супружеские пары больше ссорятся из-за вещей или из-за стиля жизни, чем из-за денег. Напротив, подспудная


Отказ от второго и последующих свиданий

Из книги Как говорить «нет» без угрызений совести [И сказать «да» свободному времени, успеху и всему, что для вас важно] автора Брайтман Патти

Отказ от второго и последующих свиданий Предположим, вы попытали счастья и сходили на это первое свидание. И хотя оно не было ужасным, вы не хотите продолжения. В этом случае будет правильно прислушаться к своей интуиции.Если мысль о втором свидании никаким образом вас не


Практика второго шага

Из книги Камасутра общения. Магия слов и жестов автора Ром Наталья

Практика второго шага Оцениваем свою внешность и гардеробДля выполнения этого упражнения вам понадобится человек с хорошим вкусом и – главное! – откровенный. Попросите его вместе с вами составить список тех аспектов вашей внешности, над которыми надо поработать.


Агрессоры второго уровня

Из книги Вербальная самозащита автора Гласс Лилиан

Агрессоры второго уровня Существует 11 типов агрессоров второго уровня. В противоположность представителям первого уровня, которые действуют на людей раздражающе, эти агрессоры несут в себе разрушительную силу и могут быть очень опасны. Если вы знаете, как они действуют


Глава 16: О подготовке второго свидания.

Из книги Пикап. Самоучитель по соблазнению автора Богачев Филипп Олегович

Глава 16: О подготовке второго свидания. Готовясь к этапу второго свидания, снова напоминаю тебе структуру соблазнения. Во-первых, стоит быть готовым к тому, что барышня на этап второго свидания не перейдет, и ты снова проведешь с ней первое свидание, хотя и вторую встречу. В


Итак, пришло время второго ИПСа

Из книги О мальчике, который умел летать, или путь к свободе автора Клименко Виктор

Итак, пришло время второго ИПСа Как и в «семиметровом», в нем нет и намека на произвольность трактовки, которая присутствует во всех современных тестах, потому что там очень многое зависит от личности экспериментатора, от его опыта, умения, вкуса, его добросовестности; от


Это — путь. Откровения второго порядка

Из книги Преображение. Путевые заметки автора Калинаускас Игорь Николаевич

Это — путь. Откровения второго порядка Когда говорил Иисус: «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное» (Матфей 5:3). Он не имел в виду психологическую убогость. Он звал тех, кто выбрал идеальные ценности. Ибо с точки зрения социума — это есть самые бедные люди и


КОНЦЕПЦИЯ «БРАКА-КЛЕТКИ» И КРИЗИС ЦЕРКОВНОГО БРАКА В ЦАРСКОЙ РОССИИ

Из книги Зачем идти в ЗАГС, если браки заключаются на небесах, или Гражданский брак: «за» и «против» автора Арутюнов Сергей Сергеевич

КОНЦЕПЦИЯ «БРАКА-КЛЕТКИ» И КРИЗИС ЦЕРКОВНОГО БРАКА В ЦАРСКОЙ РОССИИ — Да чем же худо образование? — чуть заметно улыбаясь, сказала дама. — Неужели же лучше так жениться, как в старину, когда жених и невеста и не видали даже друг друга? — продолжала она, по привычке