О ПОЛЬЗЕ СЛЕЗ

О ПОЛЬЗЕ СЛЕЗ

Кому не приходилось видеть такую сцену: ребенок играл, никому не мешая, не требуя к себе внимания. Но вот, он заметил, что вы наблюдаете за ним, тем более — любуетесь им, — и его словно подменяют: его глаза начинают блестеть, он начинает носиться, бросать вещи, хохотать. От прежнего послушания не остается и следа — никакие слова, никакие окрики на него не действуют; напротив, они еще больше возбуждают его; в апофеозе аффекта он вдруг срывается — и начинает плакать; плачет навзрыд, безудержно, а выплакавшись, тут же засыпает, чтобы проснуться в своем обычном состоянии — словно ничего и не было.

Расшифруем эту сцену.

Пока ребенок играет самостоятельно, его эмоции соразмерны действиям. Раз ему интересно, раз эмоции положительны, они подзаряжают энергопотенциал. И чем интереснее игра, тем продуктивнее подзарядка. Обратите внимание: у здорового ребенка этот процесс всегда идет в границах допустимого.

Но вот он заметил внимание со стороны — это катализирует в нем энергетические процессы. А уж если он почувствовал в вашем взгляде любовь — катализатор становится на порядок, а то и на два мощнее. Границы допустимого разрываются, процесс становится неуправляемым, как при термоядерной реакции, когда превышена критическая масса (границы допустимого).

Эмоция игры + эмоция общения = эмоциональному взрыву.

Вспышка меняет знак энергопотенциала на противоположный. Происходит стремительное, лавинообразное расходование энергии. Процесс становится неуправляемым извне. Движущаяся, истекающая, порождающая эмоции энергия руководит ребенком.

(Аналогичные процессы идут при истерических и эпилептических припадках, на стадионах и в концертных залах, когда фанаты доводят себя до исступления; та же кухня и у религиозных обрядов, когда, например, «изгоняют нечистого»;

по академику И. П. Павлову, всякая эмоция — это достигшая своего потолка дикая сила подкорки; кора при этом отключается; так стоит ли сознательно стремиться прорваться на уровень животного?)

Когда уровень энергии падает до какого-то минимума (апофеоз аффекта), эмоции меняют знак на противоположный. Слезы перекрывают заслонку расхода энергии; плача, ребенок успокаивается. Энергия опять начинает накапливаться в нем, но уже за счет другого механизма — не эмоционального, а биохимического. Об этом — несколько позже.

Интересный вопрос: отчего ребенок засыпает после слез сразу (они, как говорится, не успевают просохнуть), а взрослые еще долго маются в состоянии тяжкого психологического дискомфорта? Оказывается, это две проблемы.

Ребенок живет в мире эмоций; чувства в нем только зарождаются; они столь слабы, что их роль почти ничтожна. И стоит эмоциям поменять знак на противоположный — а мы видели, что это может произойти вдруг, — как меняется и состояние души.

Взрослый живет в мире эмоций и чувств.

(Эмоция ограничена нашим телом, она — инструмент энергопотенциала; чувства — это продолжение нас вовне, они называют наши отношения к предметам окружающего мира; значит, чувство всегда оценка; следовательно, чувство — инструмент критичности), а чувства живут долго.

После тяжелой встряски, а тем более после аффекта, взрослый еще долго прокручивает в себе пережитую ситуацию. Чувство порождает в нем эмоции, эмоции — вновь подхлестывают чувство, и эти качели раскачиваются в человеке до тех пор, пока не иссякнет питающая это движение энергия. Вот почему говорят: «Время — лучший лекарь».