23. (01/91 — 22)

23. (01/91 — 22)

Самые внимательные из вас уже поняли, что одиночество кандидата в мудрецы — шутка относительная. По сути, он ни на миг не бывает один, ведь он всегда вдвоем — с природой. Эта связь имеющая целью соитие, слияние — не может начинаться с адюльтера, то есть родиться от минутного настроения, тем более — от ума. Она начинается сразу с любви. И любимая — природа — вот она, рядом, такая доступная и ко всем щедрая; она дает без счету: бери, сколько унесешь!.. И большинство — почти все берут… Берут, хотя в любви (смотрите, как поступает природа!) нужно отдавать. Отдавать без счету. Отдавать себя. Отдавать до тех пор, пока не станешь ощущать другого — любимого — как себя.

От природы берет раб, укрепляя свою раковину; берет потребитель — получая всю гамму удовольствий; берет талант — в виде материала для создания гармоний. Природа так богата, так огромна! Неужели столь ничтожная малость, как человек, может ей что-то отдать, чем-то ее дополнить? Ведь, во-первых, в системе сообщающихся сосудов течет от большего — к меньшему; во-вторых, он сам — часть природы; так не будут ли любые его действия перекладыванием из одного ее кармана в другой?

Из малого потечь в огромное может лишь то, что в малом есть, а в огромном именно этого нет.

Что же это такое? Чем таким особенным владеет наш герой, чего нет у бесконечно разнообразной природы?

Культурой мышления.

Ее у природы нет. Поэтому осмыслить себя она может лишь через посредство человека. С помощью его культуры мышления.

Она делает это с помощью всех, кто поднялся на уровень интуиции. Она одаривает их — и они платят ей за это своею работой. Вот и определилось принципиальное отличие от них кандидата в мудрецы: он выбирает свой особый путь — выбирает одиночество, когда привычная плата уже не удовлетворяет его. Просто платить — ему мало. Он хочет отдать. Отдать природе все, что имеет.

Повторяем: единственное, что он может действительно, реально отдать, — это работу своей культуры мышления.

Но ведь она не может работать абстрактно, ей нужен для обработки конкретный материал. Где же в своем космическом одиночестве наш герой берет этот материал? Этот материал — он сам. Его душа.

Он сам — как часть природы.

Надеемся, вы поняли — и запомнили, — что на эту стезю можно выйти не любому человеку и не в любой момент. Только

1) находясь в диапазоне уровня интуиции;

2) на гребне энергетической волны;

3) при гармоничном ЭПК (что непросто, когда энергопотенциал — стремительно нарастает — все время меняется).

Значит, если одиночество выбирает раб — для него это лишь простейшая, самая доступная форма раковины. Если одиночество выбирает потребитель — для него это тоже раковина, где он останется наедине с избранными гармониями, а при дефиците их — наедине с собою, прекрасным и любимым. Сами понимаете, оба эти случая — результат катастрофического падения энергопотенциала. Наконец, если одиночество выбирает обыкновенный талант — для него это способ дать загнанному, переутомленному организму передышку; то есть опять же случай энергодефицита.

Следовательно, ни один из этих случаев одиночеством назвать нельзя. Это уход, отстранение, заползание в раковину — что угодно, только не одиночество, потому что истинное одиночество подразумевает 1) полную самоотдачу и 2) колоссальную работу, а уход — это поиск такой позы, чтобы 1) побольше взять (ведь нужно восстановиться!) и 2) необходимость действовать свести к минимуму.