8. Подлая отвратительная ложь

Шотландец Артур Фергюсон производил впечатление честного человека. Американцы, посещавшие Лондон в начале 1920-х годов, не сомневались, что он действительно владел недвижимостью, которую предлагал на продажу.

Его искусная ложь убедила их расстаться с весьма значительными суммами. За аванс в одну тысячу фунтов стерлингов, например, им передавалось право на приобретение Биг-Бена. За две тысячи фунтов стерлингов они получали ключи от Букингемского дворца, а за шесть тысяч — покупали Трафальгарскую площадь. Среди предложений Фергюсона были также колонна адмирала Нельсона и здание британского парламента.

В 1925 году Фергюсон начал мошенничать в Америке, где за первоначальный платеж в сто тысяч долларов продал Белый дом одному землевладельцу. Обман Фергюсона в конце концов раскрылся — это случилось, когда он попытался толкнуть статую Свободы заезжему австралийцу, а тот почуял неладное и обратился в полицию.

Негласно соперничавший с Фергюсоном «граф» Виктор Люстиг сумел «продать» Эйфелеву башню двум разным старьевщикам. Правда, потом его настигли французские жандармы.

И Артур Фергюсон, и Виктор Люстиг были талантливыми, но беспринципными лжецами. При помощи обмана они сумели раздобыть много денег, хотя в конце концов оба оказались за решеткой. Они не были лжеца-ми-любителями, как вы и я. Они были профессионалами, для которых ложь и обман — необходимые инструменты работы. Взяв за основу способность обманывать, которой все мы обладаем с весьма юного возраста, они сумели фантастически развить ее и, отшлифовав, использовать в преступных целях.

В мире немало тех, кто готов воспользоваться алчностью и жадностью окружающих и наживаться на них. Мошенники — это лишь одна из бесчисленных разновидностей злых, но сладкоречивых негодяев, которыми кишат джунгли лжи, где все мы обитаем. В искусстве манипулировать людьми нет ничего нового.

В 1644 году Мэтью Хопкинс, обозвавшийся главным охотником на ведьм, принялся объезжать английские деревни, отыскивая и уничтожая колдуний. Разумеется, все это было мошенничеством, но со смертельными последствиями. И оно принесло Хопкинсу огромные деньги. За «очищение» одной деревни он зарабатывал до 20 фунтов стерлингов — гигантскую по тем временам сумму. При этом его «способность» выявлять и опознавать ведьм была бессовестной мистификацией. Повсеместно считалось, что раны у ведьм не кровоточат, и поэтому для «проверки» колдуний Хопкинс использовал нож с убирающимся лезвием, не оставлявшим на коже обвиняемых никаких следов. Затем Хопкинс на трое суток лишал подозреваемых сна, чтобы выбить из них признание. В течение двухлетней карьеры Мэтью Хопкинс отправил на смерть не менее ста женщин, затем его самого заподозрили в обмане и отстранили от этого занятия.

Примерно 80 лет спустя некая Мэри Тофт получила известность и заработала кругленькую сумму, сумев убедить окружающих (в их число вошел и сам король Георг I) в том, что она обладает способностью рожать кроликов. Натаниэл Сент-Андре, придворный анатом, специально обследовал «производительницу кроликов из Годалминга» и доложил, что он засвидетельствовал появление двух «мертворожденных кроликов» и «их частей». На короля это произвело должное впечатление.

Всего Мэри Тофт «родила» не менее шестнадцати кроликов. К сожалению, все они появились на свет мертвыми. Несмотря на то что ее характеризовали как «крайне глупую и угрюмую», эта женщина несколько лет успешно обманывала окружающих, применяя весьма простую, но эффективную технику — попросту «засовывала в свою утробу мертвых кроликов». Когда заподозрившие неладное представители властей пригрозили Мэри, что сделают специальную операцию, дабы окончательно установить истину, она поспешила признаться в обмане. Женщина созналась, что этому трюку ее научила некая знакомая, поставлявшая ей кроликов. И незадачливую обманщицу отправили в Брайдуэллскую тюрьму.

Наверное, самый знаменитый современный мошенник — Фрэнк Абигнейл. По мотивам его «подвигов» Стивен Спилберг снял кинофильм «Поймай меня, если сможешь» с Леонардо ди Каприо в главной роли. В середине 1960-х годов юноша выдавал себя то за авиапилота, то за доктора, то за адвоката и обналичил фальшивых чеков на общую сумму в два миллиона долларов. В конце концов Абигнейл был пойман и посажен за решетку. Он провел в тюрьме пять лет и вышел совершенно другим человеком, став одним из наиболее уважаемых международных экспертов в области мошеннических операций с чеками. Абигнейл говорил: «Я считаю свое прошлое аморальным, неэтичным и преступным. Я не могу им гордиться».

Симпатичные мошенники (вроде персонажей Пола Ньюмана и Роберта Редфорда из фильма «Афера»), обводящие вокруг пальца жадных мерзавцев, которые в конечном счете получают по заслугам, едва ли встречаются в действительности. Обычно такие обманщики убеждают стариков передать им все накопления для «надежного хранения» или уговаривают обычных людей вложить все сбережения в акции несуществующих компаний. Они виновны в грязных преступлениях, способных разрушить жизнь.

Они, например, подобны 34-летнему Роберту Хенди-Фригарду, которого сержант лондонской уголовной полиции Боб Брэндон назвал «самым отъявленным лжецом» из всех, кого он встречал за 25-летнюю службу. Бывший бармен, выдававший себя за представителя разведки, сумел выманить у восьми жертв около миллиона фунтов стерлингов. Суд, признавший его виновным в нескольких похищениях людей, воровстве и мошенничестве, в сентябре 2005 года приговорил Хенди-Фригарда к пожизненному заключению. Своим жертвам бывший бармен рассказывал, что их преследует Ирландская республиканская армия и что их жизни грозит опасность. Хенди-Фригард угнетал своих жертв физически и морально. Присяжным заседателям сообщили, что некоторые из пострадавших никогда не смогут оправиться от шока и травм.

Во второй главе уже говорилось, что электронное сканирование мозга показывает: наш первоначальный инстинкт — говорить правду, но мы обладаем также и другим инстинктом, препятствующим основному, — лгать. Иными словами, у каждого человека есть выбор. Преступные вруны вовсю развивают второй естественный инстинкт. В основе их преступлений — использование легковерности и алчности жертв, однако они играют и на более благородном человеческом побуждении — стремлении доверять.

Наше общество базируется на взаимном доверии. Несмотря на то что значительная часть людей обладает значительной долей цинизма, особенно когда это отвечает их интересам, б?льшую часть времени они все же предпочитают верить родителям, друзьям, коллегам и даже профессиональным политикам. И все это — несмотря на то, что значительную часть времени они как раз-таки лгут.

Мы верим большей части того, что нам говорят, потому что нам это необходимо и потому, что мы этого хотим. Мы хотим верить родителям, когда они рассказывают нам о Санта-Клаусе. Хотим верить друзьям, когда они расхваливают наши более чем скромные кулинарные способности. Невилл Чемберлен хотел верить Гитлеру, когда тот сказал, что у него больше нет планов воевать.

И нам необходимо верить, что люди говорят правду, потому что иное просто немыслимо. Каким бы неудобным стал наш мир, если бы мы всегда исходили из того, что остальные лгут, если бы мы всегда держали всех под подозрением, совершенно ничему и никогда не верили, пытались бы докопаться до мотивов каждого поступка, постоянно перепроверяли бы все, что нам рассказывают, никогда не верили бы комплиментам, всегда исходили бы из того, что обещание будет нарушено, а обязательства — не исполнены, и если бы мы не могли верить в существование самого Санта-Клауса…

Без доверия мы не сможем взаимодействовать друг с другом, и человеческое общество попросту рухнет. Хотя, как будет доказано в заключительной главе, общество, в котором никто не будет лгать, может оказаться в не менее сложном положении.