Фашизм

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Во всех словарях фашизм (итал. fascism от fascio – пучок, связка, объединение) определяется как праворадикальное идейно-политическое движение, возникшее вскоре после Первой мировой войны в ряде стран Европы. Наиболее полное воплощение идеология и практика фашизма получила в тоталитарных политических режимах Б. Муссолини в Италии в 1922–1943 гг. и А. Гитлера в Германии в 1933–1945 гг. Менее развитые в идеологическом и практическом отношении формы фашизм приобрел в режимах генерала Ф. Франко в Испании, маршала А.Ф. Пэтэна во Франиции, А. Салазара в Португалии, адмирала М. Хорти в Венгрии, маршала Й. Антонеску в Румынии, маршала К.Г. Маннергейма в Финляндии, А. Павелича в Хорватии, Й. Тисо в Словакии, царя Бориса III в Болгарии. Отдельные рецидивы фашизма проявились и после Второй мировой войны – в Аргентине (1945–1955), Бразилии (1934–1954), Парагвае (1957–1989), Греции (1967–1974), Чили (1973–1990).

Возникновению фашизма способствовала обстановка мирового экономического кризиса и усиления революционных настроений среди населения, охвативших страны Западной Европы после Первой мировой войны и победы революции в России. Можно сказать, что это идейно-политическое движение было взращено на изощренной демагогии, спекулировавшей популярными в то время антикапиталистическими и социалистическими лозунгами. В Германии росту фашизма способствовали также ущемленные Версальским мирным договором 1919 г. национальные чувства немецкого народа. Поэтому не удивительно, что фашизм находил свою опору преимущественно в социально обездоленных группах в условиях общенациональных кризисов или катаклизмов модернизации. Вместе с тем фашизм отличается от иных форм тоталитарных режимов наличием относительно широкой социальной поддержки в большинстве социальных слоев, каждому из которых «вожди» обещают определенные социальные выгоды.

Идейно-политическая доктрина фашизма получила свое концентрированное воплощение в программных работах А. Гитлера «Моя борьба» («Mein Kampf», т. 1–2, 1925–1926) и Б. Муссолини «Доктрина фашизма» (1932). Официальным идеологом немецкого фашизма считается А. Розенберг (1893–1946), разработавший в книге «Миф двадцатого века» (1930) основные постулаты национал-социализма. Профессиональным идеологом итальянского фашизма являлся философ Дж. Джентиле (1875–1944), изложивший свои политические идеи в книге «Происхождение и доктрина фашизма» (1929). Определенный вклад в формирование идеологии фашизма внесли также Р. Гесс, И. Геббельс и др.

Претендуя на историческое и научное обоснование своих взглядов, идеологи фашизма стремились опираться на учения и теории мыслителей прошлого и настоящего. Например, идеи иерархичного строения общества Платона, сильной власти Н. Макиавелли, общества-государства Т. Гоббса, неравенства человеческих рас и нордизма Ж. де Гобино, сверхчеловека ?. Ницше, улучшения наследственности человека Ф. Гальтона, теории элиты Г. Моска и В. Парето, жизненного пространства К. Хаусхофера, национального социализма О. Шпенглера и др. Причем из их теоретического наследия в процессе конструирования фашистской идеологии отбиралось только то, что отвечало целям этого движения и было пригодно для воздействия на сознание масс. Поэтому суждения идеологов и вождей фашизма, как это признают все исследователи, не оформлены в целостную доктрину: они фиксируют лишь общие цели движения и оправдывают его, опираясь на предельно эклектичный, слабосвязанный набор целей.

Одни исследователи считают фашизм единым феноменом, другие исходят из того, что в каждой стране развивался собственный, специфический фашизм. Однако никто не отрицает и наличие в любых версиях фашизма определенных родовых черт.

Во всех своих разновидностях фашизм противопоставляет институтам и ценностям демократии так называемый новый порядок или, иными словами, тоталитарный политический режим и предельно жесткие средства его утверждения. Фашизм опирается на массовую военизированную политическую партию и непререкаемый авторитет «вождя», «фюрера». Его отличают абсолютная нетерпимость к инакомыслию внутри общности, а также агрессивность во внешней политике. Непременным элементом идеологии и практики фашизма является деление социального целого по принципу «свой-чужой» с обязательной направленностью уничтожения всего чужого, культивирования образа врага. Фашизму во всех его разновидностях свойственны воинственный иррационализм, ненависть ко всякому теоретизированию, неприязнь к образованности. Идеологи фашизма исходили из того, что принципы этого движения не нуждаются в теоретических доказательствах, а их подтверждение следует искать в самой практике. Они считали, что апеллировать следует не к разуму людей, а к их чувствам, эмоциям, инстинктивным началам. Поэтому главную задачу государства в области образования они видели не столько в том, чтобы накачивать обучаемых возможно большим количеством знаний, сколько в том, чтобы растить из них здоровых людей. Интеллектуальная деятельность, по их представлениям, – это удел высших кругов общества, а не более или менее широких категорий населения. Элитарность верхов обосновывалась в том числе и биологическими аргументами. В фашистской идеологии присутствует четкая ориентация одних ее элементов на элитные слои, другая – на народную массу. «Любая пропаганда, – утверждал А. Гитлер, – должна быть народной и в своем интеллектуальном уровне равняться на восприятие самых ограниченных слушателей» [21]. Вожди фашистских режимов и движений широко использовали популизм, предельное упрощение путей решения существующих общественных проблем. В демагогических целях они эксплуатировали близкие простой массе людей идеи социальной справедливости, защиты интересов трудящихся, достижения всеобщего благосостояния.

Особенностью идеологической конструкции фашизма является доминирование в ее содержании не каких-то новых оригинальных идей, а перечень тех идей, ценностей и принципов, которые фашизм отвергает. Иными словами, в нем присутствует мощное «анти» и, следовательно, фашизм формировался как разновидность антирационализма, антииндивидуализма, антилиберализма, антидемократизма, антикапитализма, антимарксизма, антикоммунизма, антиэголитаризма, антипацифизма, антисемитизма, антиславянства и т. д. Фашизм безоговорочно отвергает все идейные доктрины, проповедующие свободу и социальное равенство людей независимо от их национальной и расовой принадлежности, религиозных и политических предпочтений.

Тем не менее, стержневой в идеологии фашизма является идея нации. Однако в трактовке данного идеологического феномена внутри движения были определенные различия.

Итальянский фашизм рассматривал нацию как органическое единство, выражающее свое мнение и волю в вожде, а суверенитет – в государстве. Причем в данной версии фашизма абсолютизируется государство, которое непременно именуется «с большой буквы» в прямом и переносном смысле: «Все для Государства, все во имя Государства, ничего помимо Государства», – утверждал фашистский философ Дж. Джентиле. Индивидуальное фашизм признает лишь настолько, насколько интересы индивида совпадают с интересами государства. В самой семантике слова «фашизм» – в Древнем Риме связка прутьев символизировала могущество – заключен один из основополагающих подходов этого движения к организации жизнедеятельности общества: обеспечение полного соединения в единой связке личности и государства во имя прочности и силы нации. Вождь итальянских фашистов Б. Муссолини в упомянутой выше работе писал: «Основание фашизма – концепция Государства, его характер, его долг, его цель. Фашизм рассматривает Государство как абсолют, в сравнении с которым все индивиды или группы относительны и должны рассматриваться только по отношению к Государству» [22]. В данной трактовке не нация создает государство, а именно государство создает нацию; оно же дарует волю и, следовательно, настоящую жизнь людям. На практике это означало установление тоталитарного политического режима, обеспечивающего полный, тотальный контроль государства над личностью, над всеми формами ее жизнедеятельности. Это, кстати будет заметить, признавали и этим гордились сами идеологи и вожди итальянского фашизма.

В немецком национал-социализме, или нацизме, который стал самой радикальной и абсолютной формой проявления фашизма, приоритетное значение отводилось расе, именно она – источник и нации, и государства. Суть нацизма в том и заключается, что провозглашается превосходство одной расы над всеми другими, чем, собственно, обосновывается ее право на господство. Розенберговский «миф XX века» – это навязываемая им идея, или миф, о превосходстве «чистой крови» над всеми прочими. Исходя из этого постулата, идеологи нацизма внушали массам, что именно немцы составляют «высшую расу», что именно в них течет «чистая» арийская кровь и потому самой судьбой они предназначены для мирового господства. Ради обеспечения своего господствующего положения, считали они, немцам следует исключить смешение с другими расами. Вот как наставляла молодое поколение «Хрестоматия немецкой молодежи» (1938): «… В своей крови мы несем священное наследство отцов и предков… Именно поэтому наша кровь священна… Отрицать свою кровь – значит отрицать самого себя… Быть расой – значит уметь мыслить определенным образом. Тот, кто обладает мужеством, верой и честью во всем, что характерно для истинного немца, принадлежит к расе, которая должна господствовать… Любой, кто смешивается с чуждыми низшими расами, уничтожает кровь и душу, которые даны ему для передачи детям. Его дети становятся нечистыми, и он совершает самое тяжкое преступление с точки зрения национал-социализма» [23].

Следует особо подчеркнуть: все эти расистские идеи не были голыми призывами; нацисты на деле осуществляли свою «расовую» программу. Их пропагандистская машина на полную мощность была задействована на разжигании расовой неприязни. Все расы и этнические общности идеологами нацизма были выстроены в своеобразную пирамиду, на вершине которой оказалась арийская раса (немцы и австрийцы), а в ее основании – славяне. Как следовало из разъяснений Гитлера, немцы призваны властвовать «над слоем покоренных чужеплеменников… мы сможем спокойно назвать их современными рабами» [24]. Евреи и цыгане вообще оказались вне «расовой» пирамиды, которым, по мнению А. Гитлера, нет места на земле и которые должны быть уничтожены. С целью обеспечения «чистоты» арийской расы были запрещены браки между немцами и представителями других национальностей. Этими же соображениями были продиктованы планы и реальные меры по устранению ряда категорий из числа самих немцев, которые объявлялись биологически неполноценными или дегенератами – умственно отсталые, безнадежно больные, нетрудоспособные, гомосексуалисты, проститутки и др. Секретными директивами фюрера была поставлена задача «окончательного решения еврейского вопроса», что означало физическое уничтожение всех лиц еврейского происхождения. Одновременно из 45 млн жителей «российского Запада» 31 млн подлежал уничтожению либо переселению [25]. Для реализации этих планов в Германии и захваченных территориях (в Австрии, Польше, Украине, Беларуси, Литве) была развернута сеть концентрационных лагерей, где уничтожение людей было организовано конвейерным способом с «мощностью умерщвления» от 15 до 25 и более тыс. человек в день [26].

В тоталитарной политической системе немецкими национал-социалистами, в отличие от итальянских фашистов, государству отводилось отнюдь не центральное место. Согласно их убеждению государство должно быть лишь одним из элементов, причем вовсе не главным, германской политической общности. Она имеет трехуровневую структуру: 1) «движение», т. е. национал-социалистическая немецкая рабочая партия (немецкая аббревиатура – НСДАП); 2) «государство», т. е. собственно государственный аппарат; 3) «народ», «нация», т. е. немцы, организованные в различные непартийные и негосударственные объединения. В данной структуре приоритетным элементом признавалась партия. НСДАП считалась объединением, собравшим под свои знамена лучших людей нации, которые в силу свойственных им качеств – наличие особой энергии, способности лучше других воплотить «дух нации», готовность идти до конца ради достижения такой цели – одни имеют исключительное право руководить страной. Партия наделялась правом полновластного руководства деятельностью государства и фактически срасталось с его институтами. Такому государству, по мысли его конструкторов, надлежало стать (и оно фактически стало) полной противоположностью демократического правового государства. Что же касается народа, то ему вменялось в обязанность служить государству и исполнять его приказы. При этом нацисты уверяли, что народ для них – основополагающая ценность, и что в государстве он, будучи первичным, изначальным образованием, обретает официальную организационную форму своего бытия.

Одним из ключевых положений фашистской идеологии является принцип вождизма, или так называемый фюрер-принцип. Он предполагает наличие на каждой ступени партийной и государственной иерархии соответствующего назначенного чиновника – начальника, который самолично и под свою ответственность решает все отнесенные к его компетенции вопросы. Свою власть он получает от вышестоящего начальника, от него он полностью зависит, его приказы он выполняет и непосредственно перед ним отвечает. Никакие представительные учреждения, тем более «низы», не могут вмешиваться в прерогативы и деятельность начальников или фюреров различных рангов. Венчается эта пирамида фюрером, вождем партии и народа. На нем сходятся все нити организации иерархического государства и единства жизни нации. В нем воплощаются судьбы народа! Все, что он говорит – всегда истинно, ему не ведомы ошибки и заблуждения. Слово фюрера – закон. Фюрер неприкасаем, он стоит выше всякой критики.

Характерной чертой фашистской идеологии является апологетика войны, всемерное превознесение воинственного духа, железной армейской дисциплины и жестокости («нордический характер»). В подтверждение данного положения приведем характерные в этом отношении слова Б. Муссолини: «И, в конце концов, чем больше фашизм рассматривает и анализирует будущее и развитие человечества, отвлекаясь от политических сиюминутных моментов, тем больше не верит он ни в возможность, ни в полезность вечного мира. Тем самым отрекается он от доктрины пацифизма – поддерживать отказ от борьбы и трусить перед лицом жертвы. Война – единственное, что поднимает на высшую ступень всю человеческую энергию и отмечает печатью благородства людей, имеющих мужество встретить ее. Все остальные испытания лишь суррогаты, которые никогда реально не ставят людей в такую ситуацию, когда они вынуждены принимать великое решение – альтернативу жизни или смерти. Поэтому учение, основанное на этом постулате мира, враждебно фашизму» [27]. Фашистский идеал нового человека – это герой с чувством долга, чести, самопожертвования, готовый по одному слову фюрера отдать жизнь ради своей нации.

Важным моментом идеологической доктрины фашизма – как итальянского, так и немецкого – является положение о том, что государство включает в себя и экономическую деятельность нации, что оно есть единственная сила, «способная разрешить драматические противоречия капитализма». На деле это означало ограничение самостоятельности субъектов хозяйствования, сведения их до положения угодливых исполнителей под угрозой конфискации собственности или физической расправы. Такое положение особенно было характерно для экономической жизни гитлеровской Германии, где сотрудничество предпринимателей с государством носило безусловный характер. И хотя здесь, по сути, был капиталистический способ производства, он был до неузнаваемости искажен административно-командными структурами. Предприниматели же в виде компенсации неограниченного права государства на вмешательство в их дела получили установленный в приказном порядке мир в трудовых отношениях, гарантии производства и сбыта, а также неопределенные надежды на экономическую экспансию в покоренных странах.

Итальянские фашисты стремились создать так называемое корпоративное государство. Термином «корпорация» (от лат. corporatio – объединение, сообщество) обозначается объединение людей, создаваемое на основе их профессиональных или сословных интересов. Корпоративный принцип означает органичное производственное единство, не расколотое духом классового противостояния. По такому принципу строились ремесленнические объединения, или артели, в доиндустриальном обществе. Принцип корпоративизма итальянские фашисты стремились положить в основу организации государства и в особенности его социально-экономической жизни. В качестве корпоративного они рассматривали государство, в котором представлены профсоюзы и предприниматели, а взаимодействие между ними опосредуется государственными и партийными чиновниками.

Идеологи итальянского фашизма считали, что только с помощью сильного тоталитарного государства Италия может стать вровень с индустриально развитыми странами. Они были убеждены, что высокоразвитые государства создали такой международный порядок, который тормозит рост промышленности менее развитых государств и препятствует преодолению ими своей экономической отсталости. Они считали, что Италия является жертвой эксплуатации со стороны богатых стран и в течение многих столетий находится в униженном положении. Поэтому свою миссию итальянские фашисты видели в том, чтобы покончить с подчиненным положением своей нации. Добиваться этой цели они намеревались путем быстрой индустриализации страны усилиями пролетариата и обеспечения преимуществ Италии на международной арене, а также путем захватнических войн, результатом чего станет создание так называемой средиземноморской империи.

В такое же русло была направлена логика геополитических построений и экспансионистских устремлений немецких фашистов. Их отправным положением стало утверждение о том, что немцам прежде всего необходимо жизненное пространство для того, чтобы германская нация смогла занять в мире подобающее ей место. Для достижения этой цели А. Гитлером был разработан план установления «нового мирового порядка», который включал в себя следующие элементы: 1) создание «Великой Германии» за счет включения в состав немецкого государства Австрии, Чехословакии и Польши; 2) расширение «жизненного пространства» немецкой нации путем перенесения границ рейха (от нем. Reich – государство, империя) вглубь России;

3) подчинение рейху отстающих европейских государств;

4) превращение Германии во всех отношениях в величайшую державу мира, в центр мировой политики. Как пишет немецкий историк И. Фест (р. 1926), А. Гитлер стремился к созданию мировой империи от Атлантики до Урала и от Нарвика до Суэца, движимый волей к расовому самоутверждению [28].

Для достижения своих целей как во внешней, так и во внутренней политике фашистские идеологи и вожди основную ставку делали на насилие. А. Гитлер откровенно заявлял, что мир будет управляться согласно естественным законам силы. Чего нельзя получить добром, говорил он, то следует брать силою кулака.

Осуществление внешнеполитических замыслов фашисты связывали с созданием сильной армии, способной обеспечить тотальное уничтожение противника и колонизацию захваченных земель. В решении внутренних проблем они использовали тотальный террор. В период правления фашистов как в Германии, так и в Италии произошла полная милитаризация общественной жизни. В Германии даже официальное приветствие сопровождалось взмахом вперед правой руки и произнесением лозунга «Хайль Гитлер!». Тотальный контроль над личностью и обществом осуществлялся не только с помощью институтов государства, но и партийных структур, так называемых профсоюзов, военизированных формирований (штурмовые и эсэсовские части в Германии и отряды «скуадре» в Италии). В этих условиях не могло быть и речи о сохранении каких-либо демократических свобод и институтов.

Логическим завершением приведенных идейных постулатов явились мифы об установлении «тысячелетнего рейха» в Германии и о возрождении «величия Рима» в Италии. Ими оправдывалась политика завоевательных войн, покорения все новых и новых народов, установления мирового господства. К чему привела такого рода политика, хорошо известно: лагеря смерти, душегубки, планомерное уничтожение «низших рас» и «недочеловеков» (евреев, цыган, славян), рабская эксплуатация народов оккупированных стран во имя процветания и благополучия «высшей расы».

И итальянская, и немецкая разновидности фашизма из демагогических соображений включали в свою идеологию популярные в первой трети XX в. идеи социализма, давая им специфическую трактовку. Б. Муссолини рассматривал социализм как единую корпорацию, в которой профсоюзы и предприниматели решают свои проблемы к взаимной выгоде под эгидой институтов государства. Итальянские фашисты на практике реализовали идею «корпоративного государства», которое через созданные им учреждения распространило свое влияние на все сферы национальной жизни. А. Гитлер понимал социализм как полное единство целей нации и каждого ее представителя. Термин «социализм», говорил он, есть дополнительное определение понятия «национализм». Он означает ответственность общественной структуры за индивидуума, тогда как «национализм» означает, что индивидуум всего себя отдает этому целому; в национал-социализме же объединяются оба эти элемента [29]. Отсюда следует и название немецких фашистов – национал-социалисты.

Разгром гитлеровской Германии, фашистской Италии и их союзников во Второй мировой войне привел к ликвидации фашизма классического образца и запрету этой идеологии. Однако фашизм время от времени вновь дает о себе знать в виде неофашистских партий и групп в различных странах. Его появление провоцируется экономическими трудностями, межэтническими противоречиями и тому подобными явлениями. Неофашистские группировки пытаются заручиться поддержкой социально ущемленных слоев населения. Для них характерно также применение так называемой стратегии напряженности, призванной создать впечатление о неспособности законно избранных правительств обеспечить общественный порядок и привлечь тем самым часть избирателей на свою сторону. Препятствием росту неофашистских тенденций является всемерное развитие принципов и институтов демократии.