МИФ

МИФ

Большинство людей используют только 10% своего мозга

Всякий раз, когда те из нас, кто изучает мозг, покидают Башню из слоновой кости, чтобы прочитать публичные лекции или дать интервью СМИ, им неизменно задают один и тот же вопрос: «А правда ли, что мы используем только 10% нашего мозга?» Разочарованный взгляд, который обычно появляется после ответа: «Боюсь, что это не так», убедительно показывает, что миф о 10% — это один из тех обнадеживающих трюизмов, который отказывается умереть просто потому, что было бы слишком хорошо, если бы он

58

50 великих мифов популярной психологии

был правдой (Delia Sala, 1999; Delia Sala & Beyerstein, 2007). Действительно, этот миф широко распространен даже среди студентов-психологов и других образованных людей.

Во время одного исследования, когда студентов, изучающих психологию, спросили: «Как вы думаете, какой процент своего потенциального интеллекта использует большинство людей?» — одна треть ответила — 10% (Higbee Clay, 1998, р. 471). 59% бразильцев, закончивших колледж, также полагают, что люди используют только 10% своего мозга (Herculano-Hou-zel, 2002). Примечательно, что тот же опрос показал: даже 6% неврологов согласны с этим!

Конечно, ни один из нас не отказался бы от того, чтобы его мозг работал «на полную мощь». Неудивительно, что те дельцы, которые процветают, эксплуатируя тщетную надежду людей совершить прорыв в самосовершенствовании, продолжают торговать вразнос бесконечным потоком сомнительных схем и устройств, базирующихся на мифе о 10%. Всегда находящиеся в поисках «приятной» истории СМИ играют большую роль в поддержании этого оптимистичного мифа. Большая часть рекламных текстов продолжает ссылаться на миф о 10% как на непреложный факт, в надежде польстить потенциальным клиентам, которые видят, что они вышли за рамки своих умственных способностей. Например, в своей популярной книге «Как быть в два раза умнее» Скотт Уитт написал: «Если вы похожи на большинство людей, вы используете только десять процентов своей интеллектуальной мощи (интеллекта)».

В 1999 году одна авиакомпания, пытаясь привлечь потенциальных клиентов, утверждала: «Говорят, что мы используем только 10% нашего интеллекта. Однако если вы летаете рейсом (название компании), вы используете значительно больше» (Chudler, 2006).

Однако группа экспертов, созванная американским Национальным научно-исследовательским советом, пришла к выводу: когда нужно продвинуться в жизни,

Ни один из нас не отказался бы от того, чтобы его мозг работал «на полную мощь».

надежда на такое утверждение, как и на другие такие же удивительные заявления, не заменяет упорного труда (Beyerstein, 1999с; Druckman Swets, 1988). Увы! Эта неприятная новость нимало не обескуражила миллионы людей. Они по-прежнему успокаивают себя верой в то, что кратчайший путь к исполнению нереализованных желаний — просто разгадать еще не разгаданный ими секрет использования их огромного и якобы неиспользуемого интеллектуального потенциала (Beyerstein, 1999с). Вам по силам разгадать этот секрет и стать звездой или автором следующего бестселлера, говорят продавцы чудесных средств для усиления интеллекта.

Еще более сомнительны предложения сторонников движения «Новый век», которые предлагают усовершенствовать экстрасенсорные навыки, которыми якобы мы все обладаем, с помощью каких-то непонятных приспособлений для мозга. Самозваный экстрасенс Ури Геллер утверждал: «На самом деле, большинство из нас использует приблизительно лишь 10 процентов своего мозга, если вообще использует». Пропагандисты, подобные Геллеру, подразумевают, что экстрасен-

сорные способности находятся в 90% мозга, которые простые люди, вынужденные существовать на скудных десяти, еще не научились использовать.

Почему исследователи мозга должны усомниться в том, что 90% обычного мозга не задействуется? По нескольким причинам. Прежде всего, наш мозг был сформирован естественным отбором. Мозговую ткань трудно вырастить и задействовать; составляя всего 2— 3% массы нашего тела, она потребляет более 20% кислорода, который мы вдыхаем. Невозможно представить, что эволюция разрешила бы тратить впустую ресурсы в масштабе, необходимом для построения и поддержания настолько неиспользуемого органа. И если наличие большего мозга способствует гибкости, которая обеспечивает выживание и воспроизводство («практические результаты» естественного отбора), трудно предположить, что любое небольшое увеличе-

ние мыслительных способностей не было бы тут же поддержано существующими системами мозга, чтобы улучшить шансы его владельца в непрерывной борьбе за процветание и воспроизводство.

Сомнения относительно 10% также поддерживаются данными, представленными клинической невралгией и нейропсихологией, двумя дисциплинами, которые стремятся понять и уменьшить последствия повреждений головного мозга. Потеря гораздо меньше 90% мозга в результате несчастного случая или болезни почти всегда имеет катастрофические последствия.

Посмотрите, например, на широко известную полемику вокруг бессознательного состояния и последующей смерти Терри Шиаво, молодой жительницы Флориды, которая пролежала в вегетативном состоянии в течение 15 лет (Quill, 2005). Кислородная недостаточность и последующая остановка сердца в 1990 году разрушили приблизительно 50% ее головного мозга, верхнюю часть мозга, ответственную за сознательное понимание. Современная наука о мозге утверждает, что «сознание» — это эквивалент работающего мозга. Поэтому такие больные, как госпожа Шиаво, надолго теряют способность мыслить, воспринимать действительность, запоминать происходящее и выражать эмоции — то есть те элементы, которые и составляют суть человека (Beyerstein, 1987). Хотя некоторые «свидетели» утверждали, что видели признаки сознания у Шиаво, самые беспристрастные эксперты не нашли свидетельств сохранения у несчастной женщины каких-либо высших ментальных процессов. Если 90% мозга действительно не нужны, этого бы не было.

Исследования также показывают, что никакая область мозга не может быть разрушена инсультами или травмами головы без того, чтобы пациент не стал испытывать серьезные нарушения в функционировании мозга (Kolb & Whishaw, 2003; Sacks, 1985). Электрическое возбуждение участков мозга во время нейрохирургических операций не смогло выявить каких-то «тихих областей», тех, в которых человек не ощущал бы чувственного восприятия, эмоций или движения после того, как нейрохирург подводил к ним небольшие электрические заряды (нейрохирурги могут совершить этот подвиг, когда находящийся в сознании пациент лежит под местной анестезией, потому что мозг не содержит болевых рецепторов).

В прошлом столетии появились супернаворочен-ные технологии слежения за функционированием мозга (Rosenzweig, Breedlove & Watson, 2005). С помощью таких техник мозгового картирования, как электроэнцефалограммы (ЭЭГ), позитрон-эмиссионная томография (ПЭТ) и функциональная магнитнорезонансная томография (МРТ), исследователям удалось выявить большое количество психологических функций, характерных для определенных областей мозга. Нечеловекообразным животным, а иногда и людям, проходящим неврологическое лечение, ученые могут вставлять в мозг записывающие зонды. Несмотря на такое подробное картирование, так и не выявлено никаких тихих участков мозга, ожидающих новых заданий. На самом деле даже простые задачи, как правило, требуют вмешательства обрабатывающих областей, распространенных практически по всему мозгу.

Даже простые задачи, как правило, требуют вмешательства обрабатывающих областей, распространенных практически по всему мозгу.

Есть еще два других твердо установленных принципа неврологии, которые создают дальнейшие проблемы для мифа о 10%. Области мозга, которые не используются из-за травмы или болезни, имеют тенденцию к одному из двух результатов. Они либо увядают (или «вырождаются», как выражаются неврологи), либо их занимают соседние области, которые ищут неиспользуемые участки мозга, чтобы колонизировать их в собственных целях. В любом случае абсолютно пригодная, неиспользованная мозговая ткань вряд ли будет оставаться вне игры долгое время.

В общем, как показывают научные данные, нет ни-

какой запасной мозговой «шины», ждущей, чтобы ее установили на место с помощью индустрии самоусовершенствования. А если миф о 10% так плохо доказан, как он вообще появился?

Попытки выяснить происхождение этого мифа не привели к обнаружению явных улик, но несколько соблазнительных подсказок материализовалось (Beyers-tein, 1999с; Chudler, 2006; Geake, 2008).

Есть версия, которая отсылает нас к одному из первых американских психологов Уильяму Джеймсу, жившему в конце XIX — начале XX века. В одном из своих сочинении, адресованных широкой публике, Джеймс сказал, что он сомневается в том, что обычные люди используют больше, чем приблизительно 10% своего интеллектуального потенциала. Джеймс всегда говорил про слаборазвитый потенциал, при этом никогда не связывая это с каким-то определенным процентом используемого интеллекта. Но множество гуру «позитивного мышления», которые появились после него, были не слишком точны, цитируя его, и «10% нашего потенциала» постепенно трансформировались в «10% нашего мозга» (Beyerstein, 1999с).

Несомненно, самую большую помощь сторонникам самосовершенствования оказал журналист Лоуэлл Томас, приписавший высказывание о 10% мозга Уильяму Джеймсу. Томас сделал это в 1936 году в предисловии к одной из популярнейших книг по самосовершенствованию всех времен — книге Дэйла Карнеги «Как заводить друзей и оказывать влияние на людей». И этот миф о 10% по-прежнему жив.

Популярность данного мифа, вероятно, частично происходит и из-за неправильного понимания авторами научных работ первых исследователей мозга. Называя огромный процент полушарий человеческого мозга «немой корой», эти исследователи, возможно, создали ошибочное впечатление, что у того, что ученые теперь называют «ассоциативной корой», не было никакой функции. Как мы теперь знаем, ассоциативная кора жизненно важна для нашего языка, абстрактного мышления и выполнения сложных сенсорно-моторных задач. Подобным же образом способствовали возникновению мифа и на удивление скромные признания первых ученых-мозговедов о том, что они не знают, что делает 90% мозга. «Не знаем, что делает», вероятно, трансформировалось в «ничего не делает».

Другим возможным источником путаницы, наверное, стали неправильные представления обывателей о роли глиальных клеток — клеток мозга, которые по своей численности примерно в 10 раз превосходят количество нейронов мозга (нервных клеток). Когда

речь идет о мышлении и другой мозговой активно-

сти, нейроны несут основную нагрузку, глиальные клетки выполняют важные вспомогательные функции. Наконец, те, кто ищет источник происхождения мифа о 10%, часто сталкивается с высказыванием Альберта Эйнштейна, который однажды объяснил свою гениальность, сославшись на этот миф. Однако поиск в архиве Альберта Эйнштейна, который по нашей просьбе выполнили хранители архива, подобного высказывания не обнаружил. Скорее всего, сторонники мифа о 10% просто ухватились за престиж Эйнштейна, чтобы укрепить свои позиции (Beyerstein, 1999с).

Миф о 10%, конечно, заставил многих людей стремиться к большей креативности и производительности в своей жизни, что, разумеется, неплохо.

Комфорт, поддержка и надежда, которые он давал, почти наверняка помогают объяснить его долговечность. Но, как напоминает нам Карл Саган (см. Введение), если что-то кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой, то, скорее всего, это так и есть.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >