МИФ

МИФ

У одних людей развито левое полушарие, у других - правое

В следующий раз, когда кто-то попытается продать вам книгу или устройство для того, чтобы переобучить ваше предположительно дряблое правое полушарие, достаньте свой бумажник. А затем крепко прижмите его к своей груди и бегите прочь, что есть силы. Как и в некоторых других мифах, в этом тоже есть зерно истины. Однако это зерно, наверное, будет труд-

но найти под кучей дезинформации, которая его засыпала.

Правда ли, что у одних людей лучше развито левое полушарие, а у других — правое? Есть достоверные доказательства того, что две стороны мозга, называемые полушариями, отличаются по своим функциям (Springer & Deutsch, 1997). Например, когда повреждаются разные полушария, это влияет на разные способности

человека. И томография показывает: когда люди выполняют разные мыслительные задачи, их полушария ведут себя по-разному. Безусловно, самое драматическое доказательство асимметрии функций мозга — превосходства одного или другого полушария при выполнении определенных задач — дают пациенты, которые подверглись операции по «расщеплению мозга».

В ходе этой редко выполняемой процедуры хирурги

разъединяют нервные пути, соединяющие противоположные точки в левом и правом полушариях мозга в последней попытке взять под контроль серьезную фор-

му эпилепсии. Большой нервный путь, со

Томография показывает: когда люди выполняют разные мыслительные задачи, их полушария ведут себя по-разному.

единяющий эти полушария и являющийся главной целью этой операции, — это мозолистое тело («колоссальное тело»).

Роджер Сперри в 1981 году получил Нобелевскую премию за эпохальные исследования пациентов с расщепленным мозгом (Gazzaniga, 1998). Как только они выздоравливали после операции, они казались обманчиво нормальными в своих повседневных действиях. Но стоило Сперри проверить их в лаборатории, тут же выяснилось, что две половины их мозга работали независимо. Каждая половина действовала без понимания или знания другой.

В лабораторных испытаниях Сперри пациенты фиксировали взгляд на центре экрана, на котором исследователь кратко высвечивал слова или картины. При неподвижном взгляде информация, высвеченная слева от точки фиксации, идет в правое полушарие, и то же самое верно и для информации, представлен-

ной справа от точки фиксации (потому что зрительные пути на каждой стороне поля зрения переходят на другую сторону).

В более привычных ситуациях этого разделения не происходит, потому что пациенты постоянно перемещают свой взгляд по тому, что их окружает. В результате информация обычно достигает обоих полушарий. Когда этого не наблюдается, могут произойти некоторые очень специфические вещи.

Правое полушарие получает информацию и управляет движениями левой стороны тела, а левое полушарие делает то же самое с правым. Почти у всех правшей и у большинства левшей первичные области для приема и обработки языковых сообщений находятся в левом полушарии. Таким образом, если мы ограничиваем новую информацию правым полушарием, левое полушарие, которое более вербально, чем правое, не сможет сказать нам, какая информация поступила. И мы с удивлением увидим, как левая рука будет двигаться, исходя из изолированной информации, по причинам, которые она не может понять.

Например, если исследователь покажет правому полушарию испытуемой с расщепленным мозгом фотографию голого человека, она может захихикать. Тем не менее, когда испытуемую спросят, почему она хихикает, она (то есть ее левое полушарие) будет не в состоянии это объяснить. Вместо этого она может придумать какую-нибудь правдоподобную историю («Эта фотография напоминает мне о моем дяде Джордже, который действительно забавный парень»). Субъекты с расщепленным мозгом могут даже сделать что-

то своей правой рукой, например, собрать какую-нибудь фигуру из кубиков, совершенно не представляя, что через несколько секунд их левая рука разрушит эту фигуру. Все это доказано. Спор касается уникальности разного рода задач, осуществляемых этими двумя полушариями, и того, как они это делают. В этом отношении исследователи мозга стали более осторожными в последние годы, в то время как многие популярные психологи словно «сорвались с цепи».

Используя методы Сперри, исследователи подтвердили, что левое и правое полушария относительно хорошо выполняют разные мыслительные действия. Отметьте, однако, что мы написали относительно хорошо. Две половины мозга отличаются тем, как они обрабатывают задачи, а не тем, что они обрабатывают (МсСrоnе, 1999).

Взять, к примеру, язык. Левое полушарие лучше разбирается в специфических особенностях речи, таких как грамматика и словообразование, тогда как правое полушарие в интонации и акцентах речи (в том, что известно как «просодия»). Хотя правое полушарие лучше проявляет себя при осуществлении не-

лингвистических функции, которые задействуют визуальный комплекс и пространственные процессы, левое полушарие тоже играет некоторую роль в этом, если мы даем ему такую возможность. Правое полушарие лучше понимает общее ощущение пространства, тогда как соответствующие области в левом полушарии становятся активными, когда человек определяет местонахождение объектов в конкретных местах. Во многих случаях речь идет не о том, что то или другое полушарие не могут выполнить какую-то задачу, а о том, что одно из них может выполнить эту задачу быстрее и лучше, чем другое. То есть быстрее понимать такую задачу.

Конечно, обычные люди не являются, как думают приверженцы теории о правом и левом полушариях, всего лишь пациентами с расщеплением мозга, которым еще не вырезали мозолистое тело. В нормальном мозге полушарие, которое ошиблось, обращается за помощью к другому. Если лево-правые нервные пути не повреждены, эти два полушария активно делятся информацией. Томографические исследования мозга показывают, что два полушария обычно общаются во время выполнения большинства задач (Mercer, 2010). После операции по расщеплению мозга это сотрудничество невозможно, поэтому разделенные системы функционируют так, как могут.

Поэтому аспектов, по которым отличаются эти две стороны мозга, гораздо меньше, чем говорят сторонники «полушарности» в популярной психологии (Aamodt & Wang, 2008; Corballis, 1999, 2007; Delia Sala, 1999). В конечном счете по своим функциям эти два полушария скорее похожи, чем непохожи друг на друга (Geake, 2008). Современные неврологи не согласны со многими «полушарными инструкторами» движения «Новый век», которые утверждают, что две половины мозга совершенно не похожи и воспринимают мир совершенно по-разному — одно из них (левое) якобы счетовод-бухгалтер, а второе (правое) — истинный мастер дзэн.

Роберт Орнштейн был среди тех, кто продвигал идею о применении различных способов использования нашего «креативного» правого полушария в противовес левому, заявляя об этом в своей книге 1997 года «Правильный мозг: понимание полушарий». Множество образовательных и бизнес-программ преуменьшают роль получения «правильных» ответов на тестах в пользу использования творческой способности. Такие программы, как «Прикладной творческий интеллектуальный семинар», обучают бизнес-менеджеров развивать неиспользованные мощности своих правых полушарий (Hermann, 1996). Более того, чрезвычайно популярная книга «Полагаемся на правую сторону мозга» (Edwards,

В нормальном мозге полушарие, которое ошиблось, обращается за помощью к другому.

1980), проданная тиражом более 2,5 миллиона экземпляров, призывает читателей высвободить свои артистические способности, подавив свое «аналитическое» левое полушарие. Даже карикатуристы последовали этой моде; на одной из карикатур, например, изображен студент, сдающий экзамен, с большой буквой «F» (Неуд.), который говорит своему экзаменатору: «Несправедливо заваливать меня за то, что я мыслю правым полушарием».

Стремление популярных психологов приписать все умственные способности отдельно существующим правому и левому полушариям, вероятно, имеет большее отношение к политике, социальным ценностям и коммерческим интересам, чем к науке. Критики назвали

этот экстремальный взгляд «дихотоманией» из-за склонности популярных психологов разделять функции полушарий на две части (Corballis, 1999). Представление об этом было с энтузиазмом поддержано сторонника-

71

Мифы о мозге и восприятии

ми движения «Новый век» в 1970-х и 1980-х годах в значительной степени из-за того, что оно предлагало объяснение мистических и интуитивных взглядов.

Стремление приписать все умственные способности отдельно правому или левому полушариям имеет большее отношение к политике, чем к науке.

Популярные психологи еще и расписали подлинные различия в том, как полушария обрабатывают информацию, объявляя предположительно холодное и рациональное левое полушарие «логичным», «линейным», «аналитическим» и «мужским», а предположительно теплое правое полушарие — «целостным», «интуитивным», «артистическим», «спонтанным», «творческим» и «женским» (Basil, 1988; Zimmer, 2009). Утверждая, что современное общество недооценивает эмоциональное восприятие мира, характерное для правого полушария, сторонники дихотомического подхода стали рекламировать причудливые схемы повышения активности этого полушария. Их книги и семинары обещали освободить нас от барьеров для личностного роста, налагаемых на нас негибкой

школьной системой, которая одобряет «мышление с использованием левого полушария».

Однако группа экспертов, собранная американской Национальной академией наук, пришла вот к такому выводу: «...у нас нет никаких прямых доказательств того, что можно обучить использованию полушарий мозга по отдельности» (Druckman & Swets, 1988). И что тренировка поведения могла бы, наверное, улучшить разные стили обучения или решения проблем, но такие улучшения никак не связаны с разницей в функционировании двух полушарий.

Если поведенческие упражнения, рекламируемые для развития правого полушария, и могут дать какую-то пользу, мы не можем сказать то же самое в отношении придуманных «настройщиков мозга», продаваемых для этих же целей (Beyerstein, 1985, 1999а). Многочисленные устройства такого рода предположительно гармонизируют или синхронизируют деятельность двух полушарий. Одна из самых успешных подобных схем была изобретена бывшим высокопоставленным пиарщиком, который не имел формального образования в области неврологии. Как и другие устройства подобного рода, это, возможно, синхронизирует мозговые волны через полушария посредством сигналов обратной связи. Вероятно, из-за эффекта плацебо (см. Введение) этот продукт нашел множество удовлетворенных клиентов. И все же, даже если бы эти устройства синхронизировали мозговые волны правого и левого полушария, нет причины полагать, что, заставляя два полушария резонировать подобным образом, мы принесем себе пользу. На самом деле если мозг работает оптимально, это, вероятно, будет последним, чего нам хотелось бы, чтобы он делал. Оптимальная психологическая работа обычно требует активации разных полушарий, а не их синхронизации (Beyerstein, 1999а).

Практический результат: не идите на поводу у приверженцев дихотомического подхода, которым нужно заработать на семинаре, или у рекламирующих разные штуковины для синхронизации деятельности полушарий, чьи обещания звучат слишком хорошо, чтобы быть правдой. Нынешние исследования различий

между полушариями, которые проводят даже те, кто ответственен за открытие специализации левого и правого полушарий, сосредоточены на том, чтобы показать, что обычный мозг работает как единое целое (Corballis, 2007; Gazzaniga, 1998; McCrone, 1999).

МИФ

Поделитесь на страничке

Следующая глава >