Боясь помешать!  

Боясь помешать! 

— Ну, я думала, что Лера Александровна знает, что делает, и старалась ей не мешать, - оправдывалась Маша.

— Вы позволите сказать, как все это вижу я? - спросила весьма деликатная, та самая специалист по РR, которую я так настойчиво сажал во внутренний круг к Лере Александровне, когда та была «психотерапевтом», и которую Лера Александровна так настойчиво выдворяла из круга.

— Да, конечно.

— Это была совершенно несвойственная мне ситуация. Сама я никогда бы не позволила себе в ней оказаться! А вы меня постоянно туда насильно впихивали! И ждали, что я там что-то сделаю. А я не знала, чего вы от меня ждете. Ничего, чего вы хотите, сделать не могла. И от этого была в совершенном замешательстве!

— Откуда вы знаете, что я от вас чего-то ждал, кроме того, что просил? А просил я вас только, чтобы вы остались во внутреннем кругу, верно?

— Да. Но, ведь, зачем-то вы это делали? Значит, чего-то от меня ждали?!

— А вы телепат? И я в своих намерениях для вас совершенно прозрачен? Поэтому вы меня и выбрали себе в психотерапевты?

— Ну, нет, конечно, - чуть смутилась моя собеседница, -но, голова-то дана, чтобы думать!

— Или придумывать?

— И придумывать - тоже!

— Спасибо за это весьма новое и глубокое сообщение!

— Извините!

— Значит дело не в телепатии, а в придумывании?

— В простой логике.

— Вам это кажется логичным? Давайте проверим! Как это в формальной логике называется?... Если (А) — лампочка горит, значит (В) — цепь исправна. Верно?

-Да.

— Могу я сделать обратный вывод: если (В) — цепь исправна, значит (А) — лампочка горит?

— Ну, это - азбука! Понятно. Цепь может быть исправна, а лампочка перегорела или включатель выключен, как сейчас. «Если из «А» следует «В», то это не значит, что из «В» следует «А». «В» - основание, необходимое для «А», но не достаточное! И то, что вы спросили, в формальной логике называется: «выводом без достаточных оснований».

— Гениально! Похоже, мы с вами но одним учебникам учились! Вы в марафоне - по вашей просьбе или по моей?

— Естественно - по своей!

— Я собрал здесь людей, и предлагаю вам особым образом организованные обстоятельства, чтобы вы угождали мне?1 Правда? Нет?!.. Чтобы вы предупреждали мои желания, решали мои задачи? Нет?!.. Чтобы вы за меня обслуживали других? Тоже нет?!.. Тогда, чтобы вы угадывали, чего от вас «жду» я, и делали, чего я «хочу»?! А вы - не к психотерапевту пришли, а к Карабасу Барабасу?! И так дорого платите мне за то, чтобы стать моими куклами? А вовсе не за специально создаваемые мной условия, которые лучше обычных побуждают вас к самостоятельным решениям и действиям.., и энергичнее поддерживают вашу инициативу?!

— Очевидно - нет!

— И я «насильно впихивал» вас в ту ситуацию, чтобы вы решали мои задачи и по-моему, а не свои и по-своему, но в «предлагаемых (мною - психотерапевтом, которого вы выбрали) обстоятельствах»?

— Но, вы же - не бог, и тоже можете ошибаться!

— Я понял, бог - вы? Зачем же вы назначили меня своим психотерапевтом, если в профессиональной для меня области вероятность моей ошибки больше, чем вашей?!

— Значит, я должна вам слепо верить?!

— Нет, вы «должны слепо верить» своим «выводам без достаточных оснований»!.. А мои поступки хорошо бы принимать за реальный факт. Допустить, что на работе я их делаю специально и ответственно. Вы вправе использовать их иди нет, считаться с ними или не считаться! Но тогда уже под вашу ответственность. Не сваливая на меня причин вашего замешательства. И не смущает ли вас эта «черно-белая» логика: либо «слепо верить», либо не считаться?! Правильно я понимаю, что мои ожидания в отношении себя вы предполагали, а не знали? Придумали, а не выяснили?

— Может быть, - неохотно, и не желая признавать ошибки, выдавила из себя молодая, с пунцовым, как у младенца в диатезе, румянцем на щеках, кандидат психологических наук. - Вот вы обижаетесь, а я и не сваливаю! Я просто сказала, как я вижу ситуацию. Вы сами спросили.

— То что я обижаюсь, - это факт или ваша проекция и снова только допущение?

— !

— Я правильно понимаю, что, если бы вы допустили, что мои мотивы вам неизвестны, то не терялись бы, а нашлись? Может быть, спросили бы?.. И не были бы скованы моими якобы экс-пек-тациями[29]? Сумели бы использовать неудобную ситуацию как тренирующую и полезную для себя?

— Наверно. Не знаю...

Я подумал, что мне тоже мучительно признаваться себе в том, что то, о чем я уже объявил, неверно.

Вспомнил, как плакала маленькая Машка, повторяя: «Ворона там, там (за окном)! Я - не ворона! Я - Маша!», когда я хотел, чтобы она читала крыловскую басню о себе: «Вороне (мне) бог послал кусочек сыра»[30]...

Вспомнил разговор с племянницей-подростком.

Прожив конец детства в Израиле, и быстрее, чем взрослые, почувствовав себя израильтянкой, она впервые приехала в гости к бабушке «из-за границы». Россию она тогда, казалось, воспринимала одичавшей провинцией, и вела себя заносчиво. Со мной, как и со всеми, разговаривала, будто я тоже ей понятен.

— И много ты встречала среди Покрассов дураков? -спросил я.

— Не встречала.

— Значит, первый - один из нас?

— Как это?

— Я - если говорю тебе то, что ты и без меня понимаешь! Если это не так, то ты - когда веришь, что я тебе понятен!

...Около четверти века назад за предновогодним столом Гарик сказал, что «год дракона» повторяется раз в двенадцать лет.

Ни гороскопом, ни китайским календарем я никогда не интересовался, ни теперь, ни раньше. Но от Томы - моей жены - слышал, что она по знаку гороскопа «Дева»! Что родилась она в «год Дракона»! Что она - «Точный дракон»! «Единственный из драконов, не являющийся химерой. Ему можно верить»!

Особость жены и в этом мне нравилась, и всех этих драконов мне - «Овце» - хотелось произносить с благоговейным ужасом и, конечно, с двумя «р»! Вот так: «ДР-РАКОН»!!!

Откуда я взял, что год «такого редкого дракона бывает только раз в двадцать пять лет», не помню! Но именно этим я ему, по неосторожности весело хвастая, и возразил.

Товарищ не пропустил возражения мимо ушей, а взял салфетку и написал на ней имена последовательно сменяющихся годов.

Оказалось - этот, как и другие, повторяется через двенадцать лет. Я оказался безответственным болтуном, и больше никогда с ним не спорил. Ни о чем! Единожды болтнув, просто лишил себя права на равенство.

Страх когда-нибудь, с кем-нибудь, оказаться в таком же положении, и снова лишить себя права голоса не оставлял меня больше никогда. Он и теперь дисциплинирует и собирает меня поминутно, ничуть не меньше, чем все прошлые усилия в этом направлении моего требовательного отца.

Два-три таких случая за жизнь научили. И закрепили привычку перепроверять себя тысячу раз до поступка, до произнесенного слова

— То, что вы сейчас рассказали о своих отношениях со мной как с ведущим, потрясающе важно! И даже не потому, что это - ключ ко всему, что произошло с сотрудниками Леры Александровны. И - в марафоне, и - в фирме! Для меня сейчас главное - уже не это!

Как выяснилось, я сам оказался таким же тормозом вашей инициативы, как Лера Александровна - «тормозом» своих сотрудников! И, как и она, я об этом не догадывался и даже, выходит, не догадался догадываться. Это для меня - совершенно неожиданно.

Можно успокоиться на том, что вы сами загнали себя в тупиковое положение. И это будет верно.

Но в этом я буду разбираться как ваш психотерапевт с вами, и если вы спросите! В общем плане - это же тот самый наш вопрос: «Как они все (и сотрудники Леры Александровны, и участники «полета» на воздушном шаре, и здесь - вы) дали себя «загипнотизировать»»?!

Но в своей собственной жизни, если я не хочу, как мои клиенты, стать «жертвой обстоятельств», не хочу, чтобы и мой «шар» падал, мне важно найти, чем я его роняю, как свои обстоятельства создаю?

В отличие от демонстранта или дитя, которым важно показать рвение, старание и оправдать неудачу, то есть решать задачу, а не решить. Ведь у них нет иной заботы, кроме получения одобрения и самоодобрения[31]. В отличие от демонстранта, я хочу, чтобы моя жизнь чаще зависела от меня. И не хочу оставлять ее зависимой от тех, кто, естественно же, не может решить мои проблемы за меня. Даже если бы и хотел этого больше, чем я!

Мне надо мои задачи решить!

Я взялся организовать процесс, побуждающий вас быть самостоятельнее, инициативнее, свободнее. Если этого не произошло, а тем более произошло наоборот, значит, я не эффективен, как и Лера Александровна, как и та преподавательница английского.

Придется выяснять с собой, чем я «оплатил» такую вашу реакцию?! И почему я не только ее не заметил, но даже и не догадался о ее возможности?!

Попробую проделать это вслух.

Вы заявились в деловых отношениях независимым, внутренне самостоятельным человеком, любящим соперничество и умеющим в нем выигрывать. И я охотно воспринял вас именно такой.

В той ситуации, для решения тех задач, которые в ней ставил я, эту вашу самостоятельность и боевитость я достаточно, эффективно использовал.

Досаду вашу и нежелание видел. Но, что стесняю вас, что вы не сумеете сами определиться и «выиграть» в «такой простой», как мне казалось, ситуации, я и во сне не предположил бы! Ведь там никто не оказывал вам никакого существенного сопротивления!

Получается, я видел ситуацию как побуждающую вас к противостоянию группе. Эту проблему подросток - вы как психолог это знаете - в 11-12 лет решает как конформист. Но в 13-14 - уже отстаивает свое, отдельное от группы место.

Я рассчитывал на последнее. И не ошибся. Но, как выяснилось, просмотрел, что, сохранив себя в группе, (пусть, не освоив ее, а по-подростковому, проигнорировав), вы не сумели сохраниться внутренне - для себя!

Я не учел в качестве вашего обстоятельства - себя!

Я видел ваши возможности. Верил, что своим вниманием их поддерживаю. И не догадался, не заметил, что одобрением могу обязывать вас, и парализую.

Увлеченный вашими возможностями, я не удосужился обратить внимание на то, что для подростка 13-14 лет, а иногда и для зрелого человека, вполне обжившего одиночество самостоятельности, принятое одобрение, признание, просто теплое отношение могут вызывать «регресс» в 6-10 и даже дошкольный - дошестилетний возраст. В возраст, когда нас любили, и когда мы были послушными.

Незамеченная мной ситуация касалась ваших отношений не с группой, а со мной - с ее ведущим. Это проблема школьницы 6-10 лет, которая в поиске одобрения старшего прибегает к своеобразной форме послушания - к неосознанному угождению. Этого я не ждал, и не был готов!

Без спросу передоверив ответственность за себя мне, вы сосредоточились на угадывании моих намерений. И тоже не заметили, что оставили себя бесхозной, как та «команда воздушного шара»!...

Думаю, что и все ваши партнеры (ваши близкие, ваши мужчины, ваши руководители), как и я, верят в вашу самостоятельность. Используя вас, как им удобно, и с гораздо большей эффективностью, чем могли ждать, никто не имеет и малейшего повода предположить, что чем-либо вас стеснил. Да и знай они о вашем неудобстве, все будут уверены, что вы сами свои проблемы решите. Объявите о них, в конце концов. Вы именно так заявляетесь! Со всеми убедительно заявляетесь самостоятельным человеком, который все, что ему надо, возьмет сам! Я - психотерапевт, но и мне не позволительно вас опекать. Вы не позволяете!

Как в нашей ситуации ваше «замешательство» ничем не помешало решению моих задач, как оно не стало моей проблемой психотерапевта, так, тем более, Не замечается оно ни вашими руководителями, ни партнерами, ни друзьями. Не становится и их проблемой. Более того, попробуй кто-нибудь вести себя с вами предупредительно, вы насторожитесь, станете недоверчивой, ощетинитесь. Можете обидеться!

О недовольстве же своем вы сообщаете, когда уже ничего нельзя поправить. А тогда это только бессмысленный упрек.

Думаю, в этом – одна из ваших проблем! Требуя, чтобы к вам относились, как к самостоятельному человеку, вы не обеспечиваете самостоятельной индивидуализированной заботой ни партнеров, ни себя. Очаровываетесь и очаровываете, а потом разочаровываетесь и обижаетесь, как девочка.

Из этого - вывод для меня. Мне следует внимательнее отслеживать влияние своего «хорошего отношения» на одаренных, инициативных людей. Учитывать, что мой интерес, восхищение, просто симпатия могут их обязывать и стеснять, вызывая «регресс» в возраст послушания старшим. И еще мне надо тщательнее отличать подростковую демонстрацию самостоятельности от ее зрелого воплощения.

Вывод для вас... Но в этом вы теперь уже разберетесь сами.

И все-таки, самое замечательное для меня здесь то, на что вы обратили мое внимание сейчас совсем по-новому!

Многие активные люди и действительные лидеры, попадая в «чужую епархию», автоматически отказываются от лидерства. Не спросясь, перепоручают свою инициативу «ведущему». И делают это из самых лучших побуждений, например, из желания не помешать ответственному за ситуацию «хозяину», не «лезть со своим уставом»...

Зная свою силу, мы бережем другого так, будто не верим, что сила может быть не только у нас, будто боимся «раздавить Теремок»! Тем самым мы сами и от себя отказываемся, подавляем свою активность (регрессируем до младшего школьного возраста - до 6-10 лет!) и тех, кто знает нас самостоятельными и дельными, на наше естественное поведение рассчитывает, - подводим!

А если и другой таким же «предупредительным» окажется?! Представьте: два лидера, уверенные друг в друге, - в совершенном замешательстве! Да еще друг на друга за свое «замешательство» и злимся!

А если в таких отношениях окажется целое предприятие, компания друзей, семья?! Все всех стараются оберечь от своей силы - начальники и подчиненные... друзья и враги... жены и мужья, сами себя - от себя, от непонятной тревоги и смуты! Чтобы «без конфликтов», «без нервов», «тихо»! Все нас устраивает, все всем улыбаемся, - «голубки и горлицы...»!

Не от этой ли благодати недоверия своей и чужой силе мы так вдруг неожиданно взрываемся застарелой обидой, разрывами, разводами, инфарктами в тридцать лет, а то и просто тихо сходим с ума?! ...

Но ведь это и мое свойство!

В группе любого другого психотерапевта, боясь ему помешать и пытаясь понять, чего он от меня ждет, я поведу себя точно так же, как моя преуспевающая собеседница!

...Так я вел себя с преподавательницей английского...

...Так дурел в гостях у товарища с его друзьями из ЦДЛ...

...Так в юности, боясь помешать отцу, я долго не обнаруживал себя перед младшим братом. Вернее, обнаруживал так, чтобы отцу не помешать... А когда спохватился, брат был уже далеко от меня...

...Так я... Нет уж!

Потеря лидером инициативы, а порой и лица из бережности - это очень неожиданная и удивительная причина пассивности энергичных людей!

Но с меня достаточно на сегодня!

Как взрослый подросток, чтобы не ударить лицом в грязь, вечно соревнуется и спешит сказать: «Я сам! Я знаю!»? Зачем он хочет убедить себя, что предугадал, упредил все ваши планы? Зачем себя слепит?

Как играет он в игру «я - умный, ты - дурак, ты - умный, я - дурак»? Как, чтобы не почувствовать себя снизу, спешит представить дураком вас?

Как подменяет тревожащую его неизвестность - успокаивающей известностью?... А потом мается пустотой и скукой...

Заметить все эти проявления инфантилизма, понаблюдать и разобраться в них, если это интересно, я оставлю вам самим...

...Но неужели, боясь помешать дочери, я стану беречь от своего влияния и внука?!!