Боевые задачи (тревога, полигон, боевые дежурства, учения, «точки» и т. п.)

Боевые задачи (тревога, полигон, боевые дежурства, учения, «точки» и т. п.)

В целом боевые задачи, как и любая рациональная и осмысленная работа, способствует преодолению ощущения бессмысленности собственного существования. Они приносят разнообразие в армейский распорядок дня, полный монотонных и часто абсурдных занятий. Организация жизни в конструктивной логике здравого смысла снижает потребность в самоутверждении деструктивным путем. Жажду серьезных целенаправленных действий вполне передает следующее письмо, в котором с характерным юношеским максимализмом и романтизмом описывается первая учебная тревога:

[Из солдатских писем]

<…> Я проснулся где-то часа в четыре, натянул еще влажные носки и уснул. Сегодня в пять часов должна быть тревога, а после нее — стрельбы на полигоне. Так что я специально постирал носки в бане и сушил их под матрацем. Эту ночь я спал в штанах, ведь по боевому расчету я и мой сосед с нижней кровати — светомаскировщики. Едва только дежурный включил свет, я уже натягивал на окно одеяло.

По тревоге мы должны свернуть матрацы, надеть шинели, и, разобрав автоматы, построиться на улице. Я намотал портянки, схватил шинель и подбежал к оружейке. Там была толпа полусонных, полуодетых и полоумных курсантов. Никто никуда не спешил. Я взял свой автомат, рожки, подсумок и противогаз, тоже не спеша заправился, и следом за ковыляющими по лестнице «солдатами» вышел на плац. В общем, минут через пятнадцать мы, вторая рота, уже (!) стояли. Феликсов дал мне чей-то автомат (нельзя ничего оставлять в оружейке при тревоге) и подсумок. Мы немного постояли, посмотрели на третью роту, которой понадобилось лишь 5 минут от постели до построения. Опять замполит наш «поздравлял» с первой тревогой. Репетировали, репетировали целую неделю, а все равно четвертый и третий взвода не поделили окно, так и осталось оно не завешанным. После своей речи замполит приказал сложить шинели, снять противогазы, автоматы, сложить все это культурно на землю, и мы пошли в столовую. Наскоро перекусив, стали собираться на полигон. Димке Вороненкову повезло. Он и еще несколько ребят поехали вперед на машине, повезли патроны. А мы, все остальные, еще час ждали отправки на КПП. <…>

Тут к нам перевели из учебки ВДВ ребят-связистов, так они очень и очень отличаются от нас, олухов. Более собранны, дисциплинированны, не ноют, как тот же Смирнов Валерка, что у них поясница болит, что им трудно «очко» драить. <…>

В семь часов подошли машины, и нас стали туда загонять. День должен был быть теплым, вставало солнце. Но еще было морозно. Не растаявший снег превратился в лед, и ноги разъезжались в разные стороны. Мы плотно-плотно набились в кузов, подняли воротники. Всю дорогу кимарил. Машины остановились, и мы на полугнущихся ногах начали вываливаться из кузова. Наполеоновская гвардия! Замерзшие, с поднятыми воротниками, неловко держащие автоматы окоченевшими руками! Хорошо, что мне удалось сохранить перчатки.

Картина была дикая и величественная. Вокруг обступали горы. Белые-белые, сверкающие под солнцем. А до них — равнина, снег, кое-где деревья. И громадный завод, весь окутанный дымом и чадом. Сизый дым сносило в сторону, но он не улетал, а плавал таким же сизым туманом. Подножья гор расплывались в этой едкой дымке. «Вот местная достопримечательность. На этом фосфатном заводе снимался фильм „Джентльмены удачи“, — со общил нам капитан. Кое-как мы построились и пошли на полигон. Откуда-то издалека доносилась стрельба. Я ведь раньше никогда гор не видел, особенно таких, поэтому крутил головой налево и направо. Да еще время от времени налетал на автомат Сани Скорых, идущего впереди. Но мне это быстро наскучило, надо было смотреть под ноги. „Равнина“ была изгрызена какими-то оврагами, карьерами, каньонами. Было скользко, и то тут, то там раздавался грохот упавшего автомата и матерщина. Вдруг Качковский, молчавший в стороне, крикнул: „Танки справа“!» Рота остановилась, как вкопанная, и недоуменно посмотрела на него: чего это, мол, он вякнул? А капитан скорчил рожицу и кричит: «Банда! Ха! Советская угроза! Колхоз! Танки справа!» Тут мы поняли, чего от нас хотят, и побежали на обочину, в снег, куда-то вбок, попадали, стали рвать затворы. «А это что за куча?! Пятый взвод?! Считайте, что вас уже нет. В атаку!»

Мы опять бегали, вспахивая снег, кричали «ура». Потом, выбравшись на дорогу, шли, бежали, шли, бежали еще километра два.

Полигон заметили сразу. В поле стояли какие-то раздолбанные ржавые машины, БТР. Все сразу стали тыкать пальцами: «Во! Во! Смотрите, из Афгана!» И такой благоговейный шепот вокруг. «Вот наивные люди, — с ухмылочкой сказал Саня. — Конечно, мы шли в армию, думая, что это нечто строгое, серьезное. Но за месяц уже всякого понасмотрелись, вот и хочется чего-нибудь героического».

На стрельбище было еще лучше. Две бетонные вышки, палатка с двумя дымящимися трубами, полевая кухня и огороженный палатками бункер, где снаряжают магазины. Приехавший на час раньше Димыч сообщил, что он скорефанился уже с поварами и попил чайку горячего. «Два с половиной литра!» — гордо сообщил он. Я не успел позавидовать ему — все вокруг весело заржали.

Строй сразу рассыпался — все побежали смотреть, как какой-то парень провалился по пояс в засыпанную снегом канаву. Как его вытаскивали и отряхивали.

Шли мы на полигон, предвкушая, как будем стрелять, а оказалось все гораздо прозаичнее. Сначала корреспондент какой-то долго нас расставлял, примеривался, мы и майор — высокий улыбчивый старик — терпеливо ждали. Майор должен был показывать пулеметы, автоматы, рассказывать об оружии. Мы пожирали глазами все эти патроны, ленты, стоящие на сошках пулеметы. Это было, пожалуй, самое интересное место полигона. На других «точках» мы еще по несколько раз повторяли движения на огневой, и вот, наконец-то, я вставляю магазин с патронами в автомат. Какие там репетиции! Над головой свистят гильзы, вылетающие из соседних автоматов, дым, запах пороха. Попал я или нет — не знаю. Для всех, кто стрелял, мишени были одни и те же, результаты никого не интересовали. Важно было поставить галочку, ведь необстрелянный солдат к присяге не допускается.

Вообще, я понял, здесь все всем до лампочки. Пока петух в темя не клюнет. И в нас людей не видят. Например, замкомвзвода сержант Герасименко видит в нас лишь четырехугольный строй четыре человека на восемь и дешевую, послушную рабочую силу. Он считает, что нас надо насиловать, насиловать до потери пульса. Вообще, это точка зрения всех начальников, за редкими исключениями. Работы здесь невпроворот, инструментов элементарных нет, нет даже изоленты, олова. Радисты! Радиомонтажники! Ребята тут уже прикидывают, сколько бы они получили бы на гражданке за такой объем работ и за такую скорость. А здесь даже «спасибо» не услышишь.

Еще одно изречение, любимое и офицерами, и сержантами, и прапорщиками: «В армии не может быть демократии, в армии единоначалие». С одной стороны, это верно: если все будут командовать — порядка не будет. Мне кажется, что демократия в армии должна выражаться как-то иначе. Хотя бы общественный контроль за средствами для армии, за повседневной жизнью солдат. Я лишний раз убедился, что наиболее радикальным решением была бы вольнонаемная армия. Это бы вытащило на свет столько проблем, пороков, что реформы бы стали просто необходимы. И не такие косметические, как делают сейчас: новый устав, короткое «Ура» вместо длинного. «По новой методике», — так заявил комбат.

(Из архива И. А. Климова)

Романтизм и максимализм есть форма протеста личности против рутины и бюрократии. Солдаты требуют активной, настоящей службы, результативной и осмысленной деятельности. Там, где боевая задача превращается в бытовую рутину или становится фикцией, служба превращается в фон и катализатор доминантных отношений и перекладывается на плечи «молодежи», которая «тащит службу» за дедов:

[Из солдатских писем]

<…> У меня все по-старому, службу тащу и жду молодых карасей, когда же они мне облегчат мою участь. Я ведь экспедитор, а тут один телеграфист меня своей специальности обучил, и я теперь зае…ся на телеграфе за него вахты стоять, а весной должны молодого телеграфиста дать и тогда я буду кайфовать. Но это еще будет где-то через месяц после приказа, тогда таких, как вы, списывать в части начнут. Ну ладно, не вешай нос, дембель неизбежен! <…>

(Из архива автора // Переписка с В. А. Андреевым)

На изолированных «точках», где контингент, как правило, немногочисленный, внутренние отношения целиком зависят от командиров, их способности контролировать неформальных лидеров. Трагический случай, произошедший на Мысе Желтый, где располагался пост радиотехнического наблюдения, долгое время считавшийся лучшим на всем Тихоокеанском флоте, позволяет представить, как могут развиваться события при самоустранении непосредственного начальника от личного состава.{40}

[Из интервью с В. Яковлевым, обозревателем «Новой Камчатской Правды». Полный текст см. в приложении (Приложение, I.3).]

Я, в общем, был в шоке. Конечно, я не служил в Чечне, в боевых условиях. Там совсем другое. А вот в нормальной советской армии, в нормальных условиях, в общем-то… Ну да, пост отдаленный, 200 километров во все стороны до дорог. А все остальное, условия питания, там все нормально. Королевский пост был. Там начальство заготавливает рыбу… Такая делянка.

Ну, моряки там жили нормально в плане жизнеобеспечения, материального обеспечения. Там все было. Тем более они сами там и рыбу ловят, грибы, дикоросы собирают. Проблем, как в других местах, где они бы не доедали, или их там службой бы до того бы перетруждали, что они на посту засыпают и падают, — да ничего подобного. Там практически боевое дежурство не несется. Несется для галки. По идее они за кораблями наблюдают, но там в среднем два-три корабля за полгода пройдет. Просто так расположен сам по себе, не на самом оживленном месте. Поэтому люди заняты сами собой. Нет нагрузки служебной, нет каких-то там невыносимых бытовых условий, что часто бывает причиной всплесков насилия, как на броненосце «Потёмкин», например.

И вот там очень опытный мичман, командир был. Служил он там, (а я его лично сам знал), со времен царя Гороха, на своей службе собаку съел. Он знал, как все организовать, и из года в год там был порядок в этом отношении. Тем более, это все было удивительно. Я знаю неблагополучные посты, где постоянно что-то происходит. Но там! И вот, как я писал, молодое пополнение, которое было призвано зимой прошлого года, попадает туда. Они прошли этот полуэкипаж в Петропавловске, вот четверо из молодого пополнения, всего там семь человек, ну восемь. Четверых человек первого апреля направили бортом туда, на Желтый, и тем же бортом сняли мичмана в отпуск, в котором он не был два года.

И там остался другой мичман, который всегда заявлял: «Я техник, мне личный состав до лампочки». И вот как дальше развивались события. Они развивались настолько стремительно, что когда я смотрел материалы, у меня дух захватывало. Буквально, не прошло и недели.

Не прошло и недели, вся неформальная иерархия полностью сложилась. Там четверо молодых было и семеро старослужащих. Им вскоре надо было увольняться. Мичман сразу отстранился от личного состава полностью и занимался своими делами. А когда формальный лидер самоустраняется, его место пустое не остается, оно занимается неформальным лидером. И в этом случае этот лидер оказался очень негативной, отрицательной направленности. Я изучал его психологические характеристики, у него были приводы в милицию, он употреблял наркотические вещества до службы, он из неполной семьи, его одна мать воспитывала, т. е. полный набор факторов, которые сформировали его еще до службы. И мичман, который там был, он очень четко это понимал и умел пресекать, умел их работой занять, хоть дурной, как это водится, но все-таки, мог распылять эту негативную энергию, чтобы она не концентрировалась. А в данном случае оказалось, что такого лидера нет, и ее накопление (и формирование структуры) шло всего неделю. Потом начали искать козла отпущения. Им оказался этот бедный Войтенко. Хороший мальчик такой, небольшого роста, хотя повыше меня будет, 174 см роста. Ну, такой худенький, когда отправлялся, 65 килограмм весил. Замкнутый по характеру, стихи даже писал, такая романтическая, утонченная в чем-то натура, совершенно не соответствующая тому, что сейчас происходит в вооруженных силах.

И вот он и оказался козлом отпущения. Его начали проверять на вшивость. <…> И вот его начали бить. Просто бить. За все про все, любые придирки, на которые в принципе, в нормальной ситуации не обращаешь внимания. Дальше — больше. Это разрасталось как снежный ком, и все большее количество человек в этом участвовали. Началось с малого, с каких-то пинков, ударов, зуботычин, а закончилось тем, чем закончилось.

(ПМА, Петропавловск-Камчатский, 1999 г.)

Ни о каком «боевом дежурстве» в подразделении, где произошло это преступление, говорить не приходится, ибо само это подразделение на тот момент юридически не существовало. Радиотехнический взвод на мысе Желтый был ликвидирован директивой Главного Штаба ВМФ от 18 июня 1996 г. Более того, преступление совершено при косвенном соучастии исполняющего обязанности командира, у которого давно закончился срок службы; он «командовал» подразделением, будучи гражданским лицом.{41} Характерно, что командование Северо-Восточной группировки войск, которое возглавлял в то время вице-адмирал Валерий Дорогин (ныне депутат Государственной Думы), пыталось сокрыть преступление: списать убийство на несчастный случай, давить на судмедэкспертов, препятствовать работе следствия и журналистов. Все это подробно описано в серии материалов В. Яковлева, опубликованных в номерах «Новой Камчатской Правды» за 1999 г., и в интервью, приведенном в приложении (Приложение, I.3).

В целом, история эскалации неуставных отношений, равно как и реакция командования их на них, характерна для закрытых обществ и показательна как их патология.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава 13 БОЕВЫЕ ШРАМЫ: ЧЛЕНСТВО В КЛАНЕ РАНЕНЫХ

Из книги Бегущая с волками. Женский архетип в мифах и сказаниях автора Эстес Кларисса Пинкола

Глава 13 БОЕВЫЕ ШРАМЫ: ЧЛЕНСТВО В КЛАНЕ РАНЕНЫХ Слезы – река, которая вас куда-нибудь приведет. Плач разливается рекой вокруг лодки, несущей вашу душевную жизнь. Слезы поднимают вашу лодку с камней, с сухой земли и уносят течением в какие-то другие, лучшие места.Есть океаны


БОЕВЫЕ ИСКУССТВА

Из книги Прикосновение к будущему автора Лазарев Сергей Николаевич

БОЕВЫЕ ИСКУССТВА В течение нескольких лет я ходил на курсы каратэ, поскольку мне этот спорт весьма нравился. Бессмысленное накачивание мускулов меня мало привлекало. Мне всегда больше нравились игровые виды спорта, где одновременно развивается интуиция, реакция,


СПОРТ И БОЕВЫЕ ИСКУССТВА

Из книги Диалог с читателями автора Лазарев Сергей Николаевич

СПОРТ И БОЕВЫЕ ИСКУССТВА Как могут влиять на человека занятия Айкидо?— Драка — это когда человек хочет уничтожить другого и совершенно не смотрит на себя. Боевое искусство — это когда человек смотрит на другого и смотрит на свое состояние, и чем больше он смотрит на свое


Боевые искусства в метро

Из книги Геопсихология в шаманизме, физике и даосизме автора Минделл Арнольд

Боевые искусства в метро Мой брат Карл рассказывал мне историю о наименьшем действии, связанную с боевыми искусствами. Один духовный учитель и мастер боевых искусств ехал со своими учениками в вагоне метро в Токио. Внезапно в их отсек ввалился здоровенный громила и,


2. Теории учения

Из книги Педагогическая психология: конспект лекций автора Есина Е В

2. Теории учения Начиная со второй половины XVIII в. процесс образования становится объектом теоретического педагогического и психологического осмысления. Выделяют несколько психологических направлений, с помощью которых формулируются основные положения теории


Боевые танцы

Из книги Сила самых сильных. Бусидо Сверхчеловека. Принципы и практика [litres] автора Шлахтер Вадим Вадимович

Боевые танцы В давние времена у многих народов были боевые танцы. Их танцевали только мужчины. Они были предназначены для того, чтобы сделать людей сильнее, чтобы люди могли эффективно и мощно воевать, охотиться, побеждать, справляться со всеми врагами, со всеми


Тревога с точки зрения биологии

Из книги Смысл тревоги автора Мэй Ролло Р

Тревога с точки зрения биологии В процессе эволюции способность нервной системы планировать будущее дошла до своей наивысшей точки, благодаря чему появились идеи, ценности и специфические удовольствия — уникальные проявления социальной жизни человека. Только человек


Тревога с точки зрения психологии

Из книги Сильный всегда прав. Не будь жертвой автора Тукмаков Алексей

Тревога с точки зрения психологии Тревога является фундаментальным феноменом и центральной проблемой невроза. Зигмунд Фрейд. «Проблема


Глава 2 Общение — полигон для вашей силы

Из книги Манипулятор [Секреты успешной манипуляции человеком] автора Адамчик Владимир Вячеславович

Глава 2 Общение — полигон для вашей силы Основные техники кукловода Мы все чего-то хотим: денег, секса, признания, удовольствий, чтобы с нами считались. А получить это можно только у других людей. Именно поэтому люди общаются — им всем друг от друга что-то нужно. Есть,


Полигон и испытания

Из книги Основы личной безопасности автора Самойлов Дмитрий

Полигон и испытания Когда вы наметите жертву, испытайте ее. Поддается ли она вашим чарам? Здесь возможны самые различные варианты. Кого-то удается обольстить без особого труда, кто-то же, кажется, абсолютно не воспринимает ваше внимание и намеки. Вы можете предпринять


Боевые навыки

Из книги Основы общей психологии автора Рубинштейн Сергей Леонидович

Боевые навыки Знание не навык. Знание и десять тысяч повторений — вот навык. Шиничи Сузуки[214] Понимать, как что-то делается, и быть способным выполнить это — далеко не одно и то же. Вы можете прочесть и даже заучить наизусть самый лучший в мире самоучитель игры на скрипке,


Мотивы учения

Из книги Истоки нейро-лингвистического программирования автора Гриндер Джон

Мотивы учения О мотивах учения приходится специально говорить, поскольку учение выделяется как особый вид деятельности, для которой научение, овладение знаниями и навыками является не только результатом, но и целью. Основными мотивами сознательного учения, связанного с


Глава 4 Молодежные службы в Санта-Крузе: первый общественный полигон НЛП

Из книги Воспитать ребенка как? автора Ушинский Константин Дмитриевич

Глава 4 Молодежные службы в Санта-Крузе: первый общественный полигон НЛП Дэвид ВикЯ переехал в Боулдер-Крик в горах Санта-Круз в 1970 году вместе со своей молодой женой Джессикой. Наш дом походил на замок, угнездившийся у основания холма на расстоянии нескольких метров от


О времени начала учения

Из книги Целительство. Том 2. Введение в анатомию: структурный массаж автора Подводный Авессалом

О времени начала учения Приступая к учению ребенка, надобно иметь в виду, что дитя, независимо от учения, развивается с каждым днём, и развивается сравнительно так быстро, что месяц или два в жизни шестилетнего дитяти приносят более перемен в его душевном и телесном


Предметы первоначального учения

Из книги автора

Предметы первоначального учения С чего следует начинать учение? В прежнее время на этот вопрос ответ был очень лёгок: с чего же, как не с азбуки? Но современная рациональная педагогика при решении этого вопроса обращает внимание на детскую природу и замечает, что чем


Глава 3 Спина: зеркало души и главный массажный полигон

Из книги автора

Глава 3 Спина: зеркало души и главный массажный полигон Мы выделяем в спине следующие основные области для массажа (рис. 3.1): надплечье, лопатка, подлопаточная область, околопозвоночная область, поясничная область и крестец. Рис. 3.1. Основные массажные области спины: 1 —