АКТЁР ВЛАДИМИР ПЕРМЯКОВ (ЛЁНЯ ГОЛУБКОВ)

АКТЁР ВЛАДИМИР ПЕРМЯКОВ (ЛЁНЯ ГОЛУБКОВ)

— Ну что… начнём сеанс….

— Был только что на встрече с народом. Меня любят, узнают, я нужен народу…(Пауза)

(Мой пациент неожиданно начал диалог с высказывания, благодаря которому, как было видно, он почему-то уже в начале сеанса захотел доказать, что он нужный и признанный человек. Можно предположить, что он уже заранее позиционирует себя низко и, поэтому, начал говорить о том, что он значит для народа.)

— Вас сильно терзает проблема признания, собственного величия?…

— Да…да… в этом мой смысл жизни… оставить след после себя…Кстати вот моя визитка…

(В визитке написано «Пермяков Владимир Сергеевич» и далее в скобках «Лёня Голубков». Можно предположить, что пациент отождествляет себя с Лёней Голубковым и превратил всю свою жизнь в «жизнь за скобкой». Так ли это?)

— Вам приятно, когда вас называют Лёней Голубковым?

— Противоречивое чувство… Да… Лёня стал моей частью… даже в театрах, где я работал меня называли Лёней и где-то и в шутку и всерьёз… Я с Лёней Голубковым, как Вячеслав Тихонов со Штирлецем…Я не отторгаю Лёню…

(Позднее, благодаря анализу сновидений выяснится, что имеет место сильное подсознательное отторжение этой части психики моего пациента, связанной с образом «Лёни Голубкова»)

— В каждой эпохе есть свои герои, как визитки эпохи и времени… вы, по-видимому, были символом лихолетия, криминальной революции… (пауза) что вы чувствуете после этого высказывания?

— Приятно слышать так и есть… Да…да… меня одна журналистка поставила вместе с Лениным…только Ленин строил социализм, а Лёня Голубков капитализм… я олицетворяю тот переход… тот рынок… Один журналист как-то у меня спросил, дескать Брежнева называли маленьким президентом при большой певице Алле Пугачёвой… можно ли назвать Ельцина маленьким президентом при большом актёре Владимире Пермякове?

— Намёк понял…

(У пациента наблюдается перенос чувств на меня, как на журналиста. Он не чувствует, что находится на сеансе, отрабатывая набившие оскомину блоки, на тему «какой я выдающийся». Он очень скован принял защитную позу, немного покраснел.)

— В психоанализе есть такой процесс как перенос… я сижу перед вами и у вас есть неадекватный перенос чувств на меня, которые я может быть не заслуживаю… какие эти чувства… эти чувства, которые обычно возникают перед журналистами, перед учениками… кто я сейчас для вас…?

— Ну… понятно… чувство такое, что вы хотите докопаться, до глубины, понять мою психологию … как будто бы я общаюсь с каким-то странным журналистом… я только сейчас стал догадываться где я нахожусь…Уф!

— Сейчас, что вы чувствуете… тревожность? О чём она?

— Нет… нет я уже привык ко всему есть закалка такая жизненная…

(Защита игнорированием вопроса и обратным чувством, то есть на лице тревога, а в устах как бы её и нет, так как «срабатывает закалка»)

— Беспокойство сейчас есть какое-нибудь?

— Да я немножко насторожен, что неординарные вопросы, что меня спросят.

— Я обратил внимание … вы вот так сели… руки вместе… поза защитная…

— Да… да…

— Вы не сели свободно, вы сидите скованно… и говорите блоки-монологи, которые мне не интересны… мне интересны вы как личность, мне интересны ваши переживания, которые здесь и сейчас… хотя мы все в плену прошлого…

— Ко мне неоднозначно относятся… я фигура одиозная… некоторые чуть ли не боготворят меня, что вы создали исторический образ Лёни Голубкова… другие ненавидят меня… кто-то прогорел на акциях… у кого-то зависть… я ведь в рейтинге популярности за 94 год первый…

(Мой пациент ещё много раз будет напоминать о своём рейтинге, величии и т. п. Позднее окажется, что это его излюбленная защита самоподбадриванием, вызванная сильным нарциссизмом и заниженной самооценкой. Хотя, выслушивая пациента может показаться, что он имеет завышенную самооценку. В действительности, как окажется позднее, это защита обратным чувством.)

— У вас есть в настоящее время какой-либо комплекс вины?

— Да… перед обманутыми МММ вкладчиками…

— Обратитесь к ним…

— Я актёр… меня пригласили… и я сыграл эту роль… ну не я б, то другой бы сыграл эту роль не лучше не хуже…

— Во сне Мавроди снился когда-нибудь?

— Нет…

— Вспомните… не спешите…

— Нет… нет… точно не снился…

— Вы своим обликом, интонациями, репликами излучаете энергию оправдания того, что вы заслуживаете большего и вас недооценивают.

— Это так… Мне одна моя коллега сказала, что если бы я жил в Америке, то я бы давно стал звездой Голливуда и я не буду лукавить… жалел, что не родился в Америке… Я бы в Голливуде не затерялся… потому, что я в себе чувствую такой огромнейший потенциал… актёрский…

— Опишите мне свои фантазии о Голливуде, которые чаще всего вы представляете…

— Фантазия о том, что я стану русским Чаплиным в Голливуде (смеётся)

Я представляю себе, что меня заметили голливудские продюсеры, пригласили на съёмки… одна работа удачная… другая… я купаюсь в роскоши… в успехе..

Всё большое нечто необъятное… вот… постройки… вот я стою с Девито (?)актёром… стоит Шварценеггер… где-то Милл Гибсон… Шарон Стоун… Джулия Робертс… потом… я играю такого простока… эмигранта… такого наивного нескладного, закомплексованного, который там хочет служить…я комедийный актёр…

— Согласно психологии артистической деятельности, по статистике все комики по жизни скучные и депрессивные люди. Более того, многие из них кончают жизнь самоубийством… Потому они и играют, чтобы избавиться от своей депрессухи…

Вы в детстве вы были тоскливым ребёнком?

— Скорее был одиночкой… волчёнком… любил рыбную ловлю… сидел часами на берегу… когда рыба не клюёт, я ставил удочку и представлял себе… любил фантазировать и мечтать… что-то вроде героя Жана Марэ, который лезет в крепость в Бастилию… бросает свою любимую, нападает на охранника…типа Бильмандо…

— Расскажите ещё какой-нибудь сон …

— Я видел сон… снег… снег… снег… и мы что-то там спрятали… деньги… да… мне дали эти деньги… купюры… одна из них была тысячная… и потом что-то ветер подул… я хожу хожу… ищу по домам…куда их унесло… эти деньги… и я так их и не нашёл… помню три купюры… одна из них тысячная…

— Все элементы вашего сна — это части вас самих … что во сне называется деньгами… в действительности ими не являются… это части вашей психики… это символы, но под ними скрыты ваши чувства… Какое чувство вызывает каждый элемент сна…Закройте глаза… Что есть деньги во сне? (Долгая пауза)

— Деньги это оценка меня… оценка моего я…

— Согласно вашему сну, вы эту оценку себя ищете… вас вроде оценили, дали эту оценку, а она улетела, неуловима…

— Да… да… я достоин большего… вроде оценивают, но хочешь по настоящему проявить себя с конкретным предложением, но нет успеха, хотя тебя опять начинают хвалить, оценивать, но это зыбко… удовлетворения нет…Я перед открытием великого чего-то … вот оно уже близко… вроде блещет… а ты хочешь взять, а оно уходит…Да это сон об этом… Уф! Точно об этом…

(Пациент взбодрился от этого психологического «открытия». Стал менее скованным.)

— Давайте разберём ещё какой-нибудь абсурдный сон…

— Мы на пляже были… один мужик пытается затолкнуть куда-то другого мужика… в какую-то то ли яму, то ли котёл… по моему в трубу… толкает… толкает… я думал того, которого заталкивают пьяный… потом смотрю, оказывается тот, кто заталкивает совершенно голый я этому голому говорю, что ж ты его толкаешь… он же намного больше… чем труба… потом смотрю… а он же мёртвый… что ты его толкаешь… и вдруг раз … появляется ребёночек… такой хорошо упакованный в костюмчике… мальчик… ак из песка … из ничего… появился из ниоткуда… Смотрите.! Смотрите! Ребёнок! Я кричу… и этот мальчик что-то стал у меня спрашивать, какие-то умные вопросы мне задавать… я удивляюсь какой маленький, а какой умный…

— Итак, мы опять закрываем глаза и пытаемся прочувствовать всех живых и неживых персонажей сна, как часть вашей души… итак, голый мужик это ваша…(Долгая пауза)

— Эта моя оголённость перед публикой, я всегда себя чувствую перед ней как в бане, они у меня всё разглядывают (По-видимому, это не является неврозом навязчивого состояния)…

— Мёртвый мужик, которого заталкивают в трубу… это ваша…(Пауза)

— Это что-то отжившее, больное моё, как прыщик, который уже мёртв и я его отковырнул и хочу от него избавиться, но понимаю, что он во мне когда-то рос… (На лице пациента тревога). Это мой внутренний Лёня Голубков, которого я хочу отковырнуть как нечто чужеродное, но не делаю этого, так как он мне позволяет выживать. Я осознаю, что Лёня Голубков существует вне меня и именно его видят люди, а не меня. Я не Лёня Голубков… понимаете… Я не Голубков… Я не Голубков (ударяет сильно по столу и я вижу на лице моего пациента слёзы, усталые и добрые глаза одинокого человека, каждый день, занимающегося выживанием) Я устал заталкивать этого мертвеца в трубу… Что я всю жизнь буду заталкивать его в трубу… Это больно…больно… Уф! (Немного рыдает) … Я хочу отковырнуть, но не могу, так как эта мертвечина меня кормит… кормит… Тьфу!!!

— Успокойтесь…но во сне всё-таки вы его заталкиваете в трубу и уходите от него…

— Вроде бы проваливаюсь вместе с ним…хотя нет… я ведь потом вижу ребёночка…

— Судя по тому, что вы рассказали мне об этом ребёнке, что он умный не по годам, это маленький мужичок… Рёбёнок во сне — это не просто мечта иметь ребёнка. Это нечто иное…Это ваша…. (Опять долгая пауза)

— Этот ребёночек — это моё новое будущее, которое…

— Которым вы беременны… это ваше новое олицетворение, которого вы ждёте…

— Да… да… самое первое, о чём я подумал… это связано с моей пьесой «Рождение младенца»… потому, что ребёночек взрослый… такой умный… а маленький…

В глобальном плане я чувствую, что нахожусь в преддверии чего-то большого… югославский бизнесмен внук Олеко Дундича мне однажды сказал, что Владимир Вы рождены для великих и глобальных дел… я чувствую эту волну, может быть круче чем Лёня Голубков… Тогда мне говорят, что вся Москва только о тебе и говорила… я думаю, что эти времена возвращаются, может быть будут ещё громче… в преддверии чего-то великого нахожусь сейчас…

(Пьеса Владимира Пермякова «Рождение младенца» автобиографична, она о нём самом, о его страданиях. Её анализ позволил бы ещё глубже раскрыть проблему моего пациента, но на данном сеансе мы этого решили не делать)

— В преддверии своего величия… что вы будете великим…

«Рождение младенца» Ну… что-то не то, что буду великим, что-то сделаю глобальное, большое для страны…

— Аплодисменты есть, но хочется, чтобы их было больше…

— Да… ну без амбиций нельзя… без амбиций нельзя… если б мне предложили роль Хлестакова… у меня б глаза запылали… как пионерский костёр. Какая-то сила меня за ручку ведёт…

(Пациент отождествил себя с мальчиком, которого надо вести за ручку — это защита регрессией. При этом он не осознаёт, что находится по жизни в роли мальчика. Таким образом, во сне моего пациента представлены три его ипостаси. Это Лёня Голубков… которого он старается изжить из себя, но это ему не удаётся в силу того, что он его кормит. Пациент этого Лёню и любит и ненавидит. В этой двойственности, подвешенности заключается невроз пациента. Согласно анализу сновидения, мой пациент — «голый», добрый, открытый, вызывающий улыбку у окружающих своими страданиями. И наконец, его будущая ипостась — маленький умный ребёночек… Впрочем, мой пациент, по-видимому, итак был всю жизнь ребёнком, как и большинство актёров, только теперь мечтает стать «умным ребёночком». Но в реальности он ещё находится в плену «глупого ребёночка», который желает «много премного игрушек», удовлетворяющих тщеславие. Самое главное, чтобы дальнейшая жизнь нашего пациента не была посвящена заталкиванию этого «мертвого мужика в трубу»).

— Во сне кричите?

— Да… кричу часто… сам слышу… давай… что-нибудь быстрее … подгоняй… или предупреждаю уходи… убегайте… опасность…

— Откуда это?

— Общаюсь там… или ругаюсь… что ты сволочь делаешь…

(По-видимому, мой пациент наяву очень выдержан, всё носит внутри. Может быть в детстве ему приходилось так терпеть и благодаря этому он достигал успеха и своей цели?)

— Все мы из детства, из прошлого и оно с нами даже сейчас и формирует наше настоящее..

— Перед отцом… может быть не всегда у нас что-то получалось… видишь ли творческие люди они неординарные…это большие дети… у нас не было гармонии полной… и с отцом и с матерью… я любил одиночество… ходил там… что-то напевал… стихи… монологи какие-то проигрывал… это было странно… мама мне говорила, что все у меня девчонки как девчонки… а я был самый младший перед старшими сёстрами… а Володька какой-то непутёвый… получаюсь как в русских сказках последний братец Иванушка… всегда дурачок (смеётся)

— По-видимому, материнское сердце правильно подсказывало. Поэтому вас и выбрали для рекламы, чтобы воздействовать на национальный архетип среднего россиянина… архетип Иванушки дурачка — халявчика.

— Голубков не халявчик — он экскаваторщик…

— В актёркой деятельности есть такой процесс как психологический зажим… Вы зажимистый актёр? Когда вы учились в театральном училище, что ваши педагоги говорили о вашем зажиме…

— Ну когда стал играть профессионалом были, а так вначале нет… ну сейчас я нахожусь на той стадии, когда нет зажимов, я играю раскованно свободно, чувствую свой персонаж, достиг актёрского пика и могу играть всё, буквально за час до съёмок поучил комедийную роль и сразу сыграл

— Какие были сны и фантазии по поводу встречи с Мавроди?

— Я бы сказал бы ему, что он талантливый человек… Мне бы хотелось бы спросить почему он начал этот МММ? Ведь он неплохо жил… продавал компьютеры…

— В психологии есть такой тип личности, который называют истероидным, то есть демонстративным типом личности… Люди, которые любят, когда на них смотрят… и это для них главное переживание жизни… Вы такой?

— Нет… нет, но в последнее время, я замечаю за собой это…

— То есть это в вас привилось… хотя это и не ваше родное… но вы вошли во вкус… Вы подсели как на наркотик на эту известность от Лёни Голубкова… Вам не хотелось есть это блюдо, но вас приучили его кушать и теперь вам хочется его есть больше и больше…?

— Да… да… вначале чувствовал себя дискомфортно… смущался… в первое время… потом стало нравиться… долго в одиночестве надоедает быть… нужна гармония… сначало я смущался… как в бане… все тебя рассматривают…

(Судя во всему мой пациент мордальным синдромом не страдает, то есть не испытывает эйфорию от узнавания и не приходит в упадок тогда, когда его не узнают).

— Как голый в том сне…

— Точно… так и есть… голый во сне это часть меня…

— Давайте разыграем психодраму. Сейчас Мавроди где находится?

— Он в тюрьме…

— Разыграем сцену встречи с ним… в тюрьме…чтобы произошло…

— Мы бы с уважением друг к другу отнеслись…

— Передайте ему что-нибудь…

— Я б наверное ему принёс фруктов… соку…

— Я говорю словами ему передайте что-нибудь…

— Он бы мне заулыбался… мы б наверно поговорили как брат с братом… обнялись бы…

— А как вы думаете… кто кому сейчас больше нужен вы ему или он вам…

— Тогда мы обои нужны были друг другу… благодаря ему я стал известным актёром…

— Вы с собой вслух разговариваете?

— Бывает…

— Вы разговариваете сами с собой потому, что вы одиноки… согласны?

— Да… да… с детства было… но мне одному было хорошо… Я любил одиночество… любил мечтать… о светлом… о романтике…

— А выбрали, наоборот профессию актёра… публичность… может быть вы с публикой… но в конце концов один… но перед публикой…но со своими персонажами…

— Это желание быть героем… я комфортно чувствую себя в одиночестве…

Мой пациент не одинок. У него есть хороший собеседник — он сам. Он принимает себя. Он может находиться долго сам с собой. Ему с собой не скучно. Согласно закону психологии, он способен принимать и любить других потому, что принимает и любит себя. Мой пациент — обладает большим чувством эмпатии, поэтому он актёр по своей сути, так как благодаря эмпатии может сопереживать своим персонажам и героям.