31. (02/91 — 23)

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

31. (02/91 — 23)

Повторим условие задачи, которую решает отшельник.

Материал — душа. Инструмент — культура мышления. Приемы работы — молитва, покаяние и очищение (в результате чего он освобождается от мыслей, мотивов и стереотипов). Предстоит выяснить последнее: способ его действия. Способ действия культуры мышления, благодаря которому отшельник приходит к Истине.

Это — созерцание.

Сущность его понять непросто.

Если б мы прежде, скажем, пару лет назад, до вашего знакомства с нашей концепцией, спросили у вас, что такое созерцание, вы бы сказали, что это некий процесс, который основан на наблюдении; поскольку он должен за что-то цепляться (иметь цель), в нем не обойтись без внимания, наконец, нельзя не учесть и вашей персоны, вашей личностной оценки процесса — значит, все это охватывается восприятием.

Но усвоенная концепция ЭПК заставляет вас уже от порога признать, что все это слишком поверхностно и не ушло дальше здравого смысла. И вы попросите время, чтобы подумать, как же созерцание может трактоваться, если учитывать энергопотенциал, психомоторику и критичность. И что самое главное — как это увязывается с культурой мышления, для которой созерцание, оказывается, вершинный процесс. Не решение задач и проблем, не вдохновение, а какое-то невидное, неброское, неконкретное (так и хочется сказать — занятие бездельников) созерцание… Те, кто желает поразмышлять сам (таланты, гении, творцы), пусть дальше пока не читают; ну а вы, наши дорогие любители гармоний (ибо, повторяем, именно для вас написана эта книга), не обижайтесь на нас за эту остановку. Это не провокация и не попытка вас унизить. Просто этот текст — для других. А теперь мы снова с вами. Открывайте рот; мы вложим в него хорошо прокрученную на мясорубке и в самую меру поджаренную котлетку.

Созерцание — это процесс слияния с природой, при котором истина усваивается без усилий.

У самых прытких из вас уже возникла ассоциация со сверхтекучестью и сверхпроводимостью. Если брать условия существования процессов — все правильно. Там обязательное условие (одно из) — абсолютные температуры; при созерцании — близкая к абсолютной ЭПК.

Здесь самое важное — слияние с природой.

Это — цель.

Достигнув ее — он останется наедине с Истиной.

Отшельник это знает — и с первого дня учится созерцанию. Подготовив себя молитвой, покаянием и очищением, настроив себя соответствующим образом, он предпринимает попытку раствориться в природе. Все зря! — он не может вырваться из треугольника наблюдение — внимание — восприятие. Что мешает? Усилие. Намерение. Напряжение. Вместо того чтобы созерцать природу, он созерцает свои волевые манипуляции, он следит, как его ум решает эту задачу по шаблонам, доставшимся ему от прежнего опыта…

Надолго его не хватает (намеренное созерцание — необычайно энергоемкий процесс), но он не отчаивается — у него вся жизнь впереди! — и назавтра, в свободную от дел минуту, тщательно настроившись, опять предпринимает попытку. Разумеется, неудачную. Но день за днем, неделя за неделей, год за годом он снова и снова испытывает себя этим процессом. И если с молитвой, покаянием и очищением его дела идут успешно, то и здесь он постепенно начинает обживаться. Ведь избавляясь от мыслей, мотивов и стереотипов, он приближается к своему естеству; значит, с каждым шагом он становится все ближе к природе; значит, и созерцание будет все понятней и доступней. Оно начнет открываться ему, как пронзительные голубые окна в затянутом тучами небе, и с каждым разом окна будут все устойчивей и больше, пока он однажды не поймет, что ему еще удастся пожить под ослепительна чистым небом… Но эта мысль будет очередной неудачей, которая отбросит его назад. Он это сразу почувствует — и тут же поймет (при его-то ЭПК — да не понять!) ее природу. Ведь он же не ради этой чистоты трудится, а ради процесса в нем самом, ради собственной культуры мышления, ради истины — в себе самом. А та голубизна — только критерий.

Это будет серьезный урок, и он никогда больше не повторит такой ошибки. Но сколько будет других ошибок — и каждая будет отбрасывать его назад, и каждая будет его искушать и испытывать на прочность. И даже если он не отступится до конца, у него так немного шансов дойти до цели!.. В отшельники идут сотни и тысячи, мудрецами становятся единицы.

И все же становятся.

Однажды небо распахивается над ним чистейшей голубизной, распахивается само, без усилий со стороны отшельника — и остается таким. Теперь уже навсегда.